Наверное, я просто влюблен...

Дерек только успевает переступить порог лофта, как все его существо буквально замирает в ожидании чего-то. "Что-то" достигает его слуха и нюха через одну минуту - болезненный стон измученного Стайлза и аромат страха и отчаяния. Это уже привычно, весь лофт словно окутан кошмарами Стилински, которые становятся все ужасней. Не помогают ни таблетки, ни психологи, ни любимые фильмы вперемешку с вредной едой и приставкой. В спальню оборотень успевает забежать до того, как страшный сон наберет обороты. Он знакомым отточенным движением перехватывает руки барахтающегося парня к постели и начинает уговаривать: - Открой глаза. Стайлз, борись. Это просто сон. Слушай меня. Это всего лишь сон. Просыпайся. Стайлз успокаивается, но не спешит просыпаться. Он выползает из спальни немного позже, ест и пьет лекарства, просит десерт. Парень выглядит так, словно не спит совсем, а его еще и бьют при этом с большой жестокостью. Дерека не смущают темно-фиолетовые круги под глазами Стилински или восковая бледность его кожи, но парень неизменно покрывается легким румянцем и закрывает лицо, поглядывая на оборотня сквозь растопыренные пальцы. - Что на этот раз? - они сидят на диване и смотрят какой-то древний ужастик про зомби. Стайлз оглушительно громко хрустит попкорном, облизывает свои длинные пальцы от соли и смотрит в экран так, будто он сильно увлечен ходячими мертвецами, которые пожирают чью-то руку или ногу. Парень не любит такие вопросы. Ему проще закрыться-спрятаться в себе. - Я могу и заставить, - волк тихо рычит, наклоняется близко и не отводит взгляд слишком долго. - Ты не посмеешь, - шипит, дергаясь в сторону. Стилински пытается щетиниться, он озлоблен на себя и совершенно не горит желанием раскрывать свои секреты. Хейл поднимает руки в примирительном жесте, немного отодвигаясь, давая Стайлзу больше пространства для успокоения. Оборотень пытается не принюхиваться, но ужасом от Стилински пахнет все сильнее, а определить причину не представляется возможным. Прислушиваться к интуиции, значит, признать неизбежное - Стайлз загоняет себя в гроб, намеренно и полностью осознавая происходящее. Когда фильм заканчивается, Дерек не отказывает себе в удовольствии проводить Стайлза до его спальни. Просто, чтобы убедиться, что пацан не натворит глупостей, как уже пытался. Мужчина проходит дальше по коридору, прислоняется лбом к двери в собственную комнату и перестает дышать. Потому что ему жизненно необходимо быть рядом с неугомонным когда-то пацаном, защитить, вернуть улыбку на красивое лицо, которое не портят даже следы душевного истощения и недосыпа. В два часа двадцать семь минут после полуночи внутренний волк бьется твердым лбом в ребра Хейла, воет, будит человеческую составляющую своей сущности всеми силами. Дерек едва не падает с кровати, сворачиваясь клубком и чуть не раздирая себя отросшими когтями. Он осматривается по сторонам, спросонья не сразу понимая, что происходит. Дерек забегает в спальню Стилински и буквально застывает от ужаса. Оборотень стоит соляным столпом, големом, не смеющим пошевелиться без приказа хозяина. Перед ним, выгнувшись на кровати, лежит Стайлз, скованный, вероятно, самым жутким своим кошмаром. Парень елозит ногами по смятому постельному белью, всхлипывает, хрипит, а его пальцы стальным ошейником сжаты вокруг тонкой шеи, на которой, Дерек помнит, тоже есть скопление родинок, но теперь они скрыты удушающим захватом. Хватает нескольких бесконечных секунд, и Хейл отряхивается, скидывая с себя странный морок, кидается к парню, сжимает его запястья и... И ничего. Оборотню вдруг не достает сил, чтобы прекратить этот ужас. На мгновение кажется, будто они вновь в тех временах, когда внутри Стилински вовсю хозяйничал древний лис. - Открой глаза, - рычит, едва не выпуская зверя из-под контроля. - Стайлз, борись! Стилински сам убирает руки, напрягается всем телом, но продолжает барахтаться в мучительном сне. Это слишком жутко - Стайлз вытянут в струну, будто кто-то вставил металлический прут в его позвоночник, на шее быстро проявляются ужасающие синяки, а через минуту он вздрагивает и кричит, вновь пытаясь себя задушить. Дерек успевает перехватить руки парня, прижимает левое запястье к смятой простыне, пальцы правой сплетает