What the Fuck?

— А я ведь реально испугалась твоим царапкам на моем лбу! — отпивая в очередной раз сидр, вставила Эмма. — Прости? — подняла бровь Реджина, застыв с занесенным стаканом в руке. — Что? — слегка поперхнувшись, переспросила Свон. — Ты назвала мой почерк «царапалками»? Я не ослышалась?! — деланно возмутилась Миллс. Блондинка удивленно посмотрела на мэра, которая к слову сейчас выглядела весьма устрашающе.Однако, уже через секунду, пожав плечами, брюнетка все же отпила свой напиток. — Господи, женщина! — облегченно вздохнула Эмма.- Ты меня с ума сведешь своей блестящей игрой! Ты, блин, актриса прирожденная! Эмма сказала не подумав и сразу после этого, захотела выйти из комнаты, встать у двери, вытащить свой язык и со всей дури захлопнуть дверь, чтобы его хорошенько прищемило.В памяти блондинки всплыл их недавний разговор. -…я стала хорошей актрисой…— эхом всплыло высказывание Миллс. В любом случае, шериф уже пожалела о своем замечании, а бывшая королева резко помрачнела и теперь с пустым взглядом вглядывалась в глубину сидра собственного производства. В комнате воцарилась тишина: одна женщина думала о своей жизни, а вторая подбирала слова, чтобы вырулить ситуацию.Извиняться Свон не любила, да и не умела и от того просто смотрела на свою собеседницу, пытаясь выцепить из роя мыслей- правильные, по ее мнению слова. — Иногда мне начинает казаться, что я родилась актрисой…- рассеянно начала Реджина.- С раннего детства, да что там…вероятно, даже с пеленок… — Кора- коротко вставила Эмма, кивнув в знак понимания. — Верно.- так же кратко ответила Миллс, отпивая новую порцию алкоголя. Блондинка взглядом проводила эту манипуляцию, раздумывая над словами и жестами строгой мадам-мэр. Стены обороны замка Миллс неминуемо рушились, однако, ни одна из женщин этого уже не замечала. Существовало только здесь и сейчас: с памятью, с открытыми разговорами. обнажающими душу и каждая знала, что дальше них самих эти открытые участки их темных душ, не выйдут. — Реджина, я…- Свон все же подала голос и запустив руку в свои волосы, все же отважилась продолжить.- Реджина, я знаю, что она твоя мать и все такое… но…чёрт… не то, что бы я сама тяну на титул матери года, но… Чёрт, короче я хочу сказать… Миллс пресекла словесный водопад несвязанных между собой мыслей легким взмахом руки в останавливающем жесте. — Я поняла, что ты хочешь сказать, Эмма. Что это не правильно и что тебе жаль и что мать не должна истязать своего ребенка. Только вот…ты права: она все равно моя мать. И к тому же, мы выяснили причины её поведения- у неё не было сердца. В ответ, Эмма пробурчала что-то нечленораздельное, что явно свидетельствовало о её несогласии с мнением мадам-мэр. — Я была… Нет, не так… Скорее, мы с отцом были деревянными марионетками её собственного производства. Она как опытный кукловод дергала за нужные для неё ниточки, чтобы мы оба выполняли то, что её мнению, было правильным. Любое отклонение от заданной ею нормы- неминуемое наказание. Наверное… наверное поэтому я привыкла к тому, что учить кого-либо можно только жестокими методами…- глубокомысленно начала Миллс. — Прямо как Голд! — вставила Свон. — О, да… В этом они похожи: он прял из соломы золото, а она пыталась выжать это самое «золото» из людей. Так что, на мой взгляд, Румпель в чем-то даже гуманнее.- подсмеялась невесело брюнетка.