birds

— Да чтоб тебя, — злобно пробормотала я, в очередной раз тщетно силясь открыть баночку Адвила. Ладонь Гарри опустилась мне на поясницу, но лучше, как ни странно, не стало. — Помочь? — Да, прошу тебя, — грустно вздохнула я. — Я не могу открыть эту дурацкую штуку, а у меня раскалывается голова. — Плохо, солнышко, — прошептал он, ласково целуя меня именно туда, где болело. — Давай ты пока приляжешь, а я принесу что-нибудь перекусить? Я слабо кивнула. — Давай. Но я сначала наберу ванну, наверное. Я с минуту молча стояла на месте, ожидая, что он предложит помочь или искупаться вдвоём, но Гарри молчал. И это было немного странно, если честно. Я как-то уже привыкла... — Ты в порядке? Что не так? — тихо спросил он, посмотрев на меня, застывшую посреди огромной кухни. — Тебе нужна помощь в ванной? Я опустила взгляд на свои руки; чем дольше он смотрел на меня, тем больше я краснела. — Да. Нужна, на самом деле. — Серьезно? — Мне вдруг показалось, что брови парня вот-вот улетят с его лица — настолько он удивился. Если бы мою голову не долбало кувалдой изо всех сил, грозясь расколоть её совсем, я бы расхохоталась. — Ну, не смущай меня ещё больше, — шёпотом попросила я. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь... — Не переживай, все пошли по магазинам. Я сказал, что останусь. — Так они уходят? — Уже ушли, малышка. Я слегка улыбнулась. — Хорошо. — Что, хочешь немножко покричать? — улыбнулся он, мягко обхватывая мою талию сильными руками. — Я вот хочу, если тебе интересно. Я уж было хотела недовольно одернуть его, как вдруг меня словно окатило мощной волной, и я бы тотчас упала, если бы не крепкое тело Гарри позади. — Ох, полегче, — нахмурился он. — Ты точно в порядке? Выглядишь... — Нет, — прервала я парня, мягко прижав палец к его губам. — Вспомни, чем мы с тобой собирались заняться. Уверен, что хочешь закончить предложение?.. Он покачал головой. — Нет, спасибо. — Хороший мальчик. Гарри повернул кран, и я осторожно опустилась в воду, глядя, как она вспенивается вокруг меня; парень молчал и не спускал блуждающих глаз с моего бесстыдно обнаженного тела. — Выглядишь лучше, чем кто-либо во всём чертовом мире, — приглушенно, почти грустно проговорил он. — Я даже смотреть спокойно не могу. Я тихо засмеялась, и он усмехнулся; его глаза наконец остановились на моём лице. — Гарри? — Да? — Ты хочешь детей? Он вновь вскинул брови, осторожно вышел из спущенных штанов и отбросил их в сторону, оставаясь в одних боксерах; я молча ждала ответа. — Да, хочу. — А с кем ты их хочешь? Он скромно улыбнулся. — Не знаю. С моей женой. — Я тоже хочу детей, — с улыбкой сказала я, удовлетворённо прикрыв глаза; сильное тело Гарри медленно опустилось в ванну, и его руки крепко обвили мою талию. Он глубоко вздохнул и ласково поцеловал меня в плечо. — Ты сама ещё ребёнок, Рейч. Рано пока думать о таких вещах. Я рассмеялась. — Ну ладно, старик. Давай тогда поговорим о твоей пенсии. Он слегка отклонил мне голову и с нежностью прижался к моим губам; его рука осторожно коснулась моего влажного живота, и из меня вырвался тихий стон. — Я так рад, что ты здесь, со мной, — пробормотал он, когда мы, задыхаясь, прервались на секунду. — Как бы я поехал без тебя?.. Я промолчала, и скоро его губы вновь прижались к моим, а руки опустились ещё ниже. — Раздвинь свои ножки для меня, принцесса, — прошептал он, покрывая мою шею ласковыми поцелуями. — Покажи