Сильные люди тоже ломаются.

… -Ну, дела! -протянул Яго, когда Дестан вышел из камеры, и взглянул на юношу, лежавшего на полу, дергаясь в судорогах, -Вот ведь… Слов нет! И как таких земля носит? Хотя… А с каких это пор я стал таким нелюбителем всякой жестокости? Такое ощущение, будто только пару месяцев назад я получал от вот таких представлений удовольствие. А сейчас как-то… Стоп! Что же это я? Неужто геройствовать собрался? Э, нет, ребята, так не пойдет! Мои перышки мне целыми нужны… Тихий стон из угла камеры прервал его размышления. Опустив взгляд снова, попугай увидел, что волосы Мозенрата, скулы, лоб, обе руки и ноги и часть одежды стали землисто-зелеными. Теперь парень дрожал, будто от холода, пытаясь стянуть перчатку, которая всё никак не слезала с правой руки. Это уже было плохим знаком… Вспомнив о том, что старый колдун хотел убить не только некроманта, но и его брата, птица почувствовала острые угрызения совести. В конце концов, ребята не виноваты ни в чем. Так почему они должны вот так умирать?.. -Ну, ладно, попробуем! -более-менее твердо заявил самому себе Яго, глубоко вздохнув, -В крайнем случае, этот любитель волшебства мне потом сможет выплатить неплохой гонорар. Спланировав на ближайшую деревянную балку, попугай набрал в грудь воздуха и как можно громче позвал: -Эй, Мозенрат! Ты там живой? Юноша с трудом повернул к нему голову и удивленно приподнял брови. -Яго? -едва слышным, хриплым и очень слабым голосом проговорил колдун, слегка мутным взглядом оглядывая собеседника, на что птица тут же ответила: -Ого! Я уже не «надоедливый пернатый паразит»! Это прогресс. -Что тебе нужно? -стараясь дышать глубже, хмуро спросил Мозенрат, -Поиздеваться? Ну, давай! Тебе сейчас никто не помешает. Я сдачи дать не могу… Попугай усмехнулся такому высказыванию. Конечно, отчасти маг был прав. У птицы сейчас была возможность воздать ему по заслугам самым унизительным образом. Да еще и посмеяться при этом. Вот только ничего такого почему-то делать не хотелось, тем более, Яго не любил драться с соперниками, находящимися в таком состоянии. -Я, вообще-то, не за этим летел сюда, -слегка язвительно пояснил он, перемещаясь на пол, -Твоего брата нужно спасать. Да и тебя тоже. -С чего бы вдруг у тебя проснулась симпатия к нашей семье? -насмешливо произнес парень, прикрыв глаза, -Ты ведь не любишь рисковать собой… Зачем тебе всё это? -Во-первых, потому что за Аладдина мне принцесса голову отвернет, -проведя пером по шее, ответил попугай, -Как единственному, кто остался дома. А во-вторых… Жалко мне вас. Вы оба, конечно, психи, но парни хорошие, рано вам помирать. -Вот только давай без этого! -устало проговорил некромант, отводя взгляд, -Ненавижу, когда меня жалеют. -Не очень-то и хотелось, -парировал пернатый, вытаскивая из перьев отмычку, -Абу научил пользоваться, а мой первый хозяин их изготовлял. Ты как хочешь, но я тебя отсюда вытащу. -Как? -раздраженно выпалил юноша, пока попугай возился с наручниками, вскоре с щелчком упавшими с его запястий, -Я же инвалид, я не могу ходить, а еще одно заклинание меня просто убьет! Наконец, Яго не вытерпел. Отбросив отмычку, он принялся по привычке ходить туда-сюда перед парнем, возмущенно каркая: -И это говорит мне самый могущественный колдун эпохи?! Тот, кто в одиночку справился с Дестаном и без тени страха бросил вызов джинну! Тот, кого боятся все черные маги, проживающие на территории Семи Пустынь! Тот, кого родила волшебница, по своей силе равная самой Мираж! Тот, кто… Пока птица самозабвенно перечисляла все «подвиги» молодого мага, вовсю размахивая крыльями, сам некромант в гневе приподнялся на локтях и вскинул голову. Почувствовав, как ему становится легче держаться, он попробовал сесть. Позвоночник неприятно свело, кровь прилила к голове, но это только радовало. Постепенно руки стали двигаться лучше, хотя это и было тяжело контролировать. Вдобавок, нужно было следить за перчаткой, чтобы ненароком не повредить себе. И тут юношу посетила ненормальная идея. Попугай уже перешел на откровенные оскорбления, а дотянуться до него всё ещё не получалось. Некромант схватился одной рукой за высокий каменный выступ у себя над головой. Он был достаточно крепким и шел по периметру камеры, поэтому нащупать такой же с другой стороны Мозенрат смог быстро. С тихим кряхтением напрягая плечи, он перенес вес тела на и без того еле двигавшиеся запястья. Кости снова издали тихий хруст, но парень, сцепив челюсти до скрежета, постарался удержаться, а затем осторожно пошевелил стопами. К его невероятной радости и удивлению, это получилось, а затем кровоток в ногах постепенно начал ощущаться четче. С превеликой аккуратностью он поставил ноги в нужное положение и, держась за стену, выпрямился. Он стоял! Конечно, шатаясь и продолжая частично опираться на выступ, но стоял! То, чего ни один из приборов джинна не мог вычислить, случилось! От изумления и счастья у юноши сперло дыхание. Он оглядывал свою нижнюю половину тела, с трудом веря в то, что он смог это перебороть, победил страшный диагноз… … -И что меня больше всего поражает, -продолжал разглагольствовать Яго, не замечая того, что творилось в нескольких шагах от него, -Так это то, что сейчас ты выслушиваешь