- Соломе ведь не больно. В отличии от людей. По сути, если присмотреться, то мы приспособились. Сначала мне было сложно это сделать, но затем…гораздо позже…отец он… он научил меня быть такой, каким стал он сам. Пути наименьшего сопротивления, хотя бы внешне. Это был идеальный театр кукол имени Коры-дочери Мельника. Через меня мама пыталась реализовать свои… — Не сложившиеся планы, я понимаю всю эту хрень, Реджина. Типа: родители всегда пытаются прожить еще раз свою жизнь через своих детей и все дерьмо в этом роде- сильно ударив бокалом по столу, прервала её блондинка. Реджина слабо улыбнулась, вглядываясь теперь уже в слабый огонь камина. — В этом есть определенный смысл.- кивнула она на фразу Свон.- Но и сказать, что это было единственной целью- никак нельзя. Скорее, моя мать ставила эксперимент. Своего рода социальный эксперимент по оттачиванию своего мастерства кукловода. Наши с отцом вкусы и предпочтения, мысли и мечты…они… Мечты…- фыркнула Миллс.- За это слово можно было здорово поплатиться, произнеси я его вслух. — Блядь, Реджина! Извини, но она реально смахивает больше на сумасшедшую, чем на лишенную сердца! — воскликнула блондинка. — А как по-твоему быть без него? Ты превращаешься в подобие человека: ни чувств, ни эмоций, ничего…просто… Эмма- это вечная пустота. Пустота, которую сначала очень хочется заполнить, а потом… потом это желание пропадает.- осадила её мэр. — Да как вообще можно было с ней жить?! — не понимала Свон. Брюнетка тяжело вздохнула и повернув голову в сторону шерифа, на секунду задумалась, задумалась о том, как объяснить все блондинке. — Эмма я уже говорила тебе…Пойми: я родилась в сказочной стране из Книги Сказок. Это другая реальность! В общем, тот мир больше похож на ваше обычное средневековье, или возможно, некую смесь эпох. Балы, книги, вышивка, игра на фортепиано, хождение в корсетах, строгий надзор за осанкой… Тогда никого не интересовало, что многие девушки не понимали и 10% из того, что написано в книгах, предпочитали изучению бесчисленных музыкальных этюдов- прогулки к примеру, а я например, так вообще терпеть не могла эти чертовы корсеты, предпочитая их одежде для верховой езды. Это действительно, другой мир, но не смотря на его «сказочность», Диснеевские мультфильмы и наш мир- разительно отличаются. К примеру…- задумалась, Реджина.- К примеру такая банальная вещь, как женская гигиена. Как ты думаешь, каким образом мы встречали женские дни у нас? Лицо Эммы вытянулось от удивления. таком она даже и не думала. — Действительно, а как?— пронеслась в её голове мысль. — Ткань? — выдала идею вслух, Свон. Миллс согласно кивнула. — Но это для тех, кто находился в моем социальном статусе и материальном положении. А вот людям более бедным и менее удачливым, было куда хуже- ткань они себе позволить купить для подобных нужд- не могли. В принципе, это и не было столь нужным: практически все свое время, женщины нашего мира либо были беременны, либо только что родили.- пояснила она. — Да уж…- покачала головой Эмма.- А я когда читала про средневековье, представляла себе благородных рыцарей и прекрасных дам в пышных платьях. Реджина фыркнула в ответ, скривив уголки своих губ. — О, я встречала эти ваши утрированно-идеализированные описания в художественной литературе. При том и вашего и нашего мира. Только вот, реальность была куда более жестокой. Люди были крайне суеверными и по современным меркам вполне могли бы восприниматься как фанатики. Например, существовали разные поверья, касающиеся мытья. От части, конечно, вполне объяснимо: никогда не знаешь, на что или на кого наткнешься в озере, но поверь мне на слово в то время запах человека мало отличался от запаха, источаемого животными. Предметы личной гигиены практически отсутствовали и были доступны опять-таки привелегированным членам общества. — Какого хрена?! — возмутилась блондинка.