Начнем все с начала

Старк, оставшийся в одиночестве, едва не свихнулся, когда прошло два часа. Он оборвал старкфон Роджерса, но, найдя телефон в гостиной, совсем пал духом. Где его черти носят? В чём вообще проблема этого человека? Если бы знал заранее, что тот уйдёт и заставит его так мучиться, корить себя за сказанные слова, он бы побежал за ним. Остановил. Попросил бы не уходить. Но нет. Тони был слишком опустошён для таких поступков. Ругая себя в два раза сильнее за брошенные в сердцах слова, из-за мыслей, ополоумевших в отсутствие капитана, он ходил из угла в угол, пока телефон не завибрировал. Тони схватил его и открыл mms-сообщение. Сердце остановилось, и дыхание затерялось где-то в лёгких. В глазах на миг потемнело, и стало так… яростно на душе, что он, не раздумывая, ринулся в свою спальню. Схватив пистолет, выданный Фьюри на всякий случай, он рванул из дома, ни о чём не думая, кроме как о Стиве, попавшем в ловушку к маньяку. Боже, и почему он такой идиот? Почему не предупредил Фьюри? Почему не рассказал о своих предположениях? Почему? Ну почему, а?! Выбежав во двор, он дёрнулся в сторону и встретился животом с битой. Ноги подкосились, а сам Тони едва не рухнул. Краем глаза увидев руку со шприцом, он вспомнил, чему его учил наставник по боевым искусствам. Рискнув, сделал вид, что падает, и, когда запястье было видно боковым зрением, Старк схватил его и вывернул на себя. Пальцы разжались, а шприц упал в траву. Не давая себе шанса на размышления, он перекинул девушку через себя и отработал шейный захват, фиксируя ноги и руки, и всем весом прижал её к земле. Если бы не адреналин и сверлящая, движущая им ярость, он бы попался. Но они держали его за идиота и не ожидали ответной реакции, так как не знали, что коснулись совершенно не того, чего можно было касаться. Чувствуя себя безумцем, у которого отобрали самое важное, лишённый связных мыслей, он зарычал и надавил ей на надгортанник. — Маленькая дрянь, — зарычал Тони и отвесил Хлое пощёчину. Нашарив в траве шприц и сжав его в кулаке, он замер. — А теперь, если ты не расскажешь мне, где Роджерс, я обещаю: я убью тебя, убью Дэйва и всех твоих знакомых, а также дочь, которую ты прячешь, тебе ясно? Она похлопала ресницами и слабо кивнула. Рывком дёрнув её на себя, он потащил девушку к машине и, затолкав на сиденье, пристегнул и завязал руки галстуком, нашедшимся в бардачке. Действуя на каких-то примитивных, животных инстинктах, Старк мчал по указанной Хлоей дороге и ни о чём, кроме Стива, думать не мог. Это было сродни смерти при жизни. Не ожидая от самого себя такого, он изо всех сил отгонял от себя подступающую панику. Если он запаникует, это может стоить жизни Стиву, а потом и ему самому. Если не сейчас, то уже никогда. Взяв себя под контроль и откинув все мысли, способные ввести его в ужас, Тони остановил машину у небольшого дома и, выйдя на улицу, вытащил из «БМВ» Хлою. Тряхнув и ударив совершенно случайно о капот головой, он поволок её к дому. Действуя на инстинктах, он приподнял её и, перекинув руку девушки себе через шею, делая из неё живой щит, еле слышно открыл дверь и зашёл в дом, пользуясь, наконец, шприцом. Взглядом спросив, куда, и увидев указанную слабым кивком дверь в подвал, подошёл к ней. Дыхание в груди было как при агонии. Лёгкие скручивало, и они слипались от натуги, сердце стучало оглушительно быстро, а сам Старк напоминал разъярённого зверя, у которого отобрали обед. Отбросив все мысли, он распахнул дверь и начал спускаться по ступенькам. Оружие пряталось за спиной, за ремнём брюк. Тони специально не доставал его, потому что не мог пугать Дэйва, рискуя жизнью Стива. Увидев яркий свет, он дёрнул девушку ближе к себе, и, когда ноги коснулись пола, Старк заметил. Взгляд его наполнился ужасом, глаза