Лея Вейдер

*** Джобал сидела в своих новых покоях, попивая ароматный мандалорский кафф, и впервые за долгое время чувствовала себя "на своем месте". Палпатин был прав — если она действительно хотела чем-то помочь родной Галактике, то ей просто необходимо быть в курсе того, что происходит, и кроме того, люди должны "знать своих героев в лицо". Как и во всем, что предлагал Император, и у этой фразы был двойной смысл. Будучи представителем планеты Набу, которая официально высказывала лояльность Империи, но на деле всеми силами поддерживала Альянс повстанцев, Джобал, становясь советником Шива Палпатина, ставила под сомнение и так не простую позицию своей планеты. После "предательства" Альдераана, такое поведение однозначно внесло бы зерна смуты в отношения Набу и Альянса, а этого как раз и добивался Шив. Кроме наличия любимой женщины рядом, разумеется. Но сейчас, сидя в огромном кресле за резным столом из черного дерева, Джобал понимала, что поступила правильно. Люк и Лея попали в самое настоящее гнездо сарлакка. Им необходима будет поддержка. Особенно внучке. "Интересно, Шив уже подбирает кандидатуры на ее замужество?" — перебирая пальцами ожерелье из редкого золотого жемчуга, подаренное Императором, думала она. "Бедная девочка еще не подозревает, какие ранкоры сцепят пасти в борьбе за нее. А впрочем, все женщины рода Наберри делали выбор самостоятельно, по велению сердца, и плевать хотели на предпочтения других." И что-то подсказывало Джобал, что ее Лея не станет исключением... *** Камера для медитаций была одним из немногих мест, где Темный лорд мог спокойно подумать. А ведь было о чем. Воспоминания о Падме всегда были связаны с ненавистью, яростью, виной, бессилием из-за того, что он так и не смог ее спасти. Он искал забвения в войне, освобождения - во Тьме, спокойствия в холодной бездне космоса. Дарт Вейдер был одержим местью... но меньше всего он вспоминал о своей любви к Ангелу. То ли от того, что ее уже не было рядом, то ли потому, что боли он пережил в разы больше, но бывший Энакин Скайуокер и правда забыл, ради чего много лет назад он перешел на Темную сторону, но теперь многое открылось его израненному сердцу... ...из воспоминаний Кеноби... — Энакин... где он? — слабым голосом простонала Падме. — Успокойся, дорогая... его больше нет. Этот ситх больше не потревожит тебя... никогда! — Что?... ты... ты с ума сошел, Оби-Ван? Что ты сделал с ним? — большие карие глаза сверкали неподдельным ужасом. — Он мертв, Падме. Тьма погубила его... — спокойно ответил Кеноби. Бледная, как простыни больничной койки, женщина закрыла глаза, а через секунду ее крик пронзил тишину палаты. — Неееееет!... Оби-Ван схватил ее за плечи, пытаясь разобраться, что происходит. Сила вопила тысячами голосов, а сама Падме чувствовалась в ней необычайно ярко. Когда девушка открыла глаза, они сияли расплавленным золотом, а губы исказила злая улыбка. — Он жив, Оби-Ван, — ее голос был елейным и холодным, — и он ведь гораздо сильнее, чем ты думаешь... — она почти шипела и извивалась, словно змея. Джедаю внезапно стало тяжело дышать, как будто на шею набросили удавку. — Энакин... — прошептала она. — Ты выживешь!... Кеноби тщетно пытался сбросить удушающий зах­ват, ко­торый, од­на­ко, был слиш­ком сла­бым, что­бы ли­шить жизни, но достаточным, чтобы причинять ощутимый дискомфорт. Пространство палаты вибрировало, несколько медицинских дроидов взорвались, образовались вмятины на дюрасталевых стенах, а звон разбитого стекла звучал повсюду. В Силе словно сверхновая взорвалась — ничего подобного джедай в жизни не ощущал. Сейчас он ясно видел, как связь его бывшего ученика и некогда прекрасной королевы сплелись воедино, усиливаясь многократно и заполняя собой пространство, невзирая на расстояние в сотни световых лет. "Она тоже одаренная, — страшная догадка пронзила Оби-Вана. — И если это не остановить, Вейдер не просто выживет — ситхи станут непобедимы! Бедная девочка даже не представляет что делает." Вопрос, откуда у Падме такой потенциал и почему такая сила пробудилась именно в эту ночь, Кеноби малодушно упустил, а ведь тогда ее сходство с Палпатином было почти очевидным, реальным. Принять решение было не просто — сердце джедая буквально разрывалось на части от осознания