V. Злая судьба

       Демантоид 12 апреля 2002 г.       <Как самочувствие?> — спросил я пациента.       — Ужасно, — просипел Джаспер. — Хочу есть и пить, устал как собака, сидеть неудобно. Сколько еще мне терпеть?       <Это зависит от тебя>, — ответил я. Но в его силе воли и выносливости я не сомневался. Черный полумесяц на его лбу уже начал бледнеть. Пожалуй, через несколько часов он полностью избавится от следов демона. Честно говоря, очищение прошло лучше, чем я рассчитывал. Может, после давнего контакта с Металлией Джаспер выработал нечто вроде иммунитета к силам зла. Может, крохотный фрагмент Металлии, застрявший в нем, ревниво защищал свою территорию от посторонних. В любом случае, Джаспер поправится. А я за ним пригляжу. У меня осталось всего три живых родственника, и никого из них я терять не намеревался.       Пиропа я обрабатывал первым, с ним было и труднее, и проще. Проще, потому что он был без сознания, когда Кунцит сдал его мне, и не отбивался, в отличие от Джаспера, который поначалу невольно сопротивлялся лечению. Труднее, потому что энергия Фантома смерти пропитала его основательнее, и Пироп не боролся с ней.       Джаспер поднял руку, взял меня за ладонь.       <Спасибо, дядюшка. А сейчас, может, хватит? Я не мечтал отпраздновать победу привязанным к стулу>.       <Я тоже не здесь хотел бы находиться, но с другой стороны, праздновать особо никто не планирует, — ответил я, задумавшись о своем. — К тому же, мы с тобой оба знаем, что необязательно завершать очищение сейчас. Если тебе надоело, сам развяжись и уйди>.       <И снова голодать двенадцать часов для следующего сеанса? Нет, спасибо. Кстати, ты рассказывал про третий этап…>       <Джаспер. Демантоид. Явитесь сюда>.       <Сию минуту, ваше величество>, — отозвался я и, только опусти руку, понял, к своему изумлению, что автоматически отдал честь, хотя Кунцита в комнате не было. Джаспер ничего не сказал, но подозрительно кривил уголок рта, пока я помогал ему отстегнуть два широких ремня, удерживающих его на стуле.       Кунцит нашелся в зале совещаний. Как и все остальные — не только пятеро генералов, но и три генерала-стажера, и Нео-королева Серенити.       Ох, не понравилось мне такое столпотворение. Я занял место между Альмандин и Купритом. Кунцит, как всегда, сохранял непроницаемое выражение лица. Изредка, при жестикуляции, из-под его рукава поблескивало что-то золотое. После возвращения из Потока времени он стал особенно скрытным, но, с другой стороны, я плохо знал его: вдруг это его обычное состояние?       — Судя по всему, мы оказались в патовом положении, — взял слово король. — Несмотря на успешное заточение Фантома смерти, лед на Земле никуда не делся. Все присутствующие знают, как это заклятье будет снято, только это знание нам ничем не поможет. Нам известно, что заклятье разрушит Нео-королева Серенити с помощью Серебряного кристалла. Но, по расчетам Цоизита, в настоящее время мощности Серебряного кристалла на это не хватит. Тысяча лет пройдет, прежде чем проклятье Фантома смерти разложится достаточно, чтобы сломаться. Так как срок человеческой жизни слишком мал, предполагается, что Серенити с кристаллом отправится в будущее.       — К сожалению, — заговорила Серенити, — я не могу путешествовать во времени сама. Энергия Серебряного кристалла слишком велика, чтобы сфокусировать ее на столь тонкой задаче, как вход в Поток времени.       И она снова замолчала.       — То есть, с ней должен отправиться кто-то из нас, — подвел итог Кунцит. — Но йомы в подземельях на грани бунта, и вы все нужны мне здесь. У кого есть какие-либо предложения?       Куприт собирался заговорить, но только нахмурил лоб и задумался. А я все пытался поймать за хвост мелькающую в памяти мысль. Что-то из экспериментов Рутила в старые добрые дни до войны с эмпирейцами. Он заигрывал с взаимоотношениями времени и магии…       Ну конечно же! Вот глупец! Я стукнул кулаком по ладони.       — Вообще-то, ваше величество, есть и иной путь, — заявил я, и все взгляды устремились на меня. — Если нам необходимо оставаться здесь, то почему бы не передвинуть Темное королевство целиком?       