Когда говорят, что ты толстая...

Семь лет спустя

- Солнышко, так ты приедешь? Разве тебе неинтересно, как у всех жизнь сложилась? - щебетала мама, открыто вынося мне мозг. И это не первый раз за эту неделю, когда она пытается меня переубедить. Как появилось это глупое приглашение на встречу выпускников с пафосным названием " Наши звезды спустя 6 лет", каждый мой диалог с родителями начинался не с простого приветствия, а уже с вопроса: "Так ты приедешь? А на встречу пойдешь?". - Посмотрим, мам. У меня ведь тоже есть свои дела? - вновь закатив глаза ответила я, за что получила недовольное хмыканье со стороны мамы, которая, как я уже раньше говорила, в течении всех этих семи дней получала только такой ответ. - Да ладно тебе! Уж отпустит тебя твой женишок, - продолжала напористо наступать она, открыто объявляя мне войну. Видимо, в этот раз мама намерена довести дело до конца... - У нас медовый месяц. Я не хочу его портить возвращением в нашу глушь и уж тем более походом в этот дурдом. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к ..... - на выдохе я остановилась. Не люблю бороздить просторы прошлого, особенно подростковый период своей жизни, который, кроме как "черной полосой", по-другому не назовешь. - Солнышко, я прекрасно все понимаю. Тебе тяжело- знаю. Ты пережила ужасное - знаю. Но прошло шесть лет . Ты так выросла, так похорошела. Вот уже такая большая, работа хорошая, да и замуж вышла за приличного молодого человека. Ты добилась такого успеха. Так почему же не прийти и показать всем... - протараторив столь воодушевляющую речь, мама мило улыбнулась, от чего мне стало немного не по себе, но.... - Я не для того продолжила работать над собой, чтобы потом ходить и хвастаться перед этими.... Я счастлива и мне не нужно никому ничего доказывать, мам. Пойми ты уже это, - не унималась я. Она пытается все это выставить в таком свете, что якобы я обязана пойти на эту встречу выпускников и повилять хвостом перед своими обидчиками. Но буду ли я тогда лучше, чем они в те годы, кто унижали меня? Хотя, с одной стороны я ее прекрасно понимаю, ведь живя в небольшом городе, трудно не встретить других родителей, старых приятелей, да даже пусть моих одноклассников. И те, конечно же, обязательно спросят про то: "Как там твоя дочь поживает? Как там Ева?". И одно дело слова, но другое, когда я, как доказательство, предстану. - Посмотри своим страхам в лицо, - добавила она. - А кто сказал, что я боюсь? Нет, мам. Ты не понимаешь. Я только про все забыла, только зажила счастливой жизнь. Зачем? Они просто недостойны моего визита, - тихо и спокойно сказала я, уже не намереваясь спорить с мамой, ведь все равно все попытки тщетны. А ее не переубедить. - Зато я с папой так этого хочу - мы мечтает об этом, чтобы ты приехала хотя бы один раз за эти шесть лет к нам, в страну, в город, в котором ты родилась. Я до сих пор переживаю, до сих пор боюсь и плачу по ночам, ведь может где-то внутри тебя сидит та боль, тот страх, - утирая неожиданно выступившие слезы, прошептала она, но я ее отчетливо слышала. Да, возможно я оправилась, убежав из того мира и менталитета, но мои родители по прежнему там, в этом яме... - Хорошо. Я подумаю, что можно сделать... - Спасибо... Мое солнышко...

***

- Bonjour! Bonhour! - кричал мой папа, выхватывая ручку от моего чемодана и крепко обнимая меня одной рукой. - А почему по-французски? - со смешком спросила я, в ответ обвив шею любимого родителя. - Ну так теперь с тобой надо, как с иностранкой разговаривать, - тут свое слова вставила мама, которая не могла уже дождаться своей очереди, чтобы накинуться на меня (это было видно по ее выражению лица). - Подумаешь четыре месяца живу в Норвегии, а тут уже сразу же иностранка, - ответила я и наконец-таки поприветствовала свою маму объятьями. - Как у Артема дела? Чего не приехал с нами повидаться? - неожиданно спросил папа, подняв брови от негодования. - У него курсы норвежского языка, нельзя пропускать. Чем быстрее выучит, тем быстрее пойдет на работу... - спокойно ответила я. И взяв под руки родителей, повела к главному входу вокзала. - А у тебя как с языком, а? - перебил папа, хотя я уже сто раз отвечала в скайпе на этот вопрос. Но папы есть папы. - Пап, ну ты же знаешь. В университете я учила шведский, а он из одной группы языков с норвежским. Поэтому мне легко далось, - улыбнувшись, выдавила я. - Это ведь моя работа, в качестве переводчика. - Ох, ты уже такая взрослая... Двадцать шестой год. Насчет детей-то еще не думали? - не забыла вставить свои пять копеек в диалог мама, как обычно затрагивая не очень приятные или же очень личные темы, на которые я даже не имею понятия, как реагировать. - Внучат уже хочется понянчить. - Я только вышла замуж, маммммм... - Уже 26 лет, пора бы, - среагировал папа. - Годы же... - Это по вашим уставам "годы", а у меня еще молодость идет! Рано! Пока не обживемся в новой стране и пока Артем возится с работой, воздержимся от подобных идей, - сказав это, мы подошли к родительской машины, и после того, как папа погрузил мой багаж, поехали в сторону дома. - Сегодня в 20:00, ты ведь еще не забыла? - неожиданно спросила мама, просунув голову вперед, с заднего сидения. - Помню я. Помню... - Это уже второй раз, когда все собираются. Но для тебя первый, - вновь мне начала капать на мозг этой больной темой. - Мне было 20, когда пришло приглашение на первую встречу, и тогда я не была морально готова. Вы ведь лучше меня это знаете. - Но ты ведь уже встретила Артема тогда, - среагировал папа, который умудрялся смотреть то на меня, то на маму, то на дорогу - эдакий местный шумахер. - Вроде бы все уже было нормально. - Ключевое слово "встретила", мы два года вообще не думали друг о друге в таком ключе, - приложив ладонь ко лбу, так как у меня не на шутку разболелась голова, я резко оторвалась от диалога с родителями, меня привлекло кое-что другое. Я уставилась в проезжающий мимо дом. Это был мой садик. Приятно видеть эту частичку своего детства, наполненную самыми разнообразными эмоциями и опытом. Хорошие люди, хорошие воспитатели, хорошие дети, еще не испорченными современным миром, переполненным пошлостями, алчностью и дебилизмом. - Еще двадцать лет назад ты была такой лапусенькой. Ходила в этот садик. Ты была такой хорошенькой, - прошептала мама, погладив меня по щеке. Казалось, что она сейчас опять начнет плакать, прямо как на моей свадьбе, говоря при этом, что, как было бы хорошо, если бы время вернулось вспять на очень много лет назад, когда меня еще можно было еще купать в маленькой ванночке, кормить с ложечке и рассказывать сказки перед сном. - Двадцать три , мам. Двадцать три года назад. Да, время быстро летит, - усмехнувшись этому, я вновь погрузилась в свои мысли. Не сказала бы, что они были приятными, но и очень плохими их я бы тоже не назвала. Что-то странное творилось на моей душе, а в голове была пустота. Мы ехали в тишине. Ехали туда, где все началось и закончилось. Мы ехали в место, которое я искренне любила и одновременно проклинала во всех своих несчастьях. Мы едем домой...