Пастила из смоляники

      За ужином она по привычке домохозяйки изучала местное меню. Кукурузу в Потогонке просто отваривали и счищали с початков, морковку готовили разнообразнее, чем в городе, а вот дивную ягоду подавали свежей или делали из нее компот. Нора сжевала полчашки ягоды и задумалась.       - А как вы ее храните? – поинтересовалась она у сидящей рядом работницы.       - Да никак особо, - ответила та, - обычно свежую едим и продаем, она не хранится долго. Когда появляются излишки, ставим вино.       - Ух ты, - восхитилась Нора, - а варенье не делаете? А пастилу? А джем или повидло?       Гуль посмотрела на нее, и Норе стало понятно, что некоторые слова и продукты в этом мире утратили свою актуальность. Сидящий напротив Уайзмен, с любопытством вслушивался в диалог и теперь ждал, что выдаст генерал. Нора задумчиво почесала нос и, встретившись взглядом с гулем, вдруг осознала, что за все время пребывания в Потогонке ее ни разу не передернуло от вида мутировавших людей. Она даже забыла глаза опустить, так и пялилась нескромно на главу поселения, изредка рассеянно моргая.       После ужина, когда усталые после труда на земле и в воде гули разошлись по своим местам, Нора, устроившись на диване в гостиной, уютно поджав босые ноги и водрузив перед собой для вдохновения чашку со смоляникой, принялась строить планы по благоустройству поселения, карандашом чертя в припасенном блокноте одной ей понятные загогулины.       Она была рождена быть домохозяйкой, даром что отучилась на адвоката. Планировки, ремонты, благоустройство палисадника, расстановка мебели, званые ужины и домашние заготовки – вот для чего она была рождена! Теперь, заполучив в свое распоряжение Потогонку, миссис Мак-Тир не могла уснуть, не пометив на плане участка практичную расстановку турелей, торговую площадку и маленький ресторанчик для местных жителей, и сетку маленьких, но уютных индивидуальных домиков. Нора закусила карандаш, обведя последнюю метку – пост для силовой брони и тут же застонала от разочарования, вспомнив о необходимости бурить новую скважину для воды.       - А генераторы мы поставим здесь, - она потыкала кончиком стершегося карандаша в исчирканный лист.       - Лучше сюда, - из-за ее спины протянулась рука, показавшаяся Норе лапой привидения, - и ткнула в место правее намеченного, - там роза ветров подходящая, ветер будет сносить дым от поселка.       Нора дернулась, не ожидав, что все это время за ее спиной кто-то подглядывал за ее старательной работой, но Уайзмен воспринял это на свой счет:       - Простите, не хотел вас напугать, я забыл, что вы плохо переносите наш вид.       Пока до Элеоноры доходило сказанное, гуль уже развернулся, спеша уйти к себе.       - Постойте, простите, - она вскочила на диване, вцепившись в спинку, - я не слышала, как вы подошли, мистер Уайзмен.       Он замедлил шаг охотнее, чем сам предполагал.       - Вы мне совершенно нисколечки не противны, - ляпнула она и шлепнулась на сиденье, прятаться за высокой спинкой дивана от стыда за свою потрясающую глупость.       Уайзмен вернулся к дивану и присел на дальний край:       - Мне нравится то, что вы придумали, Элеонора, - примирительно сообщил он, указывая на записи, - но вряд ли мы соберем необходимые ресурсы.       Нора снова уселась на любимую лошадку и с удовольствием положила раскрытый блокнот между ними:       - Ресурсы минитменов к вашим услугам, - гордо ответила она, - завтра же я запрошу из Сэнкчуари караван в Потогонку, а если у вас есть незанятые люди, можно отправить их… вот, взгляните, мистер Уайзменн, - Нора перебралась по дивану ближе к гулю и сунула под нос свой пип-бой с картой, - поселок рядом с Даймонд-Сити, ферма у маяка, можете менять свои ресурсы на необходимое.       Лампа мигнула и погасла, маленький генератор Потогонки истратил последнее топливо на этот день. Нора разочарованно вздохнув, пошарила руками по дивану, ища свой блокнот в непроглядной после света темноте. Пальцы ее наткнулись на что-то теплое, жесткое, инстинктивно отдернув руку, Нора уже догадалась, что это была рука Уайзмена. В практически звенящей тишине, она снова вернула руку на то же место, прикоснувшись к живой коже гуля.       - Я ничего не вижу, - пожаловалась она, - у вас есть свечи, мистер Уайзмен?       Пальцы его чуть дернулись под ее ладонью, она почувствовала, как осторожно он высвобождает их из ее руки, лишь для того чтоб перехватить самому:       - Если вы не боитесь недолго посидеть в темноте, - гуль ободряюще сжал ее руку, - я принесу.       Глаза Норы начали привыкать к темноте, и она уже хорошо различала замершего рядом с ней гуля. Черты лица его сгладились, а воображение достроило недостающее. Мистер Уайзмен когда-то был привлекательным мужчиной – осознала Выжившая, и впервые ей не стало слишком стыдно, что она так оценила другого человека, а не только своего покойного мужа.       - Я бы хотела лечь спать, - прошептала она, высвобождая ладонь из-под ставшей невыносимо горячей руки Уайзмена. Подхватила свои ботинки, и только чирканув бедром о колени гуля, поняла, что уходить не хочет. Рванулась вперед, налетела в темноте на невесть откуда взявшийся стальной стеллаж, загрохотавший всем на нем стоявшим хламом. Метнулась дальше, наитием отыскав предназначенную ей кровать, и забилась под одеяло, задыхаясь от смеси стыда за свою неловкость, неясной обиды на Уайзмена, и печали за потерянный в темноте блокнот.