расширились, а сердце снова остановилось. Боже, мразь. Какая же мразь. — О-о-о, — Маккини раскинул руки и улыбнулся. — Вы пришли на огонёк? А мы тут, как видите, начали без вас, — если он и испугался, то никак и ничем этого не выдал, только подошёл ближе к Роджерсу и коснулся его плеча. Старк зарычал сквозь сжатые зубы и крепче прижал обездвиженную Хлою к себе. Скользнув правой рукой ей к горлу, он удержал себя от того, чтобы не свернуть ей шею, и сказал абсолютно не своим голосом: — Я убью тебя. — Да-а-а? — в глазах чудовища пронеслась волна недоверия, и в следующую секунду Старк откинул девушку на него и вытащил из-за спины пистолет, делая чёткий выстрел в коленную чашечку Маккини. Тот с визгом упал на пол, и, подлетев к нему, Тони схватил его за волосы и со всей силы опустил лицом в пол, ломая нос, зубы, скорее всего, в крошево. — Это тебе за Стива, кусок дерьма, — прошипел он и снова ударил того мордой в пол, слыша, как ломаются кости, как тот задыхается и отплёвывает кровь. В голове шумело, и, чувствуя себя до смерти напуганным, Старк подлетел к капитану и оторвал от его висков присоски. Взгляд лихорадочно метался по ранам на лице, теле и рукам и размазанной по груди крови. Всё это время он шептал: «Как же ты меня напугал, чёртов идиот!». Ледяными пальцами он схватился за застёжки, сдерживающие запястья Стива, и начал их откреплять. — Тони… Тони… — губы капитана едва шевелились, перед глазами всё ещё стоял туман, но тело уже начинало слушаться его. — Я… сейчас… Вкололи… паралитик, — он дёрнулся, разрывая застёжки на ногах самостоятельно. Всё, о чём Стив сейчас думал, ─ это Тони. Который здесь, который рядом. Которого нужно защитить. Но, похоже, именно сам Старк был той абсолютной защитой, тем, кто успел, кто спас, кто не позволил сотворить нечто ужасное. Старк смотрел на Стива и не верил, что оказался здесь вовремя. Ведомый одной лишь мыслью о том, что мог бы не успеть, он бы разорвал в клочки и Маккини, и его шлюху. Чувство, что поселилось в его груди задолго до этого дня, заполнило каждую клетку тела, и, скосив взгляд на валяющегося рядом Маккини, Тони сжал руки в кулаки. — Он тебе… Он что-то… Он тебя трогал… — задыхаясь, прорычал он и, не удержавшись, пнул Дэйва под живот. Отогнав от себя ярость и ненависть, понимая, что для этого ещё будет время, он помог Стиву подняться и опереться на себя и пошёл к лестнице, крепко держа того за талию, стараясь не сильно ёрзать, чтобы не причинить боли, потому что кэп… Он был сильно изранен. — Ш-ш-ш… я вызвал скорую, Ника… Они скоро будут здесь, и всё… всё уже кончилось, правда кончилось, Стив, — бормотал он, идя по ступенькам, прижимая к себе человека, который сломал все барьеры, сам того не ведая. — Со мной… всё в порядке, — хрипло выдохнул Роджерс, хватаясь за Тони, как утопающий за соломинку. — Слава Богу, это не ты… Он не тронул тебя. Я так боялся, что он может что-то сделать тебе. Но… всё хорошо… Ты пришёл, ты… спас. А я вот не защитил тебя, — в мыслях царил полный хаос, и единственное, чего желал Стивен, — не отпускать Тони ни на шаг от себя. Старк закатил глаза, позволяя себе истерически усмехнуться. Вот и весь Стив Роджерс, именуемый Капитаном Америка. Разве можно было ожидать чего-то другого? Пф-ф. — Прекрати, ты защитил меня… и подставился сам, — пробормотал он и щёлкнул по выключателю. В кухне загорелся свет. Усадив Стива на стул с мягкой спинкой, он заглянул ему в глаза и совершенно серьёзно заявил: — Я бы убил за тебя. А теперь сиди, сиди и не шевелись, я прошу, пожалуйста, Стив, — отойдя, он опёрся о раковину и затравленно выдохнул, позволяя мозгу взорваться и заполниться всем тем, что произошло. Руки на автомате набирали в кастрюлю тёплой воды, искали губки, полотенца и антисептики, а он был так