со своими. Он взбирается на постель и скалит удлинившиеся клыки. Из глотки волка вырывается такой громкий рык, что это будит Стайлза, растерянно моргающего в темноту. - Черт бы тебя побрал, Стилински! - хрипит Дерек, поспешно возвращая себе человеческий облик и включая прикроватную лампу. Комната тут же погружается в полумрак, скрадывающий болезненность Стайлза и лихорадочный блеск его глаз. Парень мелко вздрагивает и пытается дышать ровнее, но страх опутывает липкими нитями все сильнее, сдавливает грудь, мешает организму функционировать нормально. Он вскидывает взгляд на оборотня и фокусируется на его глазах, подсвеченных изнутри мистическим голубым светом. - Это просто... Волчий бог, я рехнусь скоро! - Дерек и рад бы порычать или разозлиться, но не может - Стайлз напуган и растерян, едва смаргивает стоящие в глазах слезы. Хейл загнанно дышит, словно бежал не по коридору, а сдавал нормативы на бег по пересеченной местности, и будто не замечает, что все еще не выпускает рук Стилински. - Чертов девятихвостый ублюдок будет издеваться надо мной, пока я не сдохну, - обессиленно выдыхает Стайлз, зажмуриваясь и откидываясь на подушки. Он не делает ни единой попытки вырваться из хватки волка, что само по себе пугает едва ли не больше, чем недавний кошмар, потому что такое бездействие - это слишком. - Объясни мне, я хочу помочь, - уверяет Дерек. - Я не смог противиться ему, даже когда... Стайлз закашливается, и оборотень мчится на кухню, набирает воды и возвращается. Парень уже сидит в кровати и рассматривает во фронтальной камере телефона свои синяки. Он удивленно смотрит на вошедшего Хейла, прикладывая свои пальцы к жутким темнеющим следам. - Я думал - это лишь сон, - парень качает головой и откладывает гаджет на тумбочку, благодарно принимая воду и делая пару глотков. - Видимо, подсознание лучше знает, что делать с таким монстром, как я. - Это ты от недостатка кислорода фигню несешь? Или обычная говорливость прорезалась? - Хейл забирает опустевший стакан, убирает его и усаживается на край постели. Он не знает, как спасти парня от самого себя, и это убивает волка внутри него. - Эллисон погибла из-за меня, Айзек сильно пострадал, провалявшись несколько дней без сознания, - Стайлз подтягивает укрытые одеялом ноги к груди, обхватывает их тонкими руками и качает головой. Он совершенно точно уверен в том, что всю вину стоит уложить на его хрупкие плечи. - Но самое страшное, что я не смог перебороть Ногицунэ даже тогда, когда он издевался над отцом. И теперь единственный родственник, который у меня остался, лежит в коме, а я настолько сильно ненавижу себя за это, что умираю. Я ведь и тебя чуть не покалечил, а теперь, - он передергивает плечами и горбится, утыкаясь лбом в свои колени, - один и тот же сон, повторяющийся, как заевшая пластинка. - Это просто сон. - Сложно говорить это себе, когда смотришь на голову отца, слетающую с плеч, и на кишки, которые вываливаются из любимого волка. Стайлз умолкает, вспоминая подробности кошмара, и тонко всхлипывает, сжимаясь, кажется, еще больше, становясь совсем маленьким. Он хорошо помнит, как лис командовал его телом, вынуждая делать ужасные вещи. Когда очередь дошла до Джона Стилински, единственным, кто встал на пути Ногицунэ был Дерек. И если бы Дитон не успел вовремя перевести свиток Сугендэ, то сейчас Стайлз сидел бы в мягкой комнате, укутанный в смирительную рубашку. Потому что не перенес бы гибели двоих самых близких людей. Дерек не выдерживает, тянется, сгребает парня и прижимает к себе, поглаживая широкими ладонями спину, вздрагивающую от тихих слез. Когда нет слов, чтобы успокоить того, кто близко - настолько, что почти внутри - это физически больно. Слезы Стилински кислотой жгут притихшего волка, который принимает на себя всю боль парня, что может выдержать, вытягивает его тоску, надеясь избавить, освободить. - Это просто сон, - как заклинание повторяет Хейл, покачивая Стайлза в своих объятиях. - Ты не виноват в том, что было. Не смей никогда думать, что это не так. Я за всю жизнь не видел более чистого, преданного и взбалмошного человека, чем ты. Это был Ногицунэ. И он не вернется. - Ты уверен? - Я не позволю. У Стайлза нет выбора. Он верит этому оборотню с тех пор, как тот впервые оттолкнул его от опасности.