Дурмстранг. Поколение героев.

Утро воскресенья выдалось солнечным, но прохладным. Проведав Милоша, Виктор и Станислав убедились, что сегодня бродить по окрестностям замка они отправятся без него. В коридоре наткнулись на уже одетых в теплые мантии Хеленку и Свету, а на выходе из школы увидели слонявшегося без дела Никиту. В лес они отправились уже впятером. Пока летели, распогодилось, ветер утих, стало теплее. Ребята отыскали местечко поровнее, развели костер, набрали в котелок воды из озера. - Будто и не волшебники, - заметил Никита. - Давай еще картошку почисти без волшебства - сойдешь за маггла, - предложила Света. Никита помотал головой: - Нее, спасибо Богданову, начистился. - Я тебе поражаюсь, - подала голос Хеленка, делая бутерброды. – Ты вытворял такие фокусы даже у Новака под носом, и ни разу не попался. А у Богданова чуть не каждый второй урок то картошку идешь чистить, то кубки. - Да чего он…Придирается. - Потому, что надо серьезнее относиться к боевой магии. Посох – это не игрушка, - одернул Виктор. - Вот ты и относись серьезнее, звезда квиддича! А что, тебе пригодится: перевернул метлу и используй себе как посох. От английских поклонниц отбиваться, - Никита сделал жеманное лицо, нарочито деланным жестом поправил волосы. Виктор взметнул палочку, кинул в однокурсника заклятие онемения, но тот был начеку: отразил и тут же выпустил из палочки стайку разноцветных бабочек. - Ой, красотища какая! – восхитилась Света. - А то! Фирменный прием, - скромно заметил Никита. – Мы в магический спецназ не метим, нам бы что-нибудь поближе к жизни. Хеленка и Виктор заговорили одновременно: - Правда? - А куда пойдешь? - Не решил еще. Может, в научный отдел. - Никита, ты?! - А что? Очень даже интересно. Вик вон будет спортом заниматься, Стас – ну, тот точно в мракоборцы пойдет, боевым магом. - Пойду, - самоуверенно подтвердил Станислав. – Сразу после школы подам документы на обучение. - А вы куда? – спросил Виктор девушек. - А я вот тоже подумываю, - сказала Хеленка. Парни ошалело повернулись к ней: - Куда?! В спецмаги? - Медики там тоже требуются, - с легкой усмешкой ответила Хеленка. Света засмеялась: - Что, испугались? Она бы вам там показала! - Это точно! – отозвался Станислав. – А ты куда? - Я в научный. - Да ладно? – неверяще протянул Никита. - Вот тебе и ладно. У меня, между прочим, и монстрология, и волшебные существа сданы на высший балл, в отличие от некоторых. - Значит, будете вдвоем изучать флору и фауну, - милостиво разрешил Станислав. – Пока я буду охранять покой мирных граждан. Света фыркнула: - Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь. Посмотрим на тебя на соревнованиях. - Смотрите. Не забудьте только автограф взять. Неделя пролетела быстро. Иванка и Света то и дело натыкались на Эльжбетины сочувствующие взгляды и вопросы, адресованные Чернецкому, и это их страшно раздражало. Милош был еще слишком слаб, чтобы покидать больничное крыло, и речь о его участии в соревнованиях даже не стояла. Виктор и Стас усиленно тренировались, впрочем, как и остальные старшекурсники. Все понимали, что победа на соревнованиях будет означать нечто большее, чем просто сильнейшего в боевой магии. Вечное противостояние Фламмы и Гласиаса должно было в очередной раз найти выход в этой битве. Дурмстранг всегда был предметом пристального внимания Министерства магии. В дела школы оно не вмешивалось, но наблюдало за тем, как происходит воспитание и обучение будущих магов. Лишь один отдел имел прочные связи со школой: Отдел боевой магии. Его работники отличались от прочих чиновников: они были широкоплечие, веселые и не любящие долгой волокиты. Министерские мантии смотрелись на них, как деловые костюмы на маггловских спортсменах. На Турнир по боевой магии обязательно приезжали почетные гости-мракоборцы. Студенты очень дорожили этой дружбой: многие мечтали после окончания школы попасть в магический спецназ и обучиться на боевого мага. Среди студентов время от времени появлялись таинственные слухи, один другого невероятнее, о том, как именно происходит это обучение и с чем приходится сталкиваться будущим мракоборцам на занятиях. Сходились в одном: подготовка