Связные ароматом в листьях...

***

       В доме пахло иланг-илангом, сандалом и жасмином…. Казалось, смесь этих троих запахов пропитала каждую вещь, и теперь преследуют своих посетителей повсюду. Не смотря ни на новейшие очистители воздуха, ни на примесь остальных ароматов – он выигрышно выделялся на фоне, это был тот самый, истинный «запах Дома», который впитывался и накапливался годами.        Сакура несмело вдохнула, боясь потревожить еще не забывшийся, будоражащий своей сладостью, аромат течного омеги. Постоянное напоминание, что этот запах принадлежит Саске, ее другу и товарищу по команде, совсем не успокаивало. К тому же, за последние несколько минут, что-то неуловимо поменялось в ней самой.       Наруто, по просьбе Какаши скрыл свой запах в малой сфере подавления, и это отчего-то невыносимо раздражало, хотелось подойти ближе, чтобы вновь услышать и вернуть чарующий, знакомый до последней ноты аромат. Впрочем, это чувство продлилось не долго. Узумаки как всегда играясь, шел задом наперед, но стоило его взгляду остановится на ней, он как-то задушено пикнул, и бормоча что-то о уборной, с легкой руки Итачи скрылся в глубине дома.       Тем временем, мир в глазах немного оглушенной произошедшим с Саске девчонки, стало как будто бы ярче, Итачи начал вызывать восхищение перед сильным, а Какаши, идущий рядом стал неумолимо раздражать. Нет, он и раньше не был уж слишком ей приятен, а теперь и вовсе, все в нем начиная от движений и заканчивая приторно-острым запахом с примесью мяты, находило какую-то иррациональную отвратительность у нее в сознании.        Харуно мысленно поразилась месту, выбранному старшим Учихой для разговора, но виду не подала. Кухня. Заходить на кухню Итачи как альфе и потомку древнего рода было…. Ну почти что запрещено, если есть на свете хоть какая-то вещь которую можно запретить сделать альфе. Пока невозмутимый Итачи сам, лично (!) ставит чайник, учитель садиться за стол и достает свою любимую книгу.       Вроде давно бы въевшаяся привычка последнего, но внутри Сакуры бушует ураган негодования, ведь КАК в такой момент можно спокойно читать, как будто-бы ничего не произошло. Тогда как Саске…. С трудом подавив рык, рвущийся наружу, Сакура опешила чуть, не прикусив язык. Зубы в ее рту были слишком острыми и слишком длинными, совсем как клыки зверя. Не веря собственным ощущениям и наплевав на все правила хорошего тона, она метнулась в коридор, где видела зеркало.       Так и было. С зеркала на нее смотрела клыкастая рожа со странными темно-фиолетовыми неравномерными рисунками, проступившими на лбу и тянувшимися через глаза и щеки по всему лицу и заканчивающаяся на шее около ее жаберных сердец*.       Печать альфы. Особая, быстро исчезающая метка означающая, что она созрела как альфа. Кое-как справившаяся с шоком девчонка успела заметить, что печать не симметрична. Одна половина ее заканчивалась спиралью, а вторая прожилками похожими на рисунок молнии.       Несимметричная печать могла означать только одно. Она-часть триады. И такое случалось довольно редко.              Нехотя вернувшись на кухню, она попыталась еще раз вспомнить те два рисунка, что бы как можно точнее их запомнить, ведь это то, что будет на ее омегах, стоит им проявить свои звериные отличия.       На кухне мирно гудел чайник, а Какаши и Итачи обсуждали сегодняшние происшествие с Саске.       - Да, скорее всего он среагировал на подавление. – Монотонный голос Какаши ка всегда вызывал раздражение. – Но признаки пробуждения я уловил еще за неделю до этого. Саске стал раздражительным, более раздражительней, чем всегда, и он начал сторониться Наруто, утверждая, что тот воняет. И то, как он смотрел на меня, у нас схожие запахи, и это вызывало его природную заинтересованность! Благо в команде была Сакура, с ее морскими, конфликтными ему нотами, а то не кому было бы проводить его домой. И то, что он среагировал даже на Сакуру, означает, что течка была не за горами, хорошо, что мы были рядом и смогли хоть как-то его унять. Ведь Саске сильная омега. С ним было бы сложно.       - Что ж. Думаю, мне нужно Вас поблагодарить, за то что сберегли моего брата от…. От необдуманных действий, что могло кинуть тень на наш клан. – Вкрадчивый голос Итачи был до невозможности напряженным, хотя на лице не дрогнул ни один мускул. Ни для кого не было секретом, что старший брат всегда трясся над своим маленьким омежкой. Даже тогда, когда весь клан отвернулся от Саске, считая, что омега не должен получать образование и клеймить его нужно как можно раньше, Итачи заступился за него, он был всегда рядом и ни кому не позволял обижать брата, какие бы отношение не были внутри семьи. Опираясь на то, что тот же клан Хьюга, признали омег быстрее, чем клан Учиха, Итачи сумел убедить старейшин клана дать Саске шанс на нормальную жизнь.        Клан Учиха со времен «больших перемен» был крайне консервативен, и рабство омег в стенах клана продлилось дольше, чем в остальных кланах. Поговаривали, что даже теперь, в этот клан берут не ПАРУ а раба по договоренности, ставя печать на омеге еще до того как она полностью созреет. Да и жениться альфам можно далеко не один раз даже без печати подтверждающей то, что все омеги предназначены для этого альфы.       - Прошу меня простить. Но теперь, если Вам больше нечего мне сообщить, я должен откланяться. Мой брат скоро очнется. Я должен позаботиться о нем и сообщить родителям… – Итачи слегка улыбнулся вставая.       -Да, мы все понимаем! – Какаши тоже быстро поднялся, пряча книгу, которую держал на столе. – Сакура! Где Наруто?       -Я его не видела.       -Сейчас. – Итачи легонько позвонил у колокольчик, что стоял посреди стола, этот звон буквально оглушил чувствительную к звукам Сакуру, а на зов почти сразу пришел бета с татуировками - отметинами на щёках, клана Инузука.       - Распорядитесь найти нашего гостя, джинчурики, блондинистого омегу. – Итачи никогда не тратил даром время.       - Он ушел, юный господин, еще несколько минут назад, через задний двор. – В этом доме явно любили краткость.       - О! Если это так, тогда и мы не станем Вас задерживать. – Какаши призрачно улыбнулся под своей маской, поправив повязку со знаком деревни на глазу.       - Я провожу гостей. – Один из Инузука, вежливо поклонился и сделал приглашающий знак рукой. Сухое и вежливое: «Спасибо» в исполнении Итачи, превратилось в холодное и скупое.       - Какаши-сенсей, мы всегда рады видеть Вас в нашем доме. Сакура. Мое почтение, Ваша выдержка бесценна. – Еще одна вежливая полу-улыбка и вежливый полу-поклон, и один из Учиха скрылся за дверью, ведущей из кухни на улицу, унося с собой горячий чайник.        Идя по просторным коридорам Дома Учиха, Сакура пыталась ловить свое отражение в зеркалах и стекле картин, печати уже не было, но хотелось убедиться, что печать на лице ей не приснилась, что она точно альфа. Теперь вполне полноценный член общества, а не просто девчушка с сильным подавляющим феромоном. И у нее будут партнеры, ее сладкие омежки, ведь, в бет не может быть печатей и меток. Но надолго погрузиться в свои мысли ей не дали, прямо перед дверью, на плечо легла рука сенсея. И вся их компания остановилась.       - Сакура! – Голос как всегда глушила раздражающая маска-фильтр. – Ты же заметила да? Твой зверь теперь не будет столь беспечен, он будет рваться на свободу и душить тебя своими желаниями. Сейчас мы в доме с мощнейшими очистителями воздуха, но стоит нам выйти в город….       Единственный видный глаз посмотрел на нее со всей серьёзностью. Отпустив ее плечо, Какаши порылся в многочисленных карманах, вытягивая два носовых фильтра.       - Вот. Вставь в нос. Сейчас на улицах оживленно, а у тебя геном спрута, ты будешь еще более чувствительна, чем остальные и можешь сорваться с непривычки. НЕ СПОРЬ! Я ничего не желаю слышать о твоих жаберных сердцах(*). С запахом Саске они справились? М? Нет! И вот только не нужно мне говорить, что это был феромон, а не обычный запах…– Видя, что Сакура в возмущении открыла рот, рыкнул Какаши, нависая над девчонкой подавляя чакрой и острым мятным запахом, вплетенным в биополе и корректирующим сознание. – Слушай, что тебе говорят. Я твой учитель и имею право тебя учить! Не вздумай упрямиться! Характер покажешь позже! А сейчас, слушай(!): неделю проходишь с ними, снимая только дома, или тогда, когда Я скажу. Саске не будет, скорее всего, неделю, поэтому у нас с тобой будут отдельные тренировки без Наруто. Будешь учиться себя контролировать. Еще не хватало, что бы ты наделала глупостей на ежемесячном экзамене!       Упоминание об экзамене, заставило Сакуру скривиться и взять-таки носовые фильтры. Неприятна процедура, и нос распирают два внушительные фильтры, убирающие все привычные запахи. Харуно показалось, что вместе с запахом исчезло полмира, даже слух как-то притупился. Мотнув головой, отгоняя неприятные мысли и ощущения, она с вызовом посмотрела на учителя.       - Так-то лучше. – Какаши привычно расслабился, но указания давать не перестал, выходя в услужливо открытую Инузукой дверь. – Пошли, нам еще в аптеку зайти, фильтры рассчитаны на сутки. И еще, то что ты не чувствуешь запахов, не означает, что тебя не слышат остальные. Пытайся скрывать или подавлять в ограниченном пространстве свой запах, ибо так распускать феромоны … не комильфо, в общем…. Вспомни, что случилось с Саске и не расслабляйся, сейчас твой запах стал как при плотном подавлении, когда альфа в тебе спала. К тому же, ты теперь полноценная альфа. Привыкай следить за собой, за своим запахом и за тем как он действует на омег. Не дай Ками привлечешь чужого мужа или жену, а еще хуже ребенка! Против взрослого альфы тебе еще не выстоять, а то, что он будет защищать своего омежку, я гарантирую….

***

       Зайдя к себе в комнату, Харуно плотно закрыла окно и подождала тридцать минут, когда очистители, по ее мнению, полностью справились с посторонними запахами принесенными с улицы, и только тогда она выдернула надоевшие за день затычки, из носа упиваясь новыми для себя ароматами и возможностями. Чего только стоило, то, что каждый аромат виделся на периферии зрения отдельным цветом, как и настроение. