Осколки

У него ехала крыша — у меня кончались пули. Помню, стрелял без перерыва, белые перья взметались вверх и кружили, а гильзы всё падали. Другой бы на его месте хотя бы дёрнулся (давно бы съебал нахуй, если уж выражаться правильно), но он, попеременно опуская плечи, лишь зудел про себя какой-то странный мотив, слабо напоминающий венский вальс. Я помню его, могу вырисовывать на стенах кровью, могу выцарапать на коже, я помню. А ещё помню его лицо, в котором, чёрт его пойми как, читались одновременно две полярные эмоции: ненависть и любовь. Нет, я не шучу, глаза у Джима горели адом, в них кричали мученики, те, что при жизни убивали за три сребреника; он держал их в себе: грабителей, убийц и шизофреников, но каким-то образом сдерживал — кажется, это был взмах ресниц. В его глаза смотрели нечасто, но я, стреляя, добивая сотый бокал, скуривая сотую пачку, не мог отвернуться; чего греха таить, привлекательно. Привлекательно видеть то, что будет с тобой там, на изнанке жизни, будучи живым. Мне нравились демоны и я любил стрелять. А еще мне нравилась его любовь. Странная штука, не пугающаяся выстрелов, но дрожащая от прикосновений моей руки; тихая порой, порой громкая, но очень настоящая, вторую вряд ли сыщешь. Я и не искал: смотрел, пил, курил, стрелял, стрелял, стрелял. Л Ю Б И Л. Ровно как Джим, но преданней; ровно как Джим, но больнее; ровно как ёбаный Мориарти, но только живее. Знаете, что было с теми гильзами? Он их собирал, а потом отсеивал, всё повторяя на электрическом взводе: «мне подойдет, в самый-самый раз». Я понял потом. Я. Понял. Потом. Он любил совершенно. Ритмом музыки, хаотичными руками, бесовскими глазами. Поначалу пугало — самую малость, — но после затопило и унесло к чертям, и жить без этих взмахов, полуслёзного «Себ» и комфортного по всем статьям молчания казалось невозможным. Но это же просто казалось: Джим знал, что я справлюсь. Ему нравился сигаретный дым из моих лёгких. Ему нравился растворяющийся лёд в виски. Ему нравилось слышать, как падают вниз те грёбаные гильзы. Ему нравились выстрелы. Мне тоже. * У меня кончились пули. У него отъехала крыша. У нас осталась гильза. Та, что «в самый раз». Я справился.