и дисциплина там небывалая. Когда школу навещали бывшие выпускники, парни пытались осторожно выспрашивать об обучении на боевого мага, но те лишь отшучивались: поступите – узнаете. Внезапное, внеплановое соревнование, на которое к тому же ожидались гости из Министерства, было просто подарком для студентов, угнетенных после поломки МОТУЗа отсутствием тренировок по квиддичу. Неделя пролетела стремительно, как один день, и в субботу с раннего утра вся школа напряженно ожидала начала состязаний. Перед самым сигналом к открытию соревнований, когда зал был уже полон, вошел Новак, а с ним – двое мракоборцев. Оживление возросло в разы: подумать только, внеплановые соревнования, не итоговый турнир, а тут такие гости! Коротко кивнув студентам в ответ на приветствия, маги пожали руки преподавателям и сели рядом с Новаком. Богданов дал сигнал к началу соревнований. На середину зала вышли семикурсники: семь фламмовцев в красных мантиях и семь гласиасцев в синих. Стали на равном расстоянии от центральной линии, обозначающей середину поля. Их разделяло семь метров – максимальная боевая дистанция. Капитаны команд подошли пожать руки, сверля друг друга глазами, после чего отошли к своим одногруппникам, выстроившимся в линию. - Палочки на изготовку! – скомандовал Богданов. В зале повисла тишина. - Бой! Сразу четырнадцать человек выкрикнули заклинания, задвигались, в нескольких местах защитного купола сверкнули, разбиваясь, срикошетившие заклятья. Милош подался вперед, стараясь рассмотреть все как можно лучше. Он уговорил-таки сестру Софью пустить его хотя бы взглянуть на состязания и сейчас сидел с повязкой на груди, бледный, но с живым интересом на лице. - Милош! – шепнула Иванка. - Ну? – не отрываясь, нетерпеливо отозвался он. - Откинься на спинку стула, а то сестра Софья велит идти в лазарет – тебе же нельзя перенапрягаться сейчас. Милош с неохотой подчинился. Иванка права, надо будет следить за собой, если хочется посмотреть все бои. А этот уже подошел к концу. Черт! Над трибуной, где сидели фламмовцы, прошел дружный стон: первый бой выиграли гласиасцы, причем быстро и четко. Милош случайно взглянул туда, где сидели почетные гости, и вдруг увидел, как один из мракоборцев наклоняется к Новаку и что-то ему говорит. Тот кивнул, подозвал Богданова. Богданов переспросил, вскинул брови, но кивнул и затем обратился ко всем, заклинанием вновь увеличив громкость своего голоса: - Сегодняшние соревнования будут смешанными. На каждом курсе будет проведено три боя, два на палочках и один – на посохах. По трибунам прокатились возгласы удивления. Турниры всегда велись только на одном оружии, как правило, проводили все бои на палочках, и после большого перерыва, а то и на следующий день, велись бои на посохах. Впрочем, соревнования не итоговый Турнир, и решение Богданова не противоречило правилам. - Хотят посмотреть наших во всей красе, - над ухом Милоша наклонился сидевший позади Станислав. - Ага. Специально тебя ради включили в программу посохи, - отозвался тот. – Так и сказали: покажите нам Янковского с посохом! - Хехе, еще бы! Второй бой прошел еще быстрее, чем первый. Гласиацы были в ударе, учинили фламмовцам полный разгром. Олаф, братишка Эйнара, ухитрился двумя заклинаниями подряд скосить двух противников. Спустя пять минут от начала боя Олаф остался в центре зала вместе с однокурсником, среди поверженных фламмовцев. - Хорош, чертяка, - проворчал Эйнар. – Надо ему уши надрать за то, что на Гласиасе учится. - Если он тебя раньше не отправит в отключку, - заметил Станислав. – Блин! Два – ноль. В сухую просто! Если они на посохах не реабилитируются, будут в спортзале сидеть до седьмого пота у меня! Девушки закончили помогать раненым, вернулись на свои места, и Богданов дал сигнал к началу последнего боя семикурсников. В воздухе замелькали посохи, звук стоял, словно в лесу, где работала команда дровосеков. Удары, заклинания, финты…В самом углу зала остались две пары соперников. Все затаили дыхание. Фламмовец метнул заклинание в противника, Олаф замахнулся посохом, пытаясь защитить товарища, но тут же получил меткий удар от второго. Развернулся, и в спину прилетело заклинание