Боги Счастья.

— Когда ты сказал, что у тебя есть идея, я не ожидал, что ты захочешь поехать к морю, — Чимин опускается на песок, — Но это здорово, — Чон видит улыбку на лице хена, немного детскую, но очень счастливую. Глаза полумесяцы выглядят очаровательно, уголки губ мило приподняты. Чонгук и сам понимает, что неожиданно и спонтанно уехать на песчаный берег Инчхона — это очень хороший способ отдохнуть. И даже долгая поездка никак не сбила настрой, ведь результат не может разочаровать. — Я подумал, что здесь нам дадут отдохнуть и побыть вдвоем, — Гук садиться рядом, его плечо касается чиминова плеча, а кончик носа утыкается в шею старшего. Чон начинает чувствовать, как голова становится тяжелее, а мышцы более ватными. Наконец-то, он может дышать по-настоящему спокойно. Глубокая ночь по-своему окрашивает небо, красивые отблески создают прекрасную и невообразимо приятную картину. Прохладный ветер путает волосы и заставляет чувствовать мурашки на руках и ногах. Но разве это плохо. Чонгук накрывает Чимина своей курткой, которую успел взять с собой вместе с дополнительными комплектами одежды. Свои планы на то, чтобы остаться на ночь где-нибудь недалеко от берега, он еще не сообщил Паку. Но следователь надеется, что его милый хен не будет против. Рука Чонгука обвила поясницу Чимина, создавая крепкие объятия. Чон медленно, держа Мина в руках, ложиться на немного холодный песок. Пак, нежась в объятиях, прижимается к Гуку всем телом, ведь так теплее и приятнее. Чим и подумать не мог, что ему будет настолько хорошо от простых, но очень чувственных объятий. Многое произошло за последний месяц, поэтому здесь, далеко от всех проблем и всех людей, которые их приносят, они могут забыться. Да, от проблем никуда не убежишь, но появилась возможность хотя бы на время скрыться. В голове каждого есть надежда, что этот дурдом когда-нибудь закончиться. Чимин жаждет, желает выпутаться из цепей и ниток, но также не понимает, что его может ждать впереди. Он не боится идти против полковника, дяди и еще огромного количества недоброжелателей, однако понимает, насколько серьезны могут оказаться последствия. — Я должен найти кого-то влиятельного, кто поддержит нас в этом деле, — нарушая тишину, сказал Пак. — Мне надоели угрозы, ведь неизвестно, когда они вступят в игру. Сейчас я успокоил их закрытием дела, но когда они поймут, что мы что-то нашли, то начнут применять жесткие меры, — Чимин понимает голову, сталкиваясь со взглядом Чона. — Вы все в огромной опасности, поэтому… — Мин не успевает договорить, ведь Чонгук еще крепче прижимает его к себе. — Мы найдем таких людей, только не думай, что ты должен делать все в одиночку, — Чонгук пристально сморит в глаза Паку. — Когда ты тогда закрыл дело, меня угнетала не мысль, что ты мог предать нас, а то, что возможно ты не считаешь меня способным помочь тебе. Ты как всегда все взваливаешь на свои плечи. Я хочу быть рядом и поддерживать тебя, но ты не позволяешь мне это сделать, — Чон проводит ладонью по щеке Мина. — Прошу, поверь в то, что мы можем тебя защитить. Чонгук понимает, что желание все делать в одиночку, возможно, никогда не уйдет от Чимина. Ведь воспитанные в самом детстве черты характера редко перестают существовать. Однако Чон даже не думает о том, чтобы пустить всю ситуацию на самотек. Да, Чимин одиночка, но даже самый одинокий человек не всегда может все сделать сам. Гук не оставит Мина только лишь потому, что тому тяжело принять его в своей жизни. Ведь следователь понимает, что нужен Паку. Чимин что-то бурчит, неразборчиво говорит. Чон разбирает только «прости», «я не хотел». Младший может только устало улыбнуться и крепче обнять своего любимого. Да, этот путь кажется очень длинным и сложным. — Твой дядя оказался на стороне полковника? — Гук чувствует, как Пак положительно кивает головой. — Это не самая лучшая новость. Могу ли я что-нибудь сделать для тебя? — Даже не знаю, он угрожает вашими жизнями, поэтому, не стоит лезть туда. Лучше будь осторожнее. Все остальные тоже должны