Теория притяжения

Смотреть вслед откровенно убегающему Супермену было глупо и неприятно. В принципе Лекс должен был привыкнуть к подобному поведению пришельца, ведь это не первый такой опыт в их «отношениях», но всё же сейчас дело приняло иной оборот, сдвинулось с мёртвой точки, как казалось Лютору. Александр вздохнул и принялся за еду; ужин не виноват в том, что Супермен убегает от поцелуев. Нужно было перестать думать об этом, но Лекс просто не мог. Вопросы создавались в его голове и исчезали, а Кент всё не появлялся. Попадись он Лютору в этот вечер, то Лекс бы приложил все усилия для того, чтобы выесть супергерою мозги чайной ложечкой, но всё же заставить его признать хоть что-то в плане происходящего между ними. Но Супермен явно подозревал нечто такое и появляться не спешил, так что Лексу оставалось только скучать. Это он тоже находил довольно странным в силу открывшихся обстоятельств. Спустя некоторое время, когда поцелуй с врагом утратил свои пикантные нотки шока, он успел подумать над всем, что происходит между ними и, удивительно, стал спокойней к этому относиться; но всё же заняться этим вечером чем-то хоть немного полезным Лексу не удалось. Он решил посвятить время отдыху, учитывая, что на горизонте появилось то, ради чего стоит потратить энергию. День и так выдался непростым, и в глубине души Лекс надеялся: на сегодня с него хватит и его ожидает нормальный, здоровый сон, хотя бы в виде исключения; и как всегда, парень ошибся. Кошмар навалился сразу же, стоило Лютору крепко уснуть, и втянул парня в свои удушливые объятия. Это опять было воспоминание, но на этот раз из более осмысленного возраста. Лексу было шестнадцать в ту ночь, когда жизнь снова повернулась к нему спиной, злобно посмеиваясь, но тогда Лютор и не подозревал, что ему уготовано. Он просто пытался уснуть, ёрзая на кровати время от времени и принимая как самые неудобные позы, так и более простые. Утро должно было его встретить очередным не самым чудесным днём, и с нервами предстояло отчаянно бороться, так что Александр был твёрдо уверен — поспать надо. Это обычно он мог позволить себе подняться после часа мучений и пойти заниматься своими делами, действуя практически бесшумно, но пошла вторая неделя такой жизни, сопровождаемая лишь кроткой дремотой. Лютору нужен был сон, но он к нему не пришёл ни в ту ночь, ни в другую на протяжении долго времени, пока Лекс не решился купить снотворное. В душной тишине раздались отдалённые шаги. К Лютору мог сейчас приблизиться лишь один человек, одно существо, которое Лекс бы с удовольствием променял на существо из фильмов ужасов. Но чуда не произошло, и желание не исполнилось. Массивная дверь открылась, представляя на своём пороге не Фредди Крюгера или кого-то другого, а пьяного Лютора-старшего. Лекс моментально замер, стараясь даже дышать тише, и сделал вид, что спит. Он хотел стать как можно незаметнее и неинтереснее, но его попытки оказались напрасны; и отец решительно, хоть и покачиваясь, подошёл к его постели, сел на её край, чуть не свалившись. Лютору оставалось лишь подрагивать от ужаса и гадать, что может случиться дальше. Отец долго разглядывал его. Все то, что можно было увидеть сквозь преграду оделяла. — Ты же некрасивый, — слова прозвучали неожиданно в тот момент, когда Лекс уже понадеялся, что папаша просто уснул. — В детстве был милым, а сейчас… Ты как курица, что выросла с умилительного цыпленка. Лютор-старший попытался зачем-то стянуть с Лекса одеяло, но получилось это у него не с первой попытки. — Но тратиться на шлюх вредно для моего бизнеса, — прохрипел мужчина, касаясь ноги своего сына. Предательский страх и отрицание происходящего оцепенели Лекса, давая понимать действие папаши, но никак им не сопротивляться. По крайней мере, первые минуты. — Что? — тихий вопрос, почти писк, всё же сумел нарушить пьяные выдохи, а