Восторженная бесконечность

Сюрприз навсегда       Бежевые тяжелые шторы были наглухо закрыты, не пропуская в маленькую спальню ни единого солнечного лучика. Солнце больше не грело — не имело смысла обращать на него внимания.       На прикроватной тумбочке стояла белая фарфоровая чашка с красивым рисунком из синих цветов. Они словно кружились в танце, уносимые строптивым ветром.       Чай остывал, забытый.       Сиэль лежал на покрывале, согнув одну ногу в колене, а другую вытянув. Взгляд синих глаз был устремлен в белый потолок с болтающейся посередине на шнуре лампочкой. Она смотрелась дико на фоне богато обставленной комнаты, даря слегка желтоватый свет, который, отражаясь в высоком зеркале, падал на невыносимо спокойное лицо дьявольски красивого дворецкого.       Он стоял у дверь, дожидаясь дозволения и не смея без него и шагу ступить.       Не в этот раз. Нет. Хотя чувства бешено извиваются и стонут от муки внутри, и всё молят и плачут нарушить Его приказ.       — Себастьян, — от чего-то довольный мальчишка перевернулся на бок, потянувшись, как сытый кот.       Показался из-за черной рубашки контрастно белоснежная кожа живота, аккуратный овал пупка и совсем немного темные волосы лобка. Одновременно с этим приобрели более соблазнительные очертания ягодицы, в раз округлившись и став такими манящими.       Старший демон на миг полуприкрыл глаза, в который раз проклиная соблазнительное Искушение, которое сейчас так провокационно прогибалось в спинке, открывая потаенные места своего тела. Что он хочет на этот раз?       — Как ты думаешь, — в это время продолжил Сиэль, не без удовольствия отметив реакцию дворецкого на свое маленькое представление, — если бы я служил в армии, убивал людей и при этом был бы чист, как и при человеческой жизни, ты бы обратил на меня внимание?       — Вы связываете свою жизнь с жизнью того человека. Не нужно, Бо-чан. Это бессмысленно, поскольку сравнение не даст никакой пользы: не вернет в события давних лет, ничего не изменит.       — Он был так похож на меня: убивал, но был чист, — синие глаза подернулись пеленой сизой грусти.       — Это бессмысленно, — с нажимом повторил Себастьян, — и ничего не изменит. Он был еще одним человеком, душу которого вы поглотили, однако раньше, хочу заметить, вы не проявляли к ним интерес. Что же поменялось теперь?       — Я думаю, кого ты выбрал бы, — встреть и его, и меня в одно время. Выбрал ли бы меня? Спас ли в тот роковой день? Или я бы умер там?       — Милорд, ну что за глупые вопросы? Сам этот разговор? Ответ же очевиден. Я бы выбрал вас: сильную, готовую на всё ради мести, непреклонную и оттого еще более аппетитную душу. Сгорая от скуки, тогда я и не мог мечтать о лучшем.       — А в итоге стал моей Псиной, — с кривой усмешкой посмотрел на дворецкого Сиэль. — Забавно, не правда ли? У Бывшего Пса Ее Величества есть свой Пес!       — Вы не Бывший Пес, Господин. Став демоном, вы освободились от оков человеческих обязанностей. Теперь вы демон.       Мальчишка коротко взглянул на старшего демона из-под ресниц и поманил его к себе, сделав едва уловимое движение пальцами. С нежной улыбкой Себастьян плавно переступил невидимую черту, отделяющую его от Господина, и, на ходу снимая темный пиджак, опустился у кровати на колени.       Бархатная, под губами демона мягко скользила кожа мальчишки, и тот лежал, откинув голову набок, следя за движениями Себастьяна темными нетерпеливыми глазами. Колени непроизвольно прижались друг к другу, когда старший демон дошел поцелуями до них. Довольная улыбка. Сиэль закрывает глаза, молча кладя ладони на свои колени и раздвигая их.       — Так-то лучше.       Себастьян тут же бережно подхватывает его под колени и притягивает к себе. Их бедра оказываются прижатыми друг у другу, и мальчишка чувствует, как привычный стыд и желание выступают на его щеках красными пятнами. Сердце вопреки всем предрассудкам и домыслам о нечувствительности демонов подскакивает далеко вверх. Его не трогал чай, его не волновали заботы людей и их частые угрозы, и только прикосновения Себастьяна заставляли его чувствовать себя живым. То полузабытое днем ощущение приобретало лицо вот в такие минуты наслаждения друг другом.       Почему так? Они же оба мертвы…       Неразгаданная загадка.       Теплые ладони проскользнули под рубашку, ласково огладили бока, подразнили соски и тут же пропали, чтобы через секунду расправиться с пуговицами и вернуться. Нежно ведя по коже, они заставляли Сиэля дрожать, сжимать губы и умолять себя молчать.       Он не мог позволить себе блаженно выдохнуть, однако стоило хитрому любовнику припасть к одному из сосков губами и чуть прикусить их зубами — он сделал это. И не заметил. Есть черта в их постельных утехах, перейдя которую они уже не могут остановиться.       