того, что ему сейчас придется сделать. Узы Силы разорвать невероятно сложно, а не погибнуть от боли, которая неизбежно за этим последует — еще сложнее. "Прости меня, Падме..." — шепнул Оби-Ван, хоть и знал, что она его не слышит. Он собрал весь свой покой и, погружаясь в Силу, начал медленно создавать кокон вокруг Амидалы, отрезая ее от всего живого. Связь с Энакином прервалась не сразу — новоявленная одаренная очень крепко держалась за своего возлюбленного, однако опыт магистра джедаев взял свое и нить, объединявшая их, дрогнув последний раз, оборвалась, а вся мощь, которой Падме подпитывала жизнь Вейдера, обрушилась на нее саму, вместе с невыносимой болью от разрыва связи... Прирожденная королева, Падме Амидала Наберри Скайуокер всегда была сильной. Она смогла бы выдержать и это, если бы знала, зачем. Если бы у нее была цель, достойная жизни. Когда связь оборвалась, она решила, что ее любимый мертв. Душа заполнилась холодной пустотой, а каждая клеточка тела вопила от боли. От горя. От невыносимой разлуки. И она сделала шаг в пустоту — за ним... — Энакин... я всегда буду рядом с тобой... — были ее последние слова. Кеноби смотрел на Падме и не мог ей помочь. Вернее, мог, и это было еще хуже. Джедай чувствовал, что Скайуокер еще жив, и одного этого знания было бы ей достаточно, чтобы не умирать, чтобы пережить эту боль. Но он был так же уве­рен, что те­перь, про­будив­шись, она дей­стви­тель­но пош­ла бы за сит­хом хоть в пасть к сар­лакку... Его прек­расная, чис­тая ко­роле­ва го­това бы­ла так сле­по сле­довать за пад­шим Из­бран­ным... "Нет! Этого нельзя было допустить! Я все сделал правильно..." — убеждал себя джедай, однако, помогало это слабо — по лицу катились горькие слезы. Он предал всех, кого любил. Всех, кто был хоть сколько-нибудь ему дорог. Он бы мог надеяться, что это конец, но где-то в глубине души ясно чувствовал, что жертва Падме была не напрасной. Теперь Дарт Вейдер выживет — всем назло, и его ненависть затопит Галактику. Ситхов уже не остановить... ... Падме, его Ангел, тоже была одаренной. Вейдер всегда подозревал это, но списывал яркость ее сияния на силу своей любви. Для него она была подобна солнцу. Солнцу, которое сгорело ради него, оставив после себя две звездочки, еще более яркие, чем она сама. — Я не забуду этого. Никому не забуду... — прошептал ситх, сжимая руку в кулак. — И позабочусь о наших детях. *** Мало что в Галактике, да что там, во всей Вселенной, могло расстроить Императора Палпатина. Просто потому, что все, что могло его расстроить — он уже предвидел и предпринял определенные меры. Однако то, что показал ему Вейдер из воспоминаний проклятого джедая Кеноби, поколебало душевное спокойствие даже матерого ситха. Его дочь пробудилась тогда. Невиданный выброс Силы, который, как думал тогда Сидиус, принадлежал его ученику, на самом деле был делом рук еще и дочери. Сарлакк всех подери, почему он ее не взялся учить? С чего решил, что сможет защитить ее всегда и от всего, а в остальном Сила будет только мешать ей? Тогда все решения казались правильными, обоснованными, но та роковая ночь нарушила все его планы. Самый большой провал, самая грубая ошибка, самая безвкусная симфония звучала именно в день рождения Империи. Какая ирония. Пришло время все изменить! И лучшая защита — это нападение. *** Император кружился хищно, словно птица, обманчиво легко уклоняясь от града мощных ударов Вейдера. Его не стесняла ни роскошная тяжелая мантия, ни, казалось бы, старческое тело. Ситх буквально парил над противником, используя в нападении сложнейшие приемы Атару*, чередуя их с Тракатой** — уклонением и включением светового меча в нужный момент, почти заставал противника врасплох, ставя на границу со смертью. Почти, потому что Темный лорд знал все фокусы своего учителя и не оставлял ему времени на маневры, а мощные удары Джем Со****, щедро подкрепленные Силой, отражали удары Владыки ситхов против него самого. Люк и Лея с замиранием сердца наблюдали за схваткой двух мощнейших адептов Темной стороны — мастерство и грация, четкость и сила, неожиданные выпады и чистая тактика. Когда Вейдер опалил широкий рукав мантии Палпатина, у старого ситха терпение закончилось. Он достал второй меч и перешел в Джуйо*****, осыпая ученика