Боги Счастья.

Секунда…две, три. Время всегда идет. Не останавливается и никогда не возвращается назад. Сколько прошло времени? Много. А преступник так и не найден. А все потому, что всегда на пути будут появляться люди, желающие вставить палки в колеса. Всегда найдется кто-то, кто не захочет твоего успеха, удачи. Даже в самых ответственных сферах общественной жизни найдется человек, которому будет все равно на то, насколько важно решение проблемы. Преступник убил четырех человек, но далеко не все идут на встречу следствию в решении данного дела. А почему? Потому что оно слишком громкое, его держат в секрете, так как наведет огромную шумиху. СМИ уже долгое время пытается выяснить подробности дела, однако следственная группа и начальство держит все в секрете. Серийные убийства всегда ведут к волнению и стрессу в обществе, ведь это означает, что безопасность города становится хуже. Начальство старается закрыть дело. И в этом замешен Полковник Чхве, который оправдывает свои намерения недостатком улик. Прокурор Пак Чимин, не так давно получивший серьезное ранение, смог на время создать ауру серьезности и важности решения данного дела. Хоть сейчас он и отдыхает дома под охраной, но после ему придется незамедлительно начать расследование вместе со следственной группой. Таков был приказ начальства. Ни у кого не получилось скрыть того факта, что кто-то напал на члена юстиций в центре Сеула, поэтому теперь появился шанс продолжить расследование. Закрытие дела сейчас приведёт к тому, что люди будут недовольны деятельностью правоохранительных органов. И это оказалось огромной проблемой для начальства и удачей для следователей. — Чимин-оппа, долго ты собираешься делать вид, что все хорошо? — Чиждин сидит за креслом напротив кровати Пака, который спокойно читает книгу. — Ты вчера делал вид, что ты что-то увлеченно читаешь, сегодня опять продолжаешь. Что-то не так? — Ты не говорила, что встречаешься с тем парнем из следственной группы, — Пак поправляет очки, спустившиеся на кончик носа. — А книга интересная, давно у меня не было времени прочитать что-нибудь кроме отчетов. Чиджин взволнованно закусила губу. Ей не нравится тема разговора, на которую пытается вывести брат. Ведь она всегда знала его отношение к парням, которые как-то связанны с полицией и армией. — Мы не так давно встречаемся, но думаю, что у нас все серьезно, — девушка стала говорить менее уверенно, немного смущаясь и побаиваясь. Чимин для нее важный человек, он заменил ей отца и мать и всегда был ее опорой. Чиджин меньше всего хочет услышать, что ее брат против Тэхена. — У него опасная профессия. И времени ни на что хватать не будет. Ты знаешь, как я отношусь к таким парням, — Пак закрыл книгу и положил ее на прикроватную полку. Он внимательно наблюдает за тем, как меняется лицо его сестры. Мысленно Чимин дал себе подзатыльник за то, что завел такой разговор. Но он должен был высказать свое негодование. — Я знаю, что тебе не нравится, что он следователь. Но он хороший и добрый, и очень приятный человек. Оппа, тебе нужно пообщаться с ним, -девушка подошла к брату и взяла его за руку. — Я познакомлю вас, когда на это будет время и случай. Обязательно. И с дядей познакомлю. Он действительно хороший. — Я ведь не против того, что он хороший. Просто я знаю, с чем сталкиваются люди таких профессий. Он будет смотреть на жизнь немного по-другому, ведь он живет в убийствах, неописуемых жестокостях и сам недалеко от смерти. Это очень тяжело — жить с таким человеком. — Чимин сжимает руку сестры. — Но я очень рад, что ты встретила кого-то, кто понимает твои чувства. Чиджин крепко обняла брата, утыкаясь носом в шею. Мин же положил свою руку на голову сестры и стал аккуратно поглаживать ее. — Я знаю, насколько сильно ты волнуешься обо мне, дяде, Чихене. И могу представить, как сильно переживаешь за него. Я понимаю тебя, — Пак еще крепче сжал руку. — Поэтому я волнуюсь. Чиджин ничего не ответила. Только сильнее уткнулась в шею. Она понимала волнение и беспокойство Чимина. И была благодарна, что он не стал запрещать ей быть с Тэхеном.

