20 лет спустя. Часть 2.

Боже, кто меня тянул за язык? Зачем я это ей сказала?! У Эрики были такие потухшие глаза только после смерти Айбигел… Это значит, что я «умерла» для нее? Что теперь будет? Я даже не знаю, как извиниться перед ней! Я ведь действительно поступила очень глупо, не рассказав ей об этом!.. Боже, Эцио, молю, поговори с ней, я уверена, вы встретитесь! Я от злости начала метаться по помещению! Я глупая, глупая, глупая! Перевернув какой-то ящик, я заплакала. И тут вошел Бартоломео. — Что приключилось? Куда делась твоя сестра? — Ушла… Мы поссорились, очень серьезно поссорились… Вы когда-нибудь совершали какой-нибудь ужасный поступок и не рассказывали о нем близкому человеку, чтобы защитить его? — Приходилось, а что? Ты сделала что-то плохое и не поделилась с сестрой? — Si. Я молчала об этом почти 40 лет, и вот, ляпнула… Ладно, расскажу, — и я рассказала мужчине всю историю. Его выражение лица не менялось на протяжении всего рассказа… Возможно, мой ужасный поступок для него — просто лепет. — Ну, что я могу сказать… Что для тебя, что для твоей старшей сестры, проживших гораздо больше, чем я, это — один из самых страшных поступков? Я видел и делал вещи гораздо хуже, и мне ни капли не стыдно… — Тогда почему мне стыдно, и я считаю себя монстром? — Сколько тебе? — 7. — Ну, вот и все ясно. Ты ребенок, и какой бы ты ни была умной, дисциплинированной и жестокой, ты маленький ребенок, и это нормально… Эцио упомянул, что тренировки тебе в радость… Прошу, — и открыв дверь, приглашает меня наружу… Да, нужно потренироваться, занятия позволяют отвлечься… Ну, а потом нужно помочь мужчине придумать план, как нам напасть на Барбариго. К вечеру. — И где эти двое? — возмущается мужчина, пряча Бьянку в ножны, — Мы скоро должны выступать! — Терпение, Бартоломео. Они придут, — и тут стук в дверь, и ввалились Эрика и Эцио… И кажется, они все это время пробыли в таверне… Ну вы, ну… Сестра быстро глянула на меня, а потом перевела взгляд на наемника. — Привет, Эцио и Эрика! Добро пожаловать! Задержались вы! Кстати, моя армия снова со мной. Теперь Сильвио поймет, какую ошибку он совершил. — Что будем делать? Навалимся на Арсенал всем скопом? — спросил Эцио каким-то странным голосом… 2 пьянчуги. Мне любопытно, что будет с моей старшей сестрой, когда мы будем пиратствовать с Эдвардом Кенуэем? Она лишится печени и будет спать со всеми подряд? — Нет, так нас перебьют у ворот. Мы с Марьяной придумали кое-что другое. Возьми моих людей и расставь по всему кварталу. Они поднимут шум, и это заставит Сильвио бросить против них почти всех воинов… — И тогда в Арсенале останется мало наемников, и мы сможем проникнуть внутрь, — продолжила Эрика. — Именно, дитя! И никто не сможет вам помешать. — Надеюсь, он клюнет, — пробормотала я. — О, не беспокойся об этом!.. — и тут Бартоломео кивнул Аудиторе… Ты собираешься с ним поговорить, полагаю? — Эрика, Марьяна, подождите меня снаружи. Мы вышли на улицу: наемники уже готовы и ждут наших приказаний. Эрика встала у стены и уставилась в одну точку… Так, нужно убедить ее, что действительно жалею. — Вы что, в таверне были? — Ну да. Мне нужно было бухнуть как следует, чтобы переварить информацию о том, что моя сестра — безжалостная убийца. — Я стала убийцей, когда впервые убила человека. Помнишь, когда на нас напали разбойники? Я просто убила парня метательным ножом… А ты убила другого, проткнув его мечом. Мы обе изменились после этого дня. И да, я выпотрошила человека, но если моей семье угрожает опасность, я и не такое сделаю. И ты тоже, признай. Наши родители тоже не жестоки, но что они сделали с тем уродом, который убил нашу сестру? Ты помнишь? Они его убили, и очень жестоко!.. Эрика, да, я убийца… Но ты так говоришь, будто сама святая! Скольких ТЫ убила? Не у меня одной бесконтрольная ярость… — Но я никого не потрошила… — А если бы он хотел убить меня? Что бы ты тогда сделала? — сестра немного ошарашена таким вопросом, но все же ответила: — Убила бы, но быстро… — Эрика… Я постараюсь контролировать себя. Я тоже не хочу вырасти таким человеком, которого если унижают в школе, он просто приходит и всех расстреливает, но… Сестренка, мы родились в семье ассасинов, мы никогда не станем обычными людьми, наше происхождение не позволяет… И я не хотела тебе говорить об этом, потому что… — Не хотела меня травмировать… Вы с Аудиторе прямо на одной волне, — усмехнулась Эрика, — Иди сюда… — и подойдя к ней, сестра крепко меня обняла, — Знаю, что Эцио не очень похож на психолога, но его сеанс с вином и задушевными разговорами… В общем, он меня убедил, что ты ребенок, и ты просто хотела, чтобы моя душенька была спокойна… — Ну, я поняла, что вино участвовало в вашем разговоре, — улыбнулась я. Как раз вышел парень. — Вижу, вы помирились… Моя терапия помогла! — Тоже мне, психолог! — усмехнулась сестра, — Но, признаю еще раз, что бухлишко — это вещь!.. Но не всегда, так что, Марьяна, не пей, когда вырастешь, договорились?.. Итак, предлагаю расформироваться и очистить по одной точке, заодно сэкономим время… Я ж гений? — Si… Non, я пошутил, — и Эцио получил от Эрики толчок в плечо, — Но идея хороша. Берем людей Бартоломео и когда все сделаем, встречаемся здесь… Ясно? — Разумеется, — кивнула я и подошла к пятерке наемников и серьезным голосом сказала, — За мной, — На удивление, никто не ухмыльнулся. (Ну, Бартоломео предупредил, что связываться со мной нежелательно, да и на тренировке они это наблюдали) — Мы направились в безлюдный дворик, куда привело меня Орлиное зрение… Ага, стража. 3 человека… Думаю, наемники сами справятся. Я кивнула в их сторону, и мужчины пошли разбираться… Мне любопытно, почему в стражу принимают полных дилетантов? — Оставайтесь на этой точке и ждите сигнала. От трупов избавьтесь. — Как прикажешь. Я вернулась обратно… Вернулась я самая последняя. (Ну, это связано с тем, что мне пришлось идти дальше всех) Я захожу в здание, там уже парень, сестра и наемник. — Вот и ты! Все готово? — поинтересовался Бартоломео. — Да. Твои люди на месте. — Bene, bene. Эцио, возьми это, — и протягивает Эцио фейерверк, — Надеюсь, знаешь, как с ним обращаться… — Если что, я знаю, — ухмыльнулась Эрика, после чего замолкла, так как была «испеплена» взглядом парня. — Найдите самую высокую точку в квартале и выстрелите оттуда. Это будет сигнал для моих людей. — Отлично! Увидимся на поле боя, — воскликнул парень, и мы вышли из помещения, — Ну, есть предложения, куда нам направляться? — Туда, — и я показала на высокую башню примерно в сотне метров отсюда. Мы добрались до башни, но… Эрика, как всегда. Нам нужно было прыгнуть в воду, чтобы приплыть к башне. Так вот, моя старшая сестра как всегда поскользнулась об черепицу, и вместо того, чтобы нырнуть в воду «ласточкой», она… Ну, сами знаете, какая она неуклюжая. (Хорошо хоть, что в воду упала, а то могла и не долететь) Парень залезает первым, а мы ждем внизу, так как на крыше мы втроем не устоим. Как только Эцио залез на башню, раздался грохот, и разноцветные огни зажглись в небе, и сразу начались сражения. Люди, ничего не подозревающие, разбежались кто куда. Эцио спрыгнул в воду и крикнул: — Нужно помочь Бартоломео. Я активировала Орлиное зрение: мужчина на данный момент борется с Данте Моро там, куда ходила Эрика. Мы бежим по мосту, и я, обнажив свой меч, начала атаковать тамплиеров. Одного я проткнула, другого обезглавила, Эцио убил третьего сделав подсечку, а Эрика… Не успела… Но пришла подмога. — Привет, ребята! — крикнул наемник в самый разгар своего сражения. — Можно нам с вами? — спросила Эрика. — Конечно! И тут я увидела, что в мою сторону направляется стражник, высокий, толстый, и в доспехах… Я