Мужские истории

Не знаю, как для вас, но для меня поход в кино всегда был событием. Помню, когда я был ребенком, моя тетя брала нас с сестрой за руки и мы шли на какой-нибудь мультик. По пути мы обязательно покупали мороженое. Это было традицией. Позже, когда я сам мог ходить куда угодно и жрать что угодно, мы сбегали с друзьями с пар и коротали время в кино. Ходили часто, ибо уже начали сами зарабатывать, но эти походы так и остались праздником, на одном уровне с Первым мая и Новым годом. Ну, по крайней мере, для меня. Кстати, хотел вас спросить: вы никогда не «хулиганили» на заднем ряду? Что, совсем никогда? Да ладно!!! Очень необычные ощущения, я вам скажу. - Макс, втянись в сиденье. Я не вижу зеркала, - Женька крутится на парковке, пытаясь найти свободное место. - Жень... Глянь, какая джипина-а-а… - тыкаю я пальцем в окно, - а мы как лохи на Сандерике. - Мы не лохи, Макс. Мы экономные и нерасточительные. Во-первых, за те деньги, на которые куплена эта машина, можно купить два с половиной Сандерика. А потом, того бензина, что эта здоровая дура сожрет за месяц, нам на год хватит. И вообще... Это показуха все. Кто красивыми любовницами хвастается, кто виллами, кто машинами. Мне, например, пофиг, что думают окружающие о моем достатке. - Ну, мной ты по-любому гордишься, - говорю я, надевая свою любимую шапку с помпоном. - Конечно, горжусь, - отзывается Женька. Он заправляет в шапку мое торчащее ухо, поправляет шарф и на всякий случай заглядывает мне в нос. Не спрашивайте зачем. Были неприятные инцидентны, связанные с этим. Когда уже на выходе из машины Женька проверяет, застегнута ли у меня ширинка, я начинаю громко смеяться, а потом закрываю глаза и тянусь в полумраке парковки к Женьке губами. М-м-м... Поцелуй в таких вот экстремальных условиях выбрасывает в кровь адреналин, заставляя чувствовать себя «Мистером опасность». Я отодвигаю шапку с помпоном со лба и добавляю активные действия руками под Женькиной курткой. И вот в тот момент, когда мое дыхание замедляется и я уже чувствую запах Женькиной туалетной воды... - Мальчик! Сигаретки нет? - слышу грубый голос и постукивание по стеклу кулака. - Какой я тебе мальчик? - я смотрю в свое окно и воинственно поправляю помпон на шапке. Женька тихо ржет рядом со мной. - Да мне похуй, кто ты. Дай сигарету и на бутылку пива. Трубы горят, - за стеклом медленно покачивается очертание мужика в грязной помятой куртке. - А ты работать не пробовал? - зло бросаю я бомжу. - Пробовал, - честно признается он, - не получилось. Ну хоть сигарету дай. - Не курю, - говорю я и отворачиваюсь от стекла, всем своим видом показывая, что разговор закончен. - Ну, у бабы своей спроси сигаретку, - не унимается бомж. Наступает время тихо ржать мне. Женька матерится, открывает стекло с моей стороны и отдает бомжу мою пачку сигарет. - Вот спасибо, дамочка! Выручила, - бомж лезет грязным пальцем в мою!!! пачку, - а мальчику своему скажи, чтоб поуважительней был к старшим. Думаете, это испортило нам настроение? Вовсе нет. Мы вышли с парковки, громко смеясь и подкалывая друг друга. Я к обращению «мальчик» уже давно привык, а вот Женьку «дамочкой» назвали впервые. Он, конечно, сделал вид, что не обиделся, но, выходя из машины, зачем-то собрал свои длинные волосы в тугой хвост. Воскресение, вечер, и в торговом центре дофига народа. Кинотеатр вместе с «Обжорным рядом» расположен на третьем этаже, и, как правило, мы добираемся до него на лифте. Вообще, я боюсь лифтов. Всю жизнь прожил в доме без этой зассатой кабинки, которая имеет тенденцию застревать. Но лифт в торговом центре мне очень нравится. Он стеклянный, и, когда ты поднимаешься или спускаешься на нем, можно смотреть на суетящуюся толпу внизу. Я стою у стеклянной стены, которая больше похожа на ложную дверь, и смотрю вниз, крутя в руках пуговицу на куртке. - Блимс, - музыкально поет лифт, сообщая нам, что мы приехали. - Выходим, - Женька мягко тянет меня за рукав, - до сеанса еще час, так что успеем отравиться в твоих любимых забегаловках. Я уверенно делаю шаг от стекла и... - Жень... Я это... - Что? - Женька уже сделал шаг через порожек лифта. - Застрял я, Жень, - грустно сообщаю ему я. Женька возвращается обратно в лифт и подходит ко мне. - Как можно застрять в стеклянном лифте? - я прям спиной чувствую, что Женька напряжен. - Я это... Пуговицу случайно между стекол сунул, - вздыхаю я. - Ну, это ерунда, - говорит Женька и кидается в бой. - Вы вниз? - интересуется у него женщина с двумя детьми. - Вниз, - не оборачиваясь, отвечает ей Женька, ожесточенно вращая пуговицу между двух половинок ложных