отец уже непонятным образом нависал над ним, коленом разводя Лексу ноги, что недвусмысленно объяснило его намерения. — Нет! — этот прозвучал вскрик громче, но всё так же отчаянно. Отец держал его руки, прижимал к кровати, мешая дёргаться, и второй рукой потянулся к резинке пижамных штанов. — Нет! Отпусти меня! Не смей, ублюдок, не смей! — кричал Лекс Лютор из сна, и ему вторила его версия из реальности. — Папочка, пожалуйста, не надо! Позорно для супергероя бросить несчастного человека одного, да ещё и не услышать его крик сразу. Срывающийся голос Лекса донёсся до Кларка через пелену мыслей, и, услышав его, Супермен немедленно ринулся к нему. Он не хотел даже думать, что теперь вытворяет воображение парня, но он и не знал, как это остановить. Из-за собственного страха взглянуть в лицо правде — он, супергерой, упустил очередной кошмар Лекса. Позор да и только! Но предаваться чувству вины было не время. Кент влетел в каюту и, моментально оказавшись рядом с кроватью, схватил Лютора за плечи, резко усадил его, едва ли не перетащил себе на колени. Лекс тут же проснулся; очередному крику не удалось сорваться с его губ, и он превратился в жалобный вздох. — Кларк? — недоверчиво выдохнул парень. Ещё секунду назад он был в самом кошмарном своём воспоминании, которое никогда его не оставит. Сложно было поверить, что сейчас всё кончилось, и он в относительной безопасности. — Да, конечно, — Кент мягко погладил Лютора по голове, нервно улыбаясь. — Кто же ещё может быть? Ты в безопасности, Лекс. Всё хорошо. Красивые слова, жаль, что их смысл обманчив. — Я снова кричал, да? — прошептал Александр, глядя в глаза криптонцу. Он чувствовал, что его щёки мокрые, голос дрожал, и он совершенно ничего не планировал с этим делать. Бесполезно отнекиваться и пытаться выкрутиться. — Сильнее, чем обычно, — криптонец осторожно убрал руки, переставая касаться Лютора. Почему-то от этого возникло ощущение, что Кларк совершенно не помогает. Противное чувство. — Тебе точно нужно что-то делать с этим, Лекс. Лютор опустил взгляд. — У тебя есть варианты? Потому что у меня нет. — Когда-нибудь ты всё же вернешься домой, — Кент с болезненной внимательностью смотрел на него. — И тогда советую обратиться к врачу. Всё же пройдясь по щекам тыльной стороной руки, Лютор тяжело вздохнул и покачал головой. — Если бы я считал это приемлемым, сделал бы до нашей встречи. Не хочу, чтобы кто-то копался у меня в голове за мои же деньги. — Тебе это необходимо, — мягко произнес криптонец. — Неужели сам не видишь? — Это неприятно, но не смертельно, — мрачно улыбнулся Лекс. — Так что я смогу просто перетерпеть. — Всю жизнь? — горько вздохнул Кларк, опустив взгляд на секунду. — Звучит нерационально. — Из двух зол выбираю меньшее. Ну, по моему мнению, меньшее. Супермен покачал головой. Упрямство Лютора всегда поражало, и самое ужасное, что с этим уже ничего нельзя поделать. — Ты такой упёртый, — не сдержался Кларк. — И в данный момент отнюдь не в хорошем смысле. — Зачастую я только за счёт этого и выживаю, — Лекс остро почувствовал, что сказал лишнее, и фыркнул, обматерив себя. Кларк поддался душевному порыву и притянул к себе Александра, крепко обнимая. Только бы не думать сейчас о том, что их связывает. Порой человеку просто нужны объятия, и мысли становится только лишними. Это была их общая проблема. — Я верю, что ты можешь быть хорошим человеком, Лекс, — зачем-то очень тихо произнёс Кент. — Хороших людей не бывает, — Лекс уткнулся лбом в плечо пришельца, и его голос стал звучать глухо. От объятий становилось намного легче, будто они защищали от кошмара, от целого мира. Именно этого Лютору давно не хватало. Кларк ласково потрепал Александра по голове. — Бывают, просто их редко кто замечает. — Я встречал только хорошего пришельца, — буркнул парень, пододвигаясь ближе. Кент всё же слабо улыбнулся. По