Vade mecum

— А ты ведь не показалась мне глупой, — Локи с наигранным разочарованием вздохнул и запрокинул руку за спинку кресла. Альвийка уязвленно поджала губы. — Хотите, чтобы я рассказала, почему защищаю Вас? — Именно, — одобрительно кивнул трикстер. А мысли Лэйнэт все больше занимали подозрения о том, почему выбор Фригг пал на нее только из-за рекомендации Форсети — принц был несносен, а те, кто всю свою жизнь провели, профессионально занимаясь допросами, наверняка лучше выдерживали бы его провокации. Альвийка задумчиво закусила губу, опустив взгляд — рассуждения неожиданно натолкнули на другую догадку. — К вам уже приходили другие защитники?.. — она старалась не смотреть на принца, чтобы не выдать собственное смятение. — До меня? Локи в замешательстве вскинул брови, на несколько секунд погрузив камеру в тишину, но потом растянул губы в широкой самодовольной улыбке. — Разумеется. Лэйнэт неприязненно поморщилась. Так вот, в чем было дело. Все становилось на свои места. Вот почему Фригг прибыла в Глитнир со своим предложением спустя неделю с тех пор, как принц уже сидел в подземелье. И отчего Один их торопил. И другие пленники смотрели на нее во все глаза. Она была далеко не первой. — Тебя это расстраивает? — с интересом спросил Локи. — Скорее выводит из себя, — честно призналась альвийка, скрипнув зубами. Выходит, тщательно отобранные кандидаты не справились, и они позвали ее — на забаву принцу и избавление от необходимости затягивать процесс в поисках лучшей замены. Какая подлость. Пожалуй, теперь принцу тоже будет полезно узнать, кого для него подыскали. — Значит, Вам нужна правда? — Лэйнэт почувствовала, как участился ее пульс. — Хорошо. Я здесь потому, что рассчитываю на помощь царицы в одном деле, которое волнует меня куда больше, чем весь судебный процесс. — Что за дело? — мимоходом осведомился Локи. Альвийка бросила на него быстрый взгляд. — Я хочу вернуться в Альвхейм. Там не утихает война… Впрочем, как и везде сейчас. — Горишь желанием помочь собратьям? — ядовито ухмыльнулся принц. — Горю, — процедила Лэйнэт. — И как ты, в таком случае, оказалась в Асгарде? — выжидающе приподнял брови трикстер. — Знаете, в жизни все часто происходит не так, как хочется, — угрюмо отозвалась альвийка. Локи на какое-то время замолчал, начав ритмично постукивать пальцами по столу. Лэйнэт, пользуясь моментом, размяла затекшую шею — мышцы будто свинцом налились — и шумно выдохнула. Показалось, будто она находилась в камере уже целую вечность. Нужно было прийти в себя и принять правильное решение. Интересно, посылал ли кто-то в Хель всю царскую семью до нее? — Что ж, звучит весьма убедительно, — заключил, наконец, Бог. Его взгляд потемнел, и Лэйнэт неосторожно встретилась с ним. Дыхание перехватило. Локи не просто смотрел — он вглядывался в самую душу.  — Ты — то, что мне нужно, — практически по слогам произнес он. — Неужели... — голос предательски отдал злой иронией. — Даже не спросишь, почему? — скользко ухмыльнулся трикстер, не прерывая зрительный контакт. — Нет, — рвано выдохнула альвийка, но заставила себя продолжить разговор. — Мне нечего здесь делать, Вы это знаете. Я не придворный шут и не универсальная прислужница. — Как быстро меняется твое настроение, — Локи лукаво сощурился. — Несколько минут назад ты мечтала меня защищать. — А вы всячески пытались вытравить меня отсюда, — хмыкнула Лэйнэт. Взгляд Бога потяжелел, и он перевел его в сторону стоявшей у входа стражи. — Хочешь уйти? Альвийка ожесточенно сдвинула брови, чуть помедлила и решительно кивнула. Локи, вскинув подбородок, снова впал в раздумья. Замер, словно фарфоровая статуя, утонувшая в кристально белом свете. Лэйнэт