вихрем яростных ударов со всех сторон, которые, однако, Темный лорд, успешно отражал одним мечом, не забывая из другой руки щедро сыпать молниями Силы. Дарт Сидиус отбросил мечи и направил ударную волну в ученика, тот, однако, устоял и так же избавился от своего меча, выпуская потоки из обеих рук. Сила нарастала между ними, пока со свистом не взорвалась, отбросив обоих противников в стороны. Палпатин изящно приземлился на корточки, Вейдер же отлетел чуть дальше и слегка приложился об стену, но через секунду уже твердо стоял на ногах. — Мы тоже так научимся? — с восторгом спросил Люк. — Не сомневайся, многое из того, что тут было, ты сможешь повторить. Да и ты, Лея... — спокойно ответил Вейдер. *** Принцесса чувствовала, что весть об исчезновении, а значит, возможном полном уничтожении "Химеры" Трауна — неправда. Она сломала голову, думая о неожиданном маневре гениального стратега — что это было? Попытка уберечь корабль от разрушения? Утка, чтобы отвлечь противника и ударить в другой точке, когда этого ждут меньше всего? Или просто роковая ошибка? А может... предательство со стороны гранд-адмирала? Почему нет? Ни ситх, ни джедай не разберет, что у этого чисса на уме. Лея чувствовала определенную тревогу отца, хотя Император был предельно спокоен. Скорее всего, даже они не знали до конца, что задумал Траун, уводя свой флот в гиперпространство за 15 секунд до появления подкрепления, под аккомпанемент мощного взрыва. Аналитики говорили, что, скорее всего, ударная волна ушла в гипер, а значит, с огромным ускорением догнала их в точке выхода. Шан­сов вы­жить в этом слу­чае не бу­дет ни у ко­го, од­на­ко, взрыв та­кой мощ­ности про­пус­тить бу­дет невоз­можно. Впрочем, пока такого всплеска не было зафиксировано нигде, оставалось только ждать... Конфликт с муунами зрел давно — еще задолго до Империи. Веками банкиры тщательно выстраивали свое государство в государстве, и не считаться с их требованиями и законами становилось все сложнее. Мууны терпели Палпатина, потому что он терпел их. А еще чем-то они были похожи и по-своему даже уважали Императора. Однако расширение влияния Межгалактического Банковского клана не входило в планы ситха, в то время как постоянное развитие и скрытая экспансия были основной стратегией банкиров, без которой их система и вовсе могла рухнуть. Действуя исподтишка, в сговоре c наследниками давно обиженной Торговой федерации, они объявили о заморозке более 30% активов. Часть населения в этот период могла использовать только ничтожную часть своих средств, что, естественно, вызвало недовольство огромного количества разумных. Это была громкая манипуляция, которая, как они надеялись, привлечет внимание Императора и заставит его продолжить диалог в уже более конструктивной обстановке. Однако время они выбрали крайне неудачное — Дарт Сидиус познавал тонкости Темной стороны на Коррибане и был крайне не рад, что его отвлекают. После того как несколько лидеров Муунилинста внезапно стали мертвыми, а остальные ясно увидели, что с ними станет, если продолжат в том же духе, соглашение было достигнуто, а активы быстро вернули в оборот. Однако потомки Нута Ганрея то ли не обладали умом и сообразительностью, то ли хотели-таки отбить хоть часть кровных денег, заплаченных вперед мандалорским и не только наемникам, и совершили сразу два безумства: проникли на Муунилинст и захватили центральный офис Межгалактического Банковского клана, и параллельно нанесли несколько ударов по самым крупным военным базам Империи в этом секторе. Войска действовали удивительно слажено, и ситуация с захватом планеты муунов рисковала закончиться финансовым крахом для всей Галактики. Нужно было действовать быстро и решительно, но при этом аккуратно, что как раз в стиле гранд-адмирала Трауна. Официально он прибыл в сектор на своей "Химере" для проведения переговоров, неофициально - в нескольких парсеках находился внушительный флот, готовый применить силу в нужный момент, пока чисс отвлекает внимание на себя. Однако с самого начала все пошло не так. Связь с "Химерой" прервалась через несколько минут после выхода из гиперпространства, а пос­леднее, что сло­вили опе­рато­ры, был зап­рос о под­креп­ле­нии и координаты точек выхода для дальнейшего обстрела противника. Прибывшие