Точка возврата

Everything is so far away, a copy of a copy of a copy. Fight club. Уолтер кажется ему дурным, далеким воспоминанием, задвинутым куда подальше, лишь бы не прикасаться, не помнить, не чувствовать. С дурацкими усами, с шевелюрой, не съеденной раком, он кажется дурной пародией на самого себя. Джесси натягивает на себя кривую ухмылку, скорее похожую на зажим лицевого нерва, прячется за Мари, отмахивается от вопросов. Уолтер его не узнает. Парень морщится, как от боли, выходит на задний двор, когда выдается свободная минутка перед ужином, пытаясь вдохнуть хоть немного свежего воздуха. Здесь все другое. Роскошный двухэтажный дом с огромным задним двором, в нем нет ни намека на выхолощенное, натянутое благополучие семьи среднего класса с домом в ипотеку. Скайлер не напоминает акулу со своей вежливой белозубой улыбочкой и глазами навыкате. Она — лощеная, идеальная трофейная жена богача. Уолтер не уходил из «Серой Материи» и стал преуспевающим ученым. У него не диагностировали рак. Не было синего мета. Не было Джесси. Ничего не было. Джесси помнит: Тяжелое дыхание Уолтера. Горячие руки у себя на шее. Кожа к коже — ближе некуда. Джесси словно стерли с картины ластиком и всем стало лучше. Он падает на стул, пытаясь успокоиться. Его отвлекает от мыслей появление парня, сына Уолтера. Он ловко ковыляет до соседнего стула, прислоняет костыли к столу. — А т-тебе разрешают к-курить? — А кто запретит-то? — Я Ф-флинн. — Джесси. — Г-говорят, т-ты был в Зоне? — Кто говорит? — Мама. — Хочешь? — протягивает пачку. Флинн колеблется пару секунд, затем тянется за сигаретой с несмелой, заискивающей улыбкой. Парня буквально разрывает от желания наброситься на Джесси с расспросами, но его останавливает нарочитая неспешность, медлительность движений сироты. Флинн опасается, что напор оттолкнет Джесси, и он совсем не хочет этого, с учетом того, что у него есть всего один друг, да и тот общается с ним лишь потому, что Флинн во всем с ним соглашается. Младший Уайт мнет в пальцах сигарету, оглядывается на дом. Трус, отчаянный, ужасный трус, такой же, как отец. — Да не ссы. Если не хочешь, не кури. — Нет, я… Его прерывает появление родителей. Флинн торопливо прячет сигарету в кармане, Джесси показушно выпускает дым носом. Уайты никак не комментируют его действия, Шрейдеры смущенно переглядываются. Хэнк садится за стол, делая вид, что все в порядке. Уолтер напоминает о том времени, когда Джесси хотел покончить с собой. Уолтер напоминает ему об убитых по его указке. Руки дрожат. Парень подносит к губам сигарету, останавливается. Столбик пепла обжигает пальцы. — «Там» Уолтер был моим учителем химии. Криво улыбается. Уайт удивленно приподнимает брови, смотрит на него, пожалуй, в первый раз с того момента, как Шрейдеры вошли в его дом. Джесси говорит прямо ему в глаза: — У него диагностировали рак легких. У него было двое детей. Он рвано вздыхает, подавляя позорный всхлип. Обращается к Мари. — Я… я буду в машине. Джесси прячется. Закрывает уши ладонями, жмурит глаза. Не видеть, не слышать, не чувствовать. Это нереально. Это нереально. Это нереально. Это нереально. — Тише, маленький, тише. Его обволакивает запах цветов. Мягкие руки, мягкая ткань со всех сторон. — Тише, вот так. Мари Шрейдер, женщина, которая должна его проклинать, утешает его. Хэнк заводит мотор и везет их домой. — Никто не говорит об этом. Потому что если ты скажешь это вслух, ты признаешь, что это — правда. Что ты покончил с собой и всё, происходящее после, не должно тебя волновать. Джесси, завернутый в одеяло, сидящий на кровати, кажется совсем ребенком. Огромные глаза, стучащие зубы, пальцы, держащие край одеяла у тщедушной груди. Выпростав одну руку, он показывает ее Мари. — Смотри, они до сих пор есть. Два белых шрама, идущие вдоль. Смотри, я существую. Смотри, я схожу с ума. — Я был плохим человеком, Мари. Меня нужно поджарить на электрическом стуле. Поставить на колени и пристрелить, как бешеную собаку. Смеется. Мари смотрит на него, и, какая же ирония, в ее глазах плещется сочувствие. — Этого не было, Джесси. Всего этого не было. — Но ведь здесь, — Джесси стучит двумя пальцами по виску, — здесь это было. И я не поступил бы по-другому. Даже если бы у меня был выбор. Мари рассказывает ему об Уолтере. Он — один из учредителей «Серой Материи», недавно развелся с женой, полностью ее содержит. У него один ребенок. Он никогда не болел раком. Джесси знает, что: Уолтер никогда не курил и не употреблял. Ему щекотно, если его целуют за ухом. Уолтер — чертов контрол-фрик. Уолтер любит Джесси. — Я посплю. — Да, конечно. Мари выходит из комнаты и тихо прикрывает дверь.