Ты спрашиваешь: - Почему?

Я очнулась в знакомом зале суда. Что?! Неужели я умерла от ступефая Питтегрю?! Это было бы даже очень обидно и стыдно – завалить свою миссию, погибнув в школьной драке. Ладно, если бы меня убил тот псих в Лютном переулке, но так нелепо умереть от обычного ступефая… Мои размышления прервал голос Морганы: - Ты не умерла, а просто потеряла сознание. Так-так… Кажется у меня было очень много вопросов к Моргане… И сейчас она мне за всё ответит! - Какого хрена я заменила какую-то аристократку из сумасшедшей семьи, за которой охотится какой-то маньяк?! Нельзя было подыскать для замены кандидатуру получше?! И как я должна достигнуть свой главной цели, если меня почти каждый день пытаются убить?! Я гневно уставилась на Моргану, ожидая ответа, но она даже и бровью не повела. - Это действительно была не самая удачная кандидатура для подмены, Моргана, девочку многие хотят убить, во Франции ей вообще нельзя появляться, а в Англии за пределы Хогвартса можно выходить только с телохранителем, - растягивая слова, говорил Салазар Слизерин. - Это был единственный вариант для подмены! – повысила голос Моргана, - Думаешь, так легко было найти волшебницу её возраста, похожей внешности, которая жила бы в то время и, которая умерла бы в таком молодом возрасте, волшебницу, у которой бы не осталось родственников, заметивших её подмену?! Это было очень сложно сделать, Салазар! У меня не было никаких других вариантов! Прекрасно, подмена удалась, ну а то, что меня постоянно пытаются убить, так это совсем ничего не значащие мелочи! - За что меня хотят убить? – я обратилась к Слизерину. - Твоё богатство, а так же владение редкими древними артефактами, ну, и конечно, месть за твои ошибки прошлого, точнее, не твои, а Джиневры Делакруа. У этой мадмуазель был на редкость мерзкий характер, и, несмотря на молодой возраст, она успела нажить себе огромное количество врагов, - высокомерно отвечал Салазар. - И что мне теперь делать?! - Узнай, для начала, кто заказал о тебе статью у Скиттер. Ты должна знать в лицо своих врагов. Предупрежден, значит, вооружен, - оторвавшись от чтения книги, обратилась ко мне Ровена Когтевран. - Но, только, не вздумай это делать самостоятельно, найми кого-нибудь для добычи информации! – добавила Хельга Пуффендуй. - Ты же помнишь поляну, на которой мы оказались, когда прибыли в Хогвартс? – спросила у меня Моргана. - Еще бы! Особенно как мне пришлось в полуобморочном состоянии улепетывать от кентавров! - Вот и хорошо, - ответила она. Я вообще не поняла, к чему Моргана это спросила. Похоже, из всех, находящихся здесь, она и Годрик Гриффиндор были сумасшедшими, остальные основатели были гораздо адекватнее их… - А что с Дамблдором? Раньше он казался мне нормальным… - я внезапно вспомнила о директоре. - Гриффидорец, - презрительно выдохнул Слизерин, - он просто сумасшедший гриффиндорец, хотя, эти два слова и так являются синонимами… Раньше ты училась на гриффиндоре, и вообще, была ему не интересна, но сейчас, ты учишься на моём факультете, который он явно недолюбливает, и, возможно, его интересуют артефакты, находящиеся в твоем поместье. Остерегайся его на всякий случай, что у него в голове – никто не знает. - Кстати, Уборщица, не обижай Эванс, так ты точно не достигнешь своей цели, - со смехом обратился ко мне Годрик Гриффиндор. Причем здесь уборщица? Гриффиндор точно сумасшедший… На мой вопрос ответил Салазар: - Действительно, благодаря своим идиотским гриффиндорским порывам ты влезла в драку, а когда потеряла сознание, трансфигурация перестала подпитываться твоей энергией. Поэтому теперь весь Хогвартс знает, что ты колдовала трансфигурированной шваброй, а вместо мантии носила грязную половую тряпку. Мой факультет отнесся к этому весьма сдержанно, у аристократов свои причуды. А вот гриффиндор уже придумал тебе кличку – Уборщица… Салазар не успел договорить. -Энервейт! – прозвучало рядом, и я увидела, склонившуюся надо мной мадам Помфри, - Ох уж эти дети! И дня не могут прожить, не влезая в передряги, - причитала она. - Держи, выпей это, - протянул мне бутылочку с укрепляющим зельем Северус, - нас ждут серьезные разборки у директора, своих грифов он будет грудью