***

— Чонгук, подойдёшь ко мне после собрания, — Юнги, беря в руки стакан с кофе и подходя к стеклянной доске, висящей на стене, взглянул на Чона. — Есть к тебе дело. — Так точно, капитан, — Чонгук послушно оставил бумаги на столе и направился за старшим. Вся следственная группа была в сборе. Юнги стоял у доски, остальные члены сидели вокруг. Лица следователей были заинтригованы и обеспокоены. Дело убивало и угнетало своей сложностью, но все же заставляло чувствовать некий азарт и опасность. Убийца еще на свободе, а значит времени на отдых и передышку нет. — Вы все молодцы, могу вас немного порадовать, — Юнги уверенно, без капли стеснения стоял перед подчиненными. — Круг подозреваемых лиц сузился до пяти человек. Для дела практически без единой зацепки — это безусловно успех. Но мы не можешь быть на сто процентов уверены в наших расчетах. Поэтому будем дальше следить. Преступник умен. Мы должны быть осторожны и бдительны, — Юнги сделал небольшую паузу прежде чем продолжить. — Четыре жертвы серийного убийства — это не такое огромное дело в рамках истории следствия, однако эти смерти привели к тому, что в душах родных и близких умерших появилась огромная рана. И эти убийства произошли из-за того, что кто-то возомнил себя способным решать человеческую судьбу, выбирать, достоин ли человек жизни или смерти. Поэтому мы все сейчас здесь. Наша цель — это найти этого человека и придать его суду. И я надеюсь, что вы поможете мне с этим делом. Юнги смотрел на то, как его команда внимательно слушает каждое его слово. Он с гордостью наблюдал за тем, как глаза его подчиненных горели уверенностью. Но где-то глубоко внутри ему было ужасно страшно, грустно и больно. — Я многое потерял в этом деле, а еще больше мог потерять. И я не могу представить себе, что преступник может сделать еще. Из-за моей невнимательности и беспомощности пострадал невинный человек. Поэтому мы должны быть еще осторожнее. Я надеюсь на вас. А еще больше на то, что никто не пострадает в дальнейшем. Мин ощущал неловкость, однако взгляд понимания его подчинённых позволил ему вздохнуть широкой грудью. То, как искренне на него смотрела его команда, успокаивало и придавало сил. Юнги чувствовал, что он не один, ему есть на кого положиться, его выслушают, если на то будет причина. Это помогает сделать шаг вперед, помогают почувствовать ценность своего существования. — Мы должны разделиться на восемь групп. Каждая по два человека. Первые пять групп будут следить за подозреваемыми, шестая группа будет искать новые зацепки, остальные две будут оберегать возможных жертв. Все всё поняли? — Так точно, — Мин довольно кивнул. — Подробности плана действия уже лежат на столах, если есть вопросы, незамедлительно спрашивайте, — люди стали потихоньку выходить из-за столов. Только Гук неподвижно сидел на месте. — Чон, зайди в мой кабинет. — Хен, ты направил меня и Тэхена в восьмую группу, что это значит? — Чонгук озадаченно смотрит. — Это и есть моя просьба. Я долго думал, кого мне направить в эту группу. И ты с Тэ просто прекрасный вариант. Чимин меня точно не убьет, если охраной окажетесь именно вы. — Мы должны будем охранять Чимина? — Юнги заметил, что Чон назвал прокурора по имени. — Значит мы не будем участвовать в следствии? — Вы участвуете в следствии. На работе их будут охранять другие люди, однако в свободное время — вы, — Мин наигранно засверкал зубами. — Я, конечно, делаю вид, что очень сильно прошу тебя, но протокол я уже напечатал. Так что приступайте за работу. — Так точно, — Чон сделал вид, что расстроен, однако Мин почувствовал некую фальшь в голосе. Что-то здесь нечисто… — Ты не сильно расстроился, я смотрю. Даже не стал