Цена свободы

Тор открыл глаза и увидел перед собой брата. Тот сидел рядом и внимательно вглядывался в его лицо. — Наконец ты очнулся, — облегченно вздохнул маг. — Я уж было подумал, что ничего не получится. Тор не мог не заметить, что Локи выглядел очень уставшим, изможденным — лицо его было слишком бледным, а под глазами залегли темные круги. — Что случилось? Где мы? — Тор привстал и огляделся. Он лежал на плаще, застеленном прямо поверх травы. Вокруг шумели листвой деревья, где-то недалеко журчал ручей. — Мы в лесу, далеко от столицы, я сумел ненадолго скрыть нас, — устало произнес Локи и, тихо застонав, улегся рядом с Тором. — Мне пришлось изрядно повозиться с тобой. Ты, дубина, все никак не хотел оживать. Как ты? — Да вроде ничего, — Тор повернулся к лежащему брату и провел рукой по темным прядям. — У нас все получилось? Мы свободны? — Как видишь. — И что теперь? — Подождем, пока я приду в себя, а потом… У меня есть одна идея… — Как разобраться с Инваром? Этого урода нельзя оставлять на троне! — Тор решительно поднялся и сел. Но Локи тут же схватил его за руку и потянул обратно. — Полежи рядом, пожалуйста. — Расскажи, как тебе удалось все это провернуть? — Потом, все потом, — слабым голосом ответил маг. И Тор не стал его дальше расспрашивать. Позже он все узнает. Тор ощутил, какие холодные пальцы у Локи, буквально ледяные. Он обхватил ладонями обе его руки и поднес к губам, подул, согревая дыханием. — Тебе так плохо? Что я могу сделать? — Тор с тревогой смотрел на Локи. — Просто будь рядом, это скоро пройдет, — Локи пододвинулся ближе, Тор обнял его и чмокнул в лоб. — Отдохни, все будет хорошо. Знаешь… — Тор еще крепче прижал к себе Локи. Брат сейчас был такой слабый и беззащитный, что громовержцу вдруг захотелось защитить, оградить его от всего мира. — Локи, я так счастлив, что опять могу доверять тебе. Я так виноват перед тобой — я перестал бороться, опустил руки, решил, что ты окончательно превратился в монстра. И я больше не хотел тебя видеть. Поэтому не приходил к тебе в темницу. Я ведь даже не знаю, что произошло с тобой после падения с радужного моста. Где ты был, как связался с читаури… — Замолчи, — тихо перебил его Локи. — Я не хочу об этом вспоминать. Локи вдруг обхватил голову Тора своими все еще холодными ладонями и впился губами в губы. Тор от неожиданности приоткрыл рот, впуская юркий, почти ледяной язык, и начал жадно отвечать на поцелуй. И чем дольше они целовались, тем теплее становились губы и язык мага. Тор запустил руки под рубаху Локи, начал гладить, ласкать прохладную кожу. Все происходило как само собой разумеющееся, в голове больше не было мыслей о том, правильно ли они поступают, и вообще, что они творят. Тор испытывал все нарастающее желание, с удовольствием отмечая, как под его ладонями трепещет тело мага, из ледяного становится почти горячим. — Локи… Локи… Тор шептал его имя и покрывал поцелуями шею, слегка прикусывая, нетерпеливо срывал с него одежду, попутно гладя и ощупывая бока, живот, спину. Локи таял от этих ласк, чувствуя, как его тело снова оживает, набирается сил после изнуряющего магического ритуала, который, казалось, хотел отнять жизнь мага в обмен на жизнь Тора. Но теперь было сказочно хорошо — горячий и страстный громовержец, его Тор, принадлежащий только ему. Тот подмял под себя мага, накрыв своим тяжелым горячим телом. Властно раздвинув коленом бедра Локи, провел рукой по промежности. Затем, облизав пальцы, вставил сразу два, помассировал. Локи громко застонал и прогнулся под ним. Развел ноги пошире, открываясь. — Да, вот так, — срывающимся шепотом произнес маг. — Да… Тор… Тор вошел в него сразу, одним движением. Локи вскрикнул, зажмурился и запрокинул голову. И тут же обхватил ногами тело брата. Тор впился в губы Локи жестким поцелуем, кусая, сминая. Не давая вдохнуть. Начал двигаться, наращивая темп. Опустил руку вниз и обхватил твердый стояк Локи, резко, почти грубо задвигал рукой вдоль ствола. Локи выгибался под ним, стонал громко и бесстыдно. Тело его пылало, стало таким жарким, что уже и не верилось, каким оно было ледяным несколько минут назад. Тор буквально втрахивал его в землю – казалось, твердь под ними дрожит и вот-вот не выдержит, пойдет трещинами, многовековые деревья упадут, похоронив их под зелеными кронами. Локи, широко открыв глаза, всматривался в небо без единого облачка, из его груди рвались стоны, а в тело словно впились тысячи иголок, щекоча кожу электрическими разрядами — возвращалась его сила, его магия. И было так хорошо, как никогда еще не было в его жизни. И было очень больно осознавать, что больше и не будет. Где-то в груди трепетало сердце, шептало, что все еще можно изменить, принять другое решение. Но Локи знал, что сердце слушать нельзя, это не приведет ни к чему хорошему. * * * Когда закончилось все это безумие и они лежали рядом, тяжело дыша, Тор вдруг сказал: — Знаешь, Локи, а ведь у меня, кроме тебя, и нет