- На хрен ваш мир! Ээээ, Реджина, и после сказанного мне сейчас, ты все еще считаешь, что разрушила мою жизнь? Чёрт, да я благодарю Бога, что жила в эру святого дезодоранта и туалетной бумаги! Миллс посмотрела на подругу и искренне рассмеялась этой детской непосредственности взрослой женщины. — Так-так… Значит…значит ли это мисс Свон, что за тампоны ты мне простишь отравленный турновер? — поиграла бровями, брюнетка. — Угу. А за зубную пасту- издевательство над моим жуком! — приняла правила игры, Эмма. — О, ты это про свое ржавое корыто, отдаленно напоминающее пародию на автомобиль? — подколола Миллс. — Вот опять ты начинаешь! — сузив глаза, ответила блондинка. — Дорогая, это я еще не начинаю, поверь мне на слово… Что ты творишь? Свон не стала дослушивать очередную порцию нелестных слов о её верном четырехколесном друге и отложив свой стакан в сторону, не задумываясь, обхватила руками мэра, намертво зажав в своих объятиях. — Да пусти ты меня! Ты мне сейчас все кости переломаешь! — начала врываться Реджина. — Отпущу когда ты признаешь, что мой жук- прекрасный автомобиль! — не отпускала из захвата, Эмма. — Ни за что! — возмутилась Миллс. Реджина и Эмма долго противостояли друг другу и мэр продолжала бы вырываться не смотря на явное превосходство в физической силе шерифа, если бы не скрежет её костей. — Хорошо-хорошо! Я согласна! — зло процедила брюнетка. — Тогда скажи это, Миллс! — рвано дыша, сказала блондинка. — Сказать что, Свон?! — буквально выкрикнула Реджина. — Эмма, твой жук… — Эмма. твой жук… — Никакая не груда ржавого металлолома… — Эта груда ржавого металлолома действительно никакая… Рррр- прорычала от плотно сжавшихся вокруг её тела рук, Миллс.- Никакая не груда ржавого металлолома. — А вполне приличный автомобиль. — А вполне приличный автомобиль. Все, довольна? Отпусти меня уже наконец! — вырвалась их кольца рук, Реджина. Свон только довольно хихикала, поглядывая на разгневанную Злую Королеву. Но спустя мгновение хихиканье сменилось на сосредоточенное выражение лица. — Что? — все еще злясь, спросила Миллс. — Скажи, а какой он? — серьезно спросила Спасительница. — О ком ты? — не поняла Реджина. — О Робине. Какой он… Ну в смысле… какой он человек? — Другой. Не такой как многие из тех мужчин, которые мне были знакомы. Он немногословен, довольно уравновешен, он пахнет хвойными деревьями… Другими словами- это был мой мужчина… Реджина, которая было уже забыла о своей больной любви к лесному разбойнику, снова вспомнила о нем. Его светлые волосы, подкаченное тело, взгляд и запах, которые теперь принадлежат другой женщине… Эти воспоминания и невеселые мысли были прерваны диким хохотом блондинки, от чего мэр вопросительно взглянула на неё. — Чёрт, без обид, но когда ты сказала про хвойные, ты прям описала дятла! — не смогла удержаться от комментария, Свон. — Дятел Свон, в Сторибруке один- и это ты! — от чего-то без злобы, ответила Миллс. — Не знаю, Реджина. Вообще не знаю. Блин, в моем понимании Робин Гуд это такой развеселый мужичок, который скачет с дерева на дерево с криком «ЭГЕЕЕЕЙ», а за ним по всюду скачет толстый падре с гармонью.- продолжила свои умозаключения, Эмма. — Кажется, кому-то пора заканчивать смотреть «Шрека»…- закатив глаза, произнесла мадам мэр. — Так ты тоже видела эту серию? — удивленно спросила Свон. Милл снова закатила глаза. — Эмма, у меня вообще-то был маленький сын! Конечно, я смотрела «Шрека». А уж первые 2 его части не менее 20 раз! — Тогда давай выпьем за толстого падре с гармонью! — предложила случайный тост, Эмма. — За толстого падре с гармонью! — подсмеялась, Миллс, чекнувшись стаканом с шерифом.