birds

Поездка домой наверняка показалась Гарри долгой, потому что я отрубилась минут на десять, но все равно чувствовала, как его рука сжимает мое бедро каждую минуту, чтобы хоть как-то меня расшевелить. Меня окончательно разбудило довольно фальшивое исполнение «Dream On»* на радио, и, открыв глаза, я обнаружила, что мы уже въехали в город. Выцветшие здания быстро проносились мимо нас, и скоро мы уже стояли на единственном во всем городе светофоре. — Проснулась, — усмехнулся он, нежно целуя мне костяшки пальцев. — Мне так скучно было. — Еще бы, — тихо засмеялась я. — Сколько времени? Я чертовски хочу есть. — Хочешь, заедем в Бургер Кинг? — озабоченно спросил он. — Я забыл покормить тебя сегодня, блин. Прости, солнышко. — Все нормально, не умру, — заверила я, легко целуя его в покрытую мелкой щетиной щеку. — Давай дома поедим? Фруктов хочу. — Фруктов? Типа... Клубники? — Ну да. Клубника вроде фрукт. — А клубника со взбитыми сливками? — Ну, это не сов.. — Если ты дашь мне покрыть ими твою киску, богом клянусь, я в жизни у тебя ничего не попрошу потом. — Что?! — возмущенно воскликнула я, расширив глаза до размера обеденных тарелок. — Гарольд! — Правду говорю! — Какого черта?! Мы нормально разговаривали, а ты просто взял и.. И... — Все опошлил? — Да! Он глуповато улыбнулся. — Ну так да или нет? — Я.. — Мой голос дрогнул. — Я не знаю. — А потом смажешь ими мой член. — Мне даже не нравятся взбитые сливки, — фыркнула я. — Слишком сладкие. — Ох, прямо как ты, девочка моя. — Перестань подлизываться, — я прищурилась. — Я тебя насквозь вижу. — Солнышко, я бы с удовольствием подлизался к тебе. — Гарри! — выкрикнула я, и он расхохотался. — Перестань опошлять все то, что я говорю, слышишь? — Да я просто трахаюсь с тобой, — сквозь смех произнес он. — Больше не буду, обещаю. Я фыркнула вновь и откинулась на спинку сиденья. — Спасибо. Он по-дурацки заулыбался и сплел наши пальцы вместе, а затем легонько сжал их и поцеловал. Оставшуюся часть пути царило молчание. Мы условились спать каждый в своей постели этой ночью, что, конечно, было единичным случаем, хотя и отличным шансом побыть вдали друг от друга. — Мне было весело сегодня, — улыбнулся он, оставляя на моей руке еще несколько легких поцелуев. — Спасибо, что поехала со мной и помогла переставить эти чертовы оценки. Извини, если не впечатлило. — Мне тоже весело было, — негромко ответила я. — В каком-то смысле.. — Замолчи, ты вообще врать не умеешь. Я хихикнула. Едва мы подъехали к дому дедушки, из меня вырвался тяжелый вздох. На парковке, помимо его старого грузовичка, стояла машина моих родителей; Гарри пристально посмотрел на нее. — Это машина твоей мамы? — Спокойной ночи, — торопливо улыбнулась я и чмокнула его в щеку. — Я завтра работаю, но я позвоню. — Рейч, погоди.. Я выпрыгнула из машины и спешно хлопнула дверцей, прерывая любые его попытки ворваться ко мне в дом. Но, очевидно, врываться он пока не собирался; я повернулась, чтобы помахать рукой на прощание, а он медленно вылезал из машины. — Гарри, стой, — прошептала я, когда он большими шагами направился ко мне. — Тебе лучше не входить. — Почему это? Скажешь, что я твой друг. — Потому что.. Потому что это не мама. Он нахмурился. — Что? — Это не мамина машина. На его лице мгновенно отразилось понимание, и я невольно отступила назад, инстинктивно касаясь татуировки на плече. — Он ебаный мудак, — злобно проговорил он, уставившись на меня. — Он не должен быть тут без твоей мамы. — Гарри, — мягко начала я. — Прошу.. — Ты тут спать не будешь, черта с два. Только не с ним в одном доме. — С ним все в порядке, если он не пьет, — слабо вставила я. — Дедушка знает об этом. — Я иду с тобой, и плевать, нравится