Подкидыш

=== ===

К завтраку Чунмён с мужем уже снова дома. Ифань дал понять, что простил омегу, но Чунмёну всё ещё не по себе. Есть они начинают в молчании, и только спустя бесконечные десять минут Ифань заговаривает первым, выпрямившись и сложив палочки на столе. — Получается, после возвращения в Китай ты больше сына не видел? Чунмён застывает, так и не донеся свои палочки до рта. Затем медленно опускает их и вздыхает. — Подожди немного. Я сейчас вернусь. Ифань сидит в том же положении, когда омега возвращается с конвертом в руках. Он садится ближе к мужу и вынимает содержимое конверта. Фотографии. — Это… — В нашем доме есть человек, который верен мне чуть больше, чем тебе. Он собрал информацию о Сэхуне по моей просьбе, исходя из которой я решил, что если и можно кому-то доверить Исина, то это ему. — Исин? Ты оставил то имя, которое я ему дал? — Чунмён едва заметно улыбается, но затем с сожалением прикусывает губу и опускает голову. Альфа медленно рассматривает одну фотографию за другой. Они не очень чёткие и в основном запечатлевают отца с ребёнком на улице. — Значит, ты приставил к ним человека, который следил за ними всё это время? Но ты ведь не мог знать, что происходило у них дома. — Не мог. Но посмотри. — Чунмён принимается быстро перебирать фотографии, пока не доходит до тех, на которых людей уже трое, и передаёт обратно мужу. — Бэкхён? — Альфа более чем удивлён. На каждой фотографии их друг с улыбкой на лице разговаривает либо с мальчиком, либо с его отцом. — Если он с Исином, то поводов для беспокойства становится меньше — Бэк ни одного ребёнка в беде не оставит. Ты это лучше меня знаешь. — А Бэкхён в курсе, чей Исин сын? — До вчерашнего дня об этом не знал никто. — Внутри омеги всё мечется, не зная, куда себя пристроить. Он хочет выразить мужу, насколько ему жаль. Ни одного разумного оправдания нельзя найти тому, что он сделал. Альфа доходит до последней фотографии, и за ней на верху стопки вновь оказывается первая. На этой ребёнок совсем кроха — даже не поймёшь, на кого похож, и один. Ифань проводит пальцем по матовой бумаге, обводя по контуру лицо мальчика. — Почему ты не сказал мне сразу, когда понял что ошибся? — Ифань поворачивает голову и внимательно смотрит на мужа. Он выглядит спокойным, но правая рука непроизвольно крепче сжимает снимки от волнения. — Мне было страшно, Ифань. — Вторая рука, заведённая за спину омеги, тоже сжимается. — Страшно потерять тебя или увидеть твою реакцию на правду. — Чунмён отводит взгляд и молчит, собираясь с мыслями. — Я был, как Хань сейчас, уверен, что спокойно ты этого не вынесешь. — Ифань откладывает фотографии на край стола, чтобы обеими руками обнять омегу. — Мне так стыдно, Ифань. Перед всеми, кого мне пришлось обмануть. — Я-то думал, что один схожу с ума. Но твоё отчаяние было ещё сильнее, если мой всегда трезвомыслящий Чунмён смог сделать что-то настолько не поддающееся логике. — Его ладонь перемещается со спины на макушку омеги, поглаживая и успокаивая. Но омега отстраняется и встаёт, зарываясь пальцами в свои волосы. — Это было словно безумие. Я и в самом деле чувствовал, что не знаю как поступить. Волновался настолько сильно, что роды начались раньше. И я схватился за первое решение, которое пришло в голову, когда времени думать просто не осталось. — Мне нужно было быть рядом с тобой тогда. — Нет, Ифань! Ты ни в чём… — Не спорь! — Альфа тоже встаёт, чтобы подойти к мужу, взять его лицо в свои ладони и посмотреть ему в глаза. — Нужно было послать всё куда подальше, взять отпуск в конце концов и прилететь! Тогда бы ты ничего не натворил. Это не только твоя ошибка, Чунмён. — Ифа-ань… — Слёзы наполняют его глаза. — Ну ты только не плачь, ладно? — Альфа гладит пальцами лицо Чунмёна. Тот неожиданно обхватывает альфу руками поперёк спины и утыкается лицом в грудь. — Мне стыдно… Мне плохо от того, что я сделал тебе больно. Прости меня. — Он останавливается, чтобы тише добавить: — Я люблю тебя. — Я знаю, родной мой. — Альфа проводит ладонями по его шее, плечам и обнимает сверху, крепче притягивая к себе. — Ты хочешь его увидеть? — Мужчина целует омегу в макушку и после прижимается к ней щекой. — Не на снимках — вживую? — Хочу, — кивает Чунмён. — Вместе со мной? — Вместе с тобой.

