Колесо Фортуны

      Солнечный свет. Наверху он повсюду. Даже в самой темной чаще ощущаешь его присутствие. В начале пещеры по стенам стекали тонкие струйки воды. Под прозрачными лучами солнца они серебрились и казались маленькими змейками. Сплошное удовольствие любоваться ими! Но чем глубже в пещеры уходишь, тем меньше остается солнечного света. Разве что в сердце. Этот свет был верой умершего в лучшее, в скорейшее возвращение. Однако вера — это то, чем умершие платили за покой, вечный покой…       Гелиос высадил ее из колесницы далеко от врат подземного мира. Причина была ясна, как и его солнечная корона: "В мире умерших нет света и никогда не должно быть". Белоснежные кони с золотыми гривами послушно взмыли в голубые небеса. Начиналась заря. Девушка не спешила. Когда еще она сможет увидеть красоту ранней зари, когда солнце медленно озаряет холодное ночное небо? Сможет ли она вновь вдохнуть запах проснувшихся лесов, чьи листья ненасытно впитывают утреннюю росу? Услышит ли рассветное щебетание птиц?       Жадно поглощала она это утро. Вслушивалась, как никогда не слушала. Смотрела, как никогда не видела. Дышала, как никогда не дышалось. Но всему приходит конец. И на смену прекрасному прохладному утру пришел душный и знойный день. И Тюхе уже надо было идти — пробираться к реке Стикс, обозначающей границу царства Аида. От нечего делать юная богиня напевала себе под нос.       — Вниз по коридору и все время прямо. Так ты скоро достигнешь ада. Ты с пути своего не свернешь никогда. В этом и есть вся твоя беда. Ты прямо иди, никуда не свернешь. По пути много тайн и загадок найдешь. Попробуй решить хоть одну, тем ближе будешь к концу. Отсюда не выбраться тебе никогда. В этом и есть вся наша беда. Ты, свет увидавши в конце пути, к нему поспеши или тут же замри. Выхода два, но выбор один. И спутник в пути незаменим. Его не теряй ты в тоннеле судьбы. Вам еще долго по дороге идти. Выбор один, хоть и выхода два. С пути не свернешь, такова уж судьба.       Дорога была самой неприметной. Или хотела казаться такой. Вытоптанная и выжженная солнцем, а по краям — густые заросли. Самая обычная дорога. Если бы не тот факт, что она ведет в Ад. Точнее, в Аид. Но сам его хранитель обижался, когда его вотчину так называли. И просил: "Царство. Просто Ад".       Под сводами его пещер нашли прибежище самые различные чудища. Души обитали ниже, а грешники — так еще глубже и дальше. Но особо никто не жаловался. Вода реки Стикс, которой касались или пили умершие, лишала их памяти, а от постоянного с ней контакта души навсегда лишались воли. Все они апатичны, кроме сторожей — мелких богов. Например, Морфей весело сновал под сводами главного приемного зала. Зачем? Ему от этого становилось весело, ведь под потолком летали толпы душ, и ему нравилось их разгонять.       От главного зала шли многочисленные длинные туннели-коридоры в глубины подземного дворца. Стражи никакой не было. Да и зачем? Охранял вход в Царство сам Цербер, и этого вполне достаточно.       Тюхе стояла перед главным входом — простым гротом, со стен которого свисали водоросли и блестела соль. Река мчалась в темноту, и из ее глубины доносилось мирное рычание. Цербер спал. Тюхе присела на берег. Ноги гудели и явно отказывались идти дальше. "Однако у меня есть еще пара лишних минут, чтобы обдумать все, что сегодня произошло". Цербер захрапел, и богиня в страхе обернулась. Нет, спит. Крепко — и гневом Зевса не разбудишь. "Назад я не вернусь. Это первое. Второе — я не знаю, куда идти. Третье — я ужасно боюсь этого пса".       Тюхе печально сидела у реки. Усталость постепенно сходила, но сильно хотелось спать. Зоркий глаз приметил источник сна — дурман-цветок, росший по берегам. "А вот и защита от внезапного пробуждения песика", — подумала Тюхе и сорвала пару цветков. Медленным шагом она направилась к псу. Не успела она сделать и пары шагов, как вдруг что-то черное и холодное схватило ее. Сопротивляться бессмысленно — что терять изгнанной?       — Какой интересный подарочек от братца Зевса, — странная тень начала принимать формы, и вот уже Тюхе смогла разглядеть схватившего ее. Это был не кто иной, как сам Аид, повелитель этого мира.       — Из-за того, что я дочь Титана, и подарили. Ваше величество, прошу отпустить меня. — Аид в удивлении ослабил хватку, но не выпустил ее из объятий.       — Титана? Океана? Уж не та ли рыжая, что так приглянулась теткам-мойрам?       — Да, ваше величество. Тюхе мое имя. Отпустите меня.       Аид убрал руки и внимательно оглядел ее. Рыжие волосы, тонкий стан бросились ему в глаза в первую очередь. Это ведь перешло от ее матери-нереиды. В глазах отражалось море, как и у всех детей Посейдона.       — Добро пожаловать, кузина Тюхе. Разрешаю тебе называть меня Аидом или Ди. Но советую тебе не портить мне настроение. Зачем пожаловала? Можешь не отвечать, — прервал он порыв Тюхе разъяснить, что произошло сегодня. — И цветок-то выброси, не действует он на Цера. Тетки тебя заждались уже. А братец-то какой странный. Мог же сразу к ним отправить. Видимо, хотел, чтобы ты Цербера не прошла. Он у меня постоянно голодный, — лукаво подмигнул Ди. Было странно видеть могучего бога подземного царства в облике вздорного юноши лет двадцати. Он был куда старше. Таким он становился от скуки.       В задумчивости Аид отошел от Тюхе, внимательно изучавшей подземного царя. Она представляла его себе гораздо старше. И совершенно не ожидала увидеть высокого брюнета с карими глазами и белозубой коварной улыбкой. Одет он был в зеленый хитон до колен. На золотом поясе висел бронзовый ксифос в деревянных ножнах. Ощущение страха и трепета не проходило. Но Тюхе уже покорилась своей судьбе. А куда ей было идти? Она вспомнила, что должна спросить у Ди.       — Не подскажешь, как пройти к мойрам?       — А? К тетушкам? — не поворачиваясь, спросил Аид. Он нежно поглаживал чудище Цербера. — Прямо по коридору, — он взмахнул рукой, и слева от Цербера возникла арка. — Передай им, что царь шлет пламенный привет.       Правитель подземного мира подтянул морду пса к себе, а за псом открылся проход. Тюхе, не задавая лишних вопросов и стараясь не отвлекаться на странное поведение Аида, быстро направилась в открывшемуся коридору. Оттуда дул ветер, холодный, пронизывающий до самых костей. Но она не боялась! Тюхе была готова расстаться с жизнью, если это понадобится, лишь бы мир больше не страдал из-за ее существования. Тюхе шагнула вперед, в темные глубины подземного царства. Проход за ее спиной закрылся, и она, обернувшись, увидела за собой лишь глухую каменную стену, сверкающую от соли в полумраке пещеры.       "Прямо и только прямо. Так ты быстрее дорогу найдешь. Прямо и только прямо! Во мраке пещер ты шею свернешь. Прямо иди, как сам царь повелел. До цели дойди — спасибо скажи. На память у входа ленту в узел морской завяжи. Из мрака Аида пути назад нет. И мойрам-теткам от царя передай привет!"