тебе это или нет, — сказал он, серьезно покачав головой. — Пусть знает, что есть люди, готовые позаботиться о тебе. Может, он еще трижды подумает, прежде чем... Я лишь молча опустила глаза, и он резко прервался, а затем, крепко прижав к груди, несколько раз поцеловал меня в макушку. — А может, я ошибаюсь, и он изменился. Сдавшись, я с улыбкой обняла его в ответ; мои руки казались странно маленькими в сравнении с его огромными плечами. — Ладно, хорошо, — вздохнула я. — Просто ничего не говори о... Молчи, понял? — Понял, понял. Конечно, он солгал. Едва я открыла дверь и шагнула вовнутрь, то мгновенно ощутила едкий запах одеколона и новеньких дорогих вещей, вызвавший у меня легкую тошноту. — Я прямо за тобой, детка, — спокойно прошептал мне на ухо Гарри, пожимая мою руку на короткую секунду. Я со вздохом кивнула и распахнула скрипящую дверь на кухню, напустив на себя уверенный вид. — Ре-е-ейчел, — поприветствовал меня отчим. — Привет, милашка, где была? — Эм, просто гуляла, — как бы невзначай бросила я. — Ричард, это Гарри. Гарри один из моих друзей тут, а также мой босс. Гарри, это Ричард. — Рад знакомству, — широко усмехнулся Гарри, и его глаза сверкнули. Я не могла не заметить выступившие на щеках ямочки, делавшие парня гораздо, гораздо моложе. Рука моего отчима выглядела крохотной по сравнению с лапищей Гарри, когда они обменивались рукопожатием, не отрывая глаз друг от друга. Дедушка лишь неловко улыбнулся мне. — И я рад, сынок, — ответил Ричард. — Значит, ты друг Рейчел, да? Не буду врать, я удивлен, что она так быстро завела друзей. Обычно ей нужно чуть больше времени. Гарри сжал челюсти, но улыбнулся и коротко кивнул в ответ, а затем уставился на меня, крича взглядом о нестерпимом желании врезать ему. И я не могла винить его. — Уже поздно, тебе пора спать, — вздохнул Ричард, глянув на экран своего Блэкберри и начав яростно что-то печатать. — Я думал, что мы проведем время вместе завтра, как тебе? — Вообще-то завтра она работает, — самодовольно отрезал Гарри. — Мы наняли множество новичков, и их нужно обучать. — Может, поужинаем тогда? Гарри попытался найти еще какую-нибудь причину не пускать меня, но тщетно, и мне стало искренне жаль его. — Поужинаем, — торжествующе усмехнулся Ричард. — И, пожалуйста, убедись, что оденешься нормально. Ты не можешь одеваться как неуклюжая фермерша только потому, что мы на юге. — Господи боже, — пробормотал Гарри, закатывая глаза. Я резко толкнула его. — Прекрати. — Я иду спать, детишки, — нарушил тишину отчим. — Спокойной, Рейч. И приятно было познакомиться, Гарри. Он наклонился и поцеловал меня в щеку, что мгновенно заставило Гарри напрячься и выйти из-за кухонного островка. К счастью, Ричард не увидел его реакции и ушел, оставив нас наедине с дедушкой и сбросив огромную гору с моих плеч. — Это было... — медленно начал Гарри. — Неприятно, — с улыбкой закончил дедушка. — Вам, ребята, лучше бы взять себя в руки, если собираетесь дальше тут околачиваться. — Мы не околачиваемся, — хмуро возразила я. — Неужели? Тогда, наверно, это чей-то другой «рэндж» уезжает с парковки каждый день в четыре утра. Твою мать. — Думала, я не замечу? — Он понимающе посмотрел на меня. — О, детка, не стыдись, я тоже так делал в твоем возрасте. Просто позаботься о том, чтобы он ушел до одиннадцати, поняла? Никаких ночевок, пока я тут. — Так точно, сэр, — кротко ответила я, и он тоже поцеловал меня в щеку. — Только, прошу, не говори ничего... — Об этом не волнуйся, — успокоил он, пожимая мое плечо. — До одиннадцати, ясно? — Конечно, — ответил за меня Гарри. — Спасибо, что понимаете нас, сэр. — Обращайся хорошо с моей девочкой, — уже более серьезно сказал дедушка, строго посмотрев на