крайней мере, больше его не считают угрозой мирового масштаба. На данный момент. — В твоем кругу вряд ли стоит искать хороших. А в своём я нашёл. — Тебе просто причинить зло не так-то уж просто, — упрямо возразил Лекс. — Может, они хотели, но боялись. — Вряд ли, — практически шепнул ему на ухо криптонец. — Тебе стало лучше? — Обычно после таких снов я закидываюсь таблетками, а не обнимаюсь с кем-то, — слабо попытался съязвить Лекс, но затем сдался и выдохнул: — Но эффект довольно неплохой. — С таблетками не сравнится, как я понимаю, — усмехнулся Кларк, но вдруг резко стал серьёзным, ещё раз проиграв реплику Лютора в голове. — После каких снов? На несколько секунд Лекс замолчал, то ли думая о чём-то, то ли пытаясь сформулировать ответ. Но когда он всё же начал говорить, веселье исчезло из его голоса. — Сны… неприятные. Не люблю даже вспоминать о них. — Я не требую тебя рассказывать, — Кент на свой страх и риск принялся осторожно гладить парня по спине. Если уж они и так тонут вместе, то стоит продолжать делать вид, будто всё как надо. — Чё-ё-ё-ёрт, — протянул Лекс, беззастенчиво млея от прикосновений. — Мне кажется, ты действуешь нечестно. Это какие-то криптонские штучки? — Весьма человеческие штучки, — не сдержался от кроткого смешка Кларк. — Тебе их явно не хватает. — Раньше не было желающих их проделать, — пожал плечами Лекс, и этим чуть не двинув Кларка в челюсть. — Ой, прости! Я не хотел. Я… я слишком расслабился. — Всё в порядке, — спокойно отреагировал криптонец. — Не за что извиняться. — Конечно же, я же не могу причинить тебе вред, — Лекс резко замолчал. — Я несу бред, чтобы не отвечать на твой вопрос. Кларк мельком посмотрел на него, но Лютор поднял голову, не позволяя криптонцу увидеть своего лица. — Мог бы и не закладывать себя с потрохами, Лекс. Это всё равно видно, — вздохнул Кент. — Но я не заставляю тебя отвечать. — Ты просто додумаешь кучу разных вариантов. Не то, чтобы они были неприятнее правды, ты же не я, в конце концов, — Александр сделал паузу, чтобы собраться с мыслями, и закончил: — Но всё равно дерьмово. — Лекс, — Кент снова ласково коснулся его спутанных волос, — если ты хочешь рассказать — я всё выслушаю. Не нужно искать других причин. — Мне снился отец, — быстро выдохнул Лекс и замолчал, пытаясь найти силы продолжить. Кларку не нужно было слышать это, но Лютор отчаянно хотел поделиться с ним самой ужасной частью своего прошлого. Он не знал, почему для него подобное так важно. — Я понял это, — Кент хотел было поинтересоваться чем-то, но вместо этого произнёс: — Лекс, если не хочешь, то не нужно говорить. — Ты не это хотел сказать, — буркнул Лекс и пояснил: — Красноречивая пауза перед фразой. И нет, на этот раз он меня не бил. К сожалению. Я бы лучше до конца жизни видел сны об избиении, чем хоть иногда эти. Кент молчал ровно секунду, пытаясь представить, что может быть ещё хуже, но что-то заставило его прекратить пытаться это сделать. Некая жалость вперемешку с болью. — Что же он делал? Лекс громко втянул воздух, пытаясь хоть немного успокоиться; он слишком часто рыдал на руках у Супермена, его лимит истёк. — Он трахал меня, Кларк, — горечь и злость в голосе намного лучше слёз, Лекс уверен, что хорошо справился. — Эта пьяная скотина трахала меня, как надувную куклу. Руки Кларка так и замерли. Одна на спине, другая на голове, а сам криптонец будто завис на мгновение, пока очередное сердцебиение Лютора не вернуло его в реальность. Частично вернуло. Этого было достаточно, чтобы бросаться в воздух фразами. — Мне жаль, Лекс, — только и выдавил из себя Кларк, в голове которого «пьяная скотина» повторилась несколько раз, прежде чем исчезнуть. — Мне очень, очень жаль. — Не думаю, что хоть какой-то психолог удержался бы, чтобы не продать это, — сменил тему Лекс в жалкой, заведомо неудачной попытке отвлечься. — Лекса Лютора