такого уже побеждала, стоит мне только залезть на него сзади и перерезать горло. Я подбежала к мужчине, пролезла между его ног, запрыгнула ему на спину и перерезала ему горло, а потом мягко приземлилась на трупе. Как только мы расправились со стражей, мужчина бросился вслед за Данте Моро, который убежал как раз тогда, когда появились мы. Как раз от Арсенала недалеко, примерно метров 50-60. И как раз, когда мы подбежали к воротам, они захлопнулись прямо перед нашими носами, но Моро снаружи. Эцио направился к нему с окровавленным мечом, а мы с Эрикой займемся стражей… Как команда. Один несется на нас, сестра сделала подсечку, я же перерезала ему глотку. Второй подошел очень близко к сестре, и еще секунда, и ее голова была бы снесена с плеч, но я успела швырнуть метательный нож и попала мужчине в глаз… А третий хотел воспользоваться этим моментом, но поскольку моя реакция и рефлексы улучшились, я достала кинжал, резко повернулась и вонзила лезвие в живот, а потом нанесла еще несколько ударов, пока изо рта тамплиера не вытекла струйка крови, и он не забился в предсмертной агонии. Я поднялась на ноги и приметила, что Бартоломео, скажем так, терпит поражение, но Эрика уже убила одного, подойдя сзади незаметно. И тут я услышала, как Барбариго кричит о том, что они что-то нашли, и нам это не достанется. Полагаю, речь идет о Яблоке… Ну мы еще посмотрим… Эцио почти разобрался с Данте, но тут ворота открылись, мужчина оттолкнул парня и забежал в Арсенал, мы за ним. Я побежала первой, запрыгнула на крышу павильона, в котором хранятся гондолы. Я слышу, как пролетают рядом стрелы… Мне осталось совсем чуть-чуть… Ага, вот и эти двое. Выдвинув клинки, я спрыгнула вниз, прямо на них… Как раз, когда я ранила их, подоспели Эцио и Эрика. Шах и мат, господа. — Почему здесь лодки? — удивился парень, — Я думал, ты хочешь стать дожем? — Это просто уловка, — ответил Барбариго, — Мы должны были отплыть… — Куда отплыть? — спросила я. — Не скажу. — Они отправляются на Кипр. Они хотят… Они… хотят… — и оба затихли. — Не бойтесь тьмы — раскройте ей объятья. Покойтесь с миром, — и Эрика закрыла им глаза. К нам подходит Бартоломео с счастливой моськой на лице. Спрятав Бьянку, мужчина похлопал парня по плечу и сказал: — Отлично, друзья! Сильвио разбит, и квартал снова в наших руках! Быть может, теперь в Венеции воцарится мир и покой! Давайте отпразднуем нашу победу! — Я рад за тебя и твоих людей, Бартоломео, но мы не можем присоединиться к вам… — Потому что мы отметили заранее! — ухмыльнулась сестра. Парень, сжав кулаки, продолжил: — Non, наши планы круто изменились… — О чем ты? — Сильвио не собирался свергать Марко, — подхватила я, — Он лишь хотел покинуть Венецию — а все это было затеяно для отвода глаз. — Зачем? — Именно это мы и хотим выяснить… — Тогда мне остается лишь пожелать вам удачи… Парни, все таверны наши! Мы ушли из квартала в свой район, оставив наемников отмечать. Эцио всю дорогу шел задумчиво, а когда мы вернулись домой, он сказал: — Я рад, что вы помирились. — М? — удивилась Эрика, которая уже что-то ест. — Вы двое — тандем идеальных сестринских отношений. Смотрю на вас и думаю: «Да, они ссорятся, но они все равно всегда друг за друга горой! Как это вообще возможно?». Вы — некая поддержка для меня, заменили мне Федерико и Петруччо… Знаю, это глупо, но это действительно так… И я не позволю вам поссориться так крупно еще один раз… Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — и Эцио поднялся наверх… Черт, эти слова согрели меня, словно теплый свитер! Мы посидели еще немного с сестрой, а потом сами поднялись в свои комнаты. И только я переоделась и легла на кровать, как в голове появился голос, появившийся в тот же день, когда Эрика сообщила мне, что она видела Айбигел. Ну, как давно она меня не посещала! — Ну здравствуй, Минерва.