6. in my blood
21 августа 2018 г., 08:16
Вот, что сказал мальчик морю: Возьми мою жизнь, Но не отбирай мою любовь. И море помнило.
Чужие пальцы убирают прядь с его лица. Гарри ворочается и тихонько ворчит. Открыв глаза, он видит Тома. Дужка очков больно врезается в висок, а на груди лежит раскрытая книга. Огонь в камине медленно угасает, но свернувшийся на диване Гарри ещё ощущает его тепло. Рядом с ним, аккуратно разместившись на самом краешке, сидит Том и разглядывает его. В его взгляде есть что-то, что Гарри не может объяснить. Он позволяет Тому дотронуться. Позволяет длинным пальцам зарыться в его волосы. Жёлтые отблески пламени танцуют на их коже, придавая ей золотой оттенок. Том прижимает руку к щеке Гарри и проводит большим пальцем по скуле. Гарри сонно смотрит на него из-под свинцовых век. - Собирался разбудить меня поцелуем? – вполголоса спрашивает Гарри, повторяя ранее сказанные Томом слова. - Такой вариант я тоже обдумывал, - признаётся Том, и у Гарри что-то трепещет в груди. - Сколько сейчас времени? - Почти рассвет, - тихо отвечает Том, внимательно разглядывая губы Гарри, нос, брови. – Скоро будет буря. Хмурясь, Гарри приподнимается на локтях. - Ты вообще спал? – спрашивает он. - А ты волнуешься? - Ты должен больше заботиться о себе. - Ты такой добрый, - задумчиво говорит Том, пальцем скользя по шраму Гарри. – Я убийца, но ты волнуешься о моём отдыхе. Гарри всматривается в его лицо. - Ты собираешься продолжать убийства? - Собираюсь ли? Нет, - качает головой Том. - А что насчёт маглов? - А что с маглами? - Всё ещё хочешь править ими? Гарри хочется поцеловать нос Тома, когда тот опять его морщит. - С какой стати я вообще должен хотеть этого? - Больше власти, например? - Они слабые, мерзкие создания, - говорит Том и опять качает головой. – Мне они не нужны. Гарри поджимает губы и старается не спорить. Том убирает ладонь с лица Гарри и складывает руки на коленях. Он выглядит очень сдержанным. Возможно, даже неприступным. - Кроме того, мне кажется, ты бы во мне разочаровался, - говорит он. Наклонив голову, Гарри хмурится: - Тебя волнуют мои чувства? Моё мнение? - Да, - говорит Том, но в его голосе не хватает уверенности. Видно, что слова даются ему с трудом. – Хотел бы я, чтобы всё было не так, но я… Я хочу тебя. И если, чтобы удержать тебя, мне всего лишь нужно никого не убивать, то так тому и быть. Насколько это возможно. - Почему я, Том? - Потому что ты единственный, кого я знаю, кто относится ко мне как к человеку. Не больше и не меньше. Ты споришь со мной, но в то же время ты так добр. Ты предложил мне стать лучше – не абсолютно хорошим, не плохим, не более сильным. Просто… - Том вздыхает и растерянно пожимает плечами. – Просто лучше. Гарри интересно, когда он успел предложить Тому это. Он уже не помнит такого, но наверняка это было. Потому что это именно то, что он хочет от Тома. Стать лучше. - А после того как я уйду? – спрашивает Гарри и сразу хмурится. – Если я вообще смогу уйти. Том сжимает губы. - Именно поэтому я и разбудил тебя. - Что ты хочешь сказать? Том тяжело вздыхает. Он наклоняется над журнальным столиком и тянется за раскрытой книгой, которую он принёс из «Горбина и Бэрка». Он передаёт её Гарри, и тот с осторожностью берёт её. Спустя мгновение он узнаёт изображения изящных лун на страницах. Гарри дотрагивается до них и смотрит на Тома широко раскрытыми глазами. Тот аккуратно держит сферу между пальцев. - Я чуть было не уничтожил её, лишь бы ты остался тут со мной, - признаётся Том. – Но я дал Обет, и я сдержу его. Гарри знает, что на самом деле Том боится того, что может случиться, если бы он попытался. Том боится, что Гарри бы просто исчез в ту же секунду. - Сколько у меня времени? – спрашивает Гарри. - Семь ночей с того момента, как ты сделаешь то, что от тебя требовало заклятие, - говорит Том и протягивает сферу Гарри. – Она сразу начала тикать, когда ты сделал то, что должен был сделать. С того момента она всё время отсчитывает время до твоего возвращения домой. - С Рождества, - тихо говорит Гарри и подносит сферу ближе. – Она издаёт этот звук с Рождества. - Значит, ещё