насиловал собственный отец, многие за такой скандал бы душу продали! — Не думай об этом, — Кент крепко обнял его, будто этим жестом надеялся спрятать Лекса от всего мира. — Пожалуйста, не думай. Сейчас всё позади. — Он не первый раз мне снится, — покачал головой парень, а потом отчаянным рывком прижался к криптонцу. — Будто я облажался, и он никогда от меня не отстанет, что бы я не сделал. Он всё ещё имеет надо мной власть. Даже гния в земле. — Ты ни в чём не облажался, Лекс, — попытался успокоить его Кларк, сам отчасти пребывая в своих мыслях и чувствах. — Но тебе нужна помощь. Лютор его не слушал. Он лишь прошипел, потому что если говорить громче, то можно совладать со слезами, немыми свидетелями его боли: — Я убил его, но это не прекратилось. Как ещё можно мне помочь? — Без понятия, — честно признался криптонец. — Но над этим стоит подумать. «„Пьяная скотина“ — идеальная характеристика для меня, разве нет?» — Кларк зажмурился, пытаясь загнать мысли в подполье. Не сейчас. Не время заниматься анализом их прошлого с Лютором и сравнивать себя с его отцом. — Это не поможет, — упрямо и отчаянно повторил Лекс, просто вцепившись в собеседника. — Это не призрак, которого можно прогнать. Лишь моя память, и она не оставит меня в покое. — Значит, нужно перебить эти воспоминания. Лекс слишком близко. Как Кларк не заметил этого сразу? А что он там сказал про убийство? Криптонец совершенно неожиданно ощутил, что ему всё равно. Ему было важно лишь, чтобы Лексу было лучше. Именно это болезненное чувство и удерживало его рядом с ним, но теперь к нему добавились противоречия, ещё до конца не сформированные. — Я не знаю, как, — устало признался Лекс. — Я выматываю себя, чтобы просто отключаться и не видеть снов или не помнить их, но это срабатывает не всегда. — Мы найдём способ, — еле слышно прошептал Кларк, прежде чем окончательно ускользнуть от реальности, и в конечном итоге быстро поцеловал Лекса в макушку. — Я бы хотел найти. Лекс оставалось лишь выдохнуть, закрыв глаза: — Спасибо. Я не думал, что буду рад услышать такое. Что хоть кто-то узнает об этом. — Да я и сам не ожидал, — пробормотал Кларк. — Тебе… Тебе купить снотворное или что-то в этом роде? — Ты не позволишь мне переборщить с успокоительным, а именно этого я хочу, — честно признался Лекс и наконец поднял голову, демонстрируя Кларку позорно заплаканное лицо. Он заслуживал его увидеть, как казалось Лютору, который уже не в силах был что-либо скрывать. — Боже мой, Лекс, — только и выдохнул Кларк, прежде чем осторожно начать вытирать мокрые щёки. — Всё хорошо. Слышишь меня? Этот урод мёртв и больше ничего тебе не сделает. Никто не сделает. Я обещаю. — Меня будет защищать Супермен? — Лекс не должен был всхлипывать на этих словах. Он уже успокоился, почему же всё пошло по второму кругу? — От всего мира? Я не заслуживаю этого, ты же знаешь, Кларк. Я не котёнок на дереве. — Но ты человек, который чертовски сильно нуждается в помощи, — Кларк обхватил его лицо руками. — И мне плевать на остальное. Александр заворожённо смотрел в глаза пришельца и был готов поклясться, что разглядел в них нечто совершенно необычное — искреннее желание помочь, но он был не достоин этого. — Однажды ты пожалеешь об этом. И я, скорее всего, буду в этом виноват. Кент отрицательно покачал головой. — Замолчи, Лекс. Я всё равно не передумаю. — Ты тоже упрямый, — слабо улыбнулся парень и плавно прикрыл глаза, тихо выдыхая, — а ещё обо мне что-то говоришь. Кларк отчего-то почувствовал себя ещё хуже, и вместе с тем притянул Лютора, вновь крепко обнимая подрагивающего парня. — В чём-то мы похожи, — вдруг сказал Кент, прежде чем постараться сменить тему. — Так тебе всё же принести снотворное или успокоительное? Твой пульс ещё учащен. — Полетишь мне за таблетками? — усмехнулся Александр. — Это самая искренняя бесплатная забота в моей