20 лет спустя. Часть 2.

Так, Эцио, я понимаю, что в голове ты уже заготовил пламенную речь, но сюда уже идет стража, и они явно не будут с нами церемониться, а время поджимает! Аудиторе подбирает свернутый лист, выпавший из одежд Уберто, и тот, схватив меня за руку, побежал к крыше. Как только мы запрыгнули, в нас сразу начали стрелять из арбалетов… Так, мы перепрыгиваем на крышу другого здания и бежим по крышам. Крики не стихают… Так, так, нужно где-то спрятаться! .. Ага, вон беседка! Я показываю парню на нее, тот кивает, и мы запрыгиваем туда, даже не дышим… Давайте, проходите мимо нас! Через несколько минут шаги утихли, и мы вылезли из беседки. — Ну и какого хрена это было? Ты зачем заорал на весь монастырь «Я Эцио Аудиторе! Все смотрите на меня! Хэй, я здесь!» Это была СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ошибка! — Не смей меня отчитывать! Ты мне никем не приходишься! .. — Кхм, что?! Я, между прочим… — Si, si. Идем уже! Через 20 минут мы вернулись в бордель. Нас никто не искал, или, полагаю, не думал искать, так как наверх глянуть лень. Эцио заявил, что собирается покинуть Флоренцию, а нашу поддержку и помощь отверг, сказываясь на «Недоверие к нам», но мы уговорили его, что дойдем максимум до виллы его дяди, а уж оттуда «уедем». Ну, разумеется, весь этот бред сказала ему Марьяна… Я не знаю, почему она думает, что когда мы дойдем до Монтериджони, этот дундук наконец поймет, что мы говорим истинную правду. К слову о дундуке: он пошел срывать объявления, подкупать глашатаев и убивать оклеветавших его семью чиновников, так как, по словам Паолы, это поможет отвлечь столь пристальное внимание стражи от нас. Должно помочь… надеюсь. Вот он возвращается и решает перекусить, поэтому садится рядом с нами (Мы и еда вместе навсегда!). — Значит, вы уедете из Монтериджони? — Вполне возможно… Но если твой дядя позволит нам там остаться, то уж изволь… — Надеюсь, не позволит. Вы меня раздражаете… — Ах значит так? — возмутилась Марьяна, — То есть, мы спасли твою задницу, а ты так с нами?! Ну прости уж, что твои внучки такие! Воу, мелкая, полегче! Марьяна как подорвалась с дивана и выбежала на улицу. — Офигеть… Я ее НИКОГДА такой не видела за 74 года… — Точно ведьмы… Тебе 91 что ли? — Да неее! В нашем времени мне 17, ей 7, а когда мы переместились во времена нашего первого дедушки, мы пробыли там 67 лет. Он научил нас практически всему… Если бы не Альтаир, я бы была обычной трусихой, какой была в своем времени, а так… — То есть, ваш дед был… Араб? И он жил в 13-м веке? — Верно… Именно он и подарил нам эти клинки и научил ими пользоваться, но сам он… пожертвовал своим пальцем. — Увлекательная история, но увы, я не верю… — Вот ты упертый! — Идем. Нам надо идти… Приведи Клаудию и маму! — Слышь, не командуй… — БЫСТРО! — и я как подорвалась и побежала наверх… Блин, сволочь! .. Так, комната Клаудии здесь, ага. Я стучусь. Через несколько секунд дверь открылась, и девушка пустила меня… У нее красные глаза и опухшие щеки… Ну, тут все ясно. — Ты что-то хотела? — Собирайся, мы уходим… — Та еле заметно кивает, — Слушай, я понимаю, что тебе плохо… — Не лезь! Ты вообще никто! .. Сейчас я приведу маму. Спускайся. М-да, она зла, очень зла (Прямо как я 2 года назад), и лучше не трогать ее, пока не успокоится. Я спускаюсь обратно вниз: Там эти двое опять о чем-то спорят… Странно, я думала, что это МЫ с ним будем ругаться, ну ладно, все впереди! — Что вы не поделили? Di nuovo (Снова)? — Абсолютно ничего, — говорит парень, — Мы с Марьяной прекрасно ладим, — и наигранно улыбается, а сестра скалит зубы, — Quasi (Почти). Спускаются Мария и Клаудия… Так, сейчас уже выдвигаемся, полагаю? К нам подходит Паола. — Ну, вот и пришла пора прощаться, — Эцио подходит к женщине и обнимает ее. — Спасибо тебе, за все. — Береги себя, Эцио. Будь осторожен. Верю, тебе предстоит долгий путь… Помни, что я сказала тебе про них… — и кивает на нас. — Не уверен, что твои слова — истинная