Не то чтобы передвинуть — просто подтолкнуть в том же направлении, куда оно и так катится, но в итоге время во внешнем мире будет двигаться в тысячу раз быстрее, чем время здесь. Не идеальное решение, но все лучше, чем ждать десять веков неизвестно чего. Пироп В районе 2638 г. н.э.       <Проблемы?>       <Да нет, это малявка опять, — заулыбался Куприт. — В этот раз ее папа точно рассердится: мало того, что она снова ввязалась в драку с йомой, так еще и проиграла>.       Я поморщился.       <Жадеиту придется занять очередь, чтобы наказать ее, если от нее что-то останется после нагоняя от Кунцита>.       Я провел в этом безумном мире почти четыре месяца субъективного времени. Всего за неделю я усвоил, что приказы Кунцита можно нарушать только по необычайно важным причинам. Как и я, Авантюрин еще числилась в стажерах, поэтому дело бы ограничилось суровым выговором, но ей все равно придется несладко.       <Куда тебя сегодня направили?> — переменил тему Куприт. Я вздохнул.       <Опять «инструктаж» среди йом. Блин, ну почему все самое поганое достается мне?>       <Потому что я практически слепой, а Ави с йомами пока не справится. По крайней мере, это не так скучно, как следить за техническими работниками, когда они в очередной раз пытаются починить канализацию. Плюс мне придется таскать Ави с собой, чтобы не подпускать ее пока к йомам-воинам, — но недовольным он не выглядел. Кажется, кроме них двоих, все вокруг уже видели, к чему дело идет, хотя Авантюрин еще расти и расти, прежде чем он смогут завести нормальный роман. Везунчики, сами не понимают, как им повезло. Я бы тоже с удовольствием замутил с Кунцитом, но он занят уже, а кроме него с Цоизитом никто здесь не разделял моих предпочтений. — Ты опять в команде с Джаспером?>       Я мотнул головой и задумался, видел ли он мой жест.       <Нет, с Демантоидом и Зантисой. Жадеит забрал Джаспера помочь ему с чем-то>.       <А-а. Ну, удачи. Мне тоже пора по делам>.       Он пока что экспериментировал с оформлением телепорта. Сейчас у него концентрические круги света разошлись с уровня пояса вверх и вниз вдоль тела. Они померцали еще секунду, когда он исчез. Я же только недавно научился телепортироваться (до вступления в ряды Темной Луны мне мощности не хватало) и пока что не придумал никаких спецэффектов. Не мог сосредоточиться на чем-то постороннем — даже с навигацией справлялся пока отвратительно.       Я вышел на главную тренировочную арену немного выше уровня земли. Энергии на левитацию не осталось, но я хотя бы ухитрился упасть поизящнее и приземлился на ноги.       Кто-то тронул меня за плечо.       <Ты как, в порядке?>       Я вздрогнул, задрал голову и увидел лорда Демантоида       <Спасибо, нормально>.       Иногда, прежде чем он успевал натянуть нейтральную маску, мелькало в его глазах нечто вроде одиночества. Или страдания. Во всяком случае, инстинктивно я понимал это чувство.       Надо бы познакомиться с ним получше. Неважно, с какими перспективами. Ведь мы похожи, а в наших обстоятельствах этого достаточно. Усаги 8 июня 2989 г. н.э.       Я бережно уложила Чибиусу в колыбель, пригладила розовый пушок, из которого однажды вырастут ее оданго, и застегнула обратно ворот платья. Оглянулась на свою серую комнатенку. Ничего не забыла? Бессмысленный вопрос. Нечего забывать. Предстоит задача совершенно простая и ясная, насколько возможно для магии.       Признаться, я совсем не расстроюсь, если больше никогда не вернусь сюда. Растить ребенка в Темном королевстве, пусть на самом его краю — не лучшее времяпрепровождение на целый год. Или на тысячелетие. Вот ведь «повезло».       Серебряный кристалл лежал в моей ладони. Чибиуса потянулась к нему, загукала.       — Не сейчас, — утешила я ее. — Твое время еще придет. Однажды.       А мое время настало прямо сейчас. Заклинание, на котором Темное королевство протолкнули в будущее, распалось несколько часов назад. Остальное предстоит довершить мне.       В дверь постучали. Я открыла. В коридоре меня ждала Нару.       — Ты готова? — спросила она и тут же поморщилась, переступила с ноги на ногу и положила ладонь на бугор живота. Я посмотрела на нее вопросительно.       — Да нет, — мотнула головой она, — оба здоровы, судя по тому, как они энергично пихаются! Думаю, в следующий раз ограничусь одним ребенком, если получится. О боги тьмы, я чувствую себя аэростатом!       