Боги Счастья.

Утренняя свежесть. Приятный ветер обдувает лицо. Солнечные лучи не раздражают, даже наоборот, радуют своим присутствием. Чимин решает выйти на улицу, его настроение выше обычного. Сложно сказать, насколько сильно Пак сейчас испытывает чувство спокойствия, умиротворения, легкости и радости. Он дышит полной грудью и вспоминает вчерашний вечер. Воспоминание собственного признания легким волнением колит его сердце, но в целом его спокойствие непоколебимо. Чимин рад, что ему удалось высказаться, объясниться с Чонгуком. Теперь между ними нет той недосказанности, которая волновала и преграждала путь к общению. Однако появилось нечто другое… Чим уверен, что в отношениях между двумя парнями нет ничего плохого. У каждого человека должен быть выбор. А если отношения взаимны, то тогда не нужно ничего бояться. Но неимоверно сложно испытывать такое на себе. Когда тебе в школе, в родном доме, в компании друзей вбивали в голову, что однополые отношения не имеют будущего, они неправильны, то тяжело сделать выбор. Пак думает о том, что, возможно, своими действиями рушит Чонгуку жизнь. Тем, что соглашается на такие отношения, он может испортить ему будущее. «У него ведь может быть прекрасная девушка, которая будет ценить его, сможет стать опорой. А тут появился я. Разве это должно быть так?» — Чимин останавливается и смотрит наверх. На небе ни единого облака. Только голубая гладь. Ровная, успокаивающая, приводящая мысли в порядок и покой. «Должен ли я чувствовать вину за это? Но он мне небезразличен, я не хочу отстраняться от него только потому, что он парень.» Чимин заходит в квартиру. Не услышав никакого шороха, делает вывод, что Чон еще спит. Поразмыслив над тем, что младший еще та соня, он проходит на кухню. Пак не любит есть утром, но раз он не один, то можно приготовить завтрак. «Если так подумать, то Чиджин не вернулась вчера домой» — Чим, рассчитывая количество яиц для ролов, задумался о том, что совсем забыл написать своей сестренке. «Когда приедет, сделаю вид, что я полностью доверился этому парню… Тэхену. С другой стороны, он выглядит неплохо. Хотя поговорить я с ним не успел. Но он кажется непростым. Черт, думаю, ему можно доверять.» — Пак, немного расстроенный слишком хорошими выводами, выбрал нужное количество яиц. Его желание подразнить младшую сестру было слишком высоко, а теперь он умиляется и рад тому, что Тэ оказался хорошим человеком. «Главное — не сказать ему, что мне он понравился.» Чим достаточно быстро делает завтрак и направляется в гостевую комнату, где спит Чонгук. Мин непроизвольно улыбается, наблюдая за тем, как беззаботно и мило посапывал Чон. Завернувшись в одно одеяло как в кокон, но при этом свернув между ног второе, младший был похож на мышонка в норке. Его лицо было немного неспокойным. Чимин садиться на кровать совсем близко и протягивает руку к лицу. «Этот засранец вел себя так по-взрослому вчера, а сейчас спит как ребенок. И как же мне поступить?» — Чим дотрагивается до лба, легонько поглаживая. Переходит ладонью на волосы, ощущая их мягкость. Чон немного дергается, чувствуя прикосновения, но не просыпается. «Его лицо такое красивое, даже когда спит.» Чонгук просыпается, но не открывает глаза, наслаждаясь теплом и уютом кровати. Прикосновения Чимина его волнуют, ему интересно, что сделает старший. Пак ложится рядом, мысленно стуча себя по лбу и тарабаня тревогу в голове. Но ему безумно хочется обнять Чона, который «еще спит». Чим легонько прижимается головой к груди младшего и кладет руки на его талию. Не успевая привыкнуть к новому положению, чувствует, как Чонгук прижимает его к себе. — Ты не спишь? — Чимин хочет немного отодвинуться, но его прижимают крепкие руки следователя. — Я только проснулся, — Чон решает не смущать своего маленького хена, поэтому просто продолжает прижимать его к себе. — Ты давно проснулся? — Да, часа три назад, — Чимин неподвижно лежит, не совершая лишних движений. — На улице хорошая погода. — Не нужно выходить на улицу одному, — Чонгук спускается вниз, чтобы быть на одном уровне с Мином. — Я ведь был здесь и мог сходить с тобой, — заглядывает старшему в глаза. — Даже если ничего плохого не случилось, пожалуйста, впредь