Тайны Браунов

Я думаю о тебе, а ты обо мне. Почему мы изводим друг друга пыткой молчания? Мне не нужны глаза и губы, когда я не смотрю на тебя, не целую! Мне не нужна любовь наполовину. Пусть наши сердца бьются вместе, в едином ритме, навсегда!

***

      В последние дни сентября в Шотландию вновь вернулось лето. Солнце радовало своим теплом уставших от бесконечных дождей студентов и вот в один из таких дней, кое-как дождавшись окончания уроков, юные волшебники высыпали на улицу, напрочь забыв о домашних заданиях.       Захватив из Хогвартса бутербродов и тыквенного сока, у Чёрного озера расположилось трое старшекурсников. Гарри прикрыл глаза от яркого солнца и опёрся спиной о дерево, в пол-уха слушая болтовню сидящих рядом девчонок. Лили и Гермиона оживлённо спорили то ли о составе зелья, то ли о плохих ингредиентах, купленных в Косом, из-за которых это самое зелье выкипело из их котла на сегодняшнем уроке.       Они, кстати, так и остались работать в паре, решив, что вместе у них неплохо получается.       Гарри девчонкам не мешал, просто наслаждался их обществом. А что собственно ему еще оставалось?       С того памятного вечера, когда он увидел Гермиону в объятиях Сириуса, Гарри всё же кое-как смог побороть свою злость. Да и не мог он долго сердиться на Гермиону.       «Тот, кто любит, будет рад, если возлюбленный счастлив. Пусть и не с тобой», — успокаивал Избранный сам себя. Поттер видел, что Гермионе хорошо, что ей нравятся ухаживания Сириуса, и не вмешивался. В конце концов, кто он такой, чтобы указывать.       Он не успел признаться в своих чувствах, хотя намерение это сделать только укрепилось в нём, и Гарри готов был ждать столько, сколько потребуется. Он дождётся Гермиону, дождётся удобного случая. Она ведь не может серьёзно быть влюблена в Блэка?       К тому же она рассказывала, что с того вечера они с Сириусом больше не встречались, хотя тот по-прежнему не давал ей прохода, а ещё ждал ответ на предложение пойти вместе в Хогсмид.       Вот тут-то Гарри и тупанул со злости. Взял да и ляпнул, чтобы Гермиона шла с Блэком. Та конечно начала отнекиваться, но он сделал ещё хуже, чем есть, сказав, что пойдёт со Снейпом и, возможно, Лили. А она, Гермиона, вроде как обещала присматривать за Мародёрами, и поход в Хогсмид с Сириусом — хороший повод намекнуть, что Петтигрю не слишком-то надёжный друг для их компании. Зная, что Сириус не очень лестно отзывается о Хвосте — разговор с Гермионой мог возыметь хоть какой-то эффект.       Теперь Гарри жалел о тех словах. В душу закралось сомнение, что после Хогсмида он точно её потеряет. Но дело сделано, и сказанного не воротишь.       — Нет, вы только посмотрите, что этот сумасшедший делает!       Гарри и Лили тут же попытались найти взглядом этого самого сумасшедшего, о котором говорила Гермиона. Девушка резко поднялась и пошла вдоль берега, в то место где, по колено в ледяной воде, бродил Блэк с сигаретой в зубах.       — Всегда знала, что у Сириуса не всё впорядке с головой, — по-доброму засмеялась Лили.       — Это же Сириус… — не подумав ляпнул Гарри и тут же попытался исправиться, — Мне он сразу показался таким сорвиголовой.       — Да, у него этого не отнять. Кажется, они симпатизируют друг другу, — Лили кивнула в сторону ребят.       Гермиона резво убегала от Блэка вдоль озера, а тот, с диким воплем, гнался за ней, привлекая своим рёвом внимание всех гулявших в округе студентов. Он в несколько прыжков настиг девушку и, подхватив на руки, пошёл обратно в воду. Округу оглушил пронзительный визг Гермионы, пытающейся вырваться из объятий Мародёра.       Дальше Гарри смотреть не стал. Он просто завидовал Блэку и мечтал вот так же легко взять Гермиону на руки, чтобы та обнимала его за шею и заливисто хохотала.       — Тебе не нравится Сириус? — спросила Лили, видя реакцию Гарри. — Понимаю, ты ведь её брат и волнуешься.       — Да, — грустно подтвердил Поттер-младший. — Но она взрослая девочка и сама в состоянии за себя постоять.       Лили сжала его ладонь и, взглянув в глаза, улыбнулась. Какая все-таки красивая у меня мама.       Гарри не мог оторвать от неё взгляда: такая нежная, такая весёлая. Как же были похожи их глаза…       Щёки Эванс снова залил румянец, и она смущённо убрала свою ладошку из его руки.       Гарри мысленно отругал себя за то, что снова пялился. Теперь понятно, почему отец так ревновал, когда видел Лили с ним. Но Поттер-младший ничего не мог с этим поделать. Как бы ему хотелось назвать её мамой…       Гарри вдруг вспомнил о своём обещании Снейпу.       — Эм… Лили, — начал он.       — Да? — откликнулась девушка.       — Даже не знаю, как начать… — Гарри действительно не знал, как подступиться к столь щекотливой теме. Но обещание есть обещание. — Скоро Хогсмид… Ты не подумай, это не свидание! — поспешил успокоить он нахмурившуюся гриффиндорку. — Я иду со своим другом, но я знаю, что твои подруги идут с парнями. Может, захочешь присоединиться к нам?       — Ох, ну я не против. А кто твой друг? Он тоже слизеринец? — спросила Лили на всякий случай, боясь, что это кто-то из магглоненавистников.       — Вообще-то да. Это Северус.       Реакция девушки последовала незамедлительно.       — Ой, Гарри, прости. Я тут вспомнила…       — Лили, подожди, — попытался успокоить он девушку прежде, чем та наврёт с три короба. — Я знаю, что у вас произошло.       — Это Северус попросил тебя поговорить со мной?       — Нет. Это я предложил помочь ему помириться с тобой. Лили, он очень страдает.       — Гарри, я всё понимаю, но он выбрал другую сторону. Я бы рада с ним помириться, но не смогу принять его выбор. Там, куда он собрался, грязнокровкам не место, — всё это девушка выпалила на одном дыхании и теперь тяжело дышала. Было видно, как больно ей об этом говорить, как она страдает из-за бывшего друга.       — А ты не боишься, что отказав в своей поддержке — толкнула его прямиком в пропасть?       — Хуже уже не будет, — не согласилась та, не зная, насколько на самом деле ошибается.       Гарри устало потёр глаза, сняв очки. Ну как ещё ей объяснить последствия их разрыва?       — Лили, он не Пожиратель. Клянусь Мэрлином, я видел его руку. Он сам закатал рукав, добровольно. Но он стоит на распутье, и от твоего решения зависит его выбор.       — Я не знаю, Гарри. Я боюсь, — девушка опустила взгляд. Ни один мускул не выдавал, что творится в душе у этой хрупкой волшебницы. Сколько слёз пролила она из-за Северуса. Она давно простила его, и снова дружить мешала лишь уверенность в том, что тот перешёл на службу Волдеморту.       Лили посмотрела по сторонам, пытаясь взять себя в руки. Сириус всё ещё носил Гермиону на руках вдоль берега (и как только ноги у него до сих пор не отмёрзли?), Марлин гуляла с каким-то равенкловцем, несколько девочек устроили пикник на поляне, Питер и Римус что-то читали, Поттер… Поттера она не видела несколько дней нигде, кроме как на уроках. За обедом он садился на другой конец стола, подальше от неё, в гостиной совсем не появлялся и делал всё, чтобы с ней не видеться, а когда она пыталась с ним заговорить, вообще сделал вид, что её нет, и прошёл мимо.       Видимо, после стольких лет, полный игнор его чувств возымел эффект. Джеймс абсолютно перестал замечать её. С чего вдруг я задумалась о Поттере? Северус. Гарри ждёт решения насчёт Северуса.       — Ты знаешь, Гарри, я согласна. Я дам ему ещё один шанс.