Она уже выглядела, как я накануне рождения Чибиусы, а ведь Нару еще два месяца оставалось. Хорошо бы ничего в Темном королевстве не приключилось до тех пор. В таком состоянии она не сможет сражаться, да и никто, даже Демантоид, не знает, как активное применение сил скажется на детках.       — Имена уже выбрали? — поинтересовалась я. Она кивнула.       — Морганит и Марказит — сокращенно Морган и Марк.       Она поправила пояс халата — об униформе и речи не шло, пока близнецы не начнут самостоятельное существование — и протянула мне ладонь. Едва я коснулась ее кончиками пальцев, как вокруг нас мигнула холодная чернота телепорта.       Мы вышли высоко в воздухе, примерно на уровне верхушки Токийской телебашни. Нару отпустила мою руку и отступила назад и влево, чтобы оставить мне больше места. Я обхватила Серебряный кристалл ладонями, поднесла ко лбу.       Как только кристалл коснулся короны, переданной мне матерью, я ощутила магию демона, охватившую мир под слоем льда — холодную, колючую и… сложно подобрать слова. Представив себе эту сущность, я подняла кристалл над головой и вообразила, как шипы демона теплеют, размягчаются и тают.       Вспышку я видела даже сквозь зажмуренные веки, и, пока контр-заклинание забирало мои силы, снова испытала причудливое чувство крыльев за спиной.       Даже когда заклинание отзвучало, я не шелохнулась: не знала, хочу ли увидеть результат. Если ничего не вышло…       — Хватить бояться, Усаги! Все хорошо! Сама посмотри!       Ничего не поделаешь. Я открыла глаза.       Заходящее солнце окрашивало воды гавани в алые и золотые цвета. Далеко внизу город походил на разворошенный муравейник, где все обитатели недоумевали, как они из зимнего дня разом перескочили в летний вечер. Со вздохом я опустила руки.       — Сверш… Готово, — поправила я себя, через силу выдавив слово попроще.       — И ты устала, — заметила Нару. — Давай-ка я тебя доставлю обратно к Чибиусе. А потом приведу к тебе Мамору.       Мамору. Больше ни о чем в миг телепортации я думать не могла. Как странно — я снова увижу его спустя более полугода субъективного времени. А ведь я почти забыла, как это — любить. Или надеяться. Наши отношения вряд ли станут прежними. Слишком сильно я изменилась.       — Усаги…       Я облизнула губы. Когда только успели пересохнуть? Такое чувство, будто я снова глупенькая девочка на первом свидании.       — Входи, — отозвалась я.       И вот он рядом, улыбается что есть мочи, его руки обнимают меня.       — Пирожок, выглядишь просто потрясающе! Великолепное платье!       Я не удивилась, что он не узнал мой наряд. Когда-то он рассказывал, что прошлую жизнь помнит еле-еле, фрагментами, а Нео-королеву Серенити он видел только дважды, во времена нашей первой битвы с Фантомом смерти.       — М-м… — а что еще сказать, когда тебя целуют?       Кое-как мы очутились вместе у колыбели, не выпуская друг друга из объятий. Мамору улыбнулся, когда наша дочь схватила его палец и потянула себе в рот.       — Привет, Чибиуса! Как дела?       Корона Селены сдавила виски, я словно падала неведомо куда.       Это обязательно? — спросила я неизвестно кого. Раньше он обходился без них.       Но раньше он не был королем — прошептал несуществующий голос. Мамору не подготовлен к такой ответственности. А Эндимион воспитан, чтобы править. И теперь тебе нужна поддержка и помощь Эндимиона. Серенити, ты должна вернуть ему воспоминания. Другого выбора нет.       Я смотрела на его профиль долго-долго, запоминала. Личность отражается в лице тысячами мелких черточек, и когда меняется личность…       — Мамо-тян? — окликнула я его вполголоса, чуть не подавившись его прозвищем, как любым иным просторечным словом.       — Да, милая?       — Прости меня, — так же тихо произнесла я и протянула пальцы к его вискам. Действие заняло долю секунды.       — Тебе не за что извиняться, — прошептал он, когда я опустила руки. И в его глазах я увидела все того же старого доброго Мамору, только чуть… глубже, что ли. Мы ничего не потеряли, но обрели взаимопонимание, которое вряд ли могло бы возникнуть между Нео-королевой и простым Мамору.       