V. Злая судьба

       Альмандин 20 сентября 993 г. н.э.       Перед нами распахнулась последняя дверь, и мы шагнули из раздираемой ветрами темноты в утопию. Я не могла даже пошевелиться, лишь стояла, держа Усаги и мужа за руки, и таращилась по сторонам.       Я и не предполагала, что на свете бывает такая красота!       Дворец не походил ни на какое другое известное мне здание. Стены были совершенно… воздушные, я бы сказала: повсюду их прорезали окна и арки. Не слишком удобно для обороны — проснулся во мне генерал Темного королевства. Я его не послушала. Не хотелось выискивать недостатки в этом великолепном, сказочном мире.       Усаги тоже была потрясена, как я обнаружила, когда все же нашла силы оторваться от неземного зрелища. А вот Нефрит не поддался чарам красоты. Он сканировал местность вокруг нас. Лицо его приняло совершенно нейтральное выражение, за которым, как я знала, скрывалась какое-то болезненное состояние.       <Что не так? > — поинтересовалась я.       <Ничего, что можно исправить. А тебе следовало бы больше внимания уделять тому, что происходит вокруг. Подойди сейчас к тебе кто сзади, ты бы его заметила, только когда он похлопал бы тебя по плечу. Надо ли объяснять, что это очень опасно? Цоизит пришел бы в ужас от твоего ротозейства>.       Я покривилась и кивнула. Во время занятий по боевым искусствам в моих учебных противниках побывали все из первой четверки генералов. Кунцит, Нефрит и Жадеит легко могли одолеть меня грубой силой, но через несколько месяцев тренировок только Цоизиту удавалось победить хитростью. И после каждого спарринга он объяснял мне, что я сделала не так и как исправить ситуацию. Для мелкого генерала это была неслыханная щедрость по отношению к женщине, пусть даже из его Цепи, и Нефрит объяснил мне, как важно ценить эти уроки. Я научилась практически видеть затылком, что в Темном королевстве при Берилл являлось необходимым условием для выживания.       Оглядевшись, я обнаружила, что мы находимся в небольшом дворике на периферии дворцового комплекса. На треугольной площадке не было ничего, даже пыли. Даже в щелях между плитами тротуара я не заметила ни соринки. Две арки прорезали стены, одна с угла треугольника, другая недалеко от нас по широкой стороне, где символическая стена имела всего метр в высоту; поверх нее мы и любовались дворцом. В остальных трехметровых стенах мы никаких проемов не заметили.       — Где мы очутились? — спросила я вслух, и Усаги вздрогнула, когда мой голос прервал ее транс.       — Не уверен, — заговорил Нефрит, осторожно озираясь на тени в углах. — Я никогда не бывал в Лунном королевстве, кроме, ну… — фразу он не продолжил. Все мы помнили, что случится здесь через несколько месяцев. И добавил: — Похоже на учебный полигон сэйлор-воинов. Не лучшее место, чтобы попасться, особенно в нашей одежде.       Я перевела взгляд на свою униформу, на Нефрита. И в самом деле, мы как кошки, что решили прокрасться на территорию собак в костюмах львов. Только Усаги не выглядела как враг, но для королевского двора ее одежда была простовата.       — Секундочку, — мой муж вздохнул и зажмурился. Постепенно серая форма Темного королевства на нем преобразилась в куртку и брюки из роскошного синего бархата. Сапоги и ремень, как ни странно, остались прежними.       <На Земле сошло бы за придворный наряд, — произнес он, разглядывая результат, — и вряд ли на Луне будут предъявлять слишком строгие требования к иностранцам. Твоя очередь>.       Он взмахнул рукой — и на мне оказалась довольно точная копия одного из моих наиболее скромных вечерних платьев с подолом, удлиненным почти до пола. Я редко ношу такое макси. Драться в нем будет чертовски неудобно.       Обычная юбка и свитер Усаги превратились в еще более изысканное белое платье, чем мое бирюзовое, и наконец-то мы были готовы двигаться дальше. И очень вовремя.       — Милорд, миледи, я могу быть вам чем-либо полезен?       Мы с Нефритом инстинктивно развернулись — наверно, слишком стремительно, так как напугали заговорившего с нами слугу.       — Кажется, мы заблудились, — ответил мой муж. Любой другой счел бы его спокойным, но я чувствовала, как напряжена его ладонь. — Не могли бы вы провести нас в северное крыло, пожалуйста? <Милая, можно уже отпустить Усаги>.       <Ой!>       Я почувствовал, как горят мои щеки, и тут же разжала пальцы на ладони моей подруги.       — Разумеется. Пожалуйста, следуйте за мной.       Усаги плелась позади нас, пока мы шли за слугой в дверь на широкой стороне треугольной площадки. Интересно, поняла ли она этот разговор? Сама я открыть рот не посмела — слуга пользовался языком Серебряного тысячелетия. Нефрит учил меня ему когда-то, но говорить на нем я не пыталась и подозревала, что акцент у меня будет жуткий. Прибегнув же к современному нам японскому или английскому, мы бы вызвали лишние подозрения. Но Усаги местных языков не знала, если только не помнила прошлую жизнь яснее, чем рассказывала мне.       Слуга провел нас по череде коридоров и вверх по лестнице.       — Северное крыло, милорд. Будут ли еще пожелания?       — Нет, вы свободны, — ответил Нефрит царственным тоном заместителя главнокомандующего всея Темного королевства.       — Что будем делать сейчас? — прошептала я, когда спина человека удалилась на порядочное расстояние.       — Искать других слуг, — ответил мой муж загадкой, — и подавать жалобу.       Поначалу я не поняла, что он имел в виду. Мы отловили за шиворот горничную, заставили ее вызвать мастера ее смены и так далее вверх по инстанциям, от старших слуг вышли на младших чиновников, пока не добрались до более-менее ответственных лиц, способных принимать решения самостоятельно. И на каждом этапе Нефрит представлял нас высокопоставленными гостями с Земли, прибывшими по приглашению, и требовал объяснить, где застрял наш багаж и почему нам не приготовили комнаты. Если бы я попыталась провернуть такой номер, ничего бы не вышло, но то ли властная аура Нефрита впечатлила их, то ли они боялись, что их превратят в лягушек. Уверена, кое-кто из слуг опознал в нем кристаллотворца. Во всяком случае, через час с небольшим нас уже разместили в скромном люксе на четвертом этаже, а нескольких носильщиков разослали на поиски несуществующего багажа.       — Ничего особенного, — прокомментировал мой муж, отпустив восвояси последнего слугу. — Как я уже говорил, мое положение при королевском дворе Земли легко проверить. Как только они получили подтверждение с Земли, они были вынуждены поверить и в остальную легенду.       — Но я все равно не понимаю, как это поможет нам встретиться с моей матерью, — возразила Усаги.       — Я и не рассчитывал на частную аудиенцию, — признался Нефрит. — Разве что сумеем переговорить с ней на каком-нибудь публичном мероприятии. Сегодня вечером намечается бал. Надеюсь, она будет присутствовать. А пока что предлагаю вздремнуть.       Вот так посреди гонки со временем мы получили передышку. Как ни странно, мне удалось заснуть в объятьях Нефрита на огромной кровати.       Когда мы проснулись, Усаги не было на месте. Усаги       Я не могла оставаться в номере, куда нас отвели. Просто не могла. Клаустрофобия какая-то напала. Очень странное ощущение — оказаться снова в Лунном королевстве. Тысячи мелочей, которых я и не замечала раньше, заставляли меня чувствовать себя дома, совсем как в Токио, но в то же время что-то было не так.       Естественно, Нефрит не отпустил бы меня побродить вокруг одну, если бы я попросила. Не знаю, кому он доверял меньше — мне или Лунному королевству, но от чего-то сильно нервничал. Даже я заметила. В лучшем случае он бы велел Нару сопровождать меня, в худшем — пошел бы со мной сам. А если бы он висел над душой, я бы постоянно помнила, что случится тут через несколько месяцев. Гулять с Нару было бы не так плохо — но и не так хорошо. Когда-то она была моей лучшей подругой, но изменилась в Темном королевстве. Стала жестче. Да, все мы меняемся, когда взрослеем, но иногда в холодных желтых глазах генерала Темного королевства я совсем не узнавала девочку, которая встречалась с Умино и так часто вместе со мной устраивала забеги по магазинам.       Поэтому я подождала, пока они заснут, и тихонько вышла из нашего общего номера.       