взвинчен, зол и одновременно счастлив, что и не знал, как же теперь быть… И как всё это передумать от начала и до конца. — Тони, — капитан поморщился от боли, но это всего лишь царапины, не страшно. — Прости меня… за те слова дома. Я не хотел, я… не думаю так. — Он не хотел, чтобы то, что было сказано дома, окончательно разрушило всё. Ему нужен Тони. Когда эта мысль пронеслась в голове, Стивен вздрогнул. Он не знал ещё, как именно ему нужен Старк, но терять его он не хотел. — Я вот думаю: мы с тобой идиоты? — вопрос был скорее риторическим и не требовал ответа, а Тони продолжил свою мысль, подходя ближе и поглядывая на дверь подвала. — Ругаться из-за того, что было… в моём случае лет двадцать-тридцать назад, а твоём ─ так и все семьдесят… — он смочил полотенце и начал осторожно, почти невесомо касаясь ранений, стирать кровь с лица Стива. — Не говори этого. То, что было сказано… Скорее, оно всё из-за отчаяния. Ты сказал по своей причине, я ─ по своей, но тем не менее… Я не… Я давно не злюсь так, как злился раньше. Ты просто бесишь порой, а так… Всё хорошо, — он дёрнул краем губ, вглядываясь в разорванные кастетом щёки. Как же ему хотелось рвануть в подвал и изувечить Дэвида, кто бы знал. Но мысль оставить кэпа здесь одного приковывала к полу. Никуда он не уйдёт. Не оставит. Потому что, будучи хоть и идиотом, он разграничивал важное от неважного. И если воспоминаний это не касалось, то реальные вещи оценивались чётко. И он не знал большего счастья, чтобы… быть здесь, рядом со Стивом и помогать ему в эту трудную минуту, не думая о себе самом, потому что так надо. Это больше, чем… Стивен дотронулся ладонью до бока Старка, отчаянно желая хоть как-то быть ближе, просто ощущать, что с ним всё в порядке. Маньяка нашли, теперь всё будет хорошо. Неожиданно Роджерса тряхнуло. Маньяка нашли. История закончена. Их «отпуск» тоже. Всё. Они уедут из уютного домика, разойдутся пути. Старк продолжит заниматься делами, мастерить костюмы, а капитан отправится сначала на Трискелион, а потом подыщет себе нормальное жильё. — Значит… наш «отпуск» закончился? — сипло поинтересовался он, стискивая пальцы на боку Тони. Он не хотел его отпускать. Совершенно не ожидавший такого вопроса Старк замер, чувствуя лишь опаляющее касание через одежду. Он постарался, чтобы лицо его не посыпалось, маска задумчивости не упала с него, и рвано выдохнул. Рука с полотенцем застыла возле скулы Стива, а сердце с грохотом рухнуло в пятки. Действительно… Был ли теперь смысл? Всё кончилось. Кончилось, Стив. Да. Кончилось. И, наверное, теперь всё зависит только от него? Время лечит, решая сойтись на этом и попытаться либо отказаться от всего этого с учётом именно времени, либо с этим же учётом попытаться сдвинуться с мёртвой точки и показать, как он может испытывать это «больше чем». Рассказать. Доказать. Объясниться и раскрыться, становясь совершенно иным. Он мог бы. Хотел бы. Но хочет ли капитан? Время лечит. Глядя в голубые глаза, Тони сглотнул скользкий ком и продолжил стирать припёкшуюся кровь, ожидая, когда появится скорая помощь, Фьюри и агенты. — Значит, наш «отпуск» кончился, — не слыша звука собственного голоса, сказал Тони, решая, что домик в Кантоне он выкупит у директора. Надо только дождаться, когда всё рассосётся, придёт в норму и жизнь пойдёт своим чередом. — Мы будем видеться. Мы работаем вместе, — прозвучало скорее жалко, чем утешающе, потому что, выйдя из зоны, из уже привычной зоны комфорта, всё у них переменится и уже не будет так, как было здесь. — Я бы хотел… — начал Стив, но запнулся. Хотел бы чего? Видеть тебя? Разговаривать? Готовить завтрак, покупать конфеты… Защищать? Всё это прозвучало бы глупо. Ему действительно нужно время, чтобы прийти в себя, принять, наконец, что сорок пятый уже не