него. — Мое ружье давно пылится без дела под кроватью, и я не побоюсь его достать. С этими словами он поднялся к себе, оставив меня и Гарри в тихом припадке смеха на кухне. Нас прервал громкий оклик, донесшийся из другой спальни. — Рейчел! — Голос Ричарда звучал сердито. — Поднимись-ка сюда, пожалуйста. Я вопросительно взглянула на Гарри, но он лишь нахмурился и покачал головой, темнея в глазах. — Я скоро вернусь, — прошептала я, мягко целуя костяшки его пальцев. — Подожди в моей комнате, хорошо? Все будет нормально. Он поджал губы и изобразил недовольство, однако секунду спустя коротко кивнул, позволив мне отойти. — Какого черта происходит? — Вот первые злобные слова, выплюнутые Ричардом. — Что это еще за парень? — Просто друг, — слегка нахмурившись, ответила я. — Я не понимаю, вы же с ним вроде поладили, и... — Поладили с парнем, ночующим тут и вовлекающим тебя в неприятности? Это всего лишь притворство, Рейчел. — Ни во что он меня не вовлекает, — слабо настаивала я. — Он просто остается со мной, чтобы мне не было одиноко. — С тобой же дедушка! Тебе не нужен гребаный сорокалетний мужик, спящий в твоей постели. — Он не сорокалетний мужик, — возразила я, начиная терять самообладание. — Дедушка тут даже реже, чем он! Гарри просто друг. — Друг? Друг, который приходит и лапает тебя? — Он не лапает меня! — Не смей повышать на меня голос, юная леди, — предупредил он, запуская руку в темные волосы и впиваясь в меня глазами. — Я позвоню твоей матери, и она вышвырнет тебя отсюда так быстро, что ты даже... Я закатила глаза и развернулась, чтобы уйти, но не успела сделать и четырех шагов, как он схватил меня за плечо и дернул назад. — Не уходи, пока я говорю с тобой, — закипая, произнес он; его лицо находилось всего в нескольких дюймах от моего. Я почувствовала, как широко раскрываются мои глаза, а стук сердца в груди начинает до боли ускоряться. — Слышишь меня? — Да, — наконец выдавила я; мой голос дрожал от нарастающего испуга. — Слышу. — Да, что? Я с трудом сглотнула, и по моей щеке покатилась крупная слеза. — Да, сэр. Он отпустил меня, оглядел с ног до головы и зло усмехнулся. — Теперь проваливай нахер. И отправь этого мужлана домой. Если он будет тут утром, я достану ружье. Я кивнула и медленно поплелась к себе в комнату, обхватывая рукой еще пульсирующее плечо. Я не хотела, чтобы Гарри узнал об этой стычке, но в то же время нуждалась в поддержке с его стороны. Нуждалась в ком-то, кто позаботился бы обо мне. — Ты чего? — со смешком спросил Гарри, выходя из ванной, смежной с моей комнатой. — Как долго ты тут стоишь? Я улыбнулась как ни в чем не бывало. — Недолго. Я уже хотела войти. — Ох, ну хорошо. Все прошло нормально, да? — Эм.. Да. Конечно. — Как-то не очень уверенно прозвучало. — Я.. — Я запнулась, а он, казалось, видел всю путаницу в моей голове насквозь. — Он наорал на меня за то, что я пригласила тебя. Гарри нахмурился. — Но.. Мы лишь друзья. — Я знаю, я так ему и сказала. Он громко выдохнул и покачал головой, а затем принялся раздеваться прямо передо мной. — Ч-что ты делаешь? — тихо спросила я. — Раздеваюсь? — На его губах заиграла широкая улыбка. — Я не позволю этому придурку говорить мне, когда уходить. — Дедушка же сказал, что достанет ружье, если ты не уберешься до одиннадцати, — попыталась уговорить его я. — Пожалуйста. Я не хочу, чтобы тебе как-то навредили. Гарри крепко обнял меня, и я почувствовала внутри волну облегчения, накатившую при одной только мысли о том, что он останется со мной на всю ночь. На словах мне следовало протестовать, но мысленно я готова была кричать, лишь бы он остался. — Я остаюсь, солнышко, — решительно произнес он. — И буду тут, когда ты проснешься, слышишь?