Со вздохом я прижалась лицом к его груди. Предстояло еще много трудов. Создать на Земле объединенное королевство — задача не из легких. Но в тот момент жизнь была прекрасна и полна гармонии. Джаспер       Я сидел на покрытом льдом столе преподавателя в ее классе, когда с неба над городом обрушился дождь из света. Потрясающее зрелище, пусть и немного неприятное. Демантоид говорил, что тех, кто по своей воле служил демонам, всегда будет раздражать энергия, предназначенная для борьбы с силами зла. К счастью, я не собирался держать в руках сам Серебряный кристалл.       Я плюхнулся вниз, когда вся толща льда на столе испарилась. Профессор произнес «И, таким образом…», затем резко замолк — он заметил меня, потом красно-золотой закат за окнами, и понял, что что-то тут не так. Он прошаркал к своему пальто на вешалке в углу, трясущимися руками вытащил из кармана флягу и отпил. Я его понимал. Не каждый день несколько часов пропадает посреди лекции, а на твоем столе вдруг возникает крылатый человек в военной форме.       Я соскочил на ноги и, как ни в чем не бывало, направился к первым рядам парт. Все таращились на меня, но выражение одного лица несколько отличалось от остальных.       — Джас, — прошипела Минако, когда я опустился на колени напротив ее сиденья, — ты какого черта творишь? Кунцит тебя во фритюре поджарит, если узнает!       — Нет, не поджарит, — ответил я в полный голос. — Больше прятаться незачем. Добро пожаловать в тридцатый век, Сэйлор Венера.       Она побелела.       — Ты хочешь сказать… оно уже случилось? И я все пропустила? Вот гадство. Нет, я еще выскажу Усаги все, что думаю.       — Она не виновата, — возразил я. — Все произошло довольно быстро, и вообще она была в другом месте. Но я сюда не объявлять новости пришел.       — Тогда выкладывай, — она уже собирала книги. Профессор не возражал. Он был слишком занят саке.       Я остался стоять на коленях. Не самое лучше вступление к разговору, как я его себе представлял, но…       — Ты, наверно, обзовешь меня сумасшедшим, что в такой момент я… но, в общем… Минако, ты выйдешь за меня замуж?       — Чего?!       Учебник из ее рук с грохотом полетел на пол.       — Знаю, я, наверно, не похожу на парня твоей мечты, — продолжал я. — Знаю, ты всегда мечтала о любви, похожей на удар молнии, как у Усаги с Мамору или у моих родителей, — слова, которые я готовил в эти долгие, одинокие месяцы, разом улетучились. Я лишь помнил, как скучал по ее улыбке, по блеску ее глаз, когда ей рассказывали хороший анекдот, или как мы вместе смеялись над ее манерой калечить пословицы… — Я люблю тебя совсем не так, Минако, но все же люблю. Пусть и иначе. — О боги тьмы, что за чушь я несу? — Минако, мне тебя не хватало. Очень. И я понял, что хочу провести всю твою жизнь с тобой.       Речь шла именно об ее жизни. Моя-то, наверно, продлится еще века.       Под конец я снова осмелился поднять взгляд. Она что, плачет?       Минако закивала.       — Джаспер, чемпион среди идиотов, да! Да, конечно, я выйду за тебя. Наверно, я всегда этого ждала, только не признавалась самой себе.       Кольца я не принес. Вместо этого я коснулся губами ее руки, потом встал и бережно поцеловал в губы.       — А сейчас нам пора идти, — шепнул я ей на ухо, — не то Кунцит действительно с меня шкуру снимет. Петц       Наверно, я ощутила павшую на город тень. Всего лишь подсознательное беспокойство, остаточная чувствительность с тех дней, что я провела в мире магии и войн. Но я услышала.       А потом ощущение растаяло, и я осталась гадать, не померещилось ли мне. Однако внезапное изменение освещения показывало, что произошло нечто необычное.       Но только по вечерним выпускам новостей я удостоверилась, что мне не показалось. Три главных события соревновались в топе новостей: появление Нео-королевы Серенити и раскрытие личностей сэйлор-воинов, разрушения, оставленные ледником, и Темное королевство, его помощь в наведении порядка. Интересно, что Усаги предложила Кунциту в обмен. Я не питала иллюзий, будто он вдруг занялся благотворительностью.       Но о другом происшествии я узнала, только когда в нашу дверь постучали.       