Твой изъян

Казалось, что мои колени никогда не дрожали так сильно. Одно слово «свидание» побуждало во мне желание сглотнуть или того сильнее — спрятаться под одеялко и не вылезать. Почему-то с самого детства я считала, что первое свидание — оно особенное, такое, на котором нужно выглядеть на все сто, а вести себя и того лучше. Но то, что эту мысль в голову мне вбили мои любимые сериалы, я почему-то настойчиво игнорировала. Наверное, поэтому я так и переживала, что кудри, на которые я потратила половину утра, выглядят как-то не так, а наряд и того вовсе только выбросить и не больше. Но мать думала иначе. Она вообще бегала вокруг меня, как будто у меня не свидание, а свадьба сегодня, и вот-вот в квартиру ворвётся жених-Высоцкий с двумя мешками золота, чтобы выкупить мою ехидную душеньку из рук родителей.         Однако золото никто приносить не собирался, а мама готова была выпихнуть меня из дома и без трёх копеек, приложив ко всему ещё и смачный пинок. Кажется, она радовалась больше меня. Ух, а как же! Думаю, весь подъезд уже знал о любви моей мамы к двухлитровому.           Я же боялась. Ужасно сильно, что несколько раз подумывала написать, что мне плохо, у меня приступ бешенства, у меня сломалась плойка, сантехники оккупировали дом, лишь бы не покидать тёплую родную квартиру. Однако пришлось. Где-то внутри я всё-таки хотела этого, пусть частично и отрицала этот факт.             Пропустим то, что я чуть не грохнулась прямо на пороге, потому что счастливое лицо Высоцкого, дожидающегося мою персону, гораздо интереснее. Наверное, я бы вставила это лицо в рамочку и повесила над кроватью, чтобы ржать каждое утро после того, как открою глаза, однако в тот момент я не стала доставать телефон и фотографировать его, крича «мы квиты», потому что меня саму резко пронзило желание заулыбаться во все тридцать два, что я не смогла сдержаться. Смех мамы сзади идеально подходил ко всей ситуации, спасибо, что она спокойно закрыла дверь, не став ничего говорить, потому что ситуация двух Джокеров на лестничной площадке, которые прожигают друг друга взглядом, должна остаться без комментариев.         — Рита, ты прелесть, — наконец нарушил эту страшную тишину Высоцкий, наклоняясь ко мне, чтобы оставить поцелуй на щеке. Говорить о том, что меня пронзило холодной волной в этот момент — излишне. — Я не купил цветы, как все обычные парни, потому что, во-первых, кто сказал, что я обычный парень, во-вторых, кто сказал, что ты обычная девушка? — он улыбнулся, хватая меня за руку, чтобы я перестала стоять на месте с безумно сильной улыбкой на лице и не подавать больше никаких признаков жизни. — Ну и потому что у нас будет что-то поинтереснее кино и цветов. По крайней мере, я на это надеюсь, — засмеялся Егор, направляясь к лестнице, — потому что, если честно, я даже не придумал, куда мы пойдем, — уже шепотом добавил он, и я почему-то почувствовала себя гораздо легче. Мысль о том, что это не супер спланированное свидание действительно дарила мне облегчение. Хотя бы раз в жизни мои неидеальные кудри будут в тему.         — Отлично, — не смогла я подавить эту сумасшедшую улыбку, да и кто сказал, что я вообще хотела её подавлять. — Тогда спешу сообщить, что я ничего не ела сегодня и очень надеюсь, что мой возмущающийся желудок не испугает тебя своей песнью.         — Намёк на ресторан?         — Намёк на кофейню, Высоцкий. Какие рестораны, дурачок? Я хочу те самые блины, которые ты так соблазнительно уплетал в прошлый раз.         — К вашим услугам, принцесса, — улыбнулся Высоцкий, сжимая крепче мою руку. — Вот видишь, у меня даже язык не поворачивается назвать тебя хомячком.         — А у меня даже не поворачивается рука, чтобы ткнуть тебя локтём в бок, — усмехнулась я, чувствуя, как тёплая рука Высоцкого грозит вот-вот согреть мою вечно холодную.         — Это определённо прорыв, Рита. Пожалуйста, скажи, что ты накрутила волосы для меня, а не чтобы утереть нос всем остальным девушкам, — Егор осторожно коснулся моего локона, словно какой-то тайной реликвии, и я заржала, нет не засмеялась (я, конечно накрасилась, но мило смеяться ещё не научилась), именно заржала, смотря на его удивлённое лицо.         — Такое чувство, что ты никогда не видел кудри, смотри и запоминай, потому что я не обещаю, что они продержатся хотя бы пару часов.         — Буду бесконечно надеяться.                        