быть начеку. Особенно Тэхен и Юнги, — Мин поднял голову. — Я не мог не согласится на эти условия, ведь он шантажировал меня вами. От этого чувствую себя еще хуже. Чонгук продолжает гладить Чимина по волосам, иногда проходить длинными пальцами по щеке, скулам. Чон заметил, как сильно похудел Чим после травмы, после стольких переживаний. Почему такое дерьмо должно происходить в их жизнях? Почему так тяжело? — Ты совсем похудел, — Гук немного оттягивает кожу на щеке. — Даже ухватиться не за что. Ты нормально ешь? — Я хорошо ем, в большей степени вес ушел после травмы. Но я нормально себя чувствую. Что, теперь хочешь контролировать, что я ем? — Пак улыбнулся. — Могу присылать тебе фотоотчет или видеоотчет. Позабавим тех идиотов, которые следят за моим официальным номером. — Это будет выглядеть странно, что ты скидываешь следователю фотографии своей еды. Но все же не забывай есть, пожалуйста. — Ты тоже не забывай, — Чимин протягивает руку к лицу Чона. — А то кто защищать мирных людей будет, — Пак, повторяя за младшим, тянет его за щеки. Чонгук, понявший по интонации и голосу, а больше по выражению лица прокурора, что тот издевается, опускает свои руки на талию любимого, начиная перебирать пальцами. ЧимЧим пытается выбраться из рук младшего, однако не может. Пару секунд потребовалось на то, чтобы подмять под себя хена, нависая сверху и прижимая к согревшемуся от их тел песку. Чимин закрывает лицо руками, чтобы Чонгук не видел его раскрасневшийся щек. Гук же, наоборот, еще сильнее щекочет. Парень останавливается, из-за чего Мин может спокойно вздохнуть. В уголках глаз собрались слезы, Пак и представить не мог, насколько у младшего ловкие и сильные руки. Хотя в силе Чона Чимин не сомневался, однако в нем не было грубости и жесткости. — Чонгук-а, ты такой мягкий, — Чиму хочется коснуться тела Гука, которое манит своими пропорциями и подтянутостью. — Ты уверен, что это именно то слово, которое меня описывает? — брови Чона немного поднимаются, а лицо выражает недоумения. — Да, мягкий и милый, — Чимин ждет реакции парня и, замечая небольшое смущение, смеется. — Но не только. — А что еще? — интонация в голосе младшего меняется, становясь более серьезной. — Что тебе нравится во мне? — прокурор немного смутился от такого неожиданного и резкого вопроса. Поэтому на несколько секунд появилась неловкая тишина, которая становилась таковой из-за непрерывного и очень любопытного взгляда Чонгука. — Когда я в первый раз увидел тебя, — Мин немного замялся, — то решил, что ты слишком беспечный, однако вскоре я понял, что это не так. Ты очень смелый и понимающий, и сильный, не только физически, — голос Чимина с каждым словом становится тише, а лицо становится более румяным. — А знаешь, что больше всего нравится мне? — уголки губ Чонгука поднимаются вверх. — Сейчас ты так мило улыбаешься, но когда нужно защитить близкого человека, то ты готов пойди на все. Ты очаровательный, иногда даже беззащитный и безрассудный. Но все это кроется под твоим умением постоять за себя. Я рад, что видел обе стороны. — Мне казалось странным, что ты увидел все это. Раньше я никогда не открывался кому-либо так быстро. Но… — Чимин запнулся. –Мне тяжело довериться полностью, редко кто действительно хочет помочь. Однако, — Чим встретился взглядом с Чоном. — я верю тебе. Давай вместе закончим это дело. — Чимин-и, когда все это закончится, что мы должны делать? Ты же не оставишь меня? Ты действительно нравишься мне, — Чонгук приблизился к лицу Мина. — И я не хочу, чтобы ты убежал после всего. — Ты мне тоже нравишься, — Пак чувствует горячее дыхание на своей щеке. Чон кажется ему таким теплым, особенно когда он мягко касается его губ своими. Чимин чувствует, как младший бережно гладит его талию и проводит ладонью по волосам, перебирая пальцами. Мин нежится в объятиях, отвечая на поцелуй и охватывая руками шею Чонгука. Становится холоднее, однако никто из них не чувствует этого. Они замечают только друг друга. Их мысли далеко от рутинных проблем и от погодных