две ночи. - Ещё две ночи, - отстранённо повторяет Гарри. Том долго смотрит на него в тишине, и в конце концов устало проводит рукой по лицу. - После того как ты уйдёшь, я не могу обещать, что буду хорошим, - говорит Том, и Гарри поднимает на него взгляд. – Меня нельзя назвать хорошим человеком, и я не очень-то и хочу. Но я стану… лучше. Том смотрит на него горящими глазами. Он подвигается ближе к Гарри и берёт в ладони его лицо, словно просит верить каждому его слову. - Я буду лучше, чем он. Я буду лучше. Гарри вздрагивает. - Я знаю. - Я не хочу, чтобы ты уходил. Гарри чувствует боль в сердце, но улыбается: - Я знаю. - Я… - неуверенно начинает Том и убирает прядь волос со лба Гарри, - я никогда не причиню тебе боли, как это делал он. - Это Обет? – спрашивает Гарри. - Да. Они скрепляют его поцелуем.*****
Они ещё какое-то время сидели у камина. Том объяснял принципы магии, которые стояли за подарком близнецов, и Гарри внимательно его слушал… - Это древняя магия. Люди делали талисманы из кожаных мешочков. На них вырезали требование и семь лун, обозначавших время, которое дополнительно даётся после выполнения требования. Обычно эта магия недостаточно сильная, чтобы так далеко пройти сквозь время или даже вселенные, но мне кажется, что ты исключение. - Я всегда был исключением. - Да, мне тоже так кажется. …пока не понял большую часть того, что сказал Том. Он сидел и пытался представить Тома учителем, его учителем, и ему кажется, что любые теории, которые раньше для него были недосягаемы, он бы легко понял с его помощью. Гарри нравился его успокаивающий голос и манера речи. Том умел объяснять. Гарри сказал это Тому, и тот хмуро посмотрел на него. - Ты просто устал. - Если я устал, то ты, должно быть, совсем без сил, - возразил ему Гарри. – Нам нужно поспать. Рассвет совсем скоро. И вот так Гарри оказался в постели Тома. Том посмотрел на него своими бездонными серыми глазами и попросил Гарри пойти с ним. Спать с ним. Просто спать. - Я не хочу проводить ни минуты без тебя, - признался Том, чем вызвал удивление Гарри. – Учитывая, что через две ночи я тебя потеряю. Гарри не нашёл в себе сил отказать. Раздевшись до белья и забравшись под чужое одеяло, Гарри краснеет, и на лице Тома расцветает довольная улыбка. Они лежат совсем близко друг к другу, прислушиваясь к звукам урагана, который заставляет всё поместье трястись. Когда начинают пробиваться первые солнечные лучи, они ещё спят. Гарри просыпается чуть раньше полудня и чувствует, что его обнимают сильные руки. Надев очки, он поворачивается в объятьях и видит, что Том, приоткрыв рот, спит. Его волосы в беспорядке, а лицо расслаблено. Это выглядит так очаровательно, что Гарри задаётся вопросом: как, во имя Мерлина, он сумел завоевать полное доверие Тома, раз тот позволяет себе быть таким уязвимым рядом с Гарри? Ему интересно, когда Том успел притянуть его к себе так близко. Поднявшись на локте и положив голову на открытую ладонь, Гарри смотрит на него сверху вниз. Он рад, что одеяло прикрывает бледную кожу. Рука Тома ещё сильнее обхватывает его талию и притягивает ближе. Гарри прикусывает щеку, чтобы сдержать улыбку. Кто же знал, что Тёмный Лорд любит обниматься? - Ты слишком громко думаешь, - ворчит Том. - Да ладно? – усмехается Гарри. - Да. - Тогда скажи мне, о чём я думаю. Том приоткрывает левый глаз и косо смотрит на Гарри. - А почему ты сам мне не скажешь? - Ну, - начинает Гарри и робко тянется, чтобы убрать волосы с лица Тома, - честно говоря, я думал о тебе. На лице Тома появляется довольная сонная улыбка, его пальцы скользят по пояснице Гарри. - О чём именно? - О том, что это всё, - тихо признаётся Гарри, - слишком неожиданно. - Я бы так не сказал, - задумчиво говорит Том, поджав губы. – Судя по тому, что ты мне рассказал и показал, я вижу, что я… Нет, Волдеморт был совершенно одержим тобой. Гарри кажется, что он ослышался. - Что? - Ты создан, чтобы очаровывать меня. Гарри вдруг смеётся и, упав на спину, смеётся ещё сильнее. Он закрывает лицо ладонью, и его состояние больше похоже на истерику. - Это самое нелепое, что мне когда-либо приходилось