Боги Счастья.

Чимин давно не был в доме родного дяди. Даже когда учился в академии, Мин жил в общежитии. Ему нравился дом, но он не чувствовал себя комфортно в этом месте. Даже сейчас. — Прошло только два дня, а ты уже встал на ноги, — мужчина лет пятидесяти стоит в дверном проеме комнаты Чимина, скрестив руки. Его лицо выражало недовольство. — Пора возвращаться на работу, иначе у меня могут забрать дело, — Пак стоит у зеркала, поправляя галстук. — Пока я исправно выполняю свои дела, никто не имеет право передавать их другим прокурорам. — Я смотрю, ты дорожишь этим делом. Это из-за мальчика-следователя? — дядя все еще смотрит недовольным взглядом на прокурора. — Стоит ли так рисковать? — Это не только из-за Юнги, которого, между прочим, ты знаешь. Это еще из-за семьи компании Джесон. — Мы уже давно не имеем никаких связей с этой семьей. Тебе не за чем помогать им. — Ваши старческие терки меня не интересуют, просто хочу помочь, — Пак аккуратно поправляет галстук. — Я ведь прокурор, поэтому должен следить, чтобы каждый преступник получил справедливое наказание, — Чимин улыбнулся, сверкая белоснежными зубами. Он был доволен собой. — Тогда что будешь делать с Полковником Юстиций? — дядя прошел в комнату. — У меня есть две идеи, но обе они ужасно неприятные, — Мин отвернулся от зеркала, поворачиваясь к дяде. — Во-первых, я могу согласиться помочь Полковнику Чхве, чтобы выяснить хоть что-нибудь о преступнике. Это даст мне больше информации, с которой потом я могу помочь следствию. Во-вторых, я могу отказаться, что позволит мне беспрепятственно и напрямую помогать следователям. Однако… — Однако это напрочь испортит твои отношения с начальством, — дядя нахмурился, — Оба варианта действительно ужасны, — он хмыкнул. — Как и в первом, так и во втором случае ты рискуешь своей жизнью. Это слишком опасно. Поэтому, — от взгляда Чимина он застыл и не стал продолжать. — Я знаю, что ты волнуешься обо мне, я ценю это. Но это не значит, что я оставлю работу. Прошу только об одном. — О чем же? — Позаботься о Чиджин и Чихене. Они будут в опасности, если все плохо обернется, — В ответ Мин получил только подзатыльник. — Чего? — И без тебя знаю, что мне нужно делать, ребенок. *** Черный цвет повсюду. Женские платья, прозрачные вуали на лицах пожилых дам, даже дети в черных костюмах. Только цветы в помещении окрашивали комнату и добавляли цвета, но не радости. Все люди подходили к молодому парню, который стоял прямо у входа. Юхен, единственный сын секретаря Ген.Директора, приветствовал гостей. Сегодняшний весенний день со столь приятной и теплой погодой для юнца был кошмаром. Но он пообещал себе, что не будет плакать. Рядом с ним стоял и сам Ген.Директор. На его лице было много эмоций. Грусть, злость, ненависть… Он понимает, что смерть его подчиненного произошла по его вине. За это он себя ненавидит. И он знает, что убийца, возможно, находится сейчас в этой комнате. И это ужасно злит его. Сначала его сын, теперь его секретарь. Еще одной жертвы он точно не выдержит. Недалеко от отца и Юхена стоит Намджун, который помогал с проведением похорон. Его взгляд без единой эмоции блуждал по залу. Хотя отсутствие эмоций было прекрасным прикрытием, чтобы внимательно рассмотреть всех гостей. И в этом зале он далеко не один этим занимался. Юнги долго стоял возле Юхена. Крепко взяв мальчика за руку, он произнес слова соболезнования. Его лицо было серьезным, он смотрел на парня и чувствовал, как колется его сердце. — Я сделаю все, чтобы поймать его. Я не оставлю этого ублюдка безнаказанным. — Спасибо, — Юхен