вернуть, что есть только здесь и сейчас и нужно жить, раз он получил этот шанс ещё раз. — Я бы хотел быть твоим… другом? — это звучало не менее жалко, потому что капитан чувствовал, что это не вся правда. Но озвучивать большее… Это же сын Говарда, этого не должно было случиться, но в глубине души Роджерс чувствовал, что Тони пробил брешь в той корке льда, что окутала его сердце. — Мы и есть друзья, Стив, — полушёпотом ответил Старк и, пригнувшись, коснулся ладонями его щёк, почти невесомо, чтобы не причинить ещё больше боли, здесь ведь уже постарался маньяк. — Всё хорошо, мы… Несмотря на всю ситуацию, это был самый насыщенный «отпуск», — пробормотал он и продолжил стирать кровь и промывать раны. Капитан выдохнул и немного расслабился, отдаваясь на волю прикосновениям Тони. Что ж, по крайней мере, у них есть ещё день, ведь он не закончен. Стив сдавленно зашипел на одно из касаний Старка, зажмурился, а рука стиснула бок Тони ещё сильнее. Старк поднял взгляд на Стива и улыбнулся краем губ, чувствуя, как сильно разгоняется сердце. Но улыбаться не очень хотелось на самом деле. От того, что больной психопат натворил с кэпом, становилось жутко. Или хотелось улыбаться, понимая, что Роджерс жив, здесь и рядом… а сердце стучит в радостном ритме, заполняя тело и разум спокойствием. Он отложил полотенце и прислушался к звукам на улице. Да, им лететь из Нью-Йорка, но джеты справятся с этой задачей быстро. Взяв антисептические салфетки, он начал дезинфицировать раны и, придвигаясь ближе, по обыкновению дул. — Это… чтобы тебе не щипало, — объяснил он и продолжил свою работу, забывая о том, что надо бы рассказать, но у них же будет возможность пообщаться с Ником, чтобы поделиться своей версией? Конечно, будет. — Не щиплет, — губы Роджерса приподнялись в намёке на улыбку. — Ерунда. Завтра всё будет в порядке, и следов-то не останется, — заверил он. — Директор заберёт нас? Я… В смысле мы не останемся здесь, сразу в город? Признаться, Стивен надеялся на то, что ещё день они проведут здесь, но, скорее всего, сегодня вечером они уже будут в Нью-Йорке. — О чём ты говоришь, кэп? — Тони провёл указательным пальцем по левой скуле и прищурился. — Здесь слишком глубоко и придётся зашивать… Следов не останется, это ясно, но тебя изувечили, а ты так говоришь… Будто всё это чепуха, — злобно пробормотал он, сверкая глазами. — Нет, мы вернёмся в дом, там наши вещи, а дальше своим ходом. Только для начала я узнаю… не нужна ли тебе госпитализация, а если нужна… поедем в Нью-Йорк. Роджерс прекрасно знал, что его состояние далеко от идеального: порезы на руках горели и ныли, с лицом творилось вообще что-то невообразимое, а внизу… Стива тряхнуло так, что вряд ли Старк этого не заметил. — Не нужна мне госпитализация, — покачал головой он. — Мне просто нужны анальгетики, покой и… душ, — Роджерс смутился, думая об отвратительных прикосновениях Дэйва, желая поскорее смыть с себя их. Тони прищурился и сжал салфетку в кулаке. То предположение, что зародилось в его душе ещё когда он только спустился в подвал, сейчас показалось не таким уж безумным. Он глянул на ширинку Роджерса и, заметив расстёгнутую пуговицу и наполовину открытую молнию, округлил глаза. — Он… тебя трогал, — утверждающе сказал он, силой воли заставляя себя стоять на месте и не давать себе опуститься до первобытной злости, желая защищать своё. Даже на разбитом лице можно было увидеть, как щёки Стивена становятся почти бордовыми от стыда и смущения. — Это… совсем неважно, — одними губами прошептал капитан. — Главное, ты пришёл… сейчас всё хорошо. Ты здесь, и тебе больше ничего не угрожает, — ему было неловко оттого, что все эмоции Старк так легко считывает с его лица. Старк больше не мог терпеть. Памятуя о ранениях, он старался сдерживать свою