V. Злая судьба

       Альмандин 2 декабря 2989 г. н.э.       Как же хорошо вернуться домой. С такими мыслями я вздохнула и прислонилась к груди Нефрита.       <Мам! — негодующий голосок ворвался в мое сознание. — Ты мне ногу отдавила!>       <Ой, прости>, — ответила я, выпрямляясь. Марказит глянул на меня недовольно с насеста на плечах отца. Все, больше не разрешу Нефриту катать его на шее. В возрасте четырех месяцев они с братом уже доросли до размеров четырехлетних человеческих детей.       Морганит подергал меня за рукав.       <Нам еще долго идти?>       Отвечая ему, я тайком спросила Нефрита:       <И с чего мне пришло в голову, будто прогулка пешком — хорошая затея?>       <Наверно, тебя одолела ностальгия, — улыбнулся он. — В следующий раз телепортируемся. Или на машине приедем>.       <С тобой за рулем? Да ни за что!> — возразила я.       За шесть месяцев нашего отсутствия Токио сильно изменился. В центре уже вырисовывалась первая башня Хрустального дворца, расчистили обломки двух самолетов, упавших на улицы под действием ледяного заклятья. Но кое-где город остался прежним.       Когда мы добрались, мне пришлось поднимать Морганита по лестнице на руках. Пусть в некоторых отношениях они развивались стремительно, но моторика у них не поспевала за физическим ростом, и пока они уступали в ловкости нормальным детям четырех лет.       У Нефрита руки остались свободными, поэтому кнопку звонка нажал он.       — Кто там? — раздался голос из квартиры. Совсем как раньше.       — Это мы! — отозвалась я.       Дверь распахнулась.       — Дети, — произнесла я вслух, — это ваша бабушка.       Мама улыбнулась всем нам и махнула рукой, чтобы проходили внутрь.       — А я уже гадала — неужели буду видеть вас только на экране телевизора?       Морганит надулся. Двойняшки стали знамениты с самого рождения — репортеры вцепились в столь трогательный сюжет, чтобы показать кристаллотворцев более «нормальными», и теперь мальчики ненавидели свою славу.       — Мы с трудом выгнали операторов из родильного отделения, — покаялась я. — Но ты про нас и так все время слышишь. А как у тебя дела?       Пока мы все эти месяцы приводили мир в порядок, я и мечтать не смела об этом моменте, но мама отлично поладила с близнецами. Наконец-то у нее есть семья.       И у меня тоже. Генерал Куприт 21 апреля 2994 г. н.э.       Без посоха я не мог найти дорогу как следует и вывалился из Потока времени намного позже, чем собирался. Но никто меня не потерял.       <Ты вернулся! — Ави схватила меня за руки и закружила, заплясала. — А я уже начинала волноваться!>       <Как война идет? — кое-как собрался с мыслями я. — И где все остальные?>       Я не ожидал, что в тронном зале мы с ней останемся одни.       <Мы победили, само собой. А остальные… отдыхают. Или наоборот. Я бы, кстати, тоже не отказалась от «или наоборот». Идешь?>       Я улыбнулся. Неудивительно, что все так спешат отпраздновать жизнь после того, как были частью смерти, бродившей по улицам Хрустального Токио до моего отправления в прошлое. Нет, действительно спят разве что близнецы и Опал, маленькая дочка Сапфира. Ну, может, еще Пироп и Демантоид. Насколько мне известно, им не с кем провести вечер.       <Сейчас, милая, — ответил я ей. — Сначала кое-что надо доделать>.       Я мог бы телепортироваться из тронного зала прямо в свою скромную берлогу, но решил прогуляться пешком. В коридорах царило запустение. Видимо, даже йомы… праздновали, так сказать.       Посох стоял на месте у кровати. Артефакт проделал долгий путь — назад на тысячу лет, потом обратно вперед в моих руках. Теперь настало время вернуть его настоящей владелице.       