отчего-то вспомнила свое удивление, когда в материалах Тюра прочитала, что принц, оказывается, был родом из Йотунхейма. Теперь, глядя на Бога, она задумалась — может, отчужденность и пронизывающий холод во взгляде были его наследием? — Я предлагаю тебе заключить со мной соглашение, — медленно выговорил Локи, снова переключив взгляд на сидевшую напротив альвийку и больше не отрывая. — Более того, оно коснется тебя лишь косвенно. — Что за соглашение? Принц на этот раз был серьезен настолько, что ни один мускул на его лице не дрогнул. Лэйнэт неожиданно поймала себя на мысли, что в какой-то степени все-таки стоило быть ему благодарной — ведь именно из-за его издевательского отношения ей удалось понять действительное положение вещей. — Я привык защищать себя сам, в том числе и перед судом — никакая поддержка мне не понадобится. Поэтому отныне наши беседы о причине моего пребывания здесь закончатся. Но если ты уйдешь, ко мне пришлют кого-то еще более назойливого. — Оставите меня в качестве прикры..? — Ты не дослушала, — жестко прервал альвийку Локи. — Соглашение — взаимовыгодная сделка. Ты будешь приходить сюда, пока не состоится суд, делая вид, что усердно выполняешь свою работу. И в конце выступишь, как полагается, а после получишь столь желаемую благодарность царицы. Лэйнэт недоверчиво вскинула бровь. Трикстер, прочтя ее эмоцию, чуть усмехнулся. — Мы же договорились — смертный приговор мне не угрожает, а в силу некоторых обстоятельств я куда охотнее сидел бы в камере, окруженный сто и одним способом защиты от проникновения как снаружи, так и изнутри. — Просто приходить? Учитывая всё недавно выясненное, предложение звучало слишком привлекательно. — Всего лишь терпеть мое присутствие рядом несколько раз в неделю, — с неожиданной самоиронией картинно закатил глаза принц. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Хотя… общество Бога Обмана такая уж и низкая цена? — Ты ничего не теряешь, — вдогонку заметил Локи. — Боюсь, как бы не потерять что-то потом... — задумчиво протянула альвийка. — Не думаешь же ты, что я буду уговаривать тебя до скончания времен? — уклончиво поторопил ее принц, явно теряя терпение. Лэйнэт пожала плечами. Похоже, выбора действительно не было — из двух зол принято выбирать меньшее. Еще раз прокрутив в мыслях суть соглашения, она коротко кивнула. — Я согласна. Локи довольно улыбнулся. — Чудно. Наше соглашение вступает в силу с этой минуты. — Именно, — увереннее подтвердила альвийка. Тогда трикстер склонился над столом, приблизившись к ней, и с лукавым прищуром заглянул в глаза: — Тогда наш разговор на сегодня окончен. Лэйнэт машинально отклонилась назад, неопределенно хмыкнув. Видимо, она уже действительно засиделась, потому что во взгляде Локи ей почудились отголоски злорадного торжества. — До… встречи? — переспросила альвийка, намереваясь лишний раз убедиться в том, что соглашение с принцем состоялось всерьез и не было его очередной забавой. — До встречи, — подтвердил принц и первым встал с кресла. Лэйнэт поджала губы. Смотреть на Локи снизу вверх не было ни малейшего желания, и она перевела взгляд на папку с теперь уже ненужными ей документами. Какая чудовищная ирония. Решив, что теперь они тут были точно не к месту, альвийка начала собирать их обратно, одновременно слыша отдалявшиеся шаги трикстера. — Оставь их, — холодно прозвучало со стороны магического поля. Лэйнэт покосилась в его сторону — он стоял у самого края своей камеры, заложив руки за спину и смотря на противоположную клетку. Просьбу пришлось исполнить, но Локи так и не повернулся, и Лэйнэт покинула его молча, решив не сотрясать воздух ненужным прощанием. Всю дорогу из подземелья ее не