жизни. Как я могу отказаться? «Наконец-то появится возможность хотя бы начать обдумывать происходящие», — мелькнуло в голове Кларка, когда он плавно отстранил от себя Лекса. — Посиди здесь, — пробормотал не к месту криптонец, поднявшись на ноги. Больше он не мог находиться рядом с Лютором и тем более слышать его. Кларк вылетел из каюты на скорости и, не сбавляя, помчался в одну из самых дальних аптек США, чтобы элементарно попытаться успокоиться за отведённое время. Пьяный папаша Лютора до ужаса напомнил Кенту собственное поведение не так много месяцев назад. Он так же грязно обошёлся с ни в чём не повинным человеком. По крайней мере, Кларк внезапно забыл о любых преступлениях парня. Лекс Лютор не мог больше казаться ему тем злобным, едва ли не взбешённым злодеем. Он всего лишь жертва монстра, которого… сам же и остановил. Когда Кларк вновь вспомнил признание Александра в убийстве, то резко остановился в воздухе. Он не мог обвинить Лекса в этом. Лютор защищался, да и, в конце концов, тот человек заслужил чего-то намного хуже! Кент оправдывал Лекса, сам того не замечая и не обдумывая. Супермен пребывал едва ли не в состоянии транса, когда вернулся на корабль с таблетками, которые немедленно дал Александру. Они обменялись несколькими словами, которые Кларк пропустил мимо ушей и поспешил уйти к себе. Он не мог смотреть на Лютора, не мог говорить с ним. Он был не достоин этого. Успокоительное помогло, и в дальнейшем ночь прошла без каких-либо проблем. Но утро встретило Лекса совсем другой безрадостной картиной. Сказать, что Супермен игнорировал его, значило бы немного погрешить против правды. Криптонец всё же не делал вид, что на месте парня пустое место, но и не удостоил Лютора ничем, кроме сухого, сдержанного «доброе утро», что никак не могло радовать Лекса. Он не знал, что Кларк банально запутался, да и тот не горел желанием пояснять это Александру. Супермен прекрасно понимал, что жалеть Лютора после всего произошедшего между ними — последнее дело, но избавиться от дурацкого чувства уже не мог. Оно засело глубоко внутри его души и громко пищало, требуя чего-то несуразного. Кент боялся сделать Александру ещё больнее, чем тому пришлось по жизни. Панически боялся навредить, и поэтому невольно сошёл на сухость, полностью погрузившись в себя. Он молча, на автомате готовил завтрак, думая о чем-то своём. Лекс смотрел на механически работающего пришельца и с каждой секундой ощущал, как в нём нарастает паника от осознания того, чем обернулась ночная искренность. Супермен избегал его, показательно отдалялся, и означать это могло только одно — презрение. Вполне логичная реакция на слабость, что демонстрировал парень все время своего пребывания на корабле. Вчерашнее признание, вероятно, лишь стало последней каплей для терпения криптонца. — Я думал ты смелее и можешь всё высказать в глаза, — Лекс решил услышать всё сам, чем мучиться догадками, — или я такого не заслуживаю? Кларк как раз развернулся, собираясь было подать еду к столу, но внезапная реплика Лекса заставила его изумленно моргнуть. — Что? — Кент будто резко вернулся в реальность. Да и то не до конца. — Что ты сказал? — Если презираешь меня, так и скажи, — объяснил Александр, сквозь зубы. — Но просто игнорировать — это слишком! — Презираю? — изумлённо посмотрел на него Кларк. — Я не презираю тебя. С чего ты взял? — Это третья фраза, которую ты произнёс за это утро, — Лекс упрямо смотрел исключительно на стол перед собой, не в силах взглянуть на пришельца. — И первый раз ты на меня посмотрел. Криптонец наконец вспомнил свою цель и подошёл к столу, поставил рядом с Лексом омлет. — Прости, — только и выдавил из себя Кларк. — Я задумался. Слишком задумался. — Ты игнорируешь меня, — покачал головой парень, — и очень демонстративно. Разве что не смотришь как на пустое место, но и без этого всё ясно. — Лекс, я