порывистость, желание раскрошить Маккини в щепки, поджечь этот дом и сплясать буги-вуги на пепелище. Он притянул Стива к себе и прижал его голову к своей груди. Вот так. Так хорошо. Так надо. Так лучше. Он появился вовремя и убрал с дороги мешок с дерьмом, не давая ему сделать что-то ещё более ужасное, что-то, что заставило бы Стива бояться. — Ты идиот, Стив, — проворчал Тони, поглаживая Роджерса чуть ниже затылка, так как там была другая рана. — Было хорошо, если бы я не позволил этому случиться… Ничего, по нему плачет Холодильник. А там его… Там он сломает себе шею, или… может быть, он будет до конца дней своих смотреть репортажи, где ты и я живы. У капитана перехватило дыхание от щемящей… нежности, как только Старк прижал его к себе. Это было то чувство, словно тебя укутывают в одеяло, потому что тепло, спокойно и ты в безопасности. Он обхватил руками Тони, придвигаясь ещё теснее, и, откровенно говоря, ему было плевать, каким разбитым и совсем нехладнокровным Капитаном Америка он сейчас выглядит. — Ну, что ты, всё прошло, не переживай, ладно? Не сахарный, не растаю, — улыбнулся Стивен где-то в районе груди Старка. Как так вышло, что главное чудовище его жизни, пожалуй, даже страшнее Синей бороды, мистера Дарка или Франкенштейна с его Созданием, стало таким нужным? Важным. Может быть, сокровищем? Признаваться себе и дальше, что постыдно влюбился, Тони больше не мог. Видимо, пути назад уже точно не будет, и придётся брать быка за рога. Да уж. Только жизнь не сказка, и счастливый конец не всегда случается. — Я бы поспорил, что ты не сахарный, — фыркнул Тони и коснулся губами макушки Стива, силясь залечить его боль. — Но это мы ещё проверим, — усмехнулся и отодвинулся он, снова прислушиваясь к звукам на улице. — А вот и гости, — как-то грустно подытожил Старк и вовсе разорвал объятия, отходя к столу, хватаясь за кастрюлю с тёплой водой, чтобы как-то себя успокоить. И снова что-то в груди капитана треснуло и осыпалось с оглушающим звоном. Боль пополам с надеждой, тревога и трепет, бесформенные очертания ощущений, ещё не осмысленных, но уже закрадывающихся в самую душу. Сейчас необходимо было взять себя в руки и ответить на вопросы директора обо всём произошедшем. Стив поднялся, но пошатнулся, удерживаясь за стол. Действие паралитиков спало, он мог двигаться, но головокружение всё ещё мешало координации движений. — И что ты геройствуешь? — Тони тут же оказался рядом и приобнял Стива за талию, позволяя опираться на себя, и, не давая повода усомниться в том, что он не удержит его, пошёл к выходу из дома. — Сначала скорая, потом Фьюри со своими вопросами, и скоро… ты примешь душ и ляжешь спать, — пообещал он и распахнул дверь с ноги, щурясь на яркий свет джетов. — Ты понял меня? Если надо, я буду сидеть с тобой всю ночь… Не оставлю. — Тони, ну что ты со мной как с маленьким? — Но, чёрт возьми, как же Роджерсу была приятна эта забота. — Не волнуйся, на войне и не такое было, говорю же, не растаю. Но… спасибо, — он улыбнулся, всё ещё крепко держась за Старка. — Потому что я волнуюсь за тебя… — слова потерялись в топоте ног, криках оперативной группы и рёве директора. Тони в первую секунду растерялся, а потом крепче прижал Роджерса к себе и, махнув Нику рукой, мол, оставь, позже, повёл его к машине скорой помощи. Помог забраться внутрь, усесться на койку и посмотрел в голубые глаза. — Сиди и слушайся, я быстро, — он спрыгнул на землю и пошёл к Фьюри, сжимая и разжимая кулаки. — Есть, сэр, — усмехнулся капитан. Вмиг его окружили медики, которые принялись осматривать повреждения, делать инъекции, штопать его и латать. Стив выпил анальгетики и даже, кажется, несколько бутылочек с водой — жажда накрыла неожиданно сильно. Старк вместе с Ником спустился в подвал после группы. Их