Ее разместили у Нефрита, а не в самом Темном королевстве. Я телепортировался в небольшую комнату на первом этаже и сложил посох на кровать рядом с Сэйлор Плутон. Ее здоровая рука легла на древко, а на губах проявилось нечто вроде улыбки. Интересно, приходила ли она в себя. Почти все повязки, что я помнил, остались на месте. Ей крепко досталось от Мудреца, прежде чем она сумела сбежать.       Как только я отошел, сразу мучительно захотелось взять что-нибудь в руки. Пришлось напомнить себе, что я брал посох взаймы, не навсегда. Не так давно Сэйлор Плутон упала к моим ногам, выронив посох, и я хотел лишь сохранить его в безопасности, пока она не сможет забрать его. А потом Темная Луна сровняла Хрустальный Токио с землей, и я вдруг понял, что должен сделать.       Пожалуй, надо найти что-нибудь еще, чем занять руки — подумал я и отправился разыскивать Авантюрин. Алмаз 14 сентября 3043 г. н.э.       Что происходит?       Что-то было… не то чтобы неправильно, но определено изменилось. Я чувствовал это. Я не открывал глаз и делал вид, что все еще лежу без сознания. Кто знает, вдруг вокруг враги.       И где я? Последнее, что я помнил — стычка с Мудрецом… Я вздрогнул, когда понял, что было дальше. Я умер. Но тогда что я делаю здесь? И у меня явно снова есть тело. Кто-то решил меня воскресить, только кто и зачем? Кунцит? Очень смутно я припоминал наполненное светом место, противостояние правителя Темного королевства и Мудреца…       <Алмаз, брат!>       Глаза мои раскрылись тут же.       <Сапфир?! Но ты ведь тоже погиб! Твое тело рассыпалось в моих руках!>       <Я был мертв, — поправил он мягко, нервно одернул серый воротник с синим кантом и попытался улыбнуться. — А сейчас я совершенно жив, причем уже пятьдесят лет. Меня воскресили по приказу Кунцита>.       <Пятьдесят лет! Тогда почему ты так долго…> — я сжал зубы, замолчав на полуслове. Я не хотел знать ответ. В голову приходил единственный вариант — мой брат предал меня, в этот раз по-настоящему. Ведь на нем была форма Темного королевства, нашего противника.       Он закрыл глаза.       <Нео-королева Серенити потребовала, чтобы при ее жизни тебя не воскрешали. Чтобы не осложнять и без того натянутые отношения между Хрустальным Токио и Темным королевством, король Кунцит решил выполнить ее просьбу. Я сделал все, что мог, но как мне спорить с тем, кто сильнее даже тебя? Так что мне пришлось ждать. Пожалуй, тяжелее всего было смотреть снова на наше нападение на Землю, но на сей раз со стороны ее защитников, не в силах изменить действия нас-прошлых или хотя бы облегчить твою боль. Ты представить не можешь, как мне тебя не хватало>.       Я не знал, что ответить ему. Просто не знал. Разве что…       <Я тоже скучал по тебе>.       Пожалуй, не о таком воссоединении мы оба мечтали. Но сейчас нам было хватало и этого. Фантом Смерти Ок. 3100 г. н.э.       Ужасно, просто ужасно.       Даже из своей тюрьмы я мог видеть, что творится в Темном Королевстве — по крайней мере, на его границах. Под властью Кунцита кристаллотворцы процветали. И плодились, будь они прокляты! Вот принц Алмаз, заноза в моих планах, в форме с белым кантом, совещался с племянниками. Вот Джаспер — Вечное проклятье на его голову! — и его собственная Цепь обучались боевой магии под началом старого кристаллотворца Демантоида. И еще дюжина других наслаждались повседневной жизнью.       Я рвал и метал. Я посылал в эфир проклятья. Но я знал, что и то, и другое тщетно. Барьеры не дадут мне причинить им никакого вреда.       Надо бы приглядывать за здоровьем Кунцита, но оно не внушало мне оптимизма насчет скорого освобождения. Скорее всего, еще десять тысяч лет я останусь здесь, наедине со своими мыслями.       Зависть переполняла меня.