изменений. Они вовлечены и очень сильно. *** Раннее утро, время жаворонков и тех, кому явно нужно пораньше прийти на работу. Чонгук просыпается по привычке, но с радостью бы продолжил спать. На его телефон пришла смс от Тэхена, в которой уйму восклицательных знаков и нецензурной брани. Волнуется. Единственное, что может написать Чон это — «все хорошо» и« буду вечером». Действительно, он ведь не сказал Тэхену, что уехал. Читая ответ от напарника, желание кинуть телефон куда-либо моментально появляется. «Ты с Чимином развлекаешься?» Да. Он с Чимином. Но он не развлекается. Единственное, что они вчера смогли сделать, это найти номер недалеко от побережья. И ощутить всю неловкость, когда приходилось сказать, что им нужен один номер на двоих. И под взгляд осуждения подняться и крепко уснуть. На большее не хватило сил. Да. Чонгуку хочется сделать их совместную жизнь более интимной, ведь, черт подери, они встречаются. Они оба не дети, и было бы странно надеяться на то, что у них нет сексуальных потребностей. Но… С чего же начать? Готов ли Мин пойти на такое развлечение? Ведь до этого у него не было опыта с мужчиной. Может ли быть, что Чон не настолько сильно нравится Паку? Вдруг он его не привлекает в сексуальном плане. Прекрасные утренние мысли, особенно в душе. Однако в голове Чона появилась непосильная тяжесть от всего надуманного. Чон слышит, как кто-то проходит в ванную и включает кран. Младший выключает воду и немного одергивает шторку. — Ты уже встал? — Гук рассматривает сонное лицо любимого. — Не хочешь присоединится? — Я хочу почистить зубы и сходить в магазин, так что не в этот раз, — Чимин сладко улыбается, — Я схожу в душ после того, как куплю нам что-нибудь поесть. А ты мойся, я скоро уйду. — Чем займемся после завтрака? — Надеюсь, продолжим спать и проведем в кровати еще несколько часов, а что после нужно подумать. «И все же, как я должен сделать первый шаг? И смогу ли я его сделать?» — Чонгук-а, о чем задумался? — Да так. О сегодняшнем дне, — Чонгук приторно и неправдоподобно улыбнулся, скрывая настоящей причины беспокойства. — Не переживай так сильно. Чон вроде и не переживает. Его так-то не сильно и напрягает вся это ситуация, просто плохие мысли. Такое происходит всегда. Вкусный завтрак, милые беседы, легкие касания не кажутся странными, даже наоборот. Им приятно в компании друг друга. Они не чувствуют себя чужими. Лежать вместе на одной кровати и смеяться с шуток Чона. Очень медленно, маленькими шагами они становятся ближе, роднее. Они чувствуют друг друга, ощущают переживания, им тепло рядом. Сегодняшний день для них как глоток свободы перед битвой. Поэтому, они хотят насладиться этим днем, ни о чем не задумываясь. Рука Чонгука по-хозяйски, уверенно лежит на талии Чимина. Голова Мина лежит на плече младшего, а рука долгое время остается на животе. Они смотрели документальный фильм, иногда даже бурно обсуждали что-то. Весь их вид показывал заинтересованность. Нажимая на кнопку «выход» на смартфоне, Чон выключает фильм. Случайно исследуя лицо своего партнера, младший чувствует, как сильно ему хочется коснуться его. Он заворожено, словно не в силах оторваться следит, как Чимин смущено отводит взгляд. Гук чувствует, как прокурор касается его руки, переплетая пальцы. Волосы старшего запутаны, его глаза полны любопытства и игривости, чего не может не заметить Чонгук. Мин немного смущено улыбается, после чего сам тянется к губам младшего. Поцелуй, который Чимин дарит своему любимому, совершенно отличается от тех, что были до этого. Он был горячим, наполненным желанием. Гук реагирует на такой напор быстрее, чем успевает осознать, что он прижал старшего к кровати и крепко сжал поясницу любимого. Чимин сжимает футболку следователя, в то время как Чон стал исследовать шею и ключицы Мина. Руки младшего нежными движениями хаотично гладили тело возлюбленного. Дыхания обоих перестает быть ровным, а пульс становится более быстрым. Чон незамедлительно стягивает верхнюю одежду Чимина, продолжая покрывать поцелуями