не мог сказать большего. Он верил Юнги, ведь следственный отдел его единственная надежда на то, что кто-то поймает убийцу его отца. Поэтому в ответ он крепко сжал его руку, чтобы дать понять, что он верит и надеется в него. Юнги, как и Намджун, следил за всеми людьми помещении. Он пытался заметить что-нибудь необычное в поведении гостей. — Не думаешь, что так смотреть на гостей неприлично? — Юнги резко дернулся от столь знакомого голоса. — Я потом подойду к тебе. «Что ОН здесь делает?» — вся следственная группа и Намджун, который стоял рядом с Хосоком и Джином, увидели перемену в лице Юнги. Это не на шутку перепугало их. Только Чонгук спокойно стоял и наблюдал за всей ситуацией. Чимин получил приглашение от Намджуна, что его немного удивило. Пак не общался с ним со старшей школы, потому что дядя сильно поругался с отцом Кима. Конечно, это не значило, что дети тоже были в плохих отношениях. Но общаться им запрещали. Мин прошел мимо Намджуна и подошел Юхену. Мальчик был удивлен появлением старшего, однако счастлив. Он так давно не видел своего хена, который так внезапно исчез. Чимин был рад видеть повзрослевшего Юхена, который теперь был с ним почти одного роста. — Прости, что не приезжал столько времени, — Пак обнял его, чувствуя, как Юхен кладет свою голову на его плечо. — Ты ведь знаешь дядю, он всегда немного перегибает палку. — Я слышал, что ты вместе с дядей уехал в Пусан, но и сам не мог приехать к тебе. — Не переживай об этом, — Юхен отпустил Чимина, замечая подходящего Ген.Директора. — Рад видеть тебя, Чимин-и, ты так сильно изменился. — А вы вовсе не изменились, — Чимин благосклонно улыбнулся. — Я был удивлен, когда получил приглашение. — Мы отослали приглашение и тебе, и твоему дяде, но, походу, он до сих пор в обиде на меня, — мужчина кивнул сыну, который тоже подошел. — Со мной можно не здороваться, так? — Намджун с укором посмотрел на Пака. — Я собирался, но ты опередил меня, — Мин в ответ посмотрел без волнения посмотрел на Кима, словно и не было никакого укоризненного взгляда. — Ты теперь вместо лекций следователям помогаешь? — Я помогаю, потому что это связано с нашей семьей. А так, я до сих пор преподаю. А ты, как я вижу, теперь прокурор в центральном штабе? Разговор был немного напряжен. Намждун немного расстроился. Чимин жестко игнорирует его, словно они и не знакомы. — Я не так давно перевелся, а ты уже знаешь. — Ты ведешь дело об убийце моего брата и отца Юхена, так что узнал. Мы можем потом об этом поговорить? Чимин не заметил, как из разговора вышел Ген.Директор, да и Юхен куда-то ушел. Он стоял с Намджуном наедине, все были заняты. Он не хотел говорить с Кимом. Ведь тот обязательно поймет, что на Чимина давит кто-то еще. Намджун умен, он захочет помочь, но Пак не может втягивать его в это. Он и без этого потенциальная жертва, так и еще и лезть будет куда не надо. — В другой раз поговорим, сейчас мне нужен Мин Юнги, — Пак хотел уйти, но Нам схватил его за руку. — Я могу надеется на то, что ты не сбежишь, когда появится возможность? — Ким видит неуверенный взгляд Чимина. Он еще не догадался, почему Пак не хочет говорить с ним. Но понимает, что для этого должна быть веская причина. И то, что Мин уходит от разговора, немного волнует. — Я поговорю с тобой в любом случае. Не сегодня, так в другое время, — Ким кивает ему в знак согласия и благодарности. Чимин поворачивает голову, замечая Юнги. Следователь все еще рассматривал всех гостей, что немного смущало. Чимин снова подходит со спины. Только на этот раз Юнги замечает его. Он поворачивается ему навстречу, внимательно следя за движениями Пака. — Я и не знал, что ты знаком с Ген.