не… Чёрт. Я не знал, что ты так отреагируешь, — вздохнул Кларк. — Извини. — Просто выскажи мне все, что обо мне думаешь, и покончим с этим. Я же тебя раздражаю, так зачем себя мучить? Кларк осторожно присел на соседний стул, не сводя взгляда с Лютора, чей пульс снова стал стучать в ушах криптонца, вынудив того поморщиться. Слишком громко. — Не раздражаешь, Лекс. Ты не вызываешь у меня никаких негативных эмоций. — Ты просто так меня игнорируешь, конечно, — съязвил Лекс, — без задней мысли. Да во всей твоей фигуре написано острое желание поскорее избавиться от моего общества. — Это не правда, — уверенно произнёс Кент. — Я просто… задумался сегодня. На достаточно неприятную тему. Наконец Лекс всё же поднял голову, чтобы посмотреть на Кларка полными недоверия глазами, а заодно убедиться, что криптонец его не будет обманывать. — И что же могло тебя так взволновать, что ты не замечаешь ничего вокруг? Супермен позорно отвёл взгляд. Только озвучивать свои мысли Лютору не хватало. Нет, это уже слишком. — Тебе не нужно это знать, — попытался нелепо вывернуться Кларк. — Правда, Лекс. — Потому что я прав? — Супермен только подтвердил все подозрения Лекса и то, что он всё отрицает, сделало ситуацию только паскуднее. — Только почему ты это не скажешь прямо? Слишком идеален для этого? — Я вовсе не идеален, — фыркнул Кент. — Наше знакомство это только подтверждает. — Что? — такой ответ и правда удивил Лекса, он не вписывался в ту картину, что он успел себе создать. — Твоё явление миру оставляет желать лучшего, но оно не касается лично меня. — Я был пьян на том чёртовом вечере, — криптонец с трудом подавил желание взять Лекса за руку. — У меня… возникла весьма неприятная параллель с твоим отцом. Изумление на лице Лютора было крайне красноречиво. Он просто не мог представить, что Кларк думает о таком. — Ты хочешь сказать, что думаешь… — Лекс развернулся к криптонцу, смотря ему прямо в глаза. — Что ты поступил так же, как он? — Да, — выдохнул Кент и потёр виски. — А как мне ещё думать? — Но почему? По-твоему, теперь любой, с кем я пересплю, будет похож на него? — Нет. Но я тоже был пьяным, — неохотно ответил Кларк. — Ты серьёзно? — выдохнул Лекс, явно расслабившись и едва ли нервно не рассмеявшись. — Это точно не объяснение, чтобы просто отделаться от меня? — Я тебя не хочу обманывать, — покачал головой Кент, а затем бросил быстрый взгляд на парня. — Настолько мелочная проблема? — Не знаю. Если это тебя волнует, может и важно. А собственно, почему это тебя волнует? Только потому, что ты был пьян? — И потом обошёлся с тобой не самым лучшим образом, — кивнул криптонец. Поверить невозможно, что они оба сидели на криптонском корабле и обсуждали такие вещи, которые трудностью назвать можно было с натяжкой. Кларк прекрасно понимал, что всё не должно быть так. Лекса давно следовало вернуть домой, а лучше вообще не похищать, но он перестал об этом просить уже очень давно. Любопытство Александра наверняка держало его здесь не хуже Супермена, однако за этим скрылось что-то большее. — Потом мы просто потрахались, — мрачно возразил Лекс, стиснув кулаки. — И мне пришлось тебя уговаривать. Мне тебя. Чувствуешь разницу? Кларк задумался, а затем перевёл взгляд на Лютора и медленно кивнул. — Да. Да, ты прав. Чёрт. Мне нужно меньше думать. — Или думать о чем-то другом, — кивнул Александр. — Ты правда решил, что ничем от него не отличаешься? Ты? Поверить в это не могу! — В моей голове каша с того момента, как ты оказался здесь. От меня не стоит ожидать логичных мыслей сейчас. Особенно сейчас. Очень хотелось бы сказать, что мыслить не всегда было сильной стороной Кларка, но Лексу хватило ума сдержать неправдивую издёвку, вместо этого он решился высказать пришельцу. — Я бы сказал, что это пугает, но врать не хочу. Меня больше испугало бы твоё презрение. — Я не могу тебя презирать. Ты