Задумавшись о своем, я обнаружила, что забрела в длинную галерею. Слева стена состояла сплошь из окон от пола до потолка. Я остановилась полюбоваться видом.       Внизу дворец граничил с огромным парком. Шагнув к окну, я уловила свое отражение в стекле. Сотворенное Нефритом платье до мурашек походило на наряд принцессы Луны, покрой только чуть-чуть другой, под потолстевшую талию. Или это он пытался изобразить платье для беременных? Обычно я не ношу белое. Оно слишком быстро пачкается, особенно у такой неуклюжей недотепы, как я.       Я перевела взгляд в сад. В середине раскинулся большой лабиринт из кустов, в нем бродили туда-сюда люди. Я смутно помнила это место, его тихие, тенистые зеленые уголки, где даже принцесса могла спрятаться ненадолго от придворных.       Мне бросился в глаза один конкретный человек. Не слишком высокий, насколько мне видно с высоты, темноволосый, в черно-синих одеждах, он резко выделялся среди остальных — здесь в моде были светлые тона. Когда он обернулся, я разглядела его профиль. И узнала.       Мамору! Я едва удержалась, чтобы не позвать его во все горло. Нет, не Мамору. Пока не Мамору — Эндимион. Мой Мамо-тян родится лишь через тысячу лет. Да, это один и тот же человек… и все-таки не совсем. Как и я — не совсем лунная принцесса Серенити, обожаемая дочь королевы Селены. А если мы ошибемся, если провалимся, то я больше никогда не увижу Мамору.       Каждый раз как подумаю об этом — словно кто под дых меня бьет. Руки мои сами собой дернулись прикрыть бугорок, который станет Чибиусой, защитить ее от любых опасностей. Она — все, что у меня осталось теперь.       — Миледи, — раздался вежливый голосок где-то с полу, — с вами все в порядке?       Я глянула под ноги и тут же вспомнила про Луну. Не то чтобы говорившая кошка походила на нее, просто я вдруг задумалась, увижу ли снова мою наставницу и друга. Я с ней толком не попрощалась перед уходом. Когда я подошла к ней, она спала, а Нару не велела мне будить ее, чтобы она быстрее поправлялась.       Эта кошка была мельче Луны и, наверно, моложе. Обычная пеструшка-«шпрота», какие каждый день роются на помойках в любом крупном городе мира. От простых кошек ее отличал только полумесяц на лбу — ну, кроме того факта, что она умела говорить, но это же свойство неочевидное.       Я попыталась улыбнуться и присела на корточки поближе к ней.       — Да нет, просто трудная неделя выдалась. Ничего страшного, честно.       Кошка склонила голову набок.       — Простите, вы мне кажетесь знакомой. Вы случайно не родственница королевы Селены?       Тупая башка-с-оданго! Я обругала себя. Ну как я не догадалась распустить оданго, прежде чем шататься по дворцу?! Я бы не возражала, если б меня узнали, но Нефрит был категорически против, а прическа — невеликая жертва ради его спокойствия.       — Очень дальняя, — соврала я, — хотя мне говорили, что я сильно похожу на нее. Видите ли, я с Земли и никогда раньше не встречалась с ее величеством…       — О, так вы из группы, которая утром устроила скандал среди прислуги?       Я поморщилась.       — Ага. Лорд Нефрит всегда все по-своему делает, и плевать, что при этом он напрягает других. Я не люблю такие спонтанные поездки, особенно когда мой муж не может выбраться со мной, но жена Нефрита так просила составить ей компанию, а мы с ней друзья с детства, и я не могла отказать.       — Вот как, — выдохнула кошка так облегченно, что я покосилась на нее с подозрением. — О, простите мою невежливость. Меня зовут Веста, я младшая советница Королевы. Надеюсь, вам понравится у нас. Несмотря на любые каприза лорда Нефрита, — и она подмигнула.       — А я Усаги… — фух, чуть было не ответила «Серенити». Она и так наверняка что-то подозревает. Младшая советница Королевы — а я еще наклонилась к ней поближе, позволила ей рассмотреть мою брошь… Что я творю?       — Приятно познакомиться, леди Усаги, — ответила Веста. — А сейчас позвольте мне откланяться, я уже опаздываю…       — А, конечно, конечно.       