папочке. Я прикусила губу и послушно раздвинула ноги, но только слегка; его тёплая рука легко скользнула меж моих бедер, и длинные пальцы мягко коснулись меня там. — Будто вечность прошла с последнего раза, — хрипло проговорил он, входя в меня одним пальцем. — Всё так же чудесно, как я и запомнил. — Это... Блядь, — прерывисто простонала я, запуская непослушные руки во влажные кудри Гарри и вплотную прислоняясь к его груди. Он тихо усмехнулся про себя и легонько укусил меня за шею, вырывая из моих губ ещё один громкий стон; мгновение спустя он вставил ещё один палец и обоими вошёл до самых костяшек. — Какая же ты горячая, — слегка нахмурившись, произнёс он, продолжая дразнить меня и бесстыдно задевать каждую хоть слегка чувствительную точку. — Рейч, я серьёзно. Ты вся горишь. — Это из-за ванны, — тихо заверила я, разворачиваясь и осторожно усаживаясь ему на пах. — У тебя такая же горячая кожа. Он внимательно посмотрел на меня. — Не думаю. Я закатила глаза и обвила его шею руками. — Тогда я выйду из воды, пожалуй?.. — Бля, нет, ни за что, — ответил он, сдвинув брови. — Я хочу трахать тебя, пока ты собственное имя не забудешь. Его руки требовательно опустились ниже и крепко сжали мне бёдра; губы же продолжали с нежностью касаться моей шеи. — Ребята скоро вернутся, — напомнила я, легонько потянув за его кудри. — М-м, вообще не волнует, — с усмешкой ответил он. Я хотела возразить, но его тёплые, мягкие губы вдруг прижались к моим соскам, и я, сокрушённая новой, неудержимой волной, в ту же секунду совершенно забыла, о чём шла речь. То, что этот парень делал со мной... — Я... Я больше не на таблетках, — призналась я, когда Гарри принялся покрывать мою грудь тёмными отметинами. — Тебе придётся выйти. — Ох, чёрт, — игриво надулся он. — Шучу, солнце. Для тебя я сделаю всё что угодно. Я наклонилась, чтобы вновь поцеловать его, и вдруг почувствовала, как он свободной рукой прижимает ко мне напряжённый член; другая же его ладонь хозяйски сжимала мне зад. — Блядь, — приглушенно выпалил он, когда я медленно опустилась на него, легко вобрав в себя всю длину. — Блядь, детка. Ты внутри как чёртов шёлк. Его тёмные глаза опустились с моего лица прямо туда, где под водой грязно сплетались наши тела; он всё смотрел туда, пока я медленно его имела. — Большой, — со стоном вырвалось у меня, когда он резко толкнулся глубже. — О... О господи, Гарри. — Я так люблю, когда ты зовёшь меня по имени, — хрипло проговорил он, откинув голову на край ванны. — А когда ты на мне, солнышко... Лучшая. Блядская принцесса. Я положила руки ему на плечи, бессознательно впиваясь ногтями в твёрдые мышцы; волосы то и дело спадали мне на лицо, пока я трахала его так, как он любил. — Боже, я уже скоро, — с трепетом пробормотала я; его рука скользнула под воду и грубо коснулась меня там. — Д-дерьмо, Гарри. Продолжай. Он с усмешкой посмотрел на меня. — Тебе нравится, ангелочек? — Да, господи, — громко выпалила я, чувствуя, как всё моё тело дрожит от возбуждения. — Не останавливайся. — Уже скоро, говоришь? — лукаво спросил он. — Ты вся сжалась. Я не смогла ответить, потому что кончила в ту же секунду; разрывной оргазм влетел в меня ослепительным ударом, мучительно пронесся от головы до самых пальцев ног и исчез в то же мгновение. Я с трудом переводила дух, потому что действительно вся горела. Моё мокрое, пылающее тело было совершенно истощено, и я почти повалилась