защищать, так что будь готова к тому, что виноватой во всем окажешься ты, ну, и я, конечно же. Как минимум, две недели отработок нам обеспечены. Я была очень рада видеть Снейпа. Хоть разговаривал он со мной в пренебрежительном тоне, было заметно, что он проявляет ко мне интерес. - Ты очень хорошо разбираешься в трансфигурации, мы можем заниматься вместе, - добавил он, а я расплылась в идиотской улыбке, так и не научившись держать под контролем свои эмоции. Из другого конца больничного крыла доносились причитания Эванс: - Джеймс, бедный Джеймс! Какие же уроды эти слизеринцы, в Азкабане им самое место! Эванс прошла мимо нас, окинув ненавидящим взглядом, презрительно скривилась, и покинула больничное крыло. Мне от её взгляда было ни горячо, ни холодно. Я посмотрела на Северусаана. На его лице на мгновение отразились боль, обида, отчаянье и злость, но только на долю секунды, после чего его лицо приобрело обычное для него брезгливо-равнодушное выражение. Да, вывод неутешительный, он всё еще любил Лили. *** Через пару дней все, кто принимал участие в потасовке, были вызваны к директору. Присутствующие разделились на два лагеря: я, Северус, Беллатриса и Мародеры вместе с Лили. Мы яростно обвиняли друг друга, директор и деканы никак не могли определиться на чьей стороне правда. Наконец, директор добился тишины, и задал самый неприятный вопрос: - Кто бросил в Джеймса темномагическое заклинание «Сектумсепра»? Неловкое молчание, и головы всех присутствующих повернулись в мою сторону. Я молчала, и так было понятно, что это моя вина. - Джиневра, ты знаешь, что из-за тебя Джеймс чуть не умер? А если бы умер, то ты бы отправилась прямо в Азкабан… Я не дала договорить Дамблдору: - Я не собиралась его убивать, но они с Блэком сами виноваты, нечего было бросаться раздевающими заклинаниями. - На сколько я помню, - вмешалась Минерва Макгонагал, - когда я оказалась на месте происшествия, раздеты были мистер Блек и мисс Эванс, мистер Поттер был без сознания. Студенты Слизерина были одеты и в полном порядке, за исключением потерявшей сознание мисс Делакруа. Так что это наглая ложь, мои студенты не могли бросаться раздевающими заклинаниями! - Не правда, это вы - наглая лгунья! – вспылила Белла, - Мы отразили их заклинания, поэтому они сами же от них и пострадали! Северус сидел с безразличным выражением лица, и никак не вмешивался в спор. А Мародеры вместе с Эванс злобно, но с опаской, зыркали в сторону Беллатрисы. - Мисс Блэк, минус 20 баллов Слизерину за неуважительное отношение к преподавателю, - сказал Дамблдор. - Мисс Делакруа, применение темномагических заклинаний в школе недопустимо! В следующий раз, вы будете отчислены из Хогвартса и депортированы к себе на родину! – Дамблдор был абсолютно серьезен, а мне стало жутко от его слов, в них звучала не прикрытая угроза. - Да, сэр, этого больше не повторится, - ответила я. - В таком случае, мисс Делакруа, месяц отработок, мистер Снейп и мисс Блэк, две недели отработок, - обратился к нам Дамблдор, - все свободны. Мы вышли из кабинета, Мародеры ликовали, Эванс тоже была довольна. - Старый хрыч! Он даже не попытался докопаться до правды! Ладно, я виновата, но вы здесь совсем не причем! – возмущалась я, когда мы отошли от директорского кабинета. - Ты действительно ждала от Дамблдора справедливости?! – с неподдельным удивлением спрашивал Северус. Беллатрисса только хмыкала. - Ничего, не долго ему осталось быть у власти! – мстительно прошипела она. По иронии судьбы отработка заключалась как раз в том, чтобы мыть полы Хогвартса. И если на Беллу и Северуса никто особого внимания не обратил, то я стала просто притчей во языцах. Кличка «Уборщица» прицепилась ко мне окончательно, теперь не только на гриффиндорском факультете, но и на остальных трех. Во время отработок я старалась не попадаться на глаза другим студентам, но многие специально меня разыскивали, чтобы увидеть своими глазами как я мою полы, и поржать. Им, видимо, казалось очень смешным зрелище аристократки, моющей полы, но мне было не привыкать, ведь я часто помогала по дому маме на летних каникулах, так что мытьё полов не было для меня таким уж страшным наказанием. На следующий день после