Трое в лодке (не считая призраков)

- Надо же, как забавно это получилось, - как-то раз в пространство сказал Кайл. Он смотрел на огонь, и оранжевые отблески танцевали в его глазах - эти глаза походили две зеркальные стены, отражающие окружающий мир, но надежно скрывающие то, что было за ними. - Ваш покорный слуга имеет дерзость сказать, что мы спутники. И каждый что-то ищет... Совпадение ли? Кирри забурчал что-то, имеющее крайне недружелюбное значение, и тоже уставился на костер. Пламя тонуло в глубине его глаз и захлебывалось там же, не смея отражаться, а сам Волчонок полагал необходимым демонстративно проигнорировать слова Странника. Он считал ниже своего достоинства показать, как важно для него то, что он ищет, и как сильно он устал тыкаться в поисках ответа, как слепой котенок. Ирина, до этого увлеченно втолковывающая что-то, абсолютно безразличное высокомерной подруге, Селли, вздрогнула и подняла голову, впрочем, почти тут же скорчив грустную гримаску. Она никогда не пыталась замаскировать проявление своих эмоций, напротив, будто нарочно усиливала их до абсурда и шутовства. Ночь была недружелюбная, а темнота - такая же выгоревшая, как и небо днем. Даже про сияние звезд нельзя было сказать, что оно было величественно и прекрасно, ибо оно было вполне обыденно. Воздух пах остывающей землей и прелыми листьями. - Да, - отстранено подтвердил этот странный человек. Как и всегда в такие моменты, катана была отстегнута от пояса и лежала у него на коленях. - Вы все ищете тех, кого любите, - он улыбнулся. Вежливо, но вместе с тем безэмоционально. - И лишь один ваш покорный слуга ищет того, кого ненавидит. Вот теперь взгляды всех присутствующих (разумеется, за исключением Рин, которая просто повернула голову) обратились к Кайлу, и каждый в разной степени выражал недоумение. Все настолько привыкли ощущать в его эмоциях бесцветный туман вежливой доброжелательности, скрывающий их искренность или неискренность, что, столкнувшись с таким открытым заявлением, были несколько обескуражены. Странник оставался загадкой. И это был первый раз, когда он сказал о себе что-то совершенно определенное. - Кайл-сан, - решилась уточнить Ирина, зябко поведя плечами. - Зачем же вы ищете того, кого ненавидите? - Ну, мне кажется, это очевидно, Ирина-сама, - он опять-таки приподнял уголки губ, но эта улыбка вышла совсем уж холодной. Будто серый туман на секунду рассеялся, демонстрируя миру, почему необходим. - Чтобы убить его, конечно, - ни голос, ни даже дежурно-деликатный тон не изменились ни на йоту. Только в глазах того, кого они знали как Странника, на секунду блеснул стальной отблеск, который тот поспешил спрятать, опустив взгляд на потертые ножны. - Вот уж не ожидал, что ты у нас мстительная кровожадная тварь, - фыркнул Кирри, не выказывая ни капли трепета или удивления. - И ты правильно делал, что не ожидал, ибо ожидания не могли бы оправдаться, - весьма витьевато последовало в ответ. - Ваш покорный слуга ненавидит того, кого ищет, это правда. Но убить он собирается не из мести, а потому что это его долг. Тот человек, кого он ищет... нет, даже не так. То создание соткано из Тьмы и Смерти, само его существование противоестественно, Жизнь его отвергает, потому что одним своим присутствием оно разрушает эту жизнь. Скромный странник терпеть не может бои и насилие. Но как только он найдет это создание, - он осекся и договорил, так и не позволив эмоциям найти естественное проявление. - Он его уничтожит. Этим клинком. А до сего момента Странник никогда не обнажит свой меч, - Кайл поднял глаза и дружелюбно улыбнулся. - Понятно теперь, Кирри-сан? - Я совсем тупой, по-твоему? - немедленно взбеленился Волчонок. - Ну как сказать, - едва слышно пробормотал Кайл, делая вид, что надеется, что его не услышат. - Чего это ты там вякнул?! - Ребята, ребята! - замахала руками Ирина, рискуя подпалить себе рукав. - Не надо, однако, ссориться только, пожалуйста! Не из-за чего? - Ты только и горазд, что толкать заумные речюги, а на деле вечно пальцем о палец не ударишь! - Ваш покорных слуга признает, что за ним водится подобное прегрешение, он слегка ленив, - самокритично признался он, слегка разведя руками. - Но одновременно берет на себя дерзость заметить, что когда он проявляет способности к переговорам, переходить к делу нет нужды. Это несколько оправдывает его, разве нет? Ночь была темна, мутный серп луны рисовался размыто. В ночном воздухе, несколько посвежевшем, но все еще душновато-теплом висел мрачный призрак приближающейся грозы, до которой оставалось все меньше времени. Терпение природы далеко не бесконечно.