покидало ощущение, что она до сих пор чувствует рядом присутствие трикстера. Его аура, сумрачная и внушавшая волнение, словно прилипла к ней, как невидимая тень. Лишь оказавшись перед выходом из дворца, альвийка смогла перевести дух. И то не до конца осознавая, что посещение было окончено. Однако долго наслаждаться покоем ей было не суждено — не дойдя до дверей совсем немного, она услышала чьи-то тяжелые шаги и обернулась. По широкой лестнице спускался Тор, судя по сдвинутым к переносице бровям и отстраненному взгляду, погруженный в тяжелые раздумья. Подол его плаща был испачкан в пыли, так же, как и Мьёльнир, который он крепко сжимал в руке. Они не были знакомы лично, но так сложилось, что любой житель Асгарда знал Громовержца в лицо. Светловолосый, широкоплечий и крепко сложенный, он представлял собой полную противоположность своего сводного брата. Лэйнэт, все еще не до конца пришедшая в себя после встречи с Локи, потерялась в ощущениях. Встав, как вкопанная, она наблюдала за Тором с каким-то нездоровым, пытливым интересом. Уму непостижимо — как можно было за неделю встретиться с обоими наследниками, оказавшись во дворце лишь второй раз? Бог не замечал Лэйнэт еще несколько секунд — и она не стала использовать этот шанс, чтобы незаметно скрыться из его поля зрения. — Добрый вечер, — приглушенный голос альвийки эхом ударился о колонны. В конце концов, избегать общения с будущим царем невежливо и довольно… беспечно, раз уж представилась такая возможность? Тор перевел на источник звука чуть растерянный взгляд и в замешательстве вскинул брови. — Добрый… Извините, не припомню вас на Совете. — На каком Совете? — на этот раз смутилась уже альвийка. Громовержец, видимо, не меньше удивленный таким вопросом, всмотрелся в незнакомку внимательнее. — А-а-а, — понимающе протянул он. — Признаюсь, вы не совсем походите на придворную фрейлину. Спустя еще несколько шагов Бог приблизился на достаточное расстояние к двери и легко толкнул ее, пропуская Лэйнэт вперед и проходя следом. На улице уже стемнело, и повсюду горели желтовато-красные огни факелов и подвесных ламп. — Боюсь, вы снова не правы, — беззлобно усмехнулась альвийка, когда Тор поравнялся с ней. Сравнение ее позабавило — для того, чтобы оказаться фрейлиной, ей не хватало хотя бы платья. Видимо, Громовержец сильно вымотался, раз не заметил такого очевидного недостатка. Они свернули в сторону конюшни вместе, что более впечатлительная особа могла бы воспринять, как знак. Однако теперь Бог смотрел на нее с подозрением. — Я прихожу не во дворец, а в подземелье, чтобы подготовить защиту перед судом для Вашего брата, — поспешно сообщила Лэйнэт, поймав его взгляд. — Вы? — Тор, не поверив, сильно нахмурился, видимо решив, что его бессовестно обманывают. — Так уж вышло, — кисло улыбнулась альвийка. Бог очертил изучающим взглядом силуэт случайной собеседницы, становясь с каждым мгновением заметно серьезнее. — И как скоро его будут судить? — неожиданно тихим голосом спросил он, будто они участвовали в каком-то запретном сговоре и боялись лишних ушей. — Все неопределенно, — Лэйнэт тоже машинально ответила на несколько тонов тише. Тор тяжело вздохнул, насупившись. — Приходится нелегко? — Пожалуй, — призналась альвийка. — Хотя царица обещала всячески помогать. — Так это идея Фригг, — сообразил Громовержец, и, чуть помедлив, с уверенностью добавил. — Думаю, она знает, что делает. Лэйнэт натянула губы в согласной улыбке. Навстречу им резво двигался обоз с оружием, и пришлось разойтись по разные стороны дороги, чтобы пропустить возницу. — Откуда ты? — спросил Бог, вновь становясь рядом. — Я родилась и росла в Альвхейме. — Альвхейм… — задумчиво пробасил