выпрашивать перевод. Прямо как Тэхен, когда я попросил его о том же. Странно все это… — Это значит только то, что мы уважаем ваш выбор, капитан, — Чонгук тоже наигранно улыбнулся. — Вот же засранец, бери Тэхена под руку и иди уже. — Так точно, капитан. Рад ли Чонгук? Определенно. Он точно не против. Ведь с Чимином можно продолжить расследование и у прокурора Пака есть свои связи. А еще…они ведь смогут побыть наедине? Чонгук, конечно, почувствовал холодные нотки в голосе Чима, когда они оставались одни, но ведь это все только остатки обиды. У Чона появится огромный шанс реабилитироваться в глазах Чимина. Чонгуку хочется большего. Хотя он боится дальнейшего развития событий, ему все равно хочется быть рядом, обнимать, касаться. — Ты освободился? — Чонгук поднимает голову, встречаясь с немного растрепанным и взволнованным Тэхеном. — Да, я свободен. А ты чего такой…напуганный? — Сегодня я встречу свою смерть, — Тэхен обессиленно сел рядом с другом. — Я хотел забрать Чиджин и отвести ее в какой-нибудь ресторан с красивым видом, но она сказала, — Ким расстроенно вздохнул. — что приготовила очень вкусный ужин, поэтому мы должны будем остаться. Я, ты, Чиджин и Прокурор Пак, который без сомнения может прикончить меня за пять минут, — Тэ удрученно вздохнул и создал подобие улыбки на своем лице. — Если я ему не понравлюсь, я буду лететь дальше, чем вижу. — Думаю, нам стоит купить вино, если нас пригласили на ужин. И десерт, — Чон, не меняя своего спокойного взгляда, встал. — Я не уверен, понравишься ли ты Чимину, но убивать он тебя точно не будет. Там же Чиджин будет. Да и я. — Ты ведь не против будешь, если мы уйдем после ужина? Ты останешься с ним нае… — Я не против, у нас есть темы для разговоров, — только по одному взгляду Ким смог понять, что лучше не задевать эту тему. Возможно, после он обязательно расскажет, как продвигаются их отношения, но только не сегодня.

***

Чимин долго размышлял над СМС от Юнги, в которой было написано, что теперь Тэхен и Чонгук будут ходить за ним и его сестрой по пятам в свободное от работы время. Какого черта? Пак уже миллион раз проклял эту идею. Почему Чон? От него сложно сбежать, да и послать его нельзя. Он ведь упертый и сильный…теперь Чим в небольшой ловушке. Словно в клетке. И даже если Чонгук разрешить ему участвовать в следствии, то уж точно не сейчас. Хотя он не против провести свободное время в компании Гука. Зато одно в этом сообщении его порадовало. Он наконец встретится с Тэхеном лицом к лицу. Ему любопытно, как себя будет вести следователь. Да и интересно, кого выбрала его любимая сестренка. Идея провести ужин пришла в голову очень быстро. Ведь его план по раскрытию личности парня сестры должен осуществиться, а Тэхен, Чим уверен на сто процентов, неимоверно хитрый. Поэтому Прокурор Пак сделал шаг первым. Даже не взирая на то, что ему придется помогать готовить. — Рад приветствовать вас в своем доме, проходите, — Чимин любопытно, но быстро провёл взглядом по следователям. Чонгук, не изменяя себе, был одет в исключительно черное, только белые часы на руках и шнуровка на ботинках выделялись. Следователь Ким был в свободной белой рубашке и темно-синих джинсах. Оба парня были куда крупнее Чима, но его это ничуть не смущало. Ибо оба они немного с волнением и опаской смотрели не него. Один ожидал своей участи, а другой ожидал увидеть, не изменилось ли к нему отношение. — Мы купили вино и десерт, Прокурор Пак, — Тэ мило улыбнулся, заглядывая в глаза старшему. — О, это просто прекрасно, хоть кто-то в этом доме знает, что нужно делать на больничном, — Пак с легкой улыбкой, немного похожей на ухмылку, забирает пакет. — Да и я люблю сладкое. Спасибо, что