разговор был коротким, по делу. Он рассказал, как два года назад, на вечеринке, приуроченной к его дню рождения, познакомился с парнем. Как помог ему воспользоваться ингалятором, чтобы приступ астмы кончился, и продолжил пить и развлекаться. В тот день он был не в себе, в хлам пьяный, совершенно разнузданный и весь в своём репертуаре. Лицо парня он не запомнил, но вот его странное дыхание отложилось в памяти и неожиданно всплыло в тот самый день в кинотеатре. Старк ещё подумал, что не может быть всё так просто, и оказалось, что был прав, только поставил жизнь Роджерса под угрозу. И с того дня рождения ему стали приходить какие-то нелепые сообщения с разных адресов на личную почту, он не придавал им значения, потому что поклонников, желающих пообщаться с ним, было слишком много, и обычно он собирал целые пресс-конференции, чтобы убить всех зайцев одним махом. Видимо, уже тогда Дэйв планировал своё возмездие. Только Тони не мог взять в толк: за что? Он же помог ему. Но понять логику чужого поступка он ещё успеет, а пока пусть будет так. Директор в свою очередь рассказал о ещё нескольких трупах, датированных как раз этим периодом, и поделился новостями о том, что Маккини ждёт пожизненный срок, а в Холодильнике ему помогут избавиться от этой участи и укоротить жизнь лет на пятьдесят точно. Старк пожал плечами. Этого стоило ожидать. Разобравшись с деталями, они пожали друг другу руки. Пообещав вернуться завтра или послезавтра, в зависимости от того, как себя будет чувствовать Стив, Тони, совершенно спокойный внешне, вышел из дома и пошёл к машине скорой помощи. Внутри всё металось, а то, что он глушил в себе, начало прорываться. Он же, как и все, человек, и ему не всегда приходится сталкиваться с подобным. Но, видя, как Стив морщится и с какой осторожностью занимаются раной на его затылке медики, Старк вновь взял себя под контроль и, усевшись напротив, хмыкнул. — Обо всём договорился, тебя не тронут, пока ты не придёшь в норму, а дальше — свидетельские показания, суд, но, я думаю, можно там не появляться, всё и так вернётся на круги своя, — рассказал он и потёр ледяные ладони. — Спасибо, Тони. Честно говоря, совсем нет сил заниматься этим, отвечать на вопросы, — тихо сказал Роджерс, выдыхая с облегчением, когда медики закончили с его головой. Оставалось заклеить несколько порезов, и можно было ехать домой. — Он сказал, что у вас была какая-то история и он… хочет тебя, — болезненно морщась, Стивен взглянул на Старка. Тони почесал затылок и, подумав немного, пересел на койку рядом со Стивом, пальнув взглядом в медичку, открывшую рот. — Я его знал… Ну как, знал… Он был у меня на вечеринке два года назад. Когда я начал вытворять что-то… вроде писать в костюм, или что-то подобное, поплёлся за выпивкой. И тут он, у него был приступ астмы, и он пытался достать ингалятор. Я помог ему, и всё, больше мы не виделись до недавних событий, — поделился он, ласково поглаживая кэпа по коленке. — Ты помог ему, а он?.. Это вообще за гранью понимания, — удивлённо проговорил Стивен. — Но всё закончилось, и теперь ты будешь спать спокойно, — он перевёл взгляд на ладонь Тони, и сердце забилось быстрее. Как же хотелось скорее оказаться дома! — Спасибо, благодаря вам со мной всё хорошо, — поблагодарил Роджерс медиков. — Домой? — устало спросил он, поднимаясь и кивая Старку. — Ты уверен… что всё в порядке? — обеспокоенно поинтересовался Тони и вздохнул, увидев твёрдый кивок. — Ну что ж, тогда пойдём домой, Стив. Старк помог ему спуститься на землю, придерживая под локоть, и повёл к «БМВ». Возле машины валялся галстук, сорванный с рук Хлои, и он, взяв его, кинул одному из агентов. Усадив Стива на пассажирское кресло, он тихо хлопнул дверцей и уселся на место водителя, сразу же заводя мотор. Домой.