слышать, - наконец-то выдавливает Гарри. – Волдеморт очарован мной. Оперевшись на локоть, Том хмурится. - Но это правда. Гарри смотрит на него снизу вверх, его смех постепенно затихает. Том такой настойчивый. - Ты, Гарри Поттер, - пальцы Тома проходятся по коже Гарри, и тот сначала охает, по его телу проходит дрожь, - создан, чтобы сводить меня с ума. Чтобы уничтожить меня. Не смея дышать, Гарри смотрит на него. С его губ пропадает улыбка. - Уничтожить? Том кивает. Его рука лежит на груди Гарри, где бьётся сердце. - Так или иначе, да. - Что ты имеешь в виду? - В одной жизни ты был моей погибелью, - отвечает Том. – В этой жизни ты учишь меня, заставляешь меня почувствовать то, что я считал невозможным. И всё это чтобы в итоге оставить меня. Кто знает, что ты сделаешь дальше. У Гарри сжимается горло, и он аккуратно кладёт руку на свою грудь, поверх руки Тома. - Почувствовать то, что ты считал невозможным? - Не то, о чём ты подумал, – шепчет Том и наклоняется. – Но что-то близкое. Гарри приподнимается ему навстречу. Губы касаются губ, и Гарри запускает руку во взлохмаченные волосы Тома, притягивая его ещё ближе. Они прижимаются друг к другу, как единое целое. Их бёдра касаются, а руки свободно скользят по коже. Гарри нравится чувство тяжести Тома над ним, его жар, нравится, как в грудных клетках вместе бьются их сердца. Их языки соприкасаются, скользят, изучают, и пульс Гарри сбивается. Гарри выгибается, желая ощутить Тома ещё ближе. Его тело мгновенно реагирует на прикосновения, на то, как обжигающие пальцы оставляют следы на груди и спускаются вниз, к бёдрам. Гарри ловит одну из рук Тома и подносит её к лицу. Их пальцы крепко переплетаются, и Том стонет. Что-то просыпается в Гарри. Он не знает, что это, и не знает, почему, но оно поёт. Музыка разливается по его венам, и, когда Том устраивается между его бёдер, душа Гарри умоляет. Первый толчок выбивает воздух из лёгких Гарри. Пытаясь отдышаться через полуоткрытый рот, Гарри смотрит на Тома. Том встречается с ним глазами. Медленно, очень медленно он делает движение вперёд. Откинув голову, Гарри ругается, когда по телу проходится очередная волна наслаждения. Его тело поёт под Томом. Он очень возбуждён, доходит до него, и Том тоже. Том опять подаётся вперёд, и всё, что они могут сейчас чувствовать, это жар и трение их тел. Гарри стонет. Словно в ответ, Том тоже издаёт низкий стон. Наклонив голову, он прижимается горячими губами к шее Гарри. Пальцы Гарри сильнее сжимают волосы на затылке Тома. Том делает ещё одно резкое движение вперёд, и у Гарри перехватывает дыхание. Он жадно хватает ртом воздух. По телу проходит дрожь. Это всё должно казаться неправильным. Он должен остановить это. Это не пойдёт никому из них на пользу. Это сделает всё только хуже. Будет легче, если они просто остановятся. Так будет легче. Будет легче… - Не останавливайся, - выдыхает Гарри. Том низко стонет и притягивает их руки с переплетёнными пальцами ближе. Они ещё немного возятся, и Том, покусывая шею Гарри, снимает с них нижнее бельё, которое так мешало. Гарри выгибается под ним. Их хватает ненадолго. Том первым кончает, словно он давно желал этого, и Гарри вскоре следует за ним. Когда они лежат и пытаются отдышаться, Том отказывается уйти со своего места над Гарри, отказывается прекратить целовать его кожу. Гарри удаётся тихо сказать Экскуро, и Том от удивления приподнимается. - Ты можешь колдовать без палочки? - Я очень силён, забыл? – отвечает Гарри, пытаясь скрыть своё сбившееся дыхание и перестать гордиться тем, что он опять впечатлил Тома. - Да, - тихо говорит Том, опять наклоняясь к Гарри за поцелуем. – Да, ты силён.*****