***

      Более тоскливого похода в Хогсмид Люпин в своей жизни не помнил. Конечно, бывало, что он ходил в деревню без всякого настроения, или же весь больной после очередного полнолуния, но всегда рядом были его друзья, готовые поддержать, рассмешить и защитить.       Сегодня рядом был только Джим и, впервые, помощь нужна была не Рему, а его другу, но Римус не был сведущ в сердечных делах, не знал, как помочь, как поддержать, что сказать, поэтому просто сжал плечо друга. Тот благодарно кивнул, и они в полнейшей тишине продолжили набег на магазины.       Когда всё необходимое было куплено, решили зайти в «Три метлы», чтобы выпить сливочного пива. Стянули шапки и тёплые мантии и уселись за свободный столик в ожидании заказа.       Выпив, Поттер немного оттаял и принялся оживлённо болтать о всякой всячине. У Люпина даже отлегло от сердца. Раз друг шутит — жизнь продолжается. Это он, Лунатик, всегда серьёзный и задумчивый. Джим же был словно маленькое солнышко, что дарило всем тепло. Люди тянулись к нему, им восхищались и, когда было плохо ему, было плохо всем. Даже Бродяга не в силах был развеселить гриффиндорцев в гостиной, если рядом сидел мрачный Поттер. Джеймс и настроение стали почти синонимами.       — Лунатик, это не та равенкловка, с которой ты зажимался на прошлый Хэллоуин? — решил подколоть друга Джеймс, когда мимо пробежала симпатичная девушка и лукаво улыбнулась обалдевшему Рему.       — Да, возможно, — попытался улыбнуться Римус.       — Ты так и не вспомнил? — Джеймс никогда не упускал возможности его подколоть и каждый раз, когда им встречалась девушка с Равенкло, даже если это была первокурсница, с серьёзным видом интересовался, не та ли это.       Римус не помнил. Совсем не помнил лица девушки, а вот цвет её галстука и неприлично расстёгнутые пуговицы на белой рубашке развратной девицы, что целовала его в чулане для мётел — помнил. В тот день они много пили, и Римус пил. Потом была игра, правил которой он не помнил, но знал, что в этой игре они пили из различных ёмкостей. Рему достался старый, ржавый шлем и, под общий свист и одобрение, он пил из него огневиски. Потом была темнота и та девица. А самое паршивое, что Римус так и не узнал, потерял ли девственность в ту ночь. И спросить было не у кого.       От собственных мыслей Люпин покраснел до кончиков ушей, что позабавило Джима.       — Что, Лунатик, никак не вспомнишь ту ночку? — Поттер бы и дальше веселился, но в дверь кто-то вошёл, о чём сообщил звон колокольчика, и Сохатый сменился в лице.       Римус осторожно повернулся назад. В паб вошли Браун, Снейп и Эванс, причём последняя выглядела очень довольной.       Заняв последний свободный столик в баре, троица стала оживлённо болтать. Снейп, одетый, наверное, в лучшую свою мантию и, в кои-то веки, приведший голову в относительный порядок, не спускал с Эванс счастливого взгляда, постоянно что-то говоря, пока Браун делал заказ у стойки.       — Ладно, Рем, ты извини, я пойду.       — Джим, перестань, — попытался остановить его друг. — Подожди хотя бы, я расплачусь и пойду с тобой.       — Нет, Лунатик, ты сиди. Я один хочу побыть, — Поттер встал, взял свою мантию со спинки стула и, хлопнув друга по плечу, поплёлся к выходу, даже не посмотрев в сторону Эванс. А зря… Та, не скрываясь, следила за ним, и Рему даже показалось, что она вот-вот за ним побежит, но взявший её руку Снейп предотвратил это.       