=== ===

Сэхун не даёт спать хёну всю ночь, ещё трижды подводя его к пику. А потом тянет за собой в душ, самостоятельно смывая с Бэкхёна все следы их страсти и даря ему новую порцию ласки в виде поцелуев и нежных прикосновений. Когда до рассвета остаётся пара часов, и альфа укладывает хёна спать в свою постель, в голове его лёгкий туман. Парень проваливается в сон в обнимку с Бэкхёном совершенно без мыслей. На утро, когда они оба, как по часам, просыпаются раньше шести и Сэхун встречается с ясными глазами беты, он совершенно не знает, как теперь себя вести. И сердце парня замирает, когда Бэкхён ему солнечно улыбается, потягивается, выгибаясь, словно кот, а затем тянет альфу на себя и целует. Сэхун успевает ему ответить, прежде чем Бэкхён мягко отстраняется и ерошит волосы у альфы на голове. — Доброе утро. — Доброе. — До дрожи в коленях страшно спрашивать, но Сэхун должен знать. — И… что теперь? — М-м-м, — задумчиво тянет бета, прислонив тонкий палец к своим губам, другой рукой обнимая Сэхуна за пояс. — Наверное, я теперь безнаказанно могу делать что-то вроде… — Он ведёт ладонью ниже, проскальзывает пальцами под резинку белья альфы и сжимает его ягодицу. И смотрит прямо в глаза, невинно улыбаясь. Но в следующую секунду взгляд его становится хитрым, а сам Бэкхён приподнимается, чтобы провести языком от шеи парня до мочки уха и прикусить её. — Такой сладкий… Кто бы мог подумать, что человек по имени О Сэхун, из которого лишнюю эмоцию нужно силками вытаскивать, в постели окажется настолько страстным? — И что ты хочешь этим сказать? — Что теперь ты так просто от меня не отвяжешься. Спустя три дня, когда Сэхун завершает все правки в своём проекте и отправляет материалы, его зовут на встречу, в ходе которой предстоит окончательно всё утвердить и подписать соответствующие бумаги, обозначив тем самым начало нового этапа в этом деле. Когда альфа приходит в превосходно сидящем на нём сером костюме и с уложенными гелем волосами, в довольно просторном помещении полно людей, большую часть которых он либо не знает, либо не помнит. Но, как только он находит директора, нахлынувшее на него лёгкое волнение отступает. — Прекрасно выглядишь, Сэхун. Рад тебя снова видеть. — Добрый вечер. — Младший альфа кланяется, а после отвечает улыбкой на тёплое приветствие. — Тебе, конечно, всё это не по душе, — директор окидывает взглядом приёмный зал, — но придётся сегодня немного потерпеть. Справишься? — Я вас не подведу, не волнуйтесь. Официальная часть, начавшаяся ровно в восемь в конференц-зале, длится не долго. Сэхун вкратце ещё раз излагает основную идею, обратив внимание на важные детали, после выступает директор, а затем присутствующие по порядку начинают оставлять свои подписи на трёх экземплярах бумаг. После всех ведут в банкетный зал, и начинается вторая часть торжественного вечера. Сэхуну приходится много улыбаться, знакомясь с многочисленными гостями — чем большее количество людей он сможет к себе привлечь, тем большую поддержку получит в будущем. Приходится так же выпивать вместе со всеми, потому что ни одна отговорка не будет иметь должной силы перед возбуждёнными гостями. Когда наконец Сэхуну предоставляется возможность уйти, он чувствует небольшое головокружение, а мысли превращаются в вязкую карамель, сплетаясь одна с другой. Парень добрых семь минут стоит перед дверью своей квартиры, добравшись до дома на такси, не решаясь войти. Несмотря на то, что он твёрдо стоит на ногах и способен разговаривать, пускай и медленнее, чем обычно, ему стыдно показаться перед