тело хена. Пак откидывает голову на подушку и прикрывает лицо, не в силах сохранить самообладание и скрыть румянец. Чонгук берет в свои руки маленькие ладошки Чимина и протягивает их к краю футболки. Пак снимает ее, чувствуя, как подступает желание и возбуждение, когда он видит крепкие мышцы пресса. Чон же в свою очередь наблюдает не только за реакцией старшего, которая безусловно ему нравится, но и за тем, как вздымается его красивая грудь, как блестят покрасневшие кубы, как появляются красные отметины на шее и ключицах. — Ты слишком красивый, — Чон снова целует Чимина, рука же его тянется к застежке на шортах. Чимин приподнимается, позволяя и помогая снять ненужную в данный момент часть одежды, и также тянется к брюкам младшего. Не состоит большого труда стянуть все мешающее, когда так сильно хочется коснутся разгоряченного тела. Чонгук проходит кончиками пальцев по бедрам Мина, видя возбуждение парня. Понимая, что для Чимина такое впервые, Чон на мгновение отрывается от тела хена, подходя к своей сумке и доставая из нее все необходимое. Не мог он не взять с собой презервативы и смазку, зная, что он собирается остаться с Пак Чимином в одной комнате и на одной кровати. Надежда на то, что прокурор позволит ему узнать свое тело, не отставала от него. Чимин сильно смущается, наблюдая за тем, как Гук надевает презерватив на вставший член, обмазывая его смазкой. Однако в большей степени он чувствует возбуждение от столь красивой картины. Чон, держа в руке лубрикант, подходит к кровати. Оставляя несколько крупных капель на своих пальцах и растирая их, он приближается к Паку. Чимин немного прикрывает глаза, хмуря лоб и сдавлено стонет, когда Чонгук проходит глубоко пальцами. Одной рукой Гук аккуратно начинает ими двигать, другой рукой крепко держит ладони Мина, умещая в своей обе его кисти. Чимин от неудобства и иногда от резких болевых ощущений, впивается ногтями в руку младшего, оставляя маленькие следы. Через некоторое время Пак привыкает к пальцам, начиная ощущать приятные импульсы и покалывания. Гук же замечает, как его возлюбленный двигается в такт с его толчками, насаживаясь глубже и быстрее. — Скажи, что ты хочешь этого, — Чон сильнее раздвигает ноги парня, пристраиваясь ближе и аккуратно вытаскивая пальцы. — Я хочу услышать это. — Я хочу тебя, — на одном дыхании проговаривает Мин, ощущая, как любимый начинает входить. Пак кусает губу от неожиданности, снова ощущая дискомфорт. Чонгук же останавливается, кладя свою руку на член старшего и медленно двигая. Наращивая темп и слыша звонкие стоны, он проталкивается глубже. Чонгук поднимает ноги Чимина на свои плечи, меня угол проникновения, но не переставая надрачивать парню. Перед ним открывается прекрасная картина. Совершенно беззащитный прокурор стонет его имя, сжимая простынь, на которой совсем недавно они мило беседовали. А теперь он может любоваться, как его возлюбленный толкается членом в его руку и прячет свое лицо в подушке. Лучшая картина. Чон расставляет свои руки по обе стороны от лица Пака, приближаясь к нему. Чимин притягивает к себе возлюбленного, страстно целуя. Чонгук начинает увеличивать темп, замечая, что Пак почти на пределе. Гук хватает старшего за руки, не позволяя ему касаться своего члена, из-за чего Мин чувствует свое возбуждение еще сильнее. Из-за сильных толчков Чимин без помощи рук кончает, после чего Чонгук переворачивает его и, ставя его на колени, продолжает сильнее толкаться. Чим громко и протяжно стонет и слышит, как тихие и почти бесшумные возгласы издает младший. Пак неотрывно смотрит на то, как раскрасневшееся, горячее и сильное тело любимого поблескивало от пота и двигалось. На каждый толчок парень чувствовал, как виски становятся тяжелее и как сильнее немеет тело. Чонгук кончает, смотря на то, как Чимин выгибается в спине и расслабленно опускается на кровать. Чон ложиться сверху, ощущая легкую слабость. Он ложится рядом и крепко прижимает к себе старшего, который в свою очередь целует его в шею и притягивает к себе ближе.