***

Ирина уже давно заснула, обнимая во сне свою горделивую подругу, огонь несколько умерил свой пыл, а время неуклонно шло к самому тихому и безжизненному предрассветному часу. Только деревья недовольно скрипели, будто тайком, пока их никто не слышал, жаловались друг другу на несносную погодку этого жаркого лета, на тяготы своей судьбы и человеческую глупость. А может быть, их просто пугала приближающаяся гроза. - Ты чего не спишь, умник? - Кирри широко зевнул, продемонстрировав на сей раз необычность своих зубов яснее ясного, и довольно бесцеремонно плюхнулся рядом. - Скоро вставать уже. - Скромный странник занимается тем, что вам не по силам, Кирри-сан, - пробормотал Кайл, нисколько не изменяя своего положения. Создавалось впечатление, что он совсем не двигался с того момента, как уснули остальные. - Он размышляет. - Чего там вякнул?! - Будьте любезны, потише, Ирину-сама с Её Вреднейшеством разбудите, - он вздохнул и повел плечами. - Тревожное чувство мешает заснуть. - Надо понимать, оно связано с тем, что за нами кто-то прется, - невозмутимо предположил юноша, закинув руки за голову. Уловив мимолетную перемену в выражении собеседника, он оскалился. Самоуверенно и совсем по-волчьи. - Ну дела, я-то думал, ты знаешь, умник. - О таких вещах принято говорить, Кирри-сан, - мрачно отозвался тот. - Если это не шутка, то подобные обстоятельства и в самом деле служат неприятным сюрпризом вашему ничтожному спутнику. А вам не помешала бы хоть самая капля рассудительности... - Да не боись ты, - раздраженно перебили его. Глубоко-зеленые, жутковатые темные глаза на секунду сверкнули во мраке. - Это не те типы, которым что-то надо от Рин. Это один человек. Чертовски тихий и чертовски осторожный. На самом деле было бы странно, если бы ты сумел как-то догадаться о её присутствии: тогда бы я всерьез задумался, человек ли ты вообще. Она идет за нами уже около двух недель. Некоторая перемена в стиле речи собеседника не удостоилась внимания Странника. Он лишь невозмутимо поднял бровь и спокойно уточнил: - "Она"? - Да. - Вы можете предположить, что ей нужно? - негромко поинтересовался Кайл. Он никак не выразил удивления, негодования или досады, только продолжал смотреть на тлеющие угли. - Предположить - могу, - Кирри фыркнул, и его глаза лукаво сузились. - Она пытается выгадать момент, когда ты будешь отдельно от нас. Значит, скорее всего, либо поговорить о чем-то весьма важном... либо же это очень осторожный и очень добрый убийца, который не хочет, чтобы под удар попали лишние люди, - на последнем слове он как-то неловко осекся, но закончил с той же презрительной насмешливостью. - В лице нас. На несколько тяжелых мгновений повисло молчание, пытающееся заполнить собою все окружающее пространство. Неопределенное, странное молчание, как раз из тех, до значения которых участники разговора зачастую не могут додуматься. Странник еще раз вздохнул, как-то немного расстроено (для него это было равноценно: "Как же вашему покорному слуге неохота...") выдохнул, взял в руки ножны и поднялся, лениво потянувшись. Кирри проследил за этим движение практически без интереса: - Пошел предоставлять ей шанс? - насмешливо уточнил он, складывая руки на груди. - Ваша правда, - уныло подтвердил Кайл.

