Крылья

А дальше все было, словно в тумане. Помню только, как услышала сквозь вязкую пелену что-то, что я слышала раньше: — Не смейте тронуть ее! Один за другим стали падать мои обидчики. Они лежали без движения, пустыми глазами глядя сквозь воздух, а я просто смотрела на них. Вернее, даже не на них, а как будто бы через них. Весь этот туман настойчиво пытался разорвать знакомый голос: — Асвейг! Но я не могла заставить себя повернуться. Я лишь смотрела в лица тех, кто несколько минут назад хотел надругаться надо мной. Кто-то встряхнул меня за плечи: — Асвейг, очнись! — передо мной стоял Ульвар. Я даже не сразу смогла узнать друга и его голос. — Ты дура, Асвейг! Какая же ты глупая! — ругался он, а затем упал на колени и уперся лбом мне в живот, крепко стиснув пальцами мои запястья. — Я же чуть не потерял тебя, — с огромным трудом вымолвил он. Я медленно опустила голову вниз, еще не до конца осознавая, что происходит. Ульвар, подняв голову, смотрел на меня своими черными глазами, которые от ужаса стали огромными. На его ресницах блестели прозрачные капельки слез. — Ты дура, Асвейг! Я даже в Даэдур пошел бы за тобой! Через мгновение ко мне пришло осознание происходящего. Я в одних сапогах и разодранных штанах стою в каком-то грязном тупике, напротив меня на коленях стоит Ульвар и, роняя скупые мужские слезы, прижимает меня к себе. Видимо, эта мысль посетила Ульвара в эту же самую секунду, поскольку взгляд его стал более осознанным, и он ледяным тоном сказал: — Прикройся. Друг подал мне мой плащ, веля закутаться в него полностью, и пошел впереди, наказывая мне следить за ним и не отставать. — Больше не делай таких глупостей. В последнее время ты так и намереваешься попасть в Даэдур, — проворчал Ульвар. Я лишь молчала и слепо шла за Ульваром. Он был прав. Покинув трактир одна, я поступила очень опрометчиво. Если бы не предусмотрительность Ульвара, меня бы уже лишили чести и, скорее всего, жизни. — Вот тебе раз, — задумчиво произнес дядя Вегард, когда Ульвар изложил историю, опустив некоторые подробности. — Теперь нам придется потратиться на новую одежду. Хорошо, что Асвейг жива и здорова. Еще очень хорошо, что вы не потеряли ничего из обмундирования. Но новые туники будут стоить больших денег. И дядя Вегард раздобыл новые туники. Целых четыре штуки — ровно столько, сколько было на мне. А еще дядя Вегард принес штаны для меня, чему я тоже была очень рада. Тем более что новые штаны были гораздо плотнее старых, а в условиях зимы это было несомненное преимущество. Наш дальнейший путь пролегал через заснеженную степь. Путь действительно занял около трех недель, как и было обещано. За это время нам несколько раз попались шайки разбойников и нечистые на руку хаэры, которые хотели получить доход обманом и разбоями. Оставаться на ночь в поле нам больше не пришлось: все чаще на пути встречались поселения, причем, чем дальше мы уходили, тем более благоустроенными были эти поселения в целом. «Земли тилля Сигвата», — пожимал плечами дядя Вегард. Крепость тилля мы предпочли обойти стороной и сделали небольшой крюк: кто знает, как отреагировали бы хаэры тилля Сигвата на наше появление. Мы предпочли перестраховаться, и на эти предохранительные меры у нас ушло еще два дня. Еще я научилась подстреливать дичь прямо в полёте. Теперь мы могли рассчитывать на более приличный ужин, если снова придется ночевать в поле. Теперь, как мне казалось, я была готова заночевать в любых условиях. Спустя еще пару дней я заметила, что вокруг значительно потеплело. Снега нигде не было, была только грязь. Еще несколько дней, и степи сменились диковинными лесами. Дядя Вегард посоветовал быть настороже: когда-то в этих лесах мой отец потерял большую часть своей армии, приобрел шрам