на Гарри, задыхаясь. — Солнце, выглядишь нехорошо, — хмуро произнёс он; ища опоры, я мягко обхватила его талию бёдрами. — Мне кажется, ты правда заболела. — Ты успел выйти? — было единственное, что выпало из комка моих перепутанных мыслей. — Да, я кончил в... — Фу, фу, не надо, — слабо улыбнулась я. — Отнесешь меня в постель?.. — Да, малышка. Вставай, я дам тебе полотенце. Я попыталась подняться, но бессильные, шаткие ноги не повиновались, и меня вдруг охватил дикий страх поскользнуться и разбить об пол голову. — Гарри?.. — Да? — Я... Я не могу. Он вскинул брови. — Ох... Ох, Рейч. — Да... — Моя уверенность в себе только что возросла в миллион раз, — тихо рассмеялся он, вставая; огромные руки всё ещё осторожно сжимали мне бёдра, удерживая на месте. — Пойдём, солнышко, отдохнёшь. — Со мной всё нормально, — слабо запротестовала я, чувствуя, как меня ласково укутывают в мягкое полотенце. — Перегрелась чуть-чуть просто. — Не чуть-чуть, — вздохнул он; тёмные глаза дважды оглядели меня с ног до головы. — Ты вся горишь, любовь. У тебя температура. — Нет, у меня... — Даже не пытайся. Я никуда не пойду, пока тебе не станет лучше. — А надо бы пойти, — пробормотала я, с усилием разлепляя сонные глаза; Гарри бережно опустил меня на кровать. — Просто иди... Иди без меня. — Ни за что, малышка. Сейчас вернусь. Принесу тебе футболку и бельё. Я забралась под одеяло и свернулась клубочком. — Хорошо. Он улыбнулся, покачал головой и ушёл, и, оставшись одна, я мгновенно погрузилась в глубокий беспокойный сон.

***

Ужасная боль разбудила меня; едва успев добежать до туалета, я благополучно оставила в унитазе свой ужин и недавний завтрак. Вытерев рот случайным полотенцем под раковиной, я медленно сползла вниз по стене; голова снова невыносимо болела, сокрушаясь по ударами невидимого молотка, а по щекам текли свежие слёзы. — О боже... Какой кошмар, — в ужасе выпалил чей-то очень знакомый голос; в дверях стояла Кэролайн. — С тобой... С тобой всё хорошо? — Извини, — хрипло пробормотала я. — Всё нормально. — Незаметно, моя хорошая, — мягко возразила она, опускаясь передо мной на колени. — Стой, возьми чистое полотенце. Я сейчас принесу водички, подожди. Я слабо кивнула и в слезах улеглась на пол, обхватив колени руками. Слёзы текли не от грусти, а от отвращения к себе и боли во всём теле. Где-то глубоко внутри я была искренне благодарна за то, что Гарри не было рядом. Если бы он увидел всё это, то никогда бы больше не прикоснулся ко мне. Травмированный моим позором, он бы стал смотреть на меня с отвращением. — Хочешь, я позвоню Гарри? — ласково спросила Кэролайн, вернувшись ко мне с огромным стаканом воды и чистым полотенцем. — Он тебе записочку оставил, кстати. Вообще не хотел уходить, но Найл и Лиам его отсюда выперли. Буквально. Я тихо фыркнула, и она улыбнулась. — Залили в него пару литров, прежде чем утащить, так что он уже был пьян и беспомощен. Понять, что он там нацарапал, будет непросто. Она выпрямилась во весь модельный рост и протянула мне свободную руку, затем помогла доползти до кровати, укрыла и осторожно положила мне на лоб влажную тряпочку. — Хочешь есть? Я молча покачала головой. — Ну ладно, тогда тебе лучше поспать, наверное. Гарри так сказал. — Спасибо, — проговорила я, слабо улыбнувшись. — Но ты не должна... — Да я пашу в медучилище, — со смехом ответила она. — Это моя работа. Мне нравится заботиться и всё такое.