дверей. - Блимс, - лифт сообщает нам о том, что мы приехали. - На третий? - огромный мужик с миловидной девушкой на мускулистой руке с интересом смотрит на нас с Женькой. - На третий, - утвердительно кивает ему Женька, пытаясь просто оторвать пуговицу от куртки. - Жень, куртку порвешь. Я прям чувствую, как ткань трещит. - Блимс, - третий этаж. Снова куча народа заходит в лифт, и мы снова едем вниз. - Жень, меня тошнит уже, - говорю я и чувствую, как по моему виску стекает капля пота. - Терпи! - по голосу чувствуется, что Женька злится. - Я ее сейчас просто оторву. Черт с ней, с курткой! А потом тебе голову оторву! Я только тихо соплю и дико озираюсь на очередных попутчиков. - Ты из лифта выйди и с обратной стороны пуговицу поверни и протолкни ее между стекол, - рядом с нами в кабинке стоит все тот же огромный мужик с миловидной девушкой, висящей на его руке. - О! Точно! - радостно восклицает Женька и хлопает себя по потному лбу. - Зямочка, какой ты у меня умны-ы-ый!!! - томно тянет девушка, обнимая Зямочку за пузо. - Я инженер в третьем поколении, - гордо отвечает ей Зямочка, - мне положено быть умным. - Это он просто с тобой не жил, - Женька нервно топает ногой в ожидании первого этажа, - тут хоть нобелевский лауреат в четвертом поколении, хоть кровный родственник Эйнштейна... - бубнит Женька. - Жень, я ж не нарочно, - гнусавлю я, теребя в руках шапку с помпоном. - Лучше молчи, - Женька чувствительно толкает меня локтем. Наконец первый этаж и радостное «Блимс» лифта. Женька быстро оббегает его с другой стороны и, повернув пуговицу боком, протискивает ее в проем между стекол. И я обретаю долгожданную свободу. - Ну, чего? Поехали на третий? - спрашиваю я Женьку. - Нет! - вздрагивает тот. - Поедем на эскалаторе. Все два пролета эскалатора Женька крепко держит меня за руку и смотрит, чтоб я снова куда-нибудь что-нибудь не сунул. Обидно! Я ведь взрослый и самодостаточный му... - Ой! Жень! - Макс! Не пугайтесь. Я живой! Просто засмотрелся на рекламу и споткнулся при выходе с эскалатора, потянув за собой и Женьку. - Ну, кажется, все, - Женька устало вздыхает и усаживается в удобное кресло, - тут нам вроде ничего не угрожает, - он внимательно осматривает кресло и опускает подлокотник с подстаканником. Потом аккуратно складывает мою куртку и кладет ее мне на колени. Потом те же манипуляции совершает со своей курткой, вручает мне стакан с Фантой, предварительно вставив в него трубочку, а на другую мою руку помещает ведро с попкорном. Сначала я тупо сижу с этим всем, как со скипетром и державой, на манер царя-батюшки. Потом отсыпаю себе в рот порцию попкорна прям из ведра и отхлюпываю фанту из трубочки. - Ой, - Женька морщится и забирает у меня попкорн, - воду ставить будешь, не промахнись мимо подстаканника, - говорит он уже в полумраке. - Ка-ра-шо, - громким шепотом отвечаю я, и мы начинаем смотреть фильм. Вообще, Тим Бертон - это мой любимый режиссер, и я смотрел все его фильмы и мультики. Я с открытым ртом наблюдаю за приключениями странного мальчика в доме странных детей, не забывая закидывать в себя горсти попкорна. В какой-то момент Женьке, видимо, становится жарко, и он сдвигает куртку чуть ниже. Туда же перемещается и ведро с попкорном. - Макс, - говорит Женька сдавленным шепотом, - ты промахнулся. Макс... Черт! Макс! Это не... вот гаденыш... Выйдем - точно... голову... оторву, - его голос спускается до зловещего шипения. - Ой! - вздрагиваю я от неожиданного Женькиного прикосновения. - Жень, ты это... Не, ну как бы норм, но... - А ты думал, я один буду мучиться? - тихо шепчет он мне в ухо. Короче, следующие пять минут Женька громко мял попкорн в ведре, а я хлюпал остатками фанты через трубочку. Совет бывалого: если вы идете в кино с любимым человеком, берите последние ряды. Там можно не хлюпать и не хрустеть чем попало, а просто наслаждаться кино и друг другом. - Ну все, мелкий! Сейчас ты у меня за все получишь! - Женька бежит за мной по парковке, пытаясь ухватить за рукав куртки. Я лихо обхожу машины и перепрыгиваю через лежачих полицейских. - Жень, я ж не нарочно! - выдыхаю я на бегу. - Еще бы ты все это делал нарочно! - дышит мне в спину Женька. Наша машина громко пикает, мы почти с разбегу влетаем в нее, и меня настигает сладкий поцелуй. Нет, Женька вовсе не разозлился на меня. Он привык. Привык к пуговицам, застревающим где не попадя. К вечно развязанным шнуркам на моих кроссовках. К капле кетчупа на моем свитере. К это вечному: «Жень... Женька! Я это самое!..» К моему обиженному сопению. И, конечно, ко мне, любимому. Ну, а куда он без всего этого? И без меня!