Наверное, я просто влюблен...

Опрокинув парня на спину, Дерек наклоняется низко и тонет в карамельной радужке и темном омуте расширенного зрачка. У него из груди непроизвольно вырывается приглушенный рык, когда болотно-зеленая футболка парня слегка задирается, оголяя поджарый живот. Это форменное издевательство, если спросите Дерека. Стайлз дышит громко и тяжело, не прекращая ухмыляться и делать вид, что он король горы. Вообще-то, ему сильно хочется провалиться куда-нибудь сквозь пол лофта на нижние этажи разбиться в кровавое месиво или рассыпаться в пыль, потому что ему дико стыдно и жарко, и неприлично, и приятно. Это форменное издевательство, если спросите Стайлза. Хейл проскальзывает одной рукой под поясницу Стилински и прижимает растопыренную пятерню к теплой коже, ощущая легкую дрожь стайлзова тела. Его ощутимо ведет от этого прикосновения. И очень четко чувствуется, что глаза меняют цвет. Чертов пацан сводит его с ума и знает об этом, пользуется, пока позволяют. Как не убить не в меру болтливого, красивого парня, который одновременно бесит и манит? Стилински закидывает руки наверх, всем телом вытягивается под оборотнем и ощущает мурашки, дружным маршем вышагивающие вдоль позвоночника. Он борется с желанием зажмуриться, закрыться от обжигающего взгляда синих глаз бывшего альфы, потому что слишком горячо и немного неправильно, ведь это же Дерек Хейл. Дерек, который не может его...хотеть. Как не умереть на месте прямо под нереально сексуальным, сильным, горячим волком? Вторая рука Хейла замирает где-то между аккуратной задницей парня и его коленом. Хорошо, что на Стайлзе джинсы. Очень хорошо. Просто великолепно. Правда, кажется, мелкий гаденыш понимает, что оборотень прижимается к нему не просто из принципа "протри-все-горизонтально-вертикальные-поверхности-города-тушкой-Стилински". Не сгореть со стыда - задача номер один. Перестать наклоняться все ниже - невыполнимая задача номер два. Стайлз скрещивает лодыжки за поясницей волка, почти опрокидывает его на себя и застывает в ожидании. У парня уже напрочь отбито дыхание, сердцебиение в тахикардию и непрекращающаяся дрожь. Стилински очень четко чувствует кончик дерековского носа, который прижимается к его вспыхнувшей румянцем щеке, и пытается спрятать ошалевшую улыбку. Не начать истерически смеяться - задача номер один. Не сдохнуть от желания - трудная задача номер два. И вообще, вся ситуация - форменное издевательство, если спросите этих двоих.