***

Когда я вновь проснулась, на улице стояла кромешная тьма и лило как из ведра, и я невольно подумала о Гарри. Я надеялась, что всем ребятам было весело... И тепло. — Ой, привет, — улыбнулась Кэролайн, заходя в комнату. — А я тебя будить шла. Тебе нужно попить воды и поесть чего-нибудь. Знаю, что звучит ужасно, но тебе реально надо... Если только не хочешь снова проблеваться. — Нет, нет, конечно, — испуганно выдохнула я. — Что мне съесть? — Ну, если ты уже можешь, то я сварила тебе суп и намешала желешку. Звучит не очень, но сейчас это прям то, что доктор прописал. Я медленно села и резко схватилась за живот, отчаянно силясь сохранить остатки достоинства. Не вышло, однако. — Боже, ну ты точно чего-то подцепила, — вздохнула Кэролайн, осторожно придерживая мне волосы. — Стой, давай я тебя заплету. Она легонько потянула меня за волосы; ледяные пальцы бесцеремонно зачесали мне назад чёлку, в шею ударился лёгкий холодок, и я облегчённо вздохнула. — Спасибо тебе, — прошептала я, обессиленно опуская голову на ободок унитаза. — Не знаю, что бы я делала тут без тебя. — Наверно, захлебнулась бы в собственной рвоте, — тихо рассмеялась она, но умолкла через мгновение. — Ой, прости. Как-то грубо, блин. — Всё нормально, — с улыбкой ответила я. — Дай мне полотенце, пожалуйста. — Держи. Я снова вытерла рот и прикрыла глаза, представляя, что нахожусь в тёплых и крепких объятиях Гарри. Не очень помогло. — Пойдём есть? — Да, — тихо сказала я. Она помогла мне подняться, и я, спотыкаясь, побрела на кухню, где едва добралась до стула, чудом умудрившись не упасть. — Куриный супчик с лапшой и желе на десерт, — широко улыбнулась она, наливая мне полную тарелку. Минут десять назад само слово «еда» звучало отвратительно, теперь же запах стоял замечательный. Я съела сколько смогла, то есть совсем чуть-чуть; сонная голова вновь тихонько загудела. — Хочешь посмотреть что-нибудь? Я подняла на девушку глаза и проглотила остатки желе. — Хочу. Есть предложения? — Что насчет Застрял в любви? С Лили Коллинз? — Блин, я обожаю этот фильм! — И я! Ну ладно, может быть, она не так уж и ужасна. Мы мило поболтали о школе и работе, и спустя некоторое время у меня с языка всё же сорвался один щекотливый вопрос. — Почему ты так добра ко мне? Я думала, ты меня ненавидишь. — И мысли не было, — ответила она, смущённо покачав головой. — Просто... Я скорее ненавидела то, как сильно ты нравишься Гарри. Типа, последняя девка, которой он серьёзно увлёкся, тупо разбила ему сердце, и он пустился во все тяжкие: бухло, вечеринки, разок даже наркотики. Меня он игнорировал, Энн не знала, что делать. А ты нравишься Гарри раз в десять больше той девчонки. Я испугалась. — Испугалась, что я причиню ему боль? — Да, — тихо рассмеялась она. — Наверное, да. Прости, что была такой сукой. Это не... — Понимаю, — кивнула я, чуть улыбнувшись. — У меня в родном городе тоже есть лучшая подруга, и, если бы какой-то полудурок разбил ей сердце, я б ей ни за что больше не разрешила встречаться. Я понимаю тебя. — Спасибо, — облегчённо выдохнула она. — Но ты должна знать, как сильно нравишься ему, прежде чем... натворишь делов. Он постоянно говорит о тебе, Рейч. Он будто с ума сошёл с тех пор, как вы вместе. Помни об этом, ладно? И не обижай его, прошу. — Я... Входная дверь резко распахнулась, и в комнату с шумом ввалилась куча людей; резко запахло дождём и спиртом. Конечно, мой