***

                                            Через полчаса мы были в той самой кофейне. В обычный день я бы дошла до неё за десять минут, однако сегодня был не тот случай. Высоцкий с широкой улыбкой остановил меня напротив какого-то ларька, который я почему-то прежде не видела, и через пару минут уже держал в руках печенье с посланиями, коробку жвачек и несколько леденцов. Всё это он сурово затолкал мне в сумку, которую я одолжила у мамы, и с нахмуренными бровями предупредил, что если я не донесу их до дома, он обидится. Разумеется, один леденец я под шумок ухитрилась засунуть ему в рюкзак, однако пока что он об этом не догадывался.               — Высоцкий, вообще-то сладкое вредит зубам… — с умным лицом заявила я, когда он плавно открыл передо мной дверь, запуская мою персону в кофейню.               — То, в чем любовь, не может вредить зубам, — ответил Егор, заходя следом за мной.               — Ловлю тебя на слове, Высоцкий. Я посмотрю на твое лицо, когда у меня выпадут все зубы, и я, улыбаясь, буду светить одной большой дыркой.               — Звучит очень сексуально… — улыбнулся он, осматриваясь по сторонам в поисках свободных мест. — А вообще, Рита, есть версия получше, — вернувшись взглядом ко мне, продолжил Высоцкий. — Я накормлю тебя сладким, ты останешься без зубов, и мы будем вместе до глубокой старости, потому что все остальные испугаются твоей улыбки.               — Звучит ужасно, — сморщилась я, пока Егор медленно расплывался в улыбке до ушей.               — Но умно, — подметил он. — Однако если бы это было моей целью, я бы тебе об этом не рассказал, поэтому можешь расслабить булки, пока они не слиплись от тортика, который я вот-вот закажу… — он осторожно коснулся моего плеча, показывая пальцем на столик в самом конце кофейни. — Места для поцелуев!               — Высоцкий, ты невыносим… — покачала головой я, однако перечить не стала: выбирать столик видимо стало его традицией.               — Тс-с. Готовь свои губки, Рита, потому что я вернусь и зацелую тебя до смерти, — напоследок бросил Егор, и когда я почти превратилась в одну сплошную помидорку по цвету кожи, он заржал, удаляясь в сторону кассы.               Ругнувшись про себя, я двинулась в сторону нужного столика, боком замечая огромные глаза какой-то смутно знакомой бабушки, которая, кажется, была готова вылить всё содержимое стакана себе на юбку от удивления.               Хотя, возможно, я просто стала Человеком-Помидором, и тогда такая реакция вполне оправданна.               Не успела я устроиться на небольшом диванчике, как мой телефон неприятно «загавкал» в кармане, испугав меня до полусмерти. Резко сев от испуга, я поняла, что села на телефон, и встала также резко, потянувшись рукой к карману. К счастью, мой сотовый не превратился в лепёшку, однако без конца поступающие смс от Ксюши, ставили под сомнение этот факт, потому что, казалось, что телефон сейчас взорвётся от непрекращающихся «Рита, Рита, Рита, Марго бл***».               Приподняв брови в недоумении, я поспешила отправить заветное «что» огромными буквами и кучу вопросительных знаков, потому что по-другому я не знала, как реагировать на такую активность. Да и постоянный звук приходящих смс уже вызывал кучу вопросов у всех посетителей кафе, потому что я додумалась поставить на уведомление звук гавканья собаки.               «Нам нужен номер машины Влада» — пришло мне тут же сообщение от Ксюши с громким «гав», и я поспешила поставить телефон на беззвучный.               «Нам? Номер машины Влада?» — не поняла я.               «Да, сложная ситуация…» — ответила Орлова и тут же прислала вдогонку, что мне следовало бы поторопиться с ответом.               «Окей, хорошо было бы знать номер его машины, чтобы помочь вам» — настрочила я, выделив «вам» теми же самыми большими буквами, потому что понятия не имела, кого моя подруга успела вовлечь в свои странные выходки.               «Ты с Егором, а он по любому знает!»               «И как я, блин, должна это спросить?» — удивлённо отправила я, уже представляя всю глупость ситуации.               «Придумай, и как можно быстрее!» — пришло ответное смс от Ксюши в её стиле «я не знаю, как ты будешь это делать, но сделать ты это должна», и я недовольно выдохнула, начав мигом строчить новое сообщение, чтобы хоть немного прояснить ситуацию.               «А зачем вам номер?»           В этот момент в моей голове заиграли всевозможные романтичные картинки моей подруги, которая так и жаждет найти Депутатова, чтобы сказать ему что-то важное. По всем сюжетам, они поговорят в машине, в итоге произойдёт что-то в стиле «ох-ох-ох», и они уедут навсегда в закат. Однако в реальности всё всегда не так.        «Алина хочет написать на его машине, что он пидор»               — Что там такого интересного? — с привычной сегодня улыбкой до ушей поинтересовался Высоцкий, а я, испугавшись от неожиданности, словно пойманный за нехорошим делом ребёнок, резко отбросила телефон на диван и от нервов сделала несколько хаотичных движений, как будто меня неожиданно ударило током или вдохновило на энергичный танец. — Всё хорошо? — приподняв брови, задал ещё один вопрос Егор, поставив подносы на стол и садясь рядом со мной на диван.               — Да, — улыбнулась я, стараясь не смотреть в глаза Высоцкому, пока переводила дыхание. — Ты просто очень быстро вернулся.               — Ну… у меня ноги длинные, — усмехнулся Егор, пододвигая ко мне один из подносов. — Обещаю больше не ходить так быстро, раз ты так пугаешься…               Я улыбнулась, осознавая всю абсурдность ситуации и молча потянулась за кофе на подносе, чтобы спрятать своё смущение. Интересно, а как отреагирует Высоцкий, если я ему напрямую скажу, что его друг пидор, и вот-вот об этом узнает весь город из-за надписи на его машине?               — Ты серьёзно всё это купил? — то ли с испугом, то ли со слишком сильным удивлением, воскликнула я, осмотрев содержимое двух подносов.         — Ты же знаешь, как я люблю поесть, — пожал плечами Высоцкий, хватая вилку.         — Вообще-то это называется «пожрать», — намекнула я, поудобнее усаживаясь на месте и обхватывая руками чашку кофе, чтобы согреть руки. — Егор?         — Да, Рита? — откликнулся он, уже успев засунуть огромный кусок блина в рот.               — А какой номер машины у Влада? — резко спросила я, пропустив все эти «как зовут его бабушку по линии троюродного брата его сестры и какие он любит машины», потому что, судя по переписке, информация действительно нужна была как можно скорее. В конце концов, я хочу видеть эту надпись!               — Серьёзно? — чуть не выплюнув весь блин обратно от неожиданного вопроса, воскликнул Высоцкий и строго взглянул на меня. — Я думал, ты хочешь сказать, какой я классный, и как ты меня любишь, а не… какой номер у Влада, — прожевав, закончил мысль Егор, хмуря брови. — Зачем тебе номер Влада вообще?         — Интересно.         — Интересно? Я уже начинаю ревновать.         — О, нет, Высоцкий, даже не думай. Это нужно не мне.         — Твоей подруге что ли? У них опять разборки?         — Вообще-то нет, — скорчилась я, не понимая, как выйти ближе к делу. — Просто скажи мне номер.         — Ты знаешь, что я попрошу взамен.         — Я уже говорила, что ты невыносим?         — По тридцать раз на дню, Рита.         Выдохнув и покачав головой, я хмуро посмотрела на довольного Высоцкого и молча потянулась к его щеке, в голове уже представляя возмущённое лицо Влада, махающего руками из стороны в сторону от негодования, как неожиданно Высоцкий обхватил мой подбородок рукой и быстрым движением коснулся моих губ своими. Округлив глаза от неожиданности, я почувствовала, как Высоцкий усмехнулся мне в губы, медленно заправив один из растрепавшихся локонов мне за ухо.         — Мы так не договаривались, — пробубнила я, когда он отстранился. — Так нечестно.        — Нечестно целовать меня в щёчку, Рита, когда я обещал зацеловать тебя до смерти, — щёлкнув меня за нос, ответил Высоцкий и кивнул на мой телефон, тихо лежавший в углу дивана. — Лучше записывай номер, пока мой рот не набился блинчиками.        Закусив губу, я быстро потянулась за телефоном, удивляясь тому факту, что мой сотовый всё это время не подавал даже минимальных признаков жизни, что совсем несвойственно Ксюше. Надеюсь, я успею, ибо что-что, а Владу давно пора получить хоть немного за своё разгульное поведение. В конце концов, если бумеранг застрял в листве, то можно пустить в ход палку. Хотя, возможно, я слишком злая после рассказа Алины об их отношениях.        Записав номер и на всякий буквы номера, я мгновенно нажала на отправку, набирая следом другое сообщение, попутно пряча экран от любопытных глаз Высоцкого, который так и норовил узнать правду.        «Я уже думала, что ты умерла» — пришёл многообещающий ответ от Ксюши, и я ухмыльнулась, про себя обрадовавшись, что всё-таки успела.        Однако когда я собиралась ткнуть на кнопку отправки нового сообщения, то почувствовала, как руки Егора обвили мою талию и потянули в свою сторону, и я вскрикнула на всю кофейню, пытаясь спрятать телефон, но, видимо сегодня всемирный день длинноруких и наглых, потому что Высоцкий одним махом выхватил мой сотовый и вскочил с места, пока я успела только состроить самое злое лицо в мире, которое по моим оценкам должно было дать большой эффект.        — Скинь мне фотку пидора? — не понял Егор, громко прочитав сообщение, которое мне не удалось отправить Ксюше, и в следующее мгновение он уставился на меня с любопытством, приподняв брови от удивления. — Марго, я чего-то не знаю? У тебя есть какой-то пидор? — не знаю, какая «укусименяпчела» ужалила его в голосовые связки, но через доли секунды на нас уставились все посетители, которые только могли, и я, неловко откашлявшись, сделала вид, что у меня приступ, и юркнула под стол, чтобы другие не могли наблюдать мой беливикс-превращение-в-красный-помидор.        Однако, если я спряталась под стол от неловкости, то Высоцкий всё ещё возвышался всеми своими двумя метрами над полом, продолжая привлекать внимание не только посетителей, но и проходящих мимо кофейни людей, которые без доли смущения заглядывали в окна.        — Мама, мама! Это тот самый Дядя Стёпа? — спросила маленькая девочка, которая повернулась, кажется, в последний момент, открыв рот и охнув от удивления: ещё бы, кому ещё посчастливится увидеть огромного Дядьку-Стёпку в свои молодые годы?        Впрочем, вопросительный взгляд девочки так и не получил ответ: мама тихо засмеялась, запихнув девочке в её открытый от удивления рот ещё одну ложку супа. К моему великому счастью ситуация с девочкой вызвала долю умиления в кофейне, и все люди, отделавшись улыбкой или смехом, отвернулись от Дяди-я-дурачок-ору-на-всю-округу-Стёпы, чтобы продолжить трапезу. Поняв, что на меня больше никто не смотрит и Высоцкий пребывает в некой прострации, я быстро вытащила голову из-под столика и вскочила, собираясь забрать у Егора своё имущество, которое, между прочим, уже старенькое и имеет приличный опыт в этом мире, поэтому обращаться с ним нужно крайне осторожно. Но моё выкидывание его во все стороны мы в счёт не берём, конечно…        И если вдруг кто-то подумал, что я красиво отобрала свою собственность из рук баскетболиста, то моя мама с папой ржут под столом, хештег «спасибо, гены». Видимо, Высоцкий в свободное время смотрит Наруто, потому что когда я потянулась рукой за телефоном, то его лапища мгновенно взмыла вверх на уровень Эвереста, вызвав у меня возмущенный выдох.        — Наглость — сестра таланта, — недовольно заявила я, скрестив руки на груди.        — Вообще-то краткость, — улыбнулся Егор, смотря на меня сверху вниз и продолжая держать одну руку высоко над головой.        — В твоём случае с краткостью не получилось, — осмотрев Высоцкого с головы до ног, ответила я. — Чистой воды наглость.        — Зато у нас будут высокие дети, — засмеялся Егор. — Я надеюсь, Влад не убьёт твою подругу после этого, — добавил он, протягивая мне мой сотовый.        Я тяжело выдохнула, искренне не понимая, зачем он спрашивал меня о «пидоре», если и так знал ответ заранее.        — Пакостник, — забрав телефон, я поспешила сесть обратно на место, потому что та самая бабушка в юбке очень сильно желала проделать во мне дыру своим строгим взглядом.  — Объясни мне, почему женщина престарелого возраста смотрит на меня, не спуская глаз? — прищурившись, спросила я, принимая вызов от бабушки в гляделки.        — Это та самая престарелая женщина, которая видела тебя ползущей по полу на коленках, — ответил Высоцкий плюхаясь на диван.        — Серьёзно? — испугалась я, моргнув пару раз, чтобы проверить, не испарится ли случайно её тело куда подальше.        — Земля круглая, — пожал плечами Егор, делая глоток кофе из своего стакана.        — Кстати о круглой Земле… — поёрзав на месте, вдруг вспомнила я важный упущенный момент, который волновал меня очень долгое время. — Высоцкий, откуда ты знаешь Федю?        — Какого Федю? — не понял он, переведя на меня взгляд.        — С вечеринки Влада, — нахмурилась я, — волосатый такой, — добавила я, однако Егор всё ещё не подавал никаких признаков ума. — Который облил тебя пивом, когда мы спустились вниз.        — Оу, — улыбнулся Высоцкий, протягивая руку к моим волосам, чтобы вновь убрать локон мне за ухо. — Тебе лучше этого не знать, Рита.        — Думаю, мне лучше знать, — настояла я, когда Высоцкий начал как не в себе улыбаться, видимо вспоминая день их знакомства.        — Хорошо, но пообещай, что ты не бросишь меня после этого, — засмеялся Егор, хватая вилку и натыкая один из блинов.        Однако когда я в недоумении приподняла брови, он добавил:        — Шучу, тебе понравится...