В прострации я смотрела, как ее хвост качается в воздухе, пока она шла по коридору. Так, кажется, королева Селена все-таки узнает о моем присутствии. Нефрит       Поправляя куртку, я в очередной раз проклял дресс-код Серебряного тысячелетия. Не люблю возиться с одеждой, но в нашем случае маскировка необходима. По крайней мере, я сам выбрал цвета.       <Ты готова там?> — окликнул я Альмандин.       <Как тебе?> — ответила он.       Я обернулся… и застыл на месте.       <Ты просто великолепна>, — не мог удержаться я от банальностей.       На основе моих смутных воспоминаний о придворной женской моде этой эпохи она создала настоящий шедевр: бледно-бирюзовое платье идеально облегало ее фигуру в нужных местах и подчеркивало и без того сногсшибательную красоту.       <Ты правда так считаешь? — поинтересовалась она, но я слышал, что она довольна. — Я думала, мужчины не обращают внимания на тряпки>.       <Но я же должен проявлять наблюдательность. Я замечаю абсолютно всё>.       В том числе отсутствие Усаги в номере, когда мы проснулись под вечер. К счастью для нее, она вернулась раньше, чем я успел одеться, не то ей бы досталось от меня за недозволенную вылазку еще больше.       Зря я так пропесочил ее, но меня от одного ее вида передергивало. Глядя на фасад дворца из сада, я вспоминал только тот злосчастный день, когда я вел йом на штурм, а над нами нависала тень Металлии, и безумный смех Кунцита раздавался откуда-то слева. Взглянув на свои ладони, я даже удивился, что на них не было крови невинных, пролитой мной в тот день. В том числе сэйлор-воинов Меркурия и Марса. Как хорошо, что они не помнят прошлое. Цоизит смертельно ранил Сэйлор Нептун со спины, пока они с любовницей, Сэйлор Уран, вдвоем атаковали Кунцита, а противником Жадеита стала Сэйлор Сатурн с Глефой безмолвия…       Как легко вернулись воспоминания… Я пожалел, что не потерял память о том времени навсегда. Чувство вины давило, разъедало душу.       Значит, сейчас я должен искупить свои преступления.       — Пойдем, — я протянул руку Альмандин. В глазах ее просвечивало беспокойство за меня, но я сделал вид, что ничего не замечаю. Хоть что-то хорошее принесла наша экспедиция — моя жена вышла из задумчивого состояния, в котором пребывала последнюю пару дней, и снова заинтересовалась окружающим миром.       Усаги — только бы не назвать ее Серенити нечаянно — плелась позади нас по лестнице, ведущей в огромный бальный зал. На входе в зал я чуть не ошалел от количества людей вокруг. В такой толпе простых смертных я не был… Пожалуй, с инцидента с ложным кристаллом на балу в посольстве Алмазного королевства, где Альмандин, тогда еще Нару, впервые представила меня своей матери. Целую жизнь назад. С тех пор я полностью изменился.       Я наскоро просканировал толпу. Королевы Селены не обнаружил, а я видел достаточно изображений матери Серенити, чтобы узнать ее. Лично мы встречались только один раз, в довольно трагичных обстоятельствах.       Уже не в первый раз я задумался, сработает ли моя идея. Даже если мы свяжемся с Селеной, и она согласится перенести якорь древнего барьера на Усаги, достаточно ли в Усаги сохранилось крови принцессы Луны, чтобы наследие сработало? Или мы все это время потратили впустую?       <Не хочешь потанцевать?> — в тоне Альмандин мелькнула жалобная нотка, что я опять ее игнорирую.       <Прости, — ответил я, выводя ее в середину зала, — я просто…>       <…Мы просто здесь на задании, а ты отвлекся. Но пока мы убиваем время в ожидании Селены, не мог бы ты хотя бы несколько следующих минут уделить мне?>       Я заглянул в ее глаза и заставил себя не думать о Селене, демонах и всем остальном — только о танце и о женщине в моих руках, о прекрасной невозможности, что стала моей женой.       <Так-то лучше>, — подвела она итог и, когда музыка замедлилась, заставила меня склонить голову для быстрого поцелуя.       Увы, именно в этот момент раздались крики, и музыка резко остановилась.       <Какого…?!> — вскинулись мы почти в унисон.       <Что бы это ни было, надо проверить лично>, — решил я. Направление на источник хаоса я нашел легко. Но для этого требовалось идти туда, откуда все бежали. Так что мы пробивались навстречу людскому потоку.       