несчастный живот не выдержал этой ужасающей комбинации; как только Лиам прополз позади меня, вонь его одеколона пулей швырнула меня в уборную, где я тут же рассталась с тем немногим, что съела. Просто превосходно. — Пусть всё выйдет, солнышко, пусть, — успокаивающе прошептал Гарри, придерживая мне косу. — Я рядом, не переживай. — Иди отсюда, — простонала я, стараясь прикрыть лицо дрожащими ладонями. — Я не хоч... — Мне плевать, что ты там не хочешь, — тихо рассмеялся он. — Я не уйду, пока тебе не полегчает. Я обессиленно легла на пол, и он спустил за мной воду. — Фу. — Пойду посмотрю, есть ли тут где-нибудь градусник, — ласково проговорил он, опуская меня на кровать. — Не шевелись. — Не очень-то и хотелось, — тяжело вздохнула я, глядя на слабеющий дождь за окном; голова продолжала невыносимо гудеть. Он вернулся спустя мгновение и осторожно положил что-то холодное и металлическое мне под язык. Едва он пробежался глазами по градуснику, его лицо исказила недовольная, почти сердитая гримаса. — Что? Что там? Он выдохнул. — Тридцать восемь и три. Нужен доктор, Рейч. — Мне никто не нужен, — улыбнулась я. — Только ты. — Боже мой, — ответил он, игриво закатив глаза. — Хочешь, чтобы я заразился от тебя через обнимашки? — Да, пожалуйста. — Ладно, тогда подвинься. Я послушно отодвинулась в сторону, и он забрался ко мне под одеяло, а затем отвернулся. — Это что ещё такое? — прохныкала я, нарочно щекоча его ноги своими. — Я же хочу, чтобы ты меня обнимал. — А мне больше нравится, когда твои ручонки пытаются обхватить меня. Мы рассмеялись, и он сдался и перевернулся, а затем так крепко сжал меня, что я опять чуть не потеряла сознание. — Меня сейчас опять вырвет, — тихо сказала я. — Не так сильно. — Прости, — прошептал он, ласково целуя моё плечо. — Хочется, чтобы ты была как можно ближе. — Как мило, — улыбнулась я, уткнувшись в его грудь. — Ты самый нежный парень из всех, что я встречала, Гарри. — Неужели? — Да. — Тогда ты с неправильными парнями тусовалась. Ты заслуживаешь человека в миллион раз лучше меня. Я легко засмеялась и уютнее устроилась в его руках. Он дышал мягко, ровно и спокойно. — Рейч?.. — Да, Гарри? — Когда тебе последний раз признавались в любви? — Эм, этим утром? Дедушка позвонил и немножко поорал, а потом просто расхохотался. Он сказал, что поехать с вами было лучшим решением в моей маленькой глупой жизни. А потом сказал, что любит меня. — Ну не в такой любви, — усмехнулся Гарри; он вновь поцеловал меня в макушку. — В другой, понимаешь? Я вздохнула. — Ох... Я не знаю. Может, года полтора назад... — Можно ещё тебя спросить? — Конечно. — Напуга... На... Ты бы испугалась, если бы я... Ск... Блядь. Я ужасен. — Что?.. — захихикала я. — Ты беременный, что ли? — Да ты не лучше, — проговорил Гарри с тихим смешком. — Хей, посмотри на меня. Я медленно подняла на него глаза: он буквально впился взглядом в моё лицо. — Ты понимаешь, что я хочу тебе сказать?.. О боже. Моё сердце. Оно перестало биться, клянусь Богом. Каждый чёртов нерв в моём теле намертво отключился, а голову тут же затрясло в лихорадке. Я молча уставилась на парня, широко раскрыв рот. — Рейчел, я... Я хочу сказать... Ну, то, что я хочу сказать... Я... — Гарри. — Я нахмурилась и вцепилась в него, и он глупо заулыбался. — Скажи. — Рейчел, — негромко произнёс он, приближаясь к моим губам. — Я хочу сказать, что люблю тебя. Я люблю тебя, Рейчел.