Эванс смущённо улыбнулась слизеринцу, продолжая разговор, но ещё несколько раз оборачивалась на входную дверь, из-за чего тот хмурился.       Больше Рем не стал за ней наблюдать, отвернувшись к столу и продолжая попивать свой напиток. Он уже собирался вставать, чтобы вернуться в замок, всё равно никого из друзей не было, когда к нему обратились.       — Привет, — позвал девичий голос.       — Привет, — ответил он, поднимая голову. Перед ним стояли Пандора и Ксенофилиус.       — Извини, всё уже занято. Можно мы к тебе присядем? — спросила девушка.       — Конечно, тем более я скоро ухожу.       — Как жаль, — от Римуса не ускользнуло, что Пандора переглянулась с Ксеном. — Наша подруга сейчас придёт. Мы могли бы все вместе поболтать. Останься. Будет весело.       — Да нет, я… — Римус договорить не успел. Волчий нюх уже уловил знакомые нотки нежного цветочного аромата. Люпин сглотнул и встал как раз, когда к столику подошла ещё одна девушка. — Джейн, привет.       — Привет! Можно? — спросила та.       Слизеринка Джейн Фрост. Ну конечно! Как можно было не догадаться, не вспомнить, кто является лучшей подругой Пандоры?       — Конечно, садись, — спохватился Лунатик и сам поспешил занять своё место. Никакой речи о возвращении в замок уже не было. Сколько раз он представлял себе, как было бы здорово пообщаться с Фрост, и не решался с ней заговорить. Кто бы знал, что волки такие застенчивые — не поверили бы.       Лавгуд начал что-то трещать Пандоре про тиражи «Придиры», и та слушала его с таким видом, словно он в этот момент просил её руки. Вот уж где идиллия в отношениях.       Римус почувствовал на своём виске пристальный взгляд. Стало не по себе. И вправду, когда он повернулся, Фрост своим мечтательным взглядом рассматривала его лицо.       — Оу, прости! Я задумалась, — Джейн медленно перевела глаза на напитки.       — О чём? — спросил Люпин.       — Знаешь, шрамы очень украшают мужчину, — вкрадчиво произнесла слизеринка.       — Хм. Может быть.       — Тебе нечего стесняться. Я часто слышу восторженные отзывы девочек в твой адрес. Многие до сих пор не могут понять, почему ты один.       — Ты что, серьёзно? Джейн, ты наверное шутишь, — Люпин весело засмеялся от такого заявления.       — Ты, конечно, прости, что я лезу не в своё дело, но это и вправду странно, — Джейн наклонилась к самому уху парня и прошептала, — Но я знаю, что нужно делать.       От такой близости девушки волк внутри Люпина требовательно зарычал. Он сглотнул.       — Да? И что же?       — Вокруг тебя слишком много мозгошмыгов. Разгони их, и станет легче, — Джейн резко отпрянула и, положив руку под подбородок, стала попивать сливочное пиво.       — Мозго… кого? — не понял Римус. Он, конечно, замечал странности за этой троицей, но Джейн всегда казалась среди них самой трезвомыслящей. Не зря же слизеринка.       — Мозгошмыги. Невидимые существа, которые заползают к нам в голову через уши и поэтому мы начинаем сомневаться и копаться в себе, — объяснила Фрост, видя недоумение парня.       Люпин растянул губы в улыбке, он в упор не понимал, серьёзно она говорит или просто прикалывается над ним, и решил поддержать игру.       — И ты знаешь, как выгнать их из головы?       — Конечно.       — И поможешь мне?       — Это легко. Пойдём!       