Когда толпа рассеялась, мы очутились в центре пустого пространства в половину зала. У дальней стены осталось трое. Какой-то молодой человек лежал на полу без сознания. Над ним стояла йома и теснила к стене третьего участника. Усаги. Та бесстрашно глядела йоме в лицо и уже тянулась к броши с Серебряным кристаллом, набирала в грудь воздуха…       <Надо остановить ее!>       Я не знал, что случится, если Усаги слишком рано выдаст себя, но вряд ли что хорошее.       — Эй ты! — заорала Альмандин на йому — на японском, хотя какая разница… Йома даже не отвернулась от жертвы, но Усаги услышала и замерла, не начав трансформацию. А, черт! Наверняка йома приняла ее за королеву Селену! Сходство налицо, если не обращать внимания, что у Усаги волосы золотистые, а у Селены — серебряные.       — Смотри на меня, когда с тобой разговаривают! — Альмандин подняла руку, чтобы швырнуть фирменный пучок световых дротиков в монстра.       Звон тетивы.       Я отчаянно бросился сбить Альмандин на пол, но опоздал на долю секунды. Стрела врезалась ей в правое плечо, пришив руку к телу. Стрела из света. Магия. Причем из Темного королевства. Я запоздало обозвал себя идиотом. Йом же никогда не отправляли на чужую территорию в одиночку! Ее обязательно кто-то должен был контролировать!       Я осторожно опустил жену на пол. <Я на секунду, дорогая>. Все, теперь я разозлился по-настоящему.       Небрежным жестом, не глядя, я раздавил йому. Она меня больше не интересовала. Стрела прилетела откуда-то сверху. Люди на лестнице в основном уставились на происходящее внизу, и только один тип отводил взгляд от нас и мертвой йомы. Я метнулся к нему, сбил на пол. Другие люди бросились врассыпную от нас.       — Ты еще пожалеешь о том, что натворил, — прошипел я. — Нет, когда я с тобой разделаюсь, ты пожалеешь, что вообще родился на свет.       Он огрызнулся и прибегнул к одному из любимых трюков Зантисы, чтобы вырваться из хватки за горло. К его несчастью, я знал и этот прием, и как его блокировать, зато немного отвлекся от своего гнева и обратил внимание на лицо противника. Знакомое такое лицо. Я улыбнулся. Медленно, с удовольствием. Впервые он забеспокоился.       — Так-так, — мурлыкнул я. — Да здесь у нас Акроит, генерал Темного королевства.       Вообще-то к тому времени, как нас захватили в плен, он уже стал бывшим генералом и представлял из себя неплохой образец дворцовой скульптуры — Берилл заморозила его в Вечный сон.       — Знаешь, я не стану пачкать об тебя руки. Отправлю-ка я тебя лучше домой…       Притянуть червоточину — дело пяти секунд. Все это время я смотрел, как на его лице беспокойство сменяется непониманием, затем удивлением и, наконец, ужасом.       — Да кто ты такой? — прошептал он.       — Этого ты никогда не узнаешь, — ухмыльнулся я, зашвырнул его в дыру и закрыл портал за ним.       Затем я огляделся и обнаружил, что все уставились на меня. Пожав плечами, я перемахнул через балюстраду вниз, в зал, и стал проталкиваться туда, где вокруг Альмандин и Усаги уже собиралась толпа. Люди. Сколько же здесь людей. Побыстрей бы выбраться отсюда!       — Ты как, не сильно ранена? — я опустился на колени рядом с женой. Человек в ливрее слуги с нашивками младшего мага-целителя пытался осмотреть ее, хотя она всячески от него отмахивалась. Но на мой вопрос ответил именно он.       — Повреждения незначительны. Я больше беспокоюсь, не случился бы у нее от шока выкидыш.       Выкидыш?       Минутку, это же Усаги беременна, так?       <Я хотела тебе рассказать, но боялась, что ты переволнуешься за меня, заставишь меня остаться дома, — сообщила она мне мысленно. — Теперь жалею, что не сказала и не осталась. Я поступила глупо…>       И закрыла глаза. Она лишь потеряла сознание, не умерла. Я чувствовал ее по связи Цепи. Но все равно забеспокоился.       — Что здесь происходит?       Я поднял голову и встретился взглядом с королевой Селеной. Люди расступались перед ней, освобождали дорогу к месту происшествия.       — Ваше величество, — обратился я к ней, — нам необходимо поговорить с Вами наедине.       И я показал глазами на Усаги. Королева удивленно подняла брови.       — Полагаю, вы желаете сообщить мне нечто весьма любопытное, милорд.