Бэкхёном. Но зайти всё-таки нужно. Парень глубоко вздыхает и открывает дверь, затем спокойно раздевается, моет руки и только потом идёт на кухню. Бэкхёна там нет, и альфа присаживается на стул, чувствуя, что голова начала кружиться сильнее. Бэкхён, задремавший в комнате после того, как уложил Исина, просыпается, услышав хлопок двери. Бета аккуратно складывает покрывало, в которое кутался, пока сидел на диване, подходит к кроватке с малышом, чтобы проверить, как он спит, и наконец выходит из комнаты, направляясь на кухню. Он застаёт Сэхуна сидящим за столом, на который он сложил свою голову лбом вниз. — Эй, что ты делаешь? — В его голосе слышится лёгкий смешок. Сэхун даже не пытается шевелиться. — Умираю. Это звучит так жалобно, что Бэкхён неволей фыркает и подходит ближе. В нос резко ударяет запах алкоголя, но бета только качает головой. — Не умеешь пить? — Я… — В голове ответы сменяются слишком быстро, чтобы Сэхун успел ухватиться хотя бы за один. Поэтому он лишь с горечью вздыхает. — Прости, хён. — Таблетки-то у тебя хоть есть? — Бэкхён лезет в аптечку, местонахождение которой помнит ещё с первого раза, как попал в квартиру альфы, и, найдя нужное, ставит греться чайник. Сэхун сидит всё в том же положении и не подаёт признаков жизни. Таким, беззащитным и словно всем видом кричащим о том, что он нуждается в заботе, Бэкхён видит альфу очень редко. От этого подойти и обнять хочется ещё сильнее. Когда его голову мягко поднимают и, уткнув себе в живот, начинают осторожно гладить, Сэхун вздрагивает от неожиданности. Сил не хватает даже на то, чтобы обнять в ответ, и он только погружается в лёгкий транс, успокаиваемый приятными прикосновениями. В его мыслях Бэкхён. Его звонкий голос, яркие улыбки и заразительный смех. Воображение рисует перед ним воспоминания о хёне, каждое из которых окутано тёплой жёлтой дымкой. Но после сердце альфы сжимается — он видит, как Бэкхён вновь стоит с коробками перед своей дверью. Он уезжает. Он не хочет больше Сэхуна видеть. — Пожалуйста, не бросай меня, — едва различимо шепчет парень. Бэкхён чувствует на своей футболке влагу. — Ты чего? Всё хорошо. Я здесь. На время в комнате становится совсем тихо. Бэкхён размышляет, будить ли альфу или стоит попытаться отнести в его комнату самому. — Люблю… Бэкхён выныривает из своих мыслей, слыша невнятное бормотание себе в живот. — Сэхун-а, ты проснулся? Он собирается приподнять голову парня, чтобы посмотреть на него, но замирает, когда слышит: — Не уходи… Я люблю тебя… Бэкхён… Сердце беты пропускает удар, когда он слышит своё имя. Бэкхён был уверен, что у парня к нему есть симпатия, но не более. Признание оказывается слишком большой неожиданностью для него. — Пожалуйста… Мне больно… Не уходи… Бэкхён всё-таки отстраняет его от себя, присаживается напротив и смотрит, удерживая его лицо в своих ладонях. Сэхун невероятно красивый, даже сейчас, когда болезненно заламывает брови. — Почему ты продолжаешь просить меня не уходить? Я ведь и так почти всё время с тобой. Альфа, видимо, лишившись приятного тепла, вдруг открывает свои глаза. Они с удивлением смотрят друг на друга, а потом Сэхун прикусывает нижнюю губу и виновато отводит взгляд. — Я всё-таки уснул? Прости. — Всё нормально. Тебе стоит пойти отдохнуть, я думаю. Только выпей это сначала. — Он указывает на таблетки. — Вода уже вскипела. — А ты? — А я пойду к себе. Сэхун только кивает и идёт провожать хёна до двери, а Бэкхён думает, что теперь не сможет заснуть до утра, прокручивая в голове слова альфы и пытаясь понять, что сам к нему чувствует.