от первого. Олаф рухнул рядом со своим однокурсником. Фламмовцы радостно взревели. Эйнар тоже выбросил кулак вверх с победным кличем, но тут же осекся, наклонившись вперед: - Эй, он как там? Девушки уже бежали на поле. Хеленка захлопотала у Олафа, Богданов дал команду приготовиться восьмому курсу. По пути на поле Эйнар успел спросить Хеленку про брата, та успокаивающе кивнула. Милош сцепил руки в замок перед собой, уперев локти в подлокотники. На площадку вышла его команда. Шестеро. Без него. По правилам в таких боях должно было участвовать равное количество бойцов с обеих сторон. Потому один из гласиасцев сидел на скамейке запасных в ожидании второго боя. Это был Томаш Чернецкий. Взгляды Милоша и Томаша встретились, Томаш прищурился, перевел глаза на повязку, и губы его расплылись в улыбке. Вышли капитаны: Станислав у фламмовцев и Мстислав у Гласиаса. Гонг, и опять в одно мгновение все смешалось: красные и синие мантии мелькали там и тут, по куполу пробегали вспышки, заклинания выкрикивались почти непрерывно, слившись в один сплошной гул. Никита, загородив собой Романа, успел поставить щит, но тут же сел, сраженный Ступефаем с другой стороны. Виктор одним заклинанием разделался с нападавшим, но к нему тотчас подскочил капитан команды гласиасцев, темноглазый коренастый Мстислав Добрынин, и завязался жаркий обмен заклятиями. - Что он там застрял! – не выдержала Света. - Он чемпион по квиддичу, а не по боевой магии, - напряженно заметил Милош. – А Мстислав – отличник у Богданова. На Эйнара насели сразу двое гласиасцев, Станислав ринулся на подмогу, но не успел: тот зашатался и упал, сжимая руками голову – в него попало жесткое Маледицеро. Роман послал в Мстислава Импедименту, помогая сражавшемуся Краму. Гласиасец резко припал на правую ногу, захромал, но бой продолжил. Милош невольно восхитился его концентрацией внимания. На площадке к тому моменту сражалось всего несколько игроков. Виктор выиграл-таки поединок – Мстислав упал с опутанными лодыжками и запястьями. Но не успели фламмовцы торжествующе зааплодировать, как Виктор тоже рухнул, сраженный заклинанием мстящего за капитана гласиасца. Роман метнул ответное. Противник успел поставить щит и выпустить Маледицеро – Роман зашатался, потеряв координацию, небо с землей начали свистопляску у него перед глазами…Последним был повержен Станислав, которому пришлось сражаться с двоими. Под торжествующий рев трибуны гласиасцев, Богданов объявил победу в первом бою восьмикурсников. Удрученные фламмовцы молчали. Но они не были бы фламмовцами, если бы за короткий перерыв не воспряли духом. - Давайте, раскатайте их, ну! – оказав помощь, напутствовала Света. - Эйнар, на тебя брат смотрит, покажи ему, как надо, – с другой стороны говорила Хеленка. Парни молча кивали с серьезными лицами. Гласиас сделал замену, выпустив Томаша. Очевидно, они хотели закрепить победу, вводя в игру нового сильного игрока. Но не учли последних событий. Едва прозвучал гонг, фламмовцы ринулись в бой. Счастливчик Никита оказался ближе всех к Томашу, но уже сметая на своем пути противников, к ним неслись Виктор и Станислав. Сразу несколько заклинаний обрушилось на Томаша, и тот повалился на землю оглушенный. Болельщики возликовали. - За Милоша! – крикнул кто-то. Пылая холодной яростью, фламмовцы разнесли противников в пух и прах. Виктор и Эйнар, единственные оставшиеся на площадке на ногах, крепко ударили правыми ладонями – знак победы. - Крам! Крам! Рас-мундс-сен! Когда Богданов объявил смену оружия на посохи, Милош улыбнулся в предвкушении. После разгрома семикурсников и первого проигрыша восьмого курса фламмовцы были подавлены, но сейчас настрой их разительно сменился. - Ян-ков-ский! – скандировала трибуна, где сидели фламмовцы. Как минимум половина девичьего факультета, Венери, поддерживала их. Станислав приветственно помахал рукой и сосредоточился. Следующие минут десять Милош откровенно наслаждался зрелищем побоища гласиасцев. С посохом в руках Станислав превращался с местного супермена, не иначе. - Победа у Фламмы, - объявил Богданов. Трибуна взорвалась аплодисментами, парни затопали, зашумели. Милош бросил взгляд на преподавателей: Богданов был доволен, что его ученики демонстрируют хорошее мастерство, Новак – спокоен, а гости из министерства переговаривались о чем-то. - Теперь все решают выпускники, - сказал Милош Иванке. - Да. Два – один у седьмого курса, один-два – у вас. Охо-хо! Девятый курс, гордость школы, завтрашние взрослые маги вышли на площадку, выстроились. Все затаили дыхание. Гонг, и вихрь движущихся фигур, взмахи палочек, сложные заклинания… Первый бой выиграла Фламма, второй – Гласиас. В преддверии последнего, завершающего, сражения, все сидели как на иголках. Милош стиснул пальцы в «замок» так, что те побелели, Станислав сам не замечал, что грызет ноготь, Виктор, ссутулившись, неотрывно глядел на площадку. Гласиасцы тоже были неспокойны: Олаф вцепился в спинку стула впереди, Томаш постукивал кулаком по ладони. - Итак, - прозвучал над притихшим залом голос Богданова, - последний сегодняшний бой. Девятый курс сражается на посохах. Гонг! И сорван покров тишины: посохи слились в смазанные движения, заклинания летали над площадкой. Сел фламмовец, пал гласиасец. Еще гласиасец и еще фламмовец. Один-один, один-один... В центре осталось двое, два капитана. Все затаили дыхание, следя за противниками. И – всего одна ошибка! – гласиасец, как в замедленном кино, опрокинулся на спину, раскинув руки. - Фламма!!! – звук обрушился на зал, мощный, как шквал. На трибунах обнимались, свистели, аплодировали – сейчас можно было выражать свои эмоции шумно и без оглядки на правила – такова была давняя традиция. Ликование Фламмы и половины Венери, досада Гласиаса и второй половины девушек были не только слышны и видны, но в некоторых случаях и осязаемы – кто-то от восторга выпускал бабочек и цветы в воздух, а кто-то - стайку грустных черных ворон. Ликование улеглось, когда по традиции на поле вызвали трех капитанов победившего факультета. Богданов и Новак пожали всем троим руки и вручили старшему – девятикурснику – Кубок победителя. И вновь зал взорвался аплодисментами, а старшекурсники Фламмы побежали качать капитанов. Милош, совершенно счастливый, пытался как можно лучше запомнить все детали этого вечера, чтобы потом вспоминать и вспоминать его. Утром Милош проснулся рано. Проснулся с улыбкой на губах, и сразу вспомнил: победа, триумф, он вернулся из лазарета, а еще сегодня воскресенье. Для счастья предостаточно причин. Он повернулся на другой бок и застыл: постель Виктора была пуста. Аккуратно заправлена и пуста. Ушел куда-то? Рано утром в воскресенье? Милош приподнялся, оглядел спальню: Станислава тоже не было на месте. Сон сняло как рукой, он спустился в гостиную, посидел в кресле. Вскоре спустился Никита. - Привет. А где эти, герои дня? - Не знаю. - Ну ладно. К завтраку появятся, - махнул рукой Никита. Не появились. Милош оглядел весь Большой зал, но так и не увидел друзей. Зато услышал, как девятый курс тоже кого-то ищет. За преподавательским столом встал Богданов, призвал к тишине. Все посмотрели на него. - Сегодня у нас радостное событие. Нам оказана большая честь: студенты восьмого и девятого курсов Морозов, Налич, Крам, Янковский, Добрынин, - он перечислил еще троих, отличившихся во вчерашних соревнованиях, - зачислены в группу подготовки боевых магов. Милош остолбенел. Богданов говорил еще что-то, но он уже не слышал преподавателя. В глаза бросился разительный контраст: Богданов улыбался и говорил бодро, Новак сидел мрачный, молчаливый, поперек его лба пролегла морщина. Какая-то мысль настойчиво пыталась пробиться в сознание ошеломленного Милоша, и он, наконец, обратил на нее внимание. «Крам? Крам – в боевой отряд? Станислав – да, мечтал об этом. Но Вик – звезда квиддича, самый молодой игрок сборной, зачем ему это? И ушли ночью или на рассвете, даже не попрощавшись?» Мысль дала толчок остальным сомнениям, и эхом прозвучали слова Никиты над ухом: - Что за ерунда? Уехали на рассвете? - Откуда вообще взялись эти внеплановые соревнования? - напряженно проговорил Эйнар. Все три факультета аплодировали, но и тут, и там встречались удивленные, непонимающие лица. «Если б не это дурацкое ранение, я бы тоже мог быть там», - подумал внезапно Милош. «А не терялся бы в догадках».