***

Это была очень хорошая атака. Быстрая - почти молниеносная, бесшумная, вне всяких сомнений весьма профессиональная. Случись здесь поблизости человек, для которого темнота не была бы помехой, он бы описал происходящее так: "Когда на этого юношу бросилась черная тень, он за сотую часть секунды растаял в воздухе и снова появился в нескольких шагах". Кайл обернулся, сужая глаза, и тотчас же будто снова исчез, уворачиваясь от следующей атаки. Когда вторая попытка нанести удар провалилась, черная тень прекратила их и превратилась в человеческий силуэт. - Неплохо, - раздался её бесцветный женский голос. - Я бы даже сказала, что впечатляет. "Пляска Демона", да? Очень сложная техника. - Ваш покорный слуга смеет заметить, что он тоже весьма впечатлен, - хоть он и говорил в той же самоунижающей манере, в голосе зазвенела настороженная твердость, которую было затруднительно ожидать от Кайла. - Вы, преследуя его, оставались незамеченной так долго. Почту за честь, если вы представитесь. - Меня смущает твоя речь, - она говорила негромко и сухо, но четко, будто печатала каждое слово. - Не следует ли говорить, как это подобает, Ва?... - Странник говорит так, как ему подобает, - мягко, но бескомпромиссно отрезал тот. - Употребление титула, который вы намеревались произнести, абсолютно неуместно, ибо сейчас его носит другой. Так кто вы? - Сирена. Охотница Хрустальной Госпожи, - она подбросила в руках кинжал, поймала, отточенным движением убрала в ножны и вышла на то место, где мутный лунный свет давал возможность разглядеть хоть что-то: в данном случае поджарую тонкую фигуру, облаченную в мужскую одежду, и светлые волосы, почему-то собранные в два хвоста. - Я наблюдала лишь за тем, чтобы точно убедиться. Просто мне представлялось, что ты старше. Кайл тяжко вздохнул, пристегивая ножны обратно к поясу. - Движения вашего покорного слуги выдают его, - с досадливой горечью заметил он в пустоту. Сирена поймала непроницаемый взгляд и ответила приблизительно таким же. - Это самый серьезный недостаток "Пляски Демона". Когда ты овладел этой техникой, тело уже не может двигаться иначе: помедленнее, например, более неуклюже... - Кайл покачал головой. - Нет, все-таки надо с этим что-то делать. - Я от Хрустальной Госпожи, - по-прежнему негромко и безэмоционально, но с еще более увеличившимся нажимом повторила Сирена. Странник осекся. - Кристина, - с какой-то невероятной смесью жгучей нежности, трепета и печали на выдохе произнес он это имя - так, как говорят о святых, как говорят, не зная, достойны ли чести произнести это слово. Но створки захлопнулись молниеносно. - Отрадно для вашего покорного слуги. Скажите же, как поживает прекрасная Принцесса Стекла? - Королева, Странник, - не меняя интонации, поправила угрюмая собеседница. - Она теперь королева. Венчание было три года назад. - Счастлив слышать сие известие. Буду весьма признателен, если вы предадите слегка запоздавшие поздравления вашего покорного слуги, - дружелюбно улыбнулся он. Кажется, впервые за все время разговора уголки губ видимо беспристрастной охотницы едва заметно дрогнули, а тонкая бровь приподнялась. Чуть-чуть, практически невоспринимаемо. - В самом деле? - невесть зачем уточнила она. И, не дождавшись ответной реплики, продолжила говорить. - Хоть я ношу одежду и титул охотницы, Её Величество - мой друг. Я её знаю. И знаю, что она очень тоскует по тебе. - Я по ней тоже, - пробормотал Кайл, еще более понизив голос. - И что же? - Она наверняка будет счастлива увидеть тебя в Глассере. - Это ни к чему, - доброжелательно пожал плечами Странник. - Обстоятельства сейчас не такие, какими были когда-то. Кроме того, она состоит в браке - незачем нам лишние искушения. Все осталось в прошлом. - Но она тоскует, - все так же твердо и непоколебимо, будто это был не подлежащий никаким сомнениям аргумент, в третий раз повторила охотница. - Её Величество говорила, что судьбой была предназначена тебе, а ты - ей. На твоей шее все еще весит её любимый амулет, Лунная Слеза. - она встряхнула такими неуместными в общем угрюмом облике хвостиками и цокнула языком. - Ну да ладно, не мне лезть в тонкости ваших взаимоотношений. У меня, в общем, своя собственная цель. Но Хрустальная Госпожа просила, если я вдруг встречу на своем пути тебя, передать тебе послание. Я сделаю это и не больше. - Благодарю, - вежливо, но вместе с тем непоколебимо отозвался Кайл. - Это большая честь для вашего покорного слуги. Но Госпожа несколько перевирает, ибо она была предназначена не тому, кто сейчас зовется Странником. Но если вы к ней вернетесь, охотница, ваш покорный слуга смел бы просить передать ей, что он помнит её каждую секунду своего существования.