нотации какого-то попугая, который не прожил еще и двухсот лет и служил чернокнижнику-любителю, боявшемуся до икоты старого маразматика, почти побежденного тобой… -Эй, пернатый паразит, если уж тебе такое обращение больше нравится! Может, лучше отведешь меня к брату, а то словами дела не поправить? Обернувшись, попугай не просто сел — плюхнулся на пол, увидев, что некромант вполне даже неплохо держался на некогда абсолютно неподвижных ногах. Пару секунд Яго оглядывал с интересом эту картину, чуть приостановив взгляд на перчатке. -Это не магия, -покачал головой Мозенрат, -Я сам. Не знаю, правда, как… -Тебе просто нужна была мотивация, -перебил его уже пришедший в себя пернатый, снова перекатываясь на лапы, -А самый лучший вариант — это разозлить по-настоящему. Действеннее способа еще и наука не придумала. -Получается, я тебе обязан…-ухмыльнулся князь, представляя, сколько потом затребует за свой подвиг жадный до денег попугай. -Потом отдашь, -отмахнулся Яго, взлетая, -В любом размере, главное, что отдашь. А сейчас пошли искать Аладдина! … Идти оказалось куда сложнее. Не привыкшие к движению, нижние конечности парня еле слушались, и от натуги он до боли сжимал зубы. Вскоре выступ стены закончился, но к тому моменту некромант уже почти мог передвигаться самостоятельно. Не очень гладкие стены оказались хорошей опорой, хотя юноша периодически спотыкался, хотя удержаться получалось. Подгоняемый голосом попугая, он доплелся до лестницы. Она была очень высокой, хоть и не скользкой после накопившейся грязи и пыли. Маг нервно сглотнул, остановившись перед первой ступенькой. Он вряд ли смог бы преодолеть такую верхотуру. -Ну, чего встал? -нетерпеливо каркнул Яго, зависнув в воздухе рядом, -Неужели боишься? Давай, смелее! Тебе, что, жизнь брата не хочется спасти? Представь, что Дестан с ним сделает! Они же с Мираж садюги похлеще Джафара! И снова птица сделала верный ход. Вдохнув и выдохнув поглубже, некромант ухватился за односторонние перила и начал подъем. Первые десять ступеней он миновал с титаническими усилиями, в мыслях ругая строителей, сделавших здесь эту лестницу, и поклявшись, если им удастся победить Дестана и его сестрицу, устроить грандиозный ремонт. Зато потом стало гораздо легче, и оставшуюся часть лестницы юноша прошел, почти не цепляясь за перила. -Они точно на этом этаже! -прокричал Яго, когда оказался вместе с магом на лестничной площадке. Юноша отпустил опору и, не упав, направился в тронный зал. Наиболее вероятным было то, что негодяи решат подстроить ловушку именно там. Идти по коридору было почти невозможно. Шатаясь и поскальзываясь, некромант прислушивался к звукам за каждой дверью. Не один раз ему хотелось отказаться от этой идеи, но нежелание сдаваться пересилило это, и князь продолжил идти. … Чей-то крик привлек их внимание. Громкий, пробирающий до костей, какой вырывается только перед смертью. Он раздался резко и где-то совсем рядом, заставив и птицу, и парня застыть на месте. -Кто это был? -ошеломленно произнес попугай, слегка оглушенный воплем. Мозенрат узнал этот голос в одно мгновение и почти бегом достиг двери, из-за которой он слышался, надеясь, что ещё не поздно. Толкнув её, маг замер на пороге. Его глазам предстал тронный зал, в одном углу которого синий джинн отчаянно боролся с какими-то жуткими монстрами, и в другом то же самое делал волшебный ковер вместе с мартышкой. А почти в центре помещения сидел, согнувшись, обхватив себя руками и поджав ноги, молодой парень. Над ним стояла демонесса с головой кошки и с насмешкой что-то говорила, держа на ладонях огненный шар и готовясь бросить его в юношу, почему-то не замечавшего ничего этого… … -Бедный, бедный Аладдин! -с искусственной жалостью протянула Мираж, глядя на принца, -Подумать только — столько усилий, столько времени и нервов — и всё зря! А ведь ты даже попросить прощения не успел… Ну, долго ты с этим жить не будешь. Мозенрат едва не покраснел от этих слов ведьмы. Непроизвольно сжав правую руку, он словно сконцентрировал в ней весь свой гнев, отчего перчатка засветилась и наполнилась магией. Юноша, можно сказать, стал выше ростом, гордо вскинул голову, не упуская Мираж из виду. Дестана он еще нигде не видел, но не сомневался, что старик может напасть в любую минуту, поэтому нужно было успеть защитить брата… … -Я даже не знаю, что сказать, -томно проговорила колдунья, подняв руки, целясь в принца. Однако, не успела она нанести смертельный удар, как демонессу перебил дерзкий и рассерженный ответ кого-то, стоявшего в дверях: -Скажи ему правду, Мираж! В следующую секунду яркая вспышка синего пламени ослепила всех в комнате. Женщину отнесло магией к стене, и она, сильно ударившись, лишилась чувств. Ал поднял взгляд на своего спасителя и оторопел. В проёме стоял Мозенрат. Живой и больше не парализованный, без единой раны на теле… Но взгляды братьев встретились лишь на миг. Некромант потратил на это заклинание слишком много сил, магия полностью сломила его. Перчатка погасла, ноги, и так сегодня перенесшие огромную нагрузку, подкосились, перед глазами помутнело, и юный маг упал на пол, потеряв сознание, успев только услышать испуганный возглас Ала и понять, что теперь он умирает по-настоящему…