Я слышала удивленный возглас Бертье, когда та открыла дверь, и оторвалась от просмотра журнала. Человека за дверью я не видела, он был низкорослым, и Бертье загораживала его почти полностью. Удалось разглядеть только белую перчатку у дверного косяка и фрагмент серого рукава. Отделка была красно-фиолетовая, и я не могла припомнить, кому из генералов принадлежит этот цвет, но совершенно ясно поняла, откуда наш гость.       — Что вам надо? — Бертье побаивалась Темного королевства еще больше, чем я. Хорошо, что Коан не было дома, а Калаверас съехала от нас в прошлом году.       — Мне надо поговорить с Петц, — голос тоже оказался незнакомым. Бертье отступила, пропуская его в квартиру, и я наконец-то разглядела гостя. Невысокий, черноволосый, со слепыми серыми глазами. Он опирался на посох и улыбнулся мне.       — Я Петц, — заговорила я. — Боюсь, я не узнаю вас, генерал…       — Куприт, — подсказал он. — Повысили в звании всего пару дней назад. Меня просили передать вам это.       Свободной рукой он протянул мне сложенный лист бумаги.       В недоумении я взяла записку и развернула. Всего одна строка пересекала страницу: «Петц, отправляйся с ним». И без подписи. Но почерк… Я скомкала бумажку в ладони.       — Невозможно, — прошептала я. — Он умер, — и, уже громче. — Что за дурацкие шутки?       — Это не шутка. Вы не представляете, что бы Кунцит со мной сделал, вздумай я выкинуть такой номер. Не просите меня ничего объяснять, просто знайте: Сапфир в Темном королевстве, живой, только пока страшно слаб. И он хочет поговорить с вами.       Генерал протянул мне руку.       Это и есть то, что называется надеждой? Обжигающая боль, чувство пробуждения после долгого сна? Я впервые была рада ощутить знакомый холод телепорта.       Мы вышли из темного ничто в небольшой комнате с кроватью, столом и шкафом. За столом кто-то сидел, вернее, спал, уронив голову на руки. На секунду я забыла дышать, увидев эти темно-синие волосы.       Куприт легонько похлопал спавшего по плечу, и тот зевнул, поморгал, развернулся к нам с улыбкой. Я уже не надеялась увидеть его таким вновь.       — Петц, прости, я, кажется, снова задремал.       Я застыла на месте. Его имя застряло в горле, я не могла пошевелиться в замешательстве, и его улыбка стала медленно гаснуть.       — Петц? — удивился он.       — О, Сапфир! — наконец-то выдавила я из себя и, когда он встал, бросилась в его объятья с такой силой, что мы оба могли бы получить сотрясение мозга. Но нас ничто уже не волновало.       Пока мы вместе, больше ничего не имело значения. Кунцит       <Вы уверены, что поступили правильно, оживив Сапфира?>       Я пожал плечами и вернул кристалл души Алмаза обратно на полку.       <Нам нужно разнообразить генофонд. Преобразование в кристаллотворца — большой риск, так что вряд ли мы наберем много добровольцев из числа людей. То есть, остается лишь воскрешать жителей Анклавов. Само собой разумеется, что размножаться Сапфир будет только в паре с Петц, а ей осталось не так много лет до конца детородного возраста. Поэтому выгодно воскресить его сразу, а не ждать>.       <Ложь, — произнес Демантоид. — Признайтесь, вы просто не хотели разлучать влюбленных>.       Я снова пожал плечами.       <Допускаю, что среди вторичных причин была и такая>.       Наверно, я действительно во многом отождествлял себя с Петц. Мне тоже была знакома эта медленная пытка — жить, потеряв любимого.       <Странно это все-таки, — размышлял Демантоид дальше. — Ваш народ совершенно не похож на нас. Вы гораздо… темпераментнее. Вы любите и ненавидите так яростно, как я ни за что не сумел бы>.       Яростно, вот как. Что ж, слово «ярость» определенно хорошо описывало наши с Цоизитом отношения. А как насчет остальных? Возможно, и их тоже.       <Мы не выбирали, кем стать>, — огрызнулся я и телепортировался, не дожидаясь ответа.       <Ты опаздываешь! — набросился на меня с обвинениями Цоизит, как только я возник в наших апартаментах. — Я тебя тут полчаса уже жду!>       <Ну извини, — я развязал его привычный хвост, зарылся пальцами в золотисто-бронзовые кудри. — Надо было поразмыслить кое над чем>.       <Иногда ты думаешь слишком много, — он телепортировал с меня китель — настолько тонкую операцию сам я не рискнул бы повторить. В свете полусферы над кроватью блеснул золотой браслет Адаманта, уже подогнанный под меня и плотно обхватывающий запястье. — Да блин, иди уже ко мне!>       И со смехом я повалился к нему на постель.