этого не достоин, Лекс. Врать себе Кларк искусно научился, особенно за последние месяцы, но теперь эта ложь сладко вливалась в его сердце и крепко сжимала жёсткую бьющуюся мышцу. Она превращалась в истину. — Я бы меня презирал, будь я на твоём месте, — пожал плечами Александр, — или ненавидел. Сужу тебя по себе и постоянно ошибаюсь. — А ты и не должен угадывать. Мы с тобой совершенно разные, — не сдержал лёгкую улыбку Кларк. — А как ещё можно понять другого человека? — фыркнул он. — Только предугадать его поступки и использовать это против него. — Не обязательно использовать что-то против человека. Иногда достаточно жить, как и все нормальные люди. — Разве в это словосочетание люди не вкладывают именно то, что я сказал? Все люди используют друг друга, просто кто-то делает это успешнее. — Неправда, — покачал головой Кларк. — Я знаю многих, не подходящих под твоё описание. — А я таких не знаю. Наверно, это зависит от того, кто смотрит на проблему. Я вижу мир хуже, чем он есть, или ты видишь его лучше? Кент был вынужден неохотно признаться: — Мы никогда не узнаем правду. Однако ты явно видишь все значительно хуже, чем оно обстоит. — А ты временами слишком идеален для этого мира, — вдруг улыбнулся Лекс, даже не подумав себя сдержать. — Настолько, что это становится проблемой. Мне правда сложно было поделиться этим, а твоё поведение… это было слишком. Кларк осторожно взял Лекса за руку и слабо сжал длинные пальцы. Он не знал, зачем сделал это, и вряд ли хотел знать. Почему-то коснуться Лютора было важнее, чем попытаться найти причину. Лекс слегка вздрогнул от прикосновения, но не стал одёргивать руку. — Прости меня, — тихо произнёс криптонец. — Я понятия не имел, что это так тебя заденет. — Я сам должен извинятся. Не вправе требовать от тебя объяснений. — Ты заперт у меня на корабле, — горько усмехнулся Кларк. — Пожалуй, именно объяснения ты имеешь право требовать. Лекс стиснул пальцы Кента и немного подался вперед: — Это тоже сложный вопрос, Кларк, — тихо сказал он. — Всё… Всё, что между нами — сложно. И ответ может нам не понравиться. — Так давай и не будем его искать, — просто произнес криптонец, никак не отреагировав на движение парня. В голове отчаянно билась мысль о том, что это глупая идея, но Лекс отбросил её и быстро преодолел остаток расстояния, что был между ним и Кларком, ради прикосновения его губ к своим. Лучшего ответа парень просто не нашёл и не хотел искать, потому что боялся — Кент снова оттолкнёт его. Отчаянное действие намного приятней слов. Будто ты просто сделал это и забудешь, если всё провалилось. Но шли секунды, а Кларк ничего не предпринимал. Он не отпихнул Александра, даже не подумал об этом. Криптонец отключил голову, чтобы противные мысли не заставили его отвлечься от главного; Кент сильнее стиснул пальцы Лютора, в конечном итоге переплетая их со своими, и подался вперёд, мягко отвечая на поверхностный поцелуй. Именно он заставил Лекса осмелеть и углубить поцелуй, который до этого был почти жестом безысходности, но теперь получил совсем новое значение. Казалось, мысли Кларка окончательно куда-то улетучились вместе со здравым смыслом. Он целовал Лекса, не заботясь ни о будущем, ни о чём-либо ещё. В какой-то момент свободная рука легла на затылок Лютора, ласково скользнула к вискам. В ответ парень придвинулся ещё ближе и обнял пришельца за плечи, пока не рискуя перебраться к нему на колени, хоть так было бы намного удобнее. Кларк будто прочитал его мысли и сам перетащил его к себе, крепко обняв Александра за талию. Их поцелуй становился только грубее с каждым мгновением, и оба негласно признавали в нём, что оторваться друг от друга будет практически невозможно. Сердце Лютора безумно быстро билось в ушах Кларка, только подталкивая его продолжать терзать губы Лекса. Сам же Александр просто сдался в плен своим