будь внимательней. — Хорошо. Только не смотри на меня так осуждающе, — Пак протягивает руку ко лбу, поправляя челку. — Чувствую себя маленьким ребёнком, когда ведешь себя так, — Чим чувствует, как младший становится еще ближе. -Иногда ты ведешь себя как маленький ребенок, — Чонгук касается губами щеки Чимина. — Но ты слишком милый для того, что наказывать тебя. — Наказывать? — Чим шепчет в губы Чону. Его взгляд становится немного взволнованным. — Не много ли ты хочешь? — Я хочу многого, но ты мне все запрещаешь, — младший ведет себя уверенней, несмотря на небольшое возмущение со стороны прокурора. Подхватывает тело Чима свободной рукой и укладывает его спиной на кровать, нависая сверху. — Я хочу, чтобы ты полностью был моим. Хочу касаться тебя, целовать, — Чонгук проходит губами возле виска. После обхватывает губами мочку уха, из-за чего Чимин легонько скулит. Пак упирается руками в грудь следователя, крепко хватаясь за белоснежную футболку. — Тебе нравится? Чонгук не чувствует сопротивления, но и ответа не слышит. Поэтому берет в ладони лицо Чимина, встречаясь глазами. Взгляд Мина немного затуманен, смущен, словно его рассудок уже давно не здесь. Чон нежно целует приоткрытый рот Мина, чувствуя, как Пак умело отвечает на поцелуй. Мягкие, пухлые и нежные губы приятно подминать, терзать и кусать зубами, выбивая легкие стоны. Чонгук исследует тело старшего, замечая рельефность торса, ощущая крепкие мышцы на бедрах и ягодицах. Массирующими движениями Гук касается талии, спускаясь ниже. Чимин обхватывает шею младшего, целуя в шею. Младший не думает заходить далеко в своих желаниях. Он уверен, что Чимин не хочет торопить события. То, что он не сопротивляется движениям Чона, говорит о желании, но вовсе не об уверенности. Поэтому он перестает с таким напором и страстью касаться Мина, делая свои движения более нежными и мягкими. Целует снова бережно, не кусает, делая все медленно и аккуратно. Пак отвечает ему, и этого достаточно для Чонгука. Не отворачивается, не отталкивает, также прижимает в ответ и касается чувственно, поглаживая мышцы пресса, целует шею, ключицы и плечи. Чим взволнован, не понимает самого себя и своих желаний и не уверен в своих поступках. Чон чувствует это и останавливается, оставаясь с Мином в крепких объятиях. Что сейчас произошло, когда началось и почему? Сложно сказать, да и вовсе не нужно отвечать. Разве можно объяснить, почему у них появились чувства друг к другу? Нет. Сделать это невозможно. Как и обосновать неожиданно появившееся желание коснуться. Но спрятаться от всего этого невозможно, можно только научится контролировать. — Голова не болит? — они лежат в объятиях, крепких и сильных. — Нет. Все нормально. Не знаю почему, но тело практически не чувствует боли. Только иногда тянет мышцы, но не больше. Меня это немного настораживает, — Чим неуверенно смотрит в глаза партнеру. — Тебе не кажется это странным? Неужели я настолько сильно нужен Полковнику Чхве, что этот урод даже не смог меня сильно ударить? Он ведь мог ликвидировать меня. Если бы мое ранение было серьезным, то у меня забрали бы дело. — У тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу? — Чонгук внимательно прислушивается к словам старшего. — Я боюсь, что в этом деле есть кто-то еще. Кто-то, кто связан со мной и желающий моего продвижения. — У тебя есть такие люди? — В прошлом я помогал некоторым влиятельным личностям. Когда две организации сталкивались друг с другом, то я принимал сторону одной из них и раскрывал дела другой. Подло. Но это помогла мне раскрывать дела посерьёзней, где без связей и в одиночку я бы не справился. — Думаешь, кто-то из них стоит за этим? — Я не знаю. Но мне не становится от этого лучше. Я не хочу быть на стороне Полковника Чхве. И боюсь, что мой дядя замешан в этом. — Я могу тебе помочь? Должны же быть зацепки, — Чон не престает заинтересованно смотреть на старшего. — Нужно обговорить это с остальными. Особенно с Намджуном и Юнги. Уверен, эти люди против Джесон корпорации, поэтому нужно быть осторожнее. Особенно с дядей. Не уверен, что он не часть подобной группировки после всех конфликтов. — Сначала нужно подождать твоей поправки, а потом действовать, — Чонгук