правда… Прощай, Паола. — Прощайте… Берегите себя! Мы выходим из борделя и следуем за Аудиторе… Ты-то знаешь Флоренцию, как свои 5 пальцев! Клаудия ведет Марию, а мы с мелкой идем рядом с парнем. Надеюсь, что мы ни на кого не нарвемся, а то с моим «везением«… Подойдя к воротам Флоренции, мы уже собрались выбежать из города, но там отряд стражи… Ну что за хрень?! Ага, а вон и куртизанки. Взяв кошелек Аудиторе, я направилась к девушкам. — Так, дамы, понимаю, что подхожу к вам со странной просьбой, но… Короче, можете отвлечь стражу? Ну, сами понимаете. Я вам заплачу. — Девочка, а сама никак? — спрашивает одна из них, — У тебя миловидное личико… — А мне свалить надо! Вон с ним, — и киваю на Эцио. Тот непонимающе смотрит на меня, но потом подмигнул. Девушки сразу растаяли, — Ну что, поможете? — Так это ЕГО приютила Паола? .. Ну, такому bello (красавчику) грех не помочь, — и направляются к посту. Я в то же время возвращаюсь к Эцио. Тот хитро улыбнулся и стал наблюдать. Девушки соблазняют стражу, и те, на удивление, поддаются на их провокации и идут за ними! Насколько же они избалованы, раз забыли о своих обязанностях! .. Ну да плевать! Нам нужно смываться отсюда, причем как можно скорее! Мы быстро прошли через врата, и еще стражи не появилось на горизонте, так что мы спокойно направились в сторону Монтериджони… Но ведь, мы же не на МАШИНЕ! .. Оу, черт! Мы будем идти МИНИМУМ неделю, уверена! Как же я это НЕНАВИЖУ! — Мы вернемся во Флоренцию? — спрашивает Клаудия. — Не ведаю… — Мы вообще вернемся? А что станет с нашим домом? — Я НЕ ЗНАЮ! — я аж вздрогнула. Тише же ты! — Их… похоронили как подобает? — Да. Достойно. Окрестности Монтериджони. 2 недели спустя. — Мы подъезжаем. — Grazie a Dio! — воскликнула Марьяна. Что же было с нами эти 2 недели? Мы направлялись сюда, но даже когда мы останавливались в какой-либо деревне, нас хотели арестовать, так как флорентийские стражники патрулировали окрестности, но ведь нас же никто не остановит! До Монтериджони осталось пару сотен метров, и мы наконец-то придем. Здесь очень пасмурно и душно, чего не было во Флоренции. Вдруг Марьяна напряглась. — Что такое? — спрашивает ее Аудиторе, — Что-то не так? — Там впереди… Пацци! — Что? — раздраженно спросила я, — И что здесь делает беретик? — Полагаю, он знает о наших планах, — говорит Клаудия. — Так, если что… Ну, неважно. И действительно, в 30 метрах от нас стоит Пацци со своими людьми. В руке у него обнаженный меч, а его люди уже готовятся выхватить оружие. — Buon giorno, Ezio. Ох, неужели и она с тобой? — и кивает на меня, — Как ты мог уехать из Флоренции, не попрощавшись? — Чего ты хочешь, Вьери? — Дай-ка посчитать… Большой дворец, двух скакунов, красавицу невесту, вроде твоей подружки… Ах да, еще убить тебя! Голубка, иди сюда, и тебе ничего не будет… — Наступаешь на те же грабли, Пацци! Я язвительная, пиздец язвительная! Да еще и сплю со всеми подряд! Да и убить тебя могу… Поэтому, родной, если хочешь пожить еще немного, то СЪЕБЫВАЙ НА ХЕР! — Милая, а помнишь, что я тебе говорил по поводу таких слов? — А помнишь, что я сделала потом? — А что ты сделала? — спрашивают Клаудия и Эцио, в то время как Марьяна просто стояла и подавляла смех. — А вот что! — и подбегаю к Пацци и снова бью его по яйцам (Полагаю, я их отбила ОКОНЧАТЕЛЬНО), и тот снова запищал тоненьким голоском. Потом я резко отпрыгиваю назад и ухожу лунной походкой, — Пацци, СОСИ! И тут беретик своим тоненьким голоском пропищал что-то, и на нас напали. Вот, один несется на меня. Я бегу ему навстречу, потом резко пригнулась и прокатилась под ним, потом поднялась и резко ударила мужчину клинком в шею. В то же время Марьяна убила другого, а Эцио третьего. Что, удивлен?! — Мне надоела эта игра! — практически восстановившимся голосом прокричал Вьери, — Убейте всех! Не щадите никого! — И тут всех остальных… расстреляли? Чего? Это… Ассасины, надеюсь? — Что это за колдовство? — Не колдовство, малыш — талант! — прокричал