soulmate

      Лучше бы Хосок сдался. Сдался бы ещё тогда, на маленькой кухне в маленькой квартирке, держа в своих ладонях такую родную холодную руку. Сдался бы, когда нашёл запонки в коридоре; когда пошёл на большие жертвы и преступления ради того, чтобы отомстить. Сдался бы, если бы хватило сил. Тогда их не было — зато есть сейчас.       Столько, что можно окунуться в них с головой. Столько, что можно было бы захлебнуться, ни о чём никогда не сожалея. Можно было…       Дождь бьёт по окнам машины, стекает ручьями по стеклу, где-то высоко над головой всё ещё гремит уходящая гроза. Желания жить никакого: на улице бушующая осень, оборачивающаяся каждый раз тоской. Хосок просит водителя остановиться: его нестерпимо тошнит. Перед глазами плывёт: он не совсем уверен, что спал этой ночью. Он не совсем уверен, что вообще спал: мимо проносятся машины, спешащие укрыться от дождя люди, кошка, забившаяся под карниз, жалобно пищит. Впервые хочется абсолютной тишины.       Хосок садится на тротуар и поднимает глаза к небу: к тёмному, абсолютно безразличному. Капли дождя путаются в его волосах, стекают по лицу, немного задерживаясь на остром подбородке, и падают вниз. Хосок падает тоже: только в бездну, чёрную и бесконечную.       У него в глазах каждый раз разрушаются миры, на руках голубыми линиями и красными нитями что-то о том, что жизнь одна и другой такой не будет. Хосок хочет. Правда хочет сдаться. Но вместо этого вдыхает влажный воздух, находит в себе силы подняться на ноги и сворачивает в полупустой проулок между центральными улицами. Со стороны забегаловок доносится шум, пахнет едой и пивом. Слишком шумно. Хосок привык к тишине, к спокойствию, он так давно ничего подобного не чувствовал, что хотел бы прямо сейчас умереть.       Несбывшиеся мечты, незаконченные планы и нереализованные идеи. Хосок борется с самим собой, когда входит в стеклянные двери больницы. Злость, ненависть и отчаяние закипают в нём всякий раз, когда он ждёт. Просто ждёт, пока едет лифт, пока забирают его пальто, пока сам Хосок оказывается достаточно сильным, чтобы открыть двери в нужную палату.       — Доброе утро, — Тэхён улыбается. Режет ножом по сердцу этой улыбкой, жмурит глаза, когда Хосок включает свет и улыбается в ответ. Силы накатывают волнами: в такие моменты хочется жить.       — Доброе утро, — вторит Хосок и наклоняется к Тэхёну, чтобы оставить поцелуй в волосах. Пахнет дождём даже здесь. С волос капает вода — Тэхён ёжится и смеётся, пытаясь отодвинуться подальше, спрятаться от холодных капель и не успеть замёрзнуть. Память частично вернулась, многое — нет. Это самое «нет» постоянно заставляет ненавидеть. Хосок зачёсывает волосы назад, ловит взглядом нервные потирания ладоней Тэхёна, перехватывает такой же испуганный взгляд и теряется.       Находится не сразу, но достаточно своевременно, уже когда открывает дверь своего автомобиля и помогает Тэхёну поудобнее усесться. На немые вопросы персонала больницы оставляет разбираться своих людей. Ему по-настоящему плевать, что будет со всеми людьми на свете, главное, чтобы его солнце светило ему до конца. Оно и светит: Тэхён улыбается даже моросящему дождю: улыбка прилипает к лицу до самого дома. Хосок пытается ехать как можно медленнее.       Ещё не работающий бар «Big Pig» встречает хозяев своей звенящей тишиной. Хосок придерживает перед Тэхёном двери, успевает оставить ещё один лёгкий поцелуй на чужих щеках, поймать смущение и этот невероятно тёплый взгляд. Тело заполняется теплом: Хосок тащит несопротивляющегося Тэхёна наверх, обнимает со спины, ловит каждую улыбку, когда Тэхён смотрит на их совместные фотографии, водит пальцами по старым выцветшим обоям и хочет уже спросить, но Хосок опережает:       — Давай покрасим стены, тебе же нравится белый.       Впитывает в себя эмоции, заполняется до краёв, находит в себе наконец те самые силы сдаться, но тут же сдувается — улыбка теряется в темноте перед глазами, желание уничтожить, сломать, разорвать на куски волнами накатывает на Хосока. Метка горит пламенем, Юнги опережает Намджуна в чёрном списке на две позиции.       Ощущение неизбежного отпечатывается на душе. Хосок уже знает, чем это закончится.