=== ===

Лу Хань ощущает себя словно в тумане с того времени, как вернулся в Сеул. Он будто и не Лу Хань вовсе, а лишь тот, кто им управляет. Словно вся его жизнь — это одна из чёртовых компьютерных игр, в которые он в детстве переиграл, наверное. Словно у него есть право на любую ошибку: можно посмотреть результат и вернуться назад, чтобы изменить свои действия, если он не понравится. А результат ему нужен один — месть. Это преследует омегу и днём, и ночью, во сне. Настолько, что всё остальное отходит на задний план, заглушаемое мыслью о том, что Сэхун вышел сухим из воды. Прочее блекнет, утопая в серых красках, а мечта принести альфе ту же боль, через которую прошёл и Лу Хань, горит ярко-красной лампой прямо впереди, заставляя стремиться к её исполнению всё больше и больше. Муж, вновь замечая, что омега ходит тихий, совсем ни с кем не разговаривает и мало ест, предлагает съездить к врачу. Лу Хань взрывается, на повышенных тонах отвечая, что с ним всё будет в порядке, если его оставят в покое. Альфа оставляет его в покое, а на следующий день приглашает врача домой. Но Лу Хань — не дурак. И врач после осмотра отмечает лишь нервное напряжение из-за усталости, выписывает лёгкое снотворное и рекомендует больше спать. — Я же говорил, что мне только нужно побыть одному. Дай мне немного времени. — Омега делает вид, что обижен из-за того, что муж ему не поверил. Но муж не верит и после прихода врача, однако решает дать Лу Ханю шанс. Может быть, альфа на самом деле накрутил себе лишнего. «Глупые люди», — думает омега. Ему не стоило доверять такое важное дело, как месть, постороннему человеку, вроде Ифаня. Он сам всё сделает.

=== ===

Вопреки своему предположению Бэкхён засыпает довольно быстро, придя домой. Никаких снов — это обычное состояние для него. Он живёт реальным миром и предпочитает действовать, чем мечтать. Утром он встаёт даже чуть раньше обычного, собирается и уходит на пробежку. Ему повезло и в Сеуле жить недалеко от парка, где в любое время года приятно наслаждаться ещё свежим и прохладным воздухом. Но сегодня ему есть о чём поразмышлять. Бэкхён встречался не со многими, но даже про тех, кому отвечал взаимностью, не мог сказать, что любит. Ифань не раз описывал другу свои чувства по отношению к Чунмёну, и бета уверен, что не встречал в своей жизни человека, к которому испытывал бы настолько сильную привязанность. Когда он в юности поделился с альфой, что, может быть, беты не созданы для любви, получил от Ифаня пару подзатыльников и требование выкинуть «всякие глупости» из головы. Но одно дело пообещать другу больше так не думать, и совсем другое — поверить в то, во что верить не получалось. Ему приходилось много раз слышать про себя «солнечный человек», он знает, что легко может найти общий язык с окружающими и его открытость подкупает. Но всё ограничивается дружбой, иногда — секс-дружбой, на которую он, пожалуй, и рассчитывал сейчас с Сэхуном. Однако если альфа его любит… Бэкхён останавливается, чтобы присесть на скамейку и передохнуть. — Господи, почему даже самого себя понять так тяжело? — сокрушённо выдыхает мужчина, откидывая голову на спинку скамейки. Он ещё добрых пять минут полулежит на скамейке, раскинув руки и закрыв глаза. Он вспоминает моменты, которые связывают его с Сэхуном, и пытается сообразить, какие чувства при этом его охватывают. Сначала он испытывал интерес в основном только к Исину, маленькому ангелочку, симпатией к которому проникся сразу. Затем стал проявлять заботу и по отношению к альфе, но относился к нему как к младшему брату, не более. И то, что недавно Бэкхён с ним переспал, ничего не меняло. По крайней мере раньше от этого в его отношениях не менялось ничего. Бэкхён проводит пальцами по нижней губе, вспоминая поцелуи Сэхуна. Определённо, лучше, чем с ним, бете