это уже взрослый голос мужчины. — Покажись! — Как угодно, — и тут появился наш спаситель. Это — мужчина лет 50, у него шрам на глазу, и он достаточно полный, - Вот, ловите! — и кидает мне, Эцио и Марьяне мечи… Я свой еле поймала, но, тут ничего удивительного, это же я! Пацци, увидев все это, струсил и убежал, оставив своих людей, а те, в свою очередь, обнажили орудия и начали нападение… Ну что ж, ублюдки, теперь у меня меч в руке, молитесь! Марьяна встала у меня за спиной, прикрывая меня, а мы в то же время защищаем Клаудию и Марию. Один бежит на меня, но не успев защититься, сразу же падает на землю с дырой в животе. Потом бежит еще двое, Марьяна полоснула одного по ногам, тот падает, сестра запрыгнула ему на спину и отсекла второму голову с плеч… Рембо, мать его! На Аудиторе налетели все остальные, но таинственный мужчина с легкостью расправился с ними. Как только мы расправились с врагами, Эцио подошел к мужчине и протянул ему меч. — Благодарю. — Оставь меч себе, Эцио. — О, разве мы знакомы? — Ты не узнаешь меня? Это же я, Марио! — Дядя Марио? — и тут мужчина как обнял его! .. Охереть, то есть, это и есть брат Джованни? И он в состоянии убедить Эцио в нашей правоте? — Давно не виделись, племянник, ох давно! — Потом он обнял Клаудию, а потом Марию, — Я слышал о скандале во Флоренции… Ужасно! Идем, нужно увести вас подальше отсюда… А это кто? — и смотрит на нас. — А это, дядя Марио, Эрика и Марьяна, которые неизвестно откуда появились… — Слышь, если бы не мы, тебя бы тоже повесили, так что цыц! — Вы ЭРИКА И МАРЬЯНА? Внучки Альтаира? — Да… — Подожди, дядя, ты что, их знаешь? — опешила Клаудия, — Откуда?! — Благодаря дневнику братьев Поло. Они — внучки ассасина, благодаря которому братство основалось и в Италии… Мария кивает… То есть, она тоже знала? .. О Боги! У Эцио челюсть отвисла. — Ч-что? Внучки АССАСИНА? — Ну да, а откуда у нас эти клинки? Альтаир дал! — говорит Марьяна. — Идемте на виллу, — сказал Марио, — Там вы все расскажете. Зайдя в город, я стала его осматривать. Эцио там все объяснял Марио, а я вертела головой, как и Клаудия (Дорогуша, неужели ты не … Блин, я была в Монтериджони 4 года назад, и он практически не изменился, разве только машины и вся эта фигня… Вот за что люблю этот город, так это за то, что он «пропитан» историей, она чувствуется, когда ты гуляешь по этим узким улочкам! И тут мы подошли к вилле Аудиторе. Я в шоке, насколько же она огромна. Но когда я была, там была огромная дыра, вот прям огромная, а тут она какая-то обветшалая. — Эцио, иди на рынок подбирать снаряжение, мои люди уже ждут тебя. — Зачем? — Разве ты приехал не подучиться? — Нет. Я хочу увести свою семью подальше! — Да ты че, ополоумел? — раздраженно спросила я, — Совсем? — Знаешь что, nipote dell'assassino, мне плевать, что ты думаешь! — Эцио, мальчик мой, лучше ее слушаться, — говорит Марио, — Братья Поло описали ее как неспокойную… — А я и есть неспокойная! — Так, я просто хочу уехать отсюда! — А как же твой отец? Ты бы не хотел закончить его дело? — Какое дело? Отец был банкиром! — Ты ничего не знаешь? — О чем? — Ma che mi combini, Giovanni? С чего же начать… Сходи на рынок за снаряжением, а у меня будет время подумать и заодно поговорить с девушками. — Но… — Безо всяких «но»! Поговорим позже! Вот тебе немного денег на расходы. Если захочешь отдохнуть — комната на верхнем этаже виллы в твоем распоряжении. Парень кивнул и направился в сторону рынка, а я, Марьяна, Клаудия и Мария направились внутрь здания. Замечу, что интерьер внутри достаточно хорош и богато украшен. — Дядя, а где наши комнаты? — спрашивает Клаудия. — Идем за мной, — и поднялся по лестнице. Мы идем за ним, — Это твоя комната, Мария, — после чего женщина заходит, а комнату, а за ней Клаудия, — Клаудия, твоя комната слева, — девушка кивает, — А ваши покои наверху… — Спасибо, Марио… Так, вы хотели поговорить с нами? — говорит Марьяна, — Не так ли? — Верно. Следуйте за мной.