Сиэль приоткрыл глаза, ощущая, как одновременно с умелыми ласками Себастьяна и их обоюдными соприкосновениями голой кожей, они все больше возбуждаются. Мальчишка не выдержал первым: громко протяжно застонав, он за волосы приподнял голову старшего демона от своей груди, притянул его к себе и, коснувшись губ, потерся о его пах своим.       Себастьян ворвался в его рот страстным поцелуем, тут же забирая инициативу на себя, и, поняв недвусмысленный намек, проник рукой под пояс брюк мальчишки. Пальцы пощекотали жесткие лобковые волосы, а опустившись чуть ниже, уже уверенно взяли маленькую плоть и сделали пару быстрых движений вниз-вверх.       Сиэль разорвал их поцелуй, запрокинув голову назад от острых приятных ощущений, и Себастьян с наслаждением припал к его шее, стараясь оставить засосы, которые, словно в насмешку, пройдут уже через пару минут.       Достигнув разрядки, мальчишка стащил штаны с себя, а затем и с Себастьяна, с улыбкой за ним наблюдавшего. Старший демон замер, нависая над ним, позволяя рассмотреть себя получше. И Сиэль смотрел. Смотрел на красиво выступающие ключицы, на подкачанную грудь и выступающие кубики пресса на животе. После взгляд с вожделением переходил на бледный низ живота, треугольно очерченные темными волосами лобок и наконец на сильный толстый член, стоящий идеально прямо. В груди подпрыгнуло, и мальчишка отвел взгляд. Он снова возбудился. Влажные пальцы провели по руке Себастьяна вверх и сжались на плечах, прося продолжать.       Старший демон положил ладони на худые бедра мальчишки, приподнял их, уложил себе на плече, после чего специально медленно, дразня, поводил членом по ягодицам, по анусу. Сиэль под ним не шевелился. Только кусал губы, жарко дыша и постоянно проводя языком по пересыхающим губам. Он знал, что Себастьян недолго будет «раскачиваться», потому что и сам уже на пределе, поэтому молчал и ни о чем не просил.       Себастьян вошел резко, заставив мальчишку зашипеть кошкой, красиво прогнуться в спине и до боли сжать внутри его член.       Пот капал со лба на красивое лицо его Господина, но тот этого даже не замечал. Себастьян двигался в нем слишком сильно и глубоко, чтобы отвлекаться на что-то еще. Стоны быстро перешли в хрипы, губы старшего демона терзали полные губы мальчишки, заставляя его задыхаться еще сильнее. Ладони лежали на худых бедрах. Себастьян вжимался в него, толкался как бешеный, но зачастую попросту срывался и просто вдалбливался, всем телом ощущая жар, который искрился между ними, словно электричество.       Жар… Он пожирал их полностью…       Еще в тот первый раз они не смогли совладать с ним и канули в красную бездну, ослепляющую фейерверками боли, удовольствия и дикой ярости. Они кусались, не отдавая себе отчета, Сиэль царапался и ломал ему пальцы, он же платил ему ударами об стену и прокушенным языком, мочкой, шеей. И это было несравнимо ни с чем.       Себастьян кончил одновременно с мальчишкой, который тут же обессиленно повалился на прокрывало и лежал теперь, поглаживая вспотевшую челку кончиками пальцев. Восстановили дыхание. Старший демон попытался отстраниться, но Сиэль обвил его спину ногами и не пустил.       — Останься.       — Вы не любите, когда я дольше положенного нахожусь вот в таком положении, — Себастьян с намеком указал туда, где они еще были соединены.       — Сегодня… — Сиэль мягко провел по щекам любовника пальцами, —…останься.       Завороженный, старший демон припал к губам мальчишки в поцелуе, и, целуя, осторожно перевернул его и себя на бок. Сиэль закинул на него ногу. Так было удобнее, тем более что…       Он довольно сощурился.       — Господин, что это? — Себастьян с удивление ощутил, что что-то внутри мальчишки его слегка тянет.       — Это, — Сиэль вдруг радостно улыбнулся, — то, чего ты никак не ожидаешь.       Старший непонимающе приподнял брови, а затем почти с испугом прикоснулся рукой к животу любовника.       — Горячий сгусток шевелится вот здесь.       — Тоже чувствуешь?       — Это… Что это?       — Он совсем крошечный. Я не думал, что заметишь сразу.       — Милорд?       — Он скоро разрастется. Станет больше.       Выражение лица мальчишки так и источало удовольствие.       — Но что это, Господин?!       — А ты скоро поймешь, теперь же отстранись.       Дворецкий молча отстранился. Сел. Посмотрел на разомлевшего, клюющего носом Господина. Его неприкрытая нагота вновь побуждала желание, поэтому старший сразу постарался одеться.       — И все же, Милорд, пролейте свет на тайну того, что с вами творится.       — С нами, Себастьян. С нами. То, что ты почувствовал, это сюрприз.       — Бо-чан, вы — истинный сундук с сюрпризами, поэтому не изволите ли уточнить, что представляет из себя ЭТОТ сюрприз?       — Наше будущее.       — Будущее?       — Да. Этот сюрприз останется с нами навсегда.