Прежде чем Люпин понял, что происходит, Фрост схватила его за руку и потянула к выходу. Лунатик еле успел подхватить мантию со стула, наспех накидывая её на себя и попутно отдавая Розмерте деньги за пиво. Фрост свою куртку не снимала и, дождавшись, когда он оденется, снова схватила за руку, утаскивая из бара, подальше от любопытных глаз. Тёплая ладошка казалась крошечной в руке Люпина, но на удивление была сильной. Джейн, ничего не говоря, вела его по улице, минуя всяческие магазины и лавки, приближаясь к окраине деревни.       Люпин ничего не понимал. Куда его ведут? Для чего?       — Эм, Джейн?       — Да?       — Куда мы?       — Тебе страшно?       — Нет. Просто…       — Можешь считать это похищением, — на полном серьёзе ответила слизеринка.       Лунатик засмеялся над шуткой девушки. Это ведь шутка?       Он так увлёкся размышлениями над этим, что даже не заметил, что они ушли из деревни и зашли в лес. До ушей донеслось пение птиц, шелест листвы в кронах деревьев и журчание ручья где-то за кустарником.       Фрост так резко развернулась к нему лицом, что он налетел на девушку, но, к счастью, успел поймать под руки раньше, чем та свалилась на землю. Теперь её лицо оказалось непозволительно близко от его. Большие светло-голубые глаза девушки, кажущиеся в свете дня совсем уж прозрачными, смотрели в его не мигая. Люпин видел в них своё отражение и не мог оторваться. Подул ветер, и снова её аромат попал в его ноздри. Он замер, а Джейн вдруг резко припала к его губам своими, и он тут же, не сомневаясь, ответил на поцелуй, долгий сумасшедший поцелуй.       Волк внутри ликовал, он требовал еще и еще. Люпин безоговорочно подчинялся ему, сминая губы девушки своими. Руки парня бродили по её спине, пока одной из них он не зарылся в её, пшеничного цвета, волосы, притягивая Джейн еще плотнее.       «Надо это прекратить!» — кричал разум, но волчье сердце противилось. Он так давно этого хотел, так мечтал почувствовать вкус её губ.       Не без усилий он всё же отстранил Фрост от себя, тяжело дыша и не отрывая от девушки голодного взгляда.       — Нет, Джейн. Нельзя…       Та молча смотрела на его попытки с откровенно-пофигистическим взглядом.       — Я тебе не нравлюсь, Римус? Мне казалось иначе…       — Ты нравишься мне, очень нравишься. Поверь! Ты ведь такая красивая и… — Римус приказал себе заткнуться, видя, что Джейн снова к нему приближается. Он сделал шаг назад и упёрся спиной в дерево, а Фрост, не теряя времени даром, обняла его за талию под распахнутой мантией, опуская голову на его плечо.       — Тогда не гони меня.       — Джейн, ты не должна этого делать. Я не лучший кандидат…       — Ты так говоришь, потому что думаешь, что я побрезгую встречаться с оборотнем?       — Что? — Люпин не верил своим ушам. Как такое возможно? — О чём ты, Джейн? — попытался включить «дурачка».       — Я уже давно догадалась, почему ты исчезаешь из школы каждое полнолуние, — таким же убийственно-спокойным голосом ответила Фрост. — И мне всё равно, что ты считаешь себя недостойным нормальных отношений.       — Джейн, я — монстр!       — Римус, я видела, как ты нюхаешь розочки в теплице мадам Спраут. Ты очень милый монстр, — на её лице наконец то появилась улыбка.       — Но… — хотел возмутиться Рем, но был опять остановлен.       — Тсс, — слизеринка приложила пальчик к его губам, призывая помолчать. — Я уже приняла решение.       Губы девушки снова коснулись его, тёплые ладошки скользнули под свитер, и в этот раз Римус не оттолкнул её, полностью отдаваясь поцелую.       Это безусловно был лучший поход в Хогсмид.