силы под командованием адмирала Пиетта обнаружили, что на орбите Муунилинста висел неопознанный флот внушительных размеров, который не должен был быть там и следы огромного взрыва. И никакой "Химеры". Адмирал, мгновенно оценив ситуацию, действовал решительно и быстро - используя диспозицию, указанную Трауном, они провели серию точечных ударов, изрядно потрепавших противника, который явно не ожидал удара в спину. Неопознанные корабли начали один за другим нырять в гиперпространство, а остатки флота были окружены. Неймодианцы начали угрожать уничтожением базы данных банковского клана и требовали отступления имперских войск, но Звезда Смерти, которая так вовремя вынырнула возле Кейто Неймодии, охладила пыл предателей Империи. Разрушенная родная планета не стоит даже всех денег Галактики. Противник капитулировал полностью. *** ПРОШЛО 6 месяцев. Он пришел неожиданно. Заходя в свои покои, Лея чувствовала чье-то присутствие, однако страха не было, а своим ощущениям девушка уже привыкла доверять. Он сидел в кресле возле стола, все такой же безупречный — в белых перчатках. Обманчиво расслабленный, предельно решительный. Он пришел, чтобы услышать "да", другого он не примет. Траун разглядывал Лею с нескрываемым любопытством. Черный тренировочный комбинезон — не то же самое, что соблазнительное алое платье. Как и меч, висящий на поясе. Чисс не стремился нарушить молчание, наблюдая за реакцией своей принцессы на его неожиданное возвращение. Девушка же была потрясена. И рада. И немного напугана. А еще... Он резко поднялся с кресла и в три шага оказался рядом с Леей. Близко. Слишком близко. Еще секунда — и она была в его стальных объятиях, и жаркий поцелуй затопил сознание. Она попыталась отстраниться, но слишком слабо — он только сжал ее сильнее. Его настойчивые, властные руки были весьма убедительны в своих ласках — гранд-адмирал прекрасно знал, чего хочет. И, словно подтверждая свои намерения, легко подхватил девушку на руки и понес в спальню. Тело предательски тянулось к нему, жаждало ласки, извивалось в его объятиях, хотело большего. Она касалась его горячей кожи и с жадностью отвечала на его поцелуи. Разум кричал о том, что это неправильно, подсовывал воспоминания о том, какой она станет, если сейчас же не разорвет этот контакт. Что именно Траун уничтожит ее Альянс... Ее Траун... Он мастерски расправился с комбинезоном, и ее обнаженная грудь прижималась к плотной ткани адмиральского кителя. Легким движением он разрушил ее сложную прическу, позволив волосам тяжелой волной упасть на плечи. — И что ты решила, ммм?... - прошептал он, и запуская руку в волосы, слегка потянул назад, выгибая стройное тело вперед. — Да?... — нес­коль­ко не­выно­симо неж­ных по­целу­ев обож­гли шею, ли­шая пос­ледних ис­ко­рок соп­ро­тив­ле­ния. Вмес­то от­ве­та Лея с неж­ностью про­вела тон­ким паль­цем по его гу­бам... тем са­мым паль­цем, на ко­тором си­яло коль­цо с алым кам­нем. Выбор сделан — это начало конца. "Ну и ситх с ними: Альянс, Империя, Темная сторона, — думала Лея, растворяясь в сладостном желании, наполнявшем каждую клеточку тела. — Я и так пала слишком низко... А этого я по крайней мере хочу... " *** Утро встретило Лею неожиданно хмурой погодой на Корусанте и холодной, пустой постелью. Он ушел еще до рассвета, но пряный запах чисса остался на подушке. Это сводило с ума. Может быть... это был сон? Но нет, тело помнило каждое прикосновение, и сладкая нега раскатывалась волнами по нему. На столике рядом с кроватью лежал небольшой инфокристалл, активировав который, девушка обнаружила координаты планеты Фелуция во Внешнем кольце. Больше ничего. "И что бы это значило?" — теряясь в догадках, принцесса побрела приводить себя в порядок. Ей с братом предстоял сегодня непростой день — представление обществу, как наследников Дарта Вейдера и Императора Палпатина. Лея сжала кулаки в ярости. Если бы она могла сохранить все в тайне, то рано или поздно, возможно, даже привыкла бы к своей новой жизни, но Палпатин был категорически против — дочь он скрывал всю жизнь, а вот внуками хотел гордиться публично. Особенно Люком. Вчера, во время очередного неудачного спарринга с братом, принцесса в который раз поняла свою никчемность во владении световым мечом. Она не