- Кстати, ты никогда не рассказывал мне, - бормочет Том, пальцами поглаживая спину Гарри. Он исследовал каждый дюйм его тела. Он пообещал запомнить его, все линии и изгибы и сохранить в памяти. Гарри лишь рассмеялся в ответ на его слова и подумал, что такая одержимость вполне в духе Тома. Затем он перевернулся и позволил Тому изучать его тело. - Что не рассказывал? – через плечо спрашивает Гарри, пытаясь разглядеть Тома получше, но тот быстро вжимает его обратно в простыни. Гарри смеётся. - Почему ты такой добрый, - отвечает Том и ворчит что-то о том, что Гарри не умеет спокойно лежать. - По отношению к тебе? - Вообще к людям. Даже когда тебе неуютно, как, например, с Горбином, ты всё равно добряк. Гарри опускает подбородок на скрещенные руки. - Моя подруга Гермиона говорит, что у меня комплекс героя. Что я вижу в людях только хорошее и хочу спасти их от плохого. Она говорит, что именно поэтому я постоянно попадаю в передряги. - Слова твоей подруги Гермионы звучат очень разумно, - говорит Том и надавливает большим пальцем между лопатками Гарри. В ответ слышится стон. – Нравится так? Гарри кивает. - Моя подруга - маглорождённая. - Да, - отвечает Том и опять надавливает на ту же точку. – Я знаю, тебе не нравится моё мнение о маглах. - Меня полностью устраивает твоё невежество и нетерпимость при условии, что ты не пытаешься убивать, пытать или командовать ими, - говорит Гарри и быстро добавляет: - и не лишаешь их возможности получить образование. - Конечно, дорогой Гарри, - отвечает Том с лёгкой насмешкой, к которой Гарри уже привык. – Поэтому ты ко мне так добр? - Добр из-за твоего невежества и кучи предубеждений? – с сарказмом говорит Гарри и шипит, когда Том щёлкает его по уху. - Не будь таким серьёзным. Посмеиваясь, Гарри потирает ухо. - Если ты спрашиваешь, увидел ли я что-нибудь хорошее в тебе, то мой ответ «да». Надеюсь, когда-нибудь ты тоже увидишь это. Широко раскрытая ладонь Тома всё ещё лежит на спине Гарри. - Ты правда думаешь, что во мне есть что-то хорошее? Нахмурившись, Гарри всё-таки поворачивается, и в этот раз Том не останавливает его. Гарри садится, берёт руки Тома в свои и устраивается у него на коленях. Слегка приподнявшись, он целует его в уголок рта. - Конечно. Потому что оно действительно есть.*****
- Есть одна цитата, - говорит Гарри, когда они всё ещё лежат в постели, прижавшись друг к другу и касаясь губами. – Из книги, которую я нашёл в частной библиотеке моего крёстного. - Которого убила Беллатриса Лестрейндж? – спрашивает Том, уткнувшись лицом в грудь Гарри и пальцами скользя по его бедру. - Да. Эту книгу ещё не написали. В моём времени этой книге было только двадцать лет. Наверное, Сириус читал её, когда был подростком. - А что за цитата? – спрашивает Том, пока Гарри не успел погрузиться в меланхолию, вспоминая тех, кого он потерял. - Я сильный и разрушающий, - говорит Гарри, перебирая волосы Тома, - я беспокойный, и жёсткий, и безнадёжный, и хотя во мне есть любовь, я не знаю, что с ней делать. Они какое-то время молчат. - Это напоминает мне тебя. Том ничего не отвечает.*****
Уже давно перевалило за полдень, когда Гарри уговаривает Тома встать. Множественные прикосновения многократно усилили их желание. Гарри кажется, что если бы они забыли про весь мир, то они утонули бы в чувствах. Друг в друге. Но желудок Гарри считает иначе и даёт о себе знать, когда они обсуждают наиболее и наименее любимых преподавателей в Хогвартсе. Гарри приходится постараться, чтобы убедить Тома выбраться из постели. Том относится к нему по-собственнически, и Гарри не хочется думать, что случится, когда он исчезнет. Особенно после того как Том шёпотом рассказывает свои секреты. Он говорит, прижимаясь губами к коже Гарри, словно пытаясь спрятать свои же слова, но из-за этого Гарри, наоборот, кажется, что они отпечатываются на его теле. Каждый из них поделился своими откровениями. Том рассказал Гарри о приюте, а Гарри – о Дурслях. Том рассказал ему о разочаровании, о своих обидах и о намерении больше не причинять боль другим. Гарри признался в таких эмоциях, как страх и злость, которые Волдеморт использовал против него много раз. Но затем он рассказал о любви и поддержке, которые не были Тому знакомы. - Я больше не чувствовал себя ненормальным, - сказал Гарри. Том усмехнулся и отвёл взгляд. - Зато я себя чувствовал. Грязная кровь на факультете чистокровных. Всегда под присмотром Дамблдора, который осуждал меня, даже если… - Том, - мягко прервал его Гарри. - Ты не ненормальный. Том выглядел напуганным, и Гарри было жаль его. - Ты не