целует Пака в лоб. — Только не делай необдуманных поступков. *** — Юнги-хен, долго будешь сидеть? — Хосок подходит к столу начальника. — Сегодня с информатором нужно встретиться. — Я помню, Хоби, уже собираюсь, — Мин поднимает голову и встречает скорченное лицо собеседника. — Тебе не нравится, когда я называю тебя Хоби? — Пожалуй, не стоит так делать, капитан. Я подожду у выхода, — напарник хотел уже выйти, но Юнги останавливает его. — Подожди немного, я почти закончил, — жестом показывает на кресло рядом, продолжая работать. Хо спокойно выполняет просьбу, доставая из сумки свои документы. Столько отчетов, а толку в них почти никакого. Украдкой следит за действиями начальника, радуясь, что настроение и самочувствие Юнги в норме и готовность выполнять работу присутствует. — Я оставил информатору ту фотографию, которую мне дал Чимин. Не знаю, чем она его так зацепила, но все равно решил проверить. — Не думаю, что у Прокурора Пака не было веских причин. Он ответственен за это дело. Думаю, это даже хорошо, что он помогает нам, — Хосок проглядывает бумаги. — Кстати, почему о вообще решил нам помогать? Разве он не нашей стороне? — О чем ты? — Если верхушка прокуратуры за него так цепляется, значит есть люди, которые его поддерживают. Думаешь, в конечном итоге он останется с нами? — Хосок замечает недовольный взгляд Юнги. — Не хочу ничего плохого говорить в его сторону, просто опасаюсь, что нас подставят в последний момент. — Если нас подставят, то это будет точно не Чимин. У нас и без этого хватает недоброжелателей, — Мин кладет документы в сумку. — Ладно, Хоби, поехали. Сегодня кроме информатора есть что-нибудь? — Сегодня вечером в компании Джесон состоится вечер. Учитель Ким разрешил нам присутствовать там. Думаю, это отличная возможность увидеть в лицо подозреваемых. — Отлично, значит с информатором нужно закончить быстрее. Машина следователей быстро направилась в более северный район. Информатор был неофициальным, однако его данные были на вес золота. Мин до сих пор не понимает, почему такой человек не хочет податься в следствие и быть в его команде, но информатор всегда отказывал ему в столь интересном предложении. — Вы быстро приехали, совсем дел нет, что ли? — Мин уже хочет двинуть этому ребенку подзатыльник, но держится из последних сил. — Мы поедем по делам позже, сначала ты, — Хосок чувствует, что Юнги немного рассержен, поэтому отвечает за него. — Хорошо. Я как раз недавно закончил, — парень проходит в коридор небольшой квартиры, больше похожую на студию. — Заходите, — слышат следователи в глубине комнаты. — Что насчет фотографии? — Юнги внимательно всматривается во все документы, которые дает ему информатор. — Фотография очень даже интересная. То, что ты нашел ее, просто чудо, — парень садится за стол, который забит огромным количеством документов, снимков и газетных вырезок. — Девушка на фотографии — дочь Полковника Чхве, которая покончила жизнь самоубийством около полутора лет назад. Она была одним из сотрудников исторического музея и знакомой старшего сына директора компании Джесон, который оказался первой жертвой. Юнги ничего не отвечал, как и Хосок. Это новость словно молотком ударила по голове. У капитана увеличивается пульс. Теперь на одну карту стало больше. Мин берет в руки фотографию. Две девушки улыбаются. Чимин не зря показал ему это фото. Но как оно связано с тем, что убили его любимую? — Есть ли кто-нибудь, кто хорошо общался с ней и старшим сыном Джесон? — Юнги сжал фотографию. — В целом, около трех человек еще хорошо общались с ними. Одна девушка — Ким Юджон, а остальные парни. Оба работают в компании Джесон — Ким ДэИль и Со Джунхе, — информатор достает из небольшой красной папки документы.- Все, что нашел на них. Однако данных немного, да и ничего криминального нет. Юнги и Хосок благодарят информатора за работу и отправляются в следственный отдел. Пока они ехали, Мин отправил всем сообщение, что сегодня важное совещание. Чонгуку Мин пишет, что он должен привести Прокурора Пака. Тэхену же нужно вместе с сестрой Чимина направиться к Учителю Киму. Картина с каждым шагом становится все яснее. Игра становится все азартней. Но победитель все так и не ясен.