позаботились об этом. Проходите в гостиную, когда разуетесь. Чимин проходит в столовую, оставляя следователей одних. Ким облегченно выдыхает, осознавая, что настроение Пака хорошее. А вот Чонгук недоволен. Чимин не подал никакого признака того, что он заинтересован в его присутствии. Он играет с ним? Или ждет, что Чон первый начнет разговор? После того случая в больнице они еще ни разу нормально не поговорили. Хотя оба осознают, что им нужно объясниться друг с другом. И это должно быть сегодня… — Расследование проходит хорошо? — за столом волнуются все. Чимин не подозревает, что ему целый вечер и, возможно, ночь придется делать с Чонгуком. Чон уверен в своих намерениях поговорить, но не уверен в том, что разговор состоится таким, каким он воображал в своей голове. Тэхен и Чиджин следят за каждой реакцией Чима. — Я слышала, оно идет полным ходом. — У нас сузился круг подозреваемых, поэтому работа не стоит на месте. Теперь нужно наладить слежку за всеми ними, — голос Тэхена низкий, немного хриплый. — Юнги показал мне список подозреваемых, но, думаю, мне придется поговорить с ними лично, — Пак спокойно пьет вино, наблюдая за тем, как меняется взгляд Чонгука. — Зачем тебе видеться с ними лично? — голос Чона был напряженным. — Я и Юнги единственные, кто видел убийцу. Однако Мин был не в том состоянии, чтобы запомнить хоть что-нибудь. Но я кое-что помню. Не лицо, но походку, манеру движений. Я должен увидеть их лично. — Это слишком опасно. Преступник и без этого точит на тебя зуб, а ты хочешь стать приманкой? — Чонгук немного закипает от таких слов. Он не позволит Паку в одиночку что-либо делать, но его мнение, походу, не имеет никакого значения. Знал бы Чон, что Чимин нарочно старается вывести его, давно бы перестал отвечать на его слова. Однако младший не видит притворства в словах Пака. Тэхен и Чиджин чувствуют напряжение, нарастающее между следователем и прокурором. — Если не я стану приманкой, то ею станет Юнги. Это нормально для следствия, вам ли не знать, — Чимин продолжает пить. — Я думаю, вам нужно довериться нам и позволить продолжить расследование без приманок, — Тэ попытался влезть в разговор, чтобы он не перерос в нечто больше похожее на спор. Хотя теперь он не уверен в том, что ему следует уходить. — Я хочу поговорить об этом с Юнги. Хоть он и не любитель таких методов расследования, но не думаю, что откажет мне. Я доверяю вам, однако у этого дела слишком много врагов. И они сильно давят на меня. Поэтому нужно сделать все, чтобы расследование прошло быстрее, — Чимин чувствовал на себе тяжелый и острый взгляд Чона. И взволнованный и боязливый взгляд своей сестры. Чонгук сдерживается из последних сил, чтобы не высказать всего своего негодования. Однако взгляд Тэ, умоляющий не начинать конфликта, его сдерживает. Теперь он точно уверен, что без разговора этот вечер не обойдется. Тэхен и Чиджин еще остаются некоторое время. Тэ старается перевести тему разговора, чтобы больше не видеть этого пугающего нарастания конфликта. Ким осознает, что после их ухода возможен и сам конфликт, но он все равно решает оставить их одних. Чонгук не знает, с чего ему нужно начать разговор. Мысли путаются, он немного рассержен, что мешает думать спокойно и взвешенно. Чон сидит на диване и краем глаза замечает, как к нему подходит Чимин. Пак снова выглядит по-домашнему мило, однако это не успокаивает. В голове слишком много мыслей… — То, что ты говорил тогда, — Чон не смотрит в глаза старшему. — Насколько ты хочешь этого? — Ты про приманку? — Пак садиться рядом, Чон даже задумывается о том, что спокойно может коснутся руки Чимина, насколько близко они были. — Я думаю, что это неплохой вариант. Мне не в первой попадать в передряги такого рода. Даже если Юнги откажет мне, я не уверен, что сдержусь. — Пойдешь против следственной группы? Против меня? Юнги? Тэхена? Учителя Кима? — Чонгук не хочет ощущать той отчужденности и безразличия со стороны Мина. Но Пак ведет себя совсем странно. — Я боюсь делать это в одиночку, но так легче всего. Я не буду переживать за людей, которые помогают мне, если их не будет. Это ведь логично, — Чимин чувствует, что, возможно, давит на больное. Не только Чонгуку, но и себе. В нем снова просыпается тот, кто готов всю жизнь прожить один, лишь бы никто не пострадал по его вине. У Чона потрясывают руки от переизбытка чувств. — Разве мы недостаточно близки, чтобы доверять друг другу? Чтобы защищать друг друга и быть рядом? Почему ты ведешь себя так, словно между нами ничего нет? — Разве между нами что-то есть? Между нами только серийное убийство с четырьмя трупами, недосказанность и неопределенность, которые меня волнуют больше всего. Я не знаю, что между нами, — Пак собирается встать, однако Гук останавливает его, хватая за руку. Чонгук чувствует, что руки Чимина тоже немного дрожат. — Мы ведь оба понимаем из-за чего происходит вся недосказанность, — следователь тянет Мина на себя, ощущая небольшое сопротивление со стороны старшего. — Я могу лишить тебя всей неопределенности, но я боюсь, что нас больше не будет. — Чон снова прижимает Пака к себе, как и тогда в больнице. И Чимин снова не сопротивляется. Они оба понимают, что так продолжаться больше не может. Их чувства куда сильнее, чем просто дружба, приятельство, они перешли грань дозволенного. — Ты ведь говорил все это за столом, чтобы услышать мое признание? Чимин ничего не отвечает, однако Гук понимает все без слов. Чим волновался, как и он сам. И хотел поговорить об этом, решить вопрос, который уже давно висел без ответа. — Ты мне нравишься, Чон Чонгук, — Чимин поднимает свои глаза, — И я не знаю, что мне делать дальше. Я хочу большего, но оно кажется нереальным. — Я знаю, что беру на себя слишком много, но мы можем попробовать быть вместе, — Чон притягивает старшего ближе к себе, прижимаясь губами к виску Мина. — Я не хочу торопить тебя…но и терять тебя не хочу, — Чон аккуратно, наблюдая за реакцией, берет Чимина за руку, переплетая пальцы. Чим не убирает ладонь, немного сжимает руку. В голове Чона чувствуется учащенный пульс. Однако это не останавливает его. — Я могу…поцеловать тебя? — старший не успевает ответить, Чонгук приблизился к лицу Чимина слишком быстро. — Не закрывай глаза. — Чон чувствует мягкие, сладкие губы Пака, которые совсем недавно пили вино. Чим не слушается младшего, прикрывая глаза. Чонгук же немного ухмыляется, продолжая сминать чужие губы…которые теперь принадлежат ему? Чимин прижимается ближе к Чону, когда тот без особого труда усаживает его на своих бедрах. — Ты стал куда легче. Мне не нравится, что ты сбросил вес. — Это после драки, может потом вес наберется, — Чимин понимает, что не хочет сопротивляться всем тем действиям, которые совершает Гук. Чон поглаживает его спину, проходит рукой по бедру. — Чонгук, я… — Ты не хочешь? — Чон практически выдыхает эти слова в губы Мина. — Я не готов, — Пак смущенно отворачивается, однако Чонгук берет его за подбородок и легонько целует. — Я не настаиваю, — Чон снова целует. — Чем хочешь заняться сегодня? Может, посмотрим фильм? — Я не против, — Чонгук улыбается, наблюдая за реакцией своего…возлюбленного. Чимин пытается встать с Чона, хотя получается это очень неуклюже и безумно смущающее. Однако Чонгук доволен окончанием разговора, даже не смотря на то, что оно совсем не соответствует тому, что было в его воображении.