I'm sorry, Dave

      Очередное занятие не оставило буквально даже желания что-то делать сегодня. Ежедневные изнурительные тренировки не оставляли сил ни на что, кроме душа и еды. И все это, в купе с тем, что Луи мне почти никогда не звонит, создавали огромное ощущение ненужности и давящей на плечи рутины. И лишь теперь смысл слов Луи о том, что даже то, что ты всем сердцем любишь, рано или поздно станет обыденным и не будет приносить того всплеска эмоций, стали наглядно доходить до меня. Да, теперь казалось, что танцы ― всего лишь рутина.       Собравшись, я вышла из раздевалки, закинув большую спортивную сумку через плечо, и направилась ровно к выходу, пока меня не окликнул один из моих одногруппников ― Лесли ― высокий парень 20-ти лет со спортивным телосложением и широкой голливудской улыбкой, который чем-то мне напоминал того же Джоуи. Разве что у этого парня имелись талант и явная любовь к тому, что он делает. Подойдя ко мне, он, тяжело дыша, стянул с волос резинку, что удерживала в хвосте его длинную блондинистую шевелюру, и, убрав волосы назад, спросил:       ― Привет, Лейтон, есть минутка?       ― Конечно, ― приветливо ответила, надеясь, что он не задержит меня слишком надолго.       Он как-то неуверенно переминался с ноги на ногу и все время поправлял волосы, пытаясь отыскать нужные слова:       ― В общем, ― протянул, старательно не смотря мне в глаза, ― в общем, в эту пятницу у меня будет вечеринка. Не хотела бы ты присоединиться к нашей компании?       ― А кто будет?       ― Наша группа, ребята с вокала и театральный, ― быстро ответил, наконец, опустив взгляд на меня. ― Так ты придешь?       ― Не знаю, ― было как-то неловко отказывать ему, но я так же понимала, что я вряд ли буду в состоянии вообще держаться на ногах там. ― Пока не могу строить планы так надолго, ― лишь пожала плечами, ― но я дам тебе знать, если смогу, хорошо? ― огляделась по сторонам, стыдливо пряча взгляд от него, и замерла на месте, приметив в толпе чем-то знакомую фигуру.       Лесли что-то сказал, я точно слышала, но не услышала, что именно, потому что пристально наблюдала за этой фигурой у входа, что металась из стороны в сторону, в поисках чего-то. Затем этот человек развернулся ко мне лицом и, так же оглядываясь по сторонам, начал идти прямо в мою сторону.       ― Луи? ― произнесла вслух, сама того не осознав.       ― Что? ― вдруг спросил Лесли. ― Я ― Лесли.       ― Помню, ― лишь отмахнулась и прошла вперед к этому мужчине.       Поднимаясь по ступенькам, я, не отрывая от него взгляда, пыталась объяснить это как-то. Может, мне кажется? Может, это всего лишь глюк от изнурительной тренировки? Может, это его двойник?       Но это точно был Луи, потому что как только он заметил меня, широко улыбнулся и, спрятав руки в карманы, медленно прошагал навстречу ко мне. И я совершенно не знала, что мне делать, поэтому, опустив взгляд в пол и крепко взявшись за ремень спортивной сумки, прошла к нему, и лишь когда между нами остался один незначительный шаг, он тихо произнес:       ― Привет, сладкая.       ― Луи? ― кое-как выдавила из себя, слегка смущенная его появлением. Я была, несомненно, безумно рада его видеть, но не имела и малейшего представления о том, как мне сейчас себя вести? Обнять? Это будет слишком импульсивно, разве нет? Поцеловать? Еще хуже. ― Что ты тут делаешь? ― поправила неловко выбившуюся из высокого хвоста прядь и опустила в смятении взгляд в пол, а он в свою очередь сделал шаг вперед так, что я могла видеть эти сантиметры между нашими ногами.       ― Ты не рада меня видеть? ― как-то удивился мужчина, но со смехом. Я чувствовала его пристальный взгляд на мне. Он смотрел, не отрываясь ни на мгновение, чем доставлял еще больше смущения. Щеки горели, и я так отчаянно старалась не поднимать голову, чтобы он не видел эти предательски красные щеки. Но он коснулся одной, остудив своей холодной рукой. Сократив и так мизерное расстояние между нами, я невольно ухватилась за края его белой свободной футболки. Так боялась, что это действительно всего лишь иллюзия… сон? Я нуждалась в доказательствах его присутствия, поэтому держалась за нее, как за спасательный круг. ― Я просто очень хотел тебя увидеть, ― слова так тепло коснулись струн души, на что я широко улыбнулась, но все же не стала поднимать взгляд на него. Очень хотела видеть его глаза, но стыдилась этих красных, пылающих щек. ― Ты горячая, ― усмехнулся Луи, опустив руку. ― Эй, сладкая, ты чего? ― в голосе такая радость. Он слегка наклонился, чтобы увидеть мое лицо, а приметив мое смущение, лишь отсмеялся: ― Глупая, ― обнял.       ― В общем, позвонишь, если все-таки решишь прийти, ― услышала со стороны голос уже так надоевшего меня Лесли, ― Ой, ― вдруг выдал, затем зачем-то подошел к нам: ― Вы, наверно, отец Лейтон. Я ― Лесли ― ее одногруппник, ― уложив волосы небрежно назад, протянул руку Луи, а я просто про себя молила его заткнуться. ― Очень приятно, мистер Хардман. Ваша дочь очаровательна, ― все никак не затыкался, но больше всего меня удивил Луи, потому что он, как ни в чем ни бывало, ответил на этот жест, просто промолчав на эти слова моего одногруппника.       И каждый раз, когда Лесли произносил «Мистер Хардман», рассказывая Луи о том, что происходит у нас в академии, я готова была ударить его, честное слово. Это ни в коем случае на меня не похоже, но я всем сердце хотела заткнуть его. И любые методы приветствовались. И я это сделала, когда после очередного «Мистер Хардман», я просто, не вытерпев, выкрикнула:       ― Это не мой папа, ― Лесли еще с минуту смотрел то меня, то на Луи, последний вовсе отвел взгляд в сторону, дабы не видеть смущения в глазах этого парня.       ― То есть… ― как-то шокировано выдал, ― но…       ― Мое имя Луи Томлинсон, ― вступил мужчина, протянув повторно руку блондину. ― И я скорее ее, ну…       ― О боже, ― не дал договорить, отшагнув в изумлении на два шага назад от нас. ― Простите, я просто… То есть… вы… О боже. Как неловко.       ― Да ничего, с кем не бывает, ― отмахнулся Луи.       ― Ну, я, наверно, пойду, ― быстро отошел Лесли, не переставая поправлять свои волосы. ― Если решишь прийти на вечеринку, звони, ― крикнул напоследок и убежал.       Он решил забрать меня из академии, попросив при этом съездить с ним к Бриане, чтобы там встретиться со своим сыном. Я, конечно, не была против, несмотря на то, что была невыносимо уставшей. Всю дорогу мы молчали, но эта такая приятная и уютная тишина. Он изредка отрывал взгляд с дороги, чтобы тепло посмотреть на меня и улыбнуться, а я все думала об этом его «И я скорее ее, ну…», которое он так и не закончил из-за слишком впечатлительного Лесли. Ее кто? Друг? Друг ее отца? Парень? Дядя? Это меня терзало до последнего, пока я вдруг не почувствовала, как он легко касается моего плеча:       ― Просыпайся, Лейтон, приехали.       Опешив, я вскочила на месте и сонно потерла глаза, смутно осознавая, что здесь вообще происходит.       ― Куда? ― лишь спросила я, на что услышала его тихую усмешку.       Он протянул мне руку, чтобы помочь мне выйти из машины, а я, оглянув местность, словила себя на мысли, что села я в машину еще днем, а вот вышла из нее поздней ночью.       ― К Бриане, ― пояснил, а я приобняла себя за плечи, почувствовал прохладный ветерок.       Я все продолжала оглядываться по сторонам, тогда как он уже стоял у главного входа и звонил в дверь.       ― Тебе не кажется, что она уже спит? Поздновато, ― подошла к нему и встала рядом. Огромный дом, панорамные окна которого, казалось, заменяли стены, но из-за того, что внутри дома было темно, я ничего не видела.       ― Эм, ее дома вообще быть не должно. Она на съемках, вроде. Дома няня.       ― А она…?       ― Актриса.       ― Оу, круто, ― эта информация хорошо отпечаталась у меня в голове. Даже напрягаться не пришлось, чтобы составить в голове сценарий их знакомства: он ― сценарист, а она ― актриса. Все предельно ясно.       И он оказался прав. Дверь нам открыла довольно «уютная» женщина лет сорока, слегка полноватая и очень приветливая.       ― Оу, мистер Томлинсон, мы ждали Вас немного раньше, ― буквально прощебетала женщина.       ― Маргарет, ― ступив в дом, он приобнял няню, широко улыбнувшись, ― рад Вас видеть. Да, пришлось немного задержаться. Заскочил за подарком сыну. Кстати, где он? ― она, вроде, слушала его, но смотрела на меня, слегка в недоумении и легком смятении.       ― Фредди уже спит, мои сожаления, а… ― она продолжала смотреть на меня, боясь открыто спросить у Луи ― кто я такая.       ― Это Лейтон, ― представил меня, и я думала: вот он — тот момент, когда он закончит это его «И я скорее ее, ну…» и внесет хоть какую-то ясность, но он ничего не сказал и просто прошел в дом.       ― Будьте как дома, Лейтон, ― пригласила Маргарет, так до конца и не поняв, кто я ему.       В принципе, я немногим отличалась от этой Маргарет.       Она угостила нас очень вкусным и довольно легким ужином, но она никак не могла перестать косо смотреть на нас двоих, и я бы давно оправдалась, если бы сама не была смущена и имела хоть какое-то понятие, кто мы с Луи друг другу.       Так отчаянно надеялась, что он вдруг скажет: «Ну, моя девушка тут учиться, вот я и решил прихватить ее с собой». А признавать того, что мы просто знакомые, мне не позволял поцелуй у него дома, что так ясно отпечатался у меня в воспоминаниях, словно это настолько же важно, как пируэт во второй половине моего вступительного экзаменационного танца, от которого зависело в буквальном смысле все.       ― Вы переночуете здесь или в отеле? ― спросила Маргарет, чем окончательно ввела меня в ступор, потому что смотрела она именно на меня, а не на Луи, в отличие от меня, потому что, лишь услышав столь неожиданный вопрос, я оглянулась на мужчину, в поисках спасения.       ― Уже поздновато, ― ответил он, ― переночует тут, а завтра мы прогуляемся вместе с Фредди, если ты не против, ― посмотрел на меня и улыбнулся своей широкой улыбкой, на которую я обычно просто киваю, даже если не слышу того, что он сказал.       Как сделала и сейчас, напрочь забыв о том, что завтра у меня тренировка.       ― Конечно, ― улыбнулась, продолжив уплетать брокколи. ― А Вы не будете против, если я приму здесь душ? ― робко спросила у няни.       ― Ой, конечно, ― выдала женщина, после чего встала и направилась куда-то. — Принесу полотенце.       ― У тебя вечеринка какая-то намечается? ― вдруг спросил Луи. ― Этот странный парень, который посчитал меня твоим отцом, что-то сказал насчет этого.       ― А, ― вспомнила про это и слегка удивилась тому, что он вообще обратил хоть какое-то внимание на это, ― не знаю, пойду ли я.       ― Почему нет? ― в ответ я лишь пожала плечами. ― Лейтон, тебе всего лишь 18, а ты уже прогуляла выпускной бал, а теперь еще и студенческую вечеринку хочешь проигнорировать. Всю молодость просидишь в зале, ― усмехнулся.       ― Мне там неинтересно. К тому же, я не сижу в зале, а буквально пашу там. Точно так же, как и ты, сидя дома круглые сутки, пашешь над новым сценарием очередной девчачьей мелодрамы.       ― О-о, стрелки переводишь, ― отсмеялся, чем вызвал улыбку у меня, ― я этим на жизнь зарабатываю и на своих детей.       ― А я этим в будущем буду зарабатывать на жизнь и детей, ― аргументировала его же словами, а он просто смотрел неотрывно на меня и ничего больше не мог сказать. И я подумала: вот он ― тот самый момент, когда я могу спросить у него, чем же заканчивается это его «И я скорее ее, ну…»: ― Л…       ― Пора спать, ― прервал меня и встал из-за стола.       Опять нет.       Наутро я попросила отвезти меня обратно в академию, пообещав при этом присоединиться к ним после занятий, а он уверил меня, что не выйдет на улицу, пока я не закончу со своими делами, что было довольно мило, если задуматься. Но очень глупо, потому как заканчивала я обычно поздно. Вчера был короткий день, а вот сегодня пришлось отдать учебе целый день.       ― Ты встречаешься со стариком, ― выдал Лесли на перемене, поймав меня у моего ящика. ― Ах-ре-неть.       ― Я с ним не… или да… ― вдруг задумалась, ― в любом случае, это не твое дело.       ― Ему сколько? 30?       ― Все еще не твое дело, ― безразлично кинула.       ― Он, наверно, женат, а тебе врет, что в разводе…       ― До сих пор не твое дело.       ― И дети у него 100% есть. Причем внебрачные.       ― Не твое дело, ― захлопнула дверцу ящика и просто ушла, так и не придав его изречениям большого значения.       На прогулку мы с ними вышли поздно вечером, что совсем не смутило Томлинсона. Он решил сводить нас на аттракционы. Ну, как нас. Своего сына, которому он отдал все свое внимание, а меня оставил в стороне, отдав рожок мороженого.       Фредди был безумно счастлив и таскал своего отца по всем аттракционам этого парка. Тянул буквально в каждый. Луи просто не хватало на нас двоих. Все дошло тупо до того, что я их потеряла. Да, я просто их потеряла. Я совершенно не понимала, где я, и все еще держала в руках этот рожок мороженого, ища взглядом хоть какие-то напоминания Луи и Фредди.       Я ходила так примерно час. Ко мне даже раза три пытались подкатить и выудить у меня номерок телефона с этим «креативным»:       ― А что такая очаровательная особа делает в этом парке совершенно одна?       И я уже собиралась идти домой, как раздался звонок моего телефона:       ― Луи?       ― Сладкая, ты где? ― на выдохе спросил мужчина. ― Представляешь, мы с Фредди тебя потеряли, ― засмеялся.       ― Я около тира.       ― Скоро будем, ― сбросил.       Уставшая и не в самом лучшем настроении я стояла около дурацкого тира и ждала, когда меня найдут и отвезут домой. Вечер, безусловно, был прекрасен, и я вообще не имею никакого права обижаться на него, потому что он давно не виделся со своим сыном, и он для вообще: «И я скорее ее, ну…». Так что я терпеливо ждала, за что получила маленького коалу, которого он выиграл в этом самом тире.       В дороге Фредди просто уснул у меня на коленках, а Луи все поглядывал на зеркало заднего вида и, могу поспорить, умилялся с этого. Я бы точно умилялась.       ― И все же, ― нашла в себе силы затронуть эту тему. ― Ты скорее мой, ну…?       Луи перевел взгляд снова на дорогу, слегка задумавшись, затем, кротко улыбнувшись уголком губ, ответил:       ― Я скорее твой, ну… парень?       ― И тебя совершенно не смущает мой возраст? ― его ответ меня полностью устраивал, но я хотела услышать нечто большое.       ― А тебя смущает? ― спросил в ответ, на что я пожала плечами. ― Меня скорее смущает твой отец. Прости, Дэйв, ― выдал мужчина, ― но она сводит меня с ума, ― пропел, на что мы оба широко улыбались и почти не могли оторвать взгляда друг от друга.       Не считая того, что он вел машину, и ему все же приходилось следить за дорогой.       ― И когда ты уезжаешь? ― вдруг вспомнила не самое приятное.       ― Уже послезавтра…