никого… теперь. — А как же отец? — лениво спросил Локи. — Он спит сейчас. Но… — было заметно, что эти слова даются Тору с трудом. — Я разочаровался, буду честен с тобой. — Я давно уже разочаровался, — вздохнул Локи. — Не будем о грустном… — Да, не будем... — согласился Тор и тут же сменил тему: — А знаешь, ты очень красивый, Локи, — приподнявшись на локте, он посмотрел на брата, отвел пальцами прядь смоляных волос, упавших на лицо. — Но очень вредный. Теперь все будет по-другому… — Это как? — усмехнулся Локи. — Я теперь глаз с тебя не спущу, будешь всегда рядом. Станешь послушным младшим братом и не будешь творить зло и гадости, даже думать об этом забудешь. — Ну-ну… — хихикнул Локи и хитро посмотрел на брата. — Какой ты самоуверенный, однако. — Какой есть, — добродушно отозвался Тор. Какое-то время они лежали молча, думая каждый о своем. А потом Тор решительно положил руку на плечо брата и заявил: — Я еще хочу! — Наверное, хватит, разве ты не устал? Час назад ты был мертвый. — Вот, наверное, поэтому хочу еще! Хочу чувствовать себя живым. Не став больше слушать, чего там скажет Локи, Тор быстро перевернул его, нажал ладонью на живот, заставляя приподняться и встать на колени. — Что ты творишь?.. — попытался возмутиться маг, но в следующее мгновение задохнулся от собственного стона: Тор резко вошел в него сзади. — Еще так не пробовали, — прогудел Тор и, наклонившись, прикусил плечо Локи. Тор, словно железными тисками, сжал руками талию мага, не позволяя сдвинуться с места. И начал вбиваться в него с таким напором, так глубоко и часто, что Локи казалось — еще немного, и братец разорвет его пополам. Боль от грубых и мощных толчков сменялась волнами наслаждения, заставляя Локи стонать и выгибаться под могучим телом громовержца. А Тор яростно, безжалостно трахал своего названого брата и думал о том, что давно уже надо было выбить из этого упрямца всю его дурь. Иметь его часто и подолгу, чтобы в черноволосой голове не оставалось места для зависти, злости, желания сесть на трон, и для всяких иных глупостей. * * * Наверное, Тор ненадолго задремал после столь бурного времяпрепровождения. Когда он открыл глаза, сразу понял, что Локи рядом нет. Он сел, огляделся и увидел брата стоящим в нескольких метрах. Маг уже успел наколдовать себе одежду. Вместо тюремной рубахи на нем были его привычные доспехи — кожаные с зелеными вставками. — Уже пора? — зевая, поинтересовался Тор. — Что там у тебя за план, рассказывай, — он медленно встал и начал натягивать на себя одежду. — План у меня очень простой. Возможно, тебе не понравится… Тор, справившись с застежками на плаще, поднял на него недоуменный взгляд. — Почему не понравится? — Тор не хотел признаваться себе, но все же не мог не заметить, что в облике, в выражении лица, в голосе мага что-то неуловимо изменилось. Неприятно кольнуло где-то в области сердца. — Я не могу быть послушным младшим братом, я слишком много лет им был. Жил в тени твоего величия, о могучий Тор, — губы Локи скривились в неприятной усмешке. — Нам не по пути, дорогой братец. — Что?! Что ты несешь?! — Тор громыхнул так, что с соседнего дерева испуганно взметнулась стайка птиц. Он бросился к Локи, пытаясь схватить его, но маг оказался шустрее — руки Тора схватили лишь воздух, иллюзия растаяла. Брат появился у него за спиной, на довольно почтительном расстоянии. — Я здесь, Тор. Не пытайся меня поймать. Когда Тор обернулся, глаза его расширились от удивления, а к горлу подступил ком, не давая произнести и слова: Локи стоял перед ним в красном плаще, отороченном роскошным мехом, а в руке его сверкал на солнце, отливал золотом Гунгнир. — Наше прощание вышло очень жарким, я чуть было не передумал, — как ни в чем не бывало продолжал Локи. — Но я не могу позволить себе сделать очередную глупость. Нам двоим нет места в Асгарде, ведь только один из нас может взойти на трон... Тор стоял, слушал его и чувствовал, как каждое слово брата, ставшего сейчас для него таким родным, желанным, нужным, вбивается в его голову с такой болью, словно кто-то наносит удары тяжелой булавой. — Не надо, Локи, — еле ворочая онемевшим языком, сумел произнести Тор. — Пожалуйста, не надо, только не сейчас… Ведь мы с тобой… — Я хочу, чтобы ты знал — я ни о чем не жалею, ты для меня… Я тебя… Впрочем, не важно, — Локи поднял Гунгнир и направил его на брата. — Прости меня, Тор, прости за все… Тор во все глаза смотрел на Локи и не хотел верить в происходящее. Буквально спиной он ощутил позади какую-то пустоту, повеяло холодом. Он не успел опомниться, как его засосало внутрь открывшегося портала. А потом перед глазами замелькали разноцветные вспышки, тело со всех сторон будто сжало, сдавило и понесло на бешеной скорости навстречу неизвестности. — Ты мне правда очень дорог, Тор. Я тебя люблю, наверное, — Локи наконец смог произнести слова, которые так и не решился сказать брату в лицо. Но теперь услышать их было некому. Тора в Асгарде больше не было.