ненормальный, - повторяет Гарри и целует его. – И никогда им не был. Все стены, которые годами возводил вокруг себя Том, словно обрушились. Когда Гарри встаёт, чтобы одеться, Том протестует, но, кинув на него взгляд, вдруг замолкает. Гарри, в это время застёгивающий пуговицы рубашки, которую он поднял с пола, оборачивается, чтобы узнать, в чём дело. Том выглядит как король среди вороха из простынь и одеял. Его тёмные глаза всматриваются в Гарри. - Что случилось? – спрашивает тот, убирая руки от пуговиц. Том качает головой и тоже встаёт. - Просто ты хорошо смотришься в моей одежде. Краснея, Гарри опускает взгляд и видит, что рубашка действительно немного шире и длиннее, чем следует. - Ой, - вырывается у него, и он тянет руки, чтобы расстегнуть пуговицы. Подойдя вплотную, Том останавливает его и накрывает его руки своими. - Оставь. Ты не дал мне ещё полежать, так дай хотя бы полюбоваться тобой в моей одежде. Гарри усмехается, но не возражает. - Тогда одевайся. Жду тебя в кухне. В одной рубашке поверх белья, он быстро уходит, не забыв забрать свои вещи. Выйдя из комнаты Тома, он прислоняется спиной к двери и пытается контролировать свои эмоции, но тщетно. Гарри направляется в свою комнату, чтобы переодеться, и по дороге размышляет, как они дошли до такого. Возможно, его родители наблюдают за ним сверху, и ему хочется знать, чувствуют ли они гордость или разочарование. Он отчаянно надеется на первый вариант и, натягивая штаны, вспоминает маму: её непослушные волосы и её глаза, так похожие на его собственные. И он знает: родители бы гордились им. Они гордились бы тем, что он сделал для Тома Риддла, который мог стать Волдемортом. Они бы гордились.*****
Когда Том приходит к нему в кухню, поместье всё ещё сотрясается от порывов ветра. Том молча наблюдает, стоя в дверном проёме, но Гарри может ощущать его присутствие. Том скрещивает руки и прикрывает рот ладонью, пытаясь скрыть улыбку, когда Гарри в очередной раз проходит мимо разгневанного домашнего эльфа. На кухонном столе разложено множество фруктов, и комната наполняется их запахом. Гарри, словно опытный повар, ловко нарезает их точными движениями. Он напевает какую-то мелодию, раскачиваясь ей в такт, и делает вид, что не слышит причитаний Доли. - Ты самый странный волшебник, которого я когда-либо встречал, - заявляет Том. Широко улыбаясь, Гарри бросает на него взгляд из-под чёлки, и опять возвращается к продуктам. - Ты прав, но было бы скучно, если бы это было не так. Том хмыкает. - Что ты напеваешь? - Старая песня, - пожимает плечами Гарри. – Одной американской группы, состоящей из волшебников, которые вроде ещё не родились. - Откуда ты знаешь эту песню? - Сириус, он… - посмеивается Гарри, откладывая ножик для фруктов и прислоняясь к шкафчику, - любил коллекционировать разные вещи. Вещи, которые бы выводили его мамашу из себя. Ему немного нравилась рок-музыка. Том наклоняет голову. - А что насчёт песни? - Вышла в конце семидесятых, - мягко улыбается Гарри. – Он сказал, что моей маме нравится эта песня. Том наконец заходит внутрь. В выглаженных брюках и дорогой рубашке, он само совершенство, в отличие от Гарри, который выглядит заурядно в своих джинсах и рубашке Тома. Том обходит стол, и Гарри молча протягивает ему руку. Том аккуратно закатывает ему рукава, попутно разглаживая мелкие складочки и неровности. Гарри наблюдает и ждёт. Ему непонятно, как, но он уже научился читать Тома, и теперь видит, что за внешним спокойствием скрываются тяжёлые мысли. Однако за последние дни Гарри научился терпению. - Скажешь мне название песни? – спрашивает Том, переходя к своим рукавам. – Чтобы я нашёл её, когда она выйдет. На глазах у Гарри Том берёт ещё один нож и принимается за яблоко: снимает кожуру и нарезает на дольки, предварительно вырезав серединку. Гарри наблюдает, как двигаются изящные пальцы. Видит искреннее любопытство на лице. Гарри молчит, боясь испортить момент, и широко улыбается.
Примечания:
Дорогие читатели, возможно, кто-то из вас заметил, что в этой главе есть несколько ляпов. Впрочем, можно попытаться найти им объяснение.
Спасибо, что прочитали эту главу!