никогда не было. А ещё Бэкхёну нравится, что его присутствие влияет на парня, что рядом с ним Сэхун открывается и вылезает из своего безэмоционального образа. И Бэкхён им дорожит. Но можно ли назвать это любовью? «Мне нужно больше времени, чтобы понять, — думает бета, вставая со скамейки и возобновляя бег. — Но я обязательно в этом разберусь». После завтрака, который Бэкхён, как обычно, проводит в компании альфы, он бежит на работу, не забыв взять с него слово, что на вечернюю прогулку с Исином парень возьмёт и его. Желая получить опыт в отсутствии поддержки отца, Бэкхён устроился мастером в корейскую школу боевых искусств, о качестве подготовки в которой был наслышан не первый год. И тренирует он детей, конечно же, которые его не меньше чем обожают и всем сердцем мечтают стать похожими на своего учителя. День выдаётся насыщенным, забрав из мужчины достаточно сил, но на прогулку с Исином у Бэкхёна всегда найдётся энергия, даже если потребуется задействовать дополнительные источники питания. Сэхун, как и обещал, дожидается его после работы, и они втроём отправляются в тот же парк, в котором по утрам бегает Бэкхён. Бэкхён на время забывает обо всём, кроме находящегося рядом омеги, который уже научился стоять на одних ножках, держась при этом за что-нибудь вроде коленей беты. Его по-прежнему крохотные и невероятно нежные пальчики цепко держатся за взрослого, в то время как маленькое тельце неуверенно двигается, пытаясь сделать шаг в сторону, чтобы сжимать в ладошках уже джинсовую ткань брюк отца. Бэкхён весело разговаривает с мальчиком, а Исин в меру своих возможностей отвечает, пытаясь копировать интонации взрослых. Бэкхён не впервые ловит на себе задумчивый взгляд альфы, но теперь, кажется, может расшифровать его правильно. Пожалуй, ему хотелось бы знать, о чём сейчас думает парень. — Что? — Сэхун немного удивлённо смотрит на него. Кажется, Бэкхён ненароком озвучил своё желание. — Просто интересно, вдруг ты пытался прочитать мои мысли, смотря на меня столь пристально. Сэхун усмехается и переводит взгляд на Исина, который пытается заползти к нему на колени. Если бы Бэкхён знал, насколько недалёк от истины. Время прогулки подходит к концу, и троица вынуждена оставить детскую площадку, чтобы вернуться домой. Уже на выходе из парка Сэхун понимает, что забыл небольшую сумку с вещами Исина. — Я сбегаю, не волнуйся. А вы идите, только не торопитесь сильно, я всё-таки по части выносливости, а не скорости. — Бэкхён подмигивает обоим сразу и устремляется в обратную сторону. Альфа вздыхает, осознавая, что мысли о Бэкхёне засели в голове столь сильно, что он стал проявлять несвойственную ему рассеянность. Они неспеша двигаются в сторону дома. Сэхун показывает сыну предметы вокруг и называет их, чтобы ребёнок запоминал. Останавливаясь у части неширокой дороги, разрисованной белыми полосами, он говорит «зебра» перед тем, как начать переходить на другую сторону тихой улицы. Альфа уверен, что внимательно посмотрел по сторонам, прежде чем ступить с ребёнком на руках на дорогу, но несущийся прямо на них автомобиль всё равно откуда-то появляется. У Сэхуна немеет всё что можно; мозг отчаянно посылает телу сигналы двигаться, но то не слушается, словно за секунду успело врасти в асфальт. Зажжённые фары слепят глаза. В миг, когда Сэхун уже способен вновь идти, но уже слишком поздно, он чувствует мощный толчок в бок, а в следующее мгновение при падении на землю, успев сгруппироваться, чтобы не навредить сыну, слышит громкий удар и визг тормозов. Испуганный мальчик начинает плакать, но у Сэхуна уши закладывает от оглушающего звона в них, а сердце ухает куда-то очень глубоко. Перед его глазами лежит сбитый машиной человек. Сбитый человек, из-под которого на светлом асфальте расползается бурое пятно. Этот человек — Бэкхён.