чувствам. Может, и мимолетным, как ему хотелось думать, но слишком ярким и завораживающим. Дыхание начало сбиваться от забурливших чувств, и Лексу было необходимо прекратить вихрь охвативших их эмоций, но разорвать поцелуй, когда Кларк перехватил инициативу, казалось просто кощунством. Тепло Лютора, пульс Лютора, губы Лютора — всё это вместе создавало невероятный коктейль ощущений, который Кларк жадно пил и не хотел отрываться. Вряд ли бы он действительно это сделал, если бы не необходимость Лекса отдышаться хотя бы несколько секунд. Он прекрасно понимал Александра и сам его отстранил, позволяя перевести дух. — Что… — Лекс обнял Кента за шею и смотрел прямо в глаза. — Что происходит, Кларк? — Так хочешь поговорить об этом? — прошептал ему в губы криптонец. — Или молча продолжить? — Молча продолжить, — выбор Лекса был очевиден, и он впился в губы пришельца, на этот раз совсем не неуверенным поцелуем. Неизвестно, сколько бы они ещё могли не отрываться друг от друга, если бы не реальный мир, совершенно внезапно вспомнившийся Кларку. Он прервал поцелуй и, рвано дыша, тихо произнёс: — Мне нужно на работу. — Ты Супермен, — жалобно и разочаровано протянул Лютор, не размыкая объятий. — Зачем тебе работа? — А жить я на что буду? — усмехнулся Кларк. — Слезай, Лекс. — Я тебя содержать буду! На дырки от бубликов, — неуверенно улыбнулся бывший миллиардер. — И у меня ни шанса тебя переубедить? — всё же уточнил погрустневший парень, сопротивляясь до последнего. Он выглядел совсем иначе, каким обычно позволял себе быть только с Кларком Кентом, и когда Супермен понял, что наконец во всей красе увидел Лютора, который ему действительно нравился, то слабо улыбнулся. Лететь в пропасть они уже начали давным-давно, оставался лишь вопрос: когда наконец попытаются вместе спастись? Но никто из них даже не думал о спасении, бездна внезапно стала прекрасной. Кларк мягко взъерошил волосы Лютора, а затем легко поцеловал в уголок губ, думая лишь о том, что происходит какая-то несусветная чепуха, но останавливать её не хочется. — Я ведь в любом случае вернусь вечером. — Я бы предпочёл, чтобы ты просто не уходил, — фыркнул Лютор, всё же вставая с чужих колен. — Но раз ты хочешь работать больше, чем меня, что я могу с этим сделать. — Александр Лютор, — устало вздохнул Кларк, — не вынуждай меня оставаться здесь и потом снова получать угрозы увольнения. Дела и так не особо хорошо идут. — Меня может вообще лишили всей собственности, но я же не жалуюсь, — шуточно возмутился Лекс. — Лети уже, обломщик. Кларк хотел было ответить так же весело, но совершенно не вовремя осознал, что сейчас произошло. Он целовался с Лексом, и это было единственное событие за много месяцев, которое супергерой не хотел бы менять. Ему понравилось это. А сам Лютор выглядел непринуждённым, счастливым, но он явно не хотел обсуждать произошедшие, как и сам Кент. — Вернёшься, и всё снова станет твоим, — пожал плечами Кларк и поднялся со стула. — Уверен, ты этого добьёшься. — Дождаться тебя более реально, — хмыкнул Лекс. — Если уж оставляешь меня скучать одного, то могу я получить инструменты и энергию, необходимые для работы лаборатории? Довольно безобидная просьба на взгляд Кларка, поэтому он не видел причин для отказа. Он быстро кивнул, поднялся со стула и направился к выходу из кухни, но уже на пороге обернулся и вопросительно поднял бровь: — Пойдёшь со мной или наконец поешь? — Зависит от того, куда ты идёшь, — ответил Александр. — Махать тебе вслед я не намерен. — Включать энергию. На твой вариант я даже не подумал, но идея соблазнительная. — Вот теперь предложение звучит заманчиво, — поднялся из-за стола Лекс. — Еда от меня не убежит. — Почему-то я даже не сомневался в твоём выборе, — усмехнулся Кларк и побрёл дальше, размышляя лишь о том, что они оба сделали что-то совершенно неправильное, но безумно приятное.