смогла противопоставить безупречным, мощным ударам Джем Со и яростным, внезапным атакам Атару Люка ничего, кроме бесконечных защитных блоков Соресу***, которые он все же пробивал минут через пять, когда Лея в очередной раз теряла концентрацию, злясь на саму себя за неумение контратаковать. Кто бы мог подумать, что из всех форм, для которых, как утверждал отец, она могла черпать силы из своих эмоций, ей удавалась лишь самая "джедайская", для которой девушке "покоя" не хватало катастрофически. Люк же каким-то чудом схватывал все на лету и даже однажды почти уделал Императора. Почти, потому что у Дарта Сидиуса всегда есть второй меч, о котором Люк попросту забыл — недооценил противника. Теперь у него есть шрам на левом плече, однако не похоже, чтобы брата это расстраивало. Довольно скромная цена за такой урок. Так вот, именно в этот вечер Лея почувствовала себя особенно остро ненужной в обществе таких талантливых одаренных, и всерьез раздумывала над тем, чтобы сбежать накануне этого ситхового представления обществу. Только не решила куда. А тут этот кристалл... весьма кстати. За Люка она теперь не боялась — брат очень силен и сможет за себя постоять в любой ситуации, а ей, в конце концов, не обязательно стоять у него на пути. К сарлакку этот Альянс... спрячется на планетке с хорошим климатом, будет пить ароматный чай — каф она уже несколько месяцев не пьет, так как Сидиус запретил, и был в этом весьма убедителен — и будет изучать языки других рас. Чеунх, к примеру. На это и жизни не хватит. Как и обычно, от тяжелых размышлений ее отвлекла открывающаяся дверь, и в комнату вошел Дарт Вейдер в полном облачении и с настроением ниже последнего уровня Корсусанта. Не к добру это. Совсем. К счастью, Лея уже была готова — все-таки благодаря Силе с таймингом у нее стало намного лучше. — Что случилось? Императору не понравился завтрак? Штурмовики провалили нормативы по стрельбе? "Исполнитель" ушел в гипер и не вернулся? Что наконец? — Лея по­пыта­лась на­рушить гро­бовое мол­ча­ние от­ца. — Все еще ху­же. Пой­дем, — су­хо бро­сил он. ______________ Стили фехтования на световых мечах: * Атару - Форма IV: Атару, также известная как «Форма Агрессии», являлась четвёртой из семи форм боя на световых мечах. Будучи агрессивным и быстрым стилем, Форма IV была очень эффективна против одиночного противника, но мало подходила для длительных боёв или для сражения в ограниченном пространстве. Хорошо узнаваема по характерным для неё акробатическим приёмам (применявшимся как для защиты, так и для нападения) и быстрым, мощным ударам. ** Траката - боевой стиль, предполагающий передвижение и защиту без применения Светового меча. В определенный момент боец включает меч, пронзая противника. *** Соресу - Форма III была наиболее «оборонительной» из всех известных форм фехтования. Образовывает вокруг бойца «дефлекторный щит» из быстрых, коротких перемещений меча вблизи тела, что обеспечивает лучшую защиту от стрелкового оружия. Приверженцы этого стиля изматывали агрессивного оппонента непробиваемой обороной с минимальным количеством контратак. Они ждали, когда соперник истратит все запасы своей энергии, и только затем переходили к атаке. **** Джем Со - Форма V была создана мастерами Формы III, считавшими свой стиль слишком пассивным и не одобрявшими затяжные поединки. Новый стиль сочетал в себе защитные движения Соресу и более агрессивные приёмы Макаши. Кроме того, Форма V, как ни одна другая форма фехтования, требовала от бойца огромной физической силы, ведь основной упор в ней делался на постоянное подавление противника. Один из основных принципов — использование атак противников против них же самих. ***** Джуйо - Форма VII похожа на Атару, так как использует высокую скорость и акробатические приёмы. Она также использует усиление ударов с помощью эмоций и в необходимый момент подключение Силы для одновременного ускорения и усиления наносимого удара. Джуйо - это бой в настроении, он использует самонастрой бойца. Удары в комбинации призваны дезориентировать противника, поэтому наносятся в комбинации и часто меняя угол атаки. Серия может идти из самых простых ударов, но их последовательность, постоянная смена цели атаки, могут застать врасплох даже самого опытного мастера.