Тор, будто что-то припоминая. — Кажется, дела там совсем плохи. — Совсем, — тревожно вздохнула Лэйнэт. Громовержец, бросив на нее короткий взгляд, ободряюще ухмыльнулся. — Все будет в порядке. Завтра мы выступаем в Муспельхейм, а после разберемся с врагами и там. Альвийка хмуро посмотрела на Бога: он выглядел искренне озабоченным. — Могу я задать бестактный вопрос? — За вопросы еще никогда никого не осуждали, — пожал плечами Тор. — Почему вы не начнете с Альвхейма? Насколько я знаю, Всеотец уже и так послал часть войск в Муспельхейм, — Лэйнэт понимала, что ступает на край, но не простила бы себя, если бы не рискнула заговорить об этом. Громовержец неопределенно выдохнул и почесал затылок. — Мне жаль, но я не вправе распространяться об этом. — Выходит, царица доверяет мне, а вы — нет? — альвийка разочарованно закатила глаза. Вдали показалась конюшня. Лэйнэт понимала, что единственный шанс хоть как-то разобраться во всем и помочь брату вот-вот выпорхнет из ее рук, и сбавила темп, надеясь выиграть еще время. — Это военный вопрос, — сочувствующе проговорил Тор. — Я не могу выносить его за пределы дворца. — Но всего лишь вопрос, — нашлась альвийка. — А там мои родные, которых завтра может не стать. Бог наградил ее долгим взглядом, но — видит Создатель — Лэйнэт, похоже, попала в точку. — Тебе известно, что страшнее непредсказуемых извержений вулканов Муспельхейма? Где наши воины и так не в силах сдерживать натиск? — Что? — Ваши леса, — со всей серьезностью произнес Громовержец. — Организовать засаду в них проще простого, а отбить — практически невозможно. — Но ведь местные войска вам помогут! — возмутилась Лэйнэт. Тор раздосадованно покачал головой. — Наши воины не были в Альвхейме уже больше трех веков — не осталось практически никого, кто владеет искусством сражения с альвами. Мы уже совершили похожую ошибку… Громовержец замолчал, явно не зная, как продолжить. Или не желая. — Я поняла, — Лэйнэт обреченно опустила глаза. Они остановились у первого входа в загон, где стоял ухоженный белоснежный конь. Альвийке нужно было дальше — Фир ждал ее с другой стороны. Тор неторопливо открыл ворота, позволяя своему скакуну выйти. — Удачи, — выдавила Лэйнэт, глядя в сторону. — И тебе, — ответил Тор, неловко хмуря брови. — Я сделаю все, что в моих силах, обещаю. Мир будет восстановлен. Альвийка подавленно кивнула. Мир будет восстановлен — но какой ценой? Она подождала, пока Бог скрылся из виду, а после неспешно пошла к загону, где остался Фир. Как могло случиться, что в славном Асгарде не хватало воинов, способных отразить атаки альвов-мятежников? Неужели брат что-то недоговаривал ей, и враги значительно превосходили их числом? Лэйнэт устало потерла виски. Чудовищно глупо, что будучи вынужденно или случайно знакомой с царской семьей, она до сих пор ничего не сделала. Может, слишком эгоистично требовать к своему миру повышенного внимания, но какой даже в этом толк, если эйнхерии не готовы сражаться? Запрыгнув на коня, альвийка понуро опустила голову. Злость на то, как с ней обошлась Форсети, подсунув в качестве удобного варианта для царицы, осталась позади, сменившись переживаниями за брата и отца. Кроме того, как бы ни хотелось соглашаться, но не откликнись она тогда на предложение Фригг — не повстречала бы в этот вечер Тора. Поступки закономерно рождают события. Как любила говорить Скади: «Все хорошее, что мы делаем, рано или поздно возвращается». Да и послушав Громовержца, она наверняка бы согласилась, что посылать неподготовленную армию — безрассудно. Неподготовленную. — Хель меня забери… — прошептала Лэйнэт в никуда, ошеломленная собственной идеей. Кажется, она, наконец, знала, что делать.