на лице и седину на висках. Ничего подобного в мои планы не входило, но это место все равно наводило на меня ужас: по пути частенько встречались уродливые деревянные и каменные статуи, вымазанные чем-то очень похожим на кровь, однако в это мне до последнего момента не хотелось верить. Довершали мрачную картину частые крики птиц, похожие на звук рога. Какофония природных звуков сводила с ума, и, казалось, мой рассудок больше не выдержит такого нападения: все вокруг клокотало, шипело, кряхтело… Буйство растительности в лесу создавало постоянный полумрак. Было совершенно не ясно, какое сейчас время суток: то ли утро, то ли разгар дня. И только когда темнело, становилось понятно, что наступает ночь, что нужно создавать костер и пытаться лечь спать. Вдруг через почти привычные оглушающие крики животных послышались другие крики, совершенно не похожие на то, что мы слышали все это время. Я оглянулась и увидела как в густом кустарнике мелькнуло несколько круглых силуэтов. Я насторожилась. Сняв плащ, я расправила крылья и, ничего не объясняя, стала лететь между деревьев, пытаясь понять, что за существо прячется в листве. — Асвейг? — недоуменно спросил Ульвар. Я лишь приложила палец к губам, показывая, что вести себя нужно тише. Дядя Вегард и Ульвар пригнулись. Я нащупывала ладонью лук и стрелы в колчане. На всякий случай. Снова раздались крики, отдалённо напоминавшие человеческую речь. Но эти крики были невнятны, неразборчивы. Видимо, они принадлежали к другому наречию, если эти крики действительно издавали люди. Вдруг я увидела довольно жуткую картину: за деревьями сидело несколько лохматых существ, действительно похожих на людей, а дальше, в лесной чащобе, располагались хлипкие домики из веток, соединенных между собой травой. Я ахнула, и тут же существа подняли свои косматые головы. Ко мне были прикованы десятки взглядов. Одно из существ подняло руку и крючковатым пальцем указало на меня, крича на непонятном мне наречии и интенсивно жестикулируя второй рукой. Я крикнула: — Ульвар, дядя Вегард! Берегитесь! Тут полно странных существ! — Асвейг! — прокричал Ульвар. — Не подходи! — предостерегла я. Мимо меня пролетело копье. Я оглянулась. На меня бежала примерно дюжина людей. И у каждого из них в руках было копье. Они кидали его в меня, я старалась увернуться. Люди подбирали свои копья и вновь кидали их в меня. Чтобы избежать столкновения этих созданий с Ульваром и дядей Вегардом, я полетела в противоположную от них сторону, неуверенно отстреливаясь. Нескольких существ я смогла ранить, что породило, очевидно, бурю гнева у этих созданий. Я не была уверена в правильности своего поступка, но я убеждала себя в том, что это необходимая мера самообороны: в конце концов, эти люди напали на меня первыми. Я лавировала между деревьями, которые, как мне казалось, становились все чаще. На маневры уходило много сил. Между тем, я продолжала отстреливаться, а это требовало от меня дополнительных усилий, ведь мне приходилось оборачиваться, целиться, снова оборачиваться, и все это на высоте примерно тридцати шагов. Эта погоня продолжалась не менее получаса. По крайней мере, я так это ощущала. Из-за деревьев появлялись все новые и новые человекоподобные создания. Они яростно кидали в меня копья, но, к счастью, промахивались. Существа выкрикивали что-то мне вслед. Меня охватила паника и отчаяние: сил оставалось мало, я чувствовала чудовищную усталость и не представляла, что нужно сделать для того, чтобы эта погоня, наконец закончилась. Наконец я почувствовала, что не владею своим телом. В глазах помутнело. Сердце гулко отзывалось частыми ударами в висках. Последнее, что я видела перед тем, как провалиться в темноту, — это сверкающие золотом крылья, пронесшиеся подо мной.