разборок у директора я попросила у Северуса помочь мне раздобыть информацию о заказчике статьи Скиттер. Он задумчиво разглядывал меня с нехорошей ухмылкой: - Так-так… ты мне уже немало задолжала, но деньги сейчас меня не интересуют… Он смотрел на меня взглядом ученого, собирающегося препарировать лягушку. Что-то мне это не нравилось. Если его не интересуют деньги, то я догадываюсь, что он может от меня потребовать, одинокий парень, которого всё время прокалывает Эванс, а я внешне на неё немного похожа… - Не то, о чем ты подумала, - он гнусно ухмыльнулся. Черт! Он кажется мои мысли читает! Он наклонился ко мне непозволительно близко, и вкрадчиво произнес: - Видишь ли, мне нужно, чтобы в это полнолуние ты помогла мне добыть шерсть единорога. Он придвинулся ко мне еще ближе, и обжигая своим дыханием шею, сказал почти беззвучно: - То, о чем ты подумала, Джиневра, тоже неплохо, но давай в другой раз, - при этом он невесомым движением пальцев погладил мою ключицу. Да этот нахал насмехается надо мной! Вот же скользкий гад! Кажется, я покраснела, но через короткое время пришла в себя и спросила: - А почему ты сам не можешь себе добыть шерсть единорога? Он криво ухмыльнулся, и опять, наклонившись слишком близко, тихо ответил: - Если бы ты изучала Уход за магическими существами, то не задавала бы таких глупых вопросов. К единорогу может подойти только невинная дева. По-твоему, я очень похож на невинную деву? Нет? Ну и отлично. А ты, судя по твоим красным как свекла щекам, именно таковой и являешься. Нет, ну какой самоуверенный засранец! - Ты знаешь, где поляна в Запретном лесу? – спросил он. Ах, вот зачем Моргана спрашивала, помню ли я то место в лесу! Так она, оказывается, знает наперед, что меня ждет в будущем! - Так ты согласна?- он внимательно смотрел мне в глаза. - Договорились. - Отлично, добудешь мне шерсть, а я достану тебе информацию о заказчике. В полночь я покинула Хогвартс, перебежками прокрадываясь к Запретному лесу. Надо сказать, что и днём в этом лесу было находиться страшно, а ночью просто жутко страшно! Мне мерещились тени и шорохи, которые преследовали меня до самой поляны. На фоне моей паранойи и мании преследования, я боялась, как бы не тронуться умом от страха. Поляну освещала бликами луна. Если бы не липкий, вязкий страх, который душил меня почти до потери пульса, я бы не прочь была полюбоваться единорогами, которые в лунном свете были неописуемо прекрасными, и, которые совсем меня не боялись. Я подошла к единорогу и, достав нож, аккуратно обрезала ему гриву, поглаживая при этом его по спине, единорог абсолютно не сопротивлялся. Быстро засунув шерсть в карманы мантии, я направилась обратно к замку. Но на выходе из Запретного леса, я столкнулась с фигурой в черной мантии. Мне сразу вспомнилось происшествие в Лютном переулке. Я рванула опять в Запретный лес, ветки больно хлестали меня по лицу, но я не сбавляла скорость. Фигура преследовала меня. Запнувшись за корягу, я скатилась в овраг. После падения всё тело дико болело, подняться не получалось. Мой преследователь подходил всё ближе и ближе. Только бы потерять сознание! Не хочу чувствовать боли! Не хочу умирать мучительной смертью! Фигура наклонилась ко мне. - Черт тебя дернул! Ты чего побежала от меня?! – я узнала голос Снейпа. - Урод! Ты меня напугал до смерти! – захныкала я, меня всю трясло от пережитого стресса. - Я, на всякий случай, решил подождать тебя возле Запретного леса, мало ли что, вдруг понадобится моя помощь. - Мог бы предупредить! Теперь твоя помощь точно понадобится! Я, кажется, себе сломала ногу! - Дай, я осмотрю, - он дотронулся до моей ноги. - Ай! Больно! – слёзы хлынули из глаз с новой силой. Он достал обезболивающую мазь, заклинанием снял мои джинсы. -Что ты делаешь? – я слабо пыталась возражать, пока он легкими движениями втирал мазь в мою ногу. Было всё равно больно, я беззвучно хныкала и вздрагивала от прикосновений его пальцев. Где-то в глубине сознания я получала почти извращенное удовольствие от происходящего. - Не плачь, - он погладил меня по волосам. Потом осторожно завернул в плащ, взял меня на руки, и понес меня по направлению в Хогвартс. В лунном свете я увидела на его лице улыбку.