Директором и Намджуном, — Юнги решил первым начать разговор. Он понимал, что ему несдобровать, если первый начнет Пак. — Ты никогда не интересовался моей жизнью. — Чимин склонил голову набок. — А я вот поинтересовался немного, после того как ты сбежал. Не очень приятный сюжет получился. Юнги не нравится этот разговор. Теперь он уверен, что Чимин знает… — Я надеюсь, что ты оставишь это дело, пока я не предпринял ничего, — Чимин щурится. Он давно хотел поговорить об этом. В его жилах начинает закипать кровь. Он замечает растерянность Юнги, а после его испуг. Следователь не ожидал, что прокурор настроен настолько серьезно. — Я не уверен, что у тебя есть основания, чтобы лишать меня расследовать. Чимин закипает. Еще чуть-чуть и он сорвется. — Не веди себя, как идиот, — Пак понимает, что он не может просто подойти поближе и врезать ему, хотя очень хочется. — Думаешь, ты можешь спокойно расследовать, когда ты был помолвлен с жертвой? — Пак Чимин, — Юнги подходит почти вплотную, шипя низким голосом. — Не смей вмешиваться в это дело. Я прошу тебя, не мешай мне. Чимин становится злее. Он хочет сказать что-либо, но его останавливает Чонгук. Схватив старшего за руку, он увел его на выход. Чимин не сопротивлялся, что немного удивило Чона. Прокурор не хотел привлекать внимание остальных. Он просто шел вслед за Гуком. Чим и сам побоялся, что все это могло перерасти в нечто большее. — Ты в порядке? — Чон наклонился, чтобы лучше разглядеть лицо Пака. — Я в порядке, просто немного разозлился. — Немного? Мы всем отделом чуть концы от страха не откинули. Хорошо, что вы далеко отошли, никто не видел, кроме сына директора и нас, — Чон немного ухмыляется. — Я думал, что-либо от тебя, либо от Юнги-хена живого места не останется. Чимин ничего не ответил. В противовес словам Чона не мог ничего найти. Он испугался такой реакции Мина. Хоть и сам был ужасно зол. — Не знаю, слышали ли остальные, но я и Хосок точно услышали о помолвке, — Чон взволновано взглянул на Пака. — О чем речь? Чимин не стал долго мешкать с ответом. Он достал из кожаного дипломата блокнот, из которого торчала фотография. Мин протянул ее Чонгуку. — Что это? — Чон с удивлением поднимает брови. На фотографии Ким Наен, вторая жертва, и Юнги, которые крепко держатся за руки. — Какого черта? — он с непониманием смотрит на Чимина. — Юнги и Ким Наен были помолвлены, и в доказательства у меня есть не только фотографии, — Чимин тяжело выдохнул. — Я волнуюсь за Юнги. Даже представить не могу, что сейчас творится в его голове. Чонгук ничего не отвечал. Он только смотрел на фотографию. Его мысли путались. Чон не мог поверить, что это правда. Почему все произошло именно так? Почему все так плохо? Они еще некоторое время стояли и молчали. Чон не мог отойти от той информации, которой поделился Пак. Чимин же просто смотрел на Чонгука, не зная, что делать дальше. Он боится…боится всей этой ситуации. Юнги, Полковник Чхве — все они перетягивают Чимина как канат. Он не знает, что ему нужно делать сейчас, какой путь ему нужно выбрать. — Чимин? — Чон видит, как Пак аккуратно сползает по стенке. Уставшее лицо Пака беспокоит Чонгука. Ведь Мин совсем недавно попал в больницу с переутомлением. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Нормально, — Чим не отворачивается от следователя. — Просто думаю о том, что мне делать. — Ты о Юнги? — Гук садиться на корточки, чтобы их лица были на одном уровне. — Не только о Юнги, — Чим отводит взгляд. — Есть и другие вещи. — О чем ты? Ответ на его вопрос он не получил. В коридор вошли Юхен и Намджун, которые искали их. Чимин поднялся, опираясь на руку Чонгука. Чон помог встать Паку, хотя тот всем видом показал, что ему не нужна помощь. *** Вечер столь эмоционально тяжелого дня не радовал вовсе. Чимин зашел в офис, чем удивил всех коллег. Он не стал объясняться, почему пришел во время больничного. Просто зашел в кабинет. «Как же все это трудно…» — Чимин откинулся на спинку дивана и тяжело вздохнул. Он посидел так полчаса. Его тело неприятно зудело, напоминая о том, что ему нельзя сильно перенапрягаться. Пак медленно встал и подошел к столу. На них лежали кое-какие бумаги на подпись. Он просмотрел их, замечая один конверт из следственного отдела. Прошение на допрос некоторых рабочих из компании Джесон. «Есть отличный способ выяснить, работает ли преступник в Джесон» — Чимин ехидно улыбнулся. — Если я подпишу прошение и Полковник Чхве вызовет меня, значит убийца на сто процентов работает в Джесон, — Пак сел за кресло. — Правда я рискую разозлить полковника. Но все же, я могу оправдаться тем, что я не имею право отменять допрос, ведь никого из них не обвиняют. Чимин устало взглянул на ручку, лежащую на столе. Взяв предмет в руки, он подписал прошение. У Мина появился шанс что-либо выяснить. И пока что без опасности. *** Чонгук не знает, стоит ли ему поговорить с капитаном. Где-то внутри он чувствует, что ему нужно помочь своему хену. Но он не знает, как это сделать. Никогда еще не чувствовал себя столь беспомощным. Словно ребенок, перед которым ссорятся его родители. Больно, обидно, но ничего поделать не можешь. Гук не может долго сидеть в комнате, где сидит Юнги. Когда он выходил, заметил, что Хосока тоже нет в комнате. «Хосок-хен не знает всего, но догадывается. Уверен, как бы Юнги-хен не прятал свою связь с Ким Наен, Хосок-хен все равно узнает.» Чонгук вышел на улицу. На удивление замечает знакомую фигуру Тэтэ, который возвращался из лаборатории. Правда шел он не к входной двери, а к молодой и очень милой девушке, аккуратно и очень нежно обнимая ее при встрече. Чон, имея очень хорошую память, сразу вспомнил в ней девушку, которую видел в больнице. «Это девушка — Пак Чиджин? Кто она?..Сестра Чимина?» — Что рассматриваешь? — Чонгук не на шутку пугается, понимая, что слышит голос Чимина. Он резко поворачивается, закрывая собой обзор на столь умилительную картину. — Я искал скамейку, — Чон говорит, что первое приходит в голову. — А вы что делаете? — Я прошение принес, хотел лично начальству отнести, — Чимин уже хочет пойти, но Чон останавливает его. — Уже позднее время, все начальники расходятся по домам. — Я просто отнесу секретарю, не думаю, что помешаю кому-нибудь. Чон начинает волноваться. Он притягивает к себе Пака, крепко держа его руками. Чимин удивляется такому поведению со стороны следователя. — Какого черта? — Чон чувствует, что Чимин хочет выбраться, поэтому еще сильнее притягивает его к себе. — Мы можем просто постоять так? — голос Чонгука дрожит. Он понимает, какую хрень он сейчас творит. Чимин не двигается. Он в замешательстве. Пак подумал о том, что следователь через многое прошел сегодня, поэтому так странно ведет себя. Ему нужна поддержка. И только Чимин может понять его. Чон молится всем существующим и несуществующим богам, лишь бы Чимин не двигался. И когда замечает, что Пак совершенно спокоен, немного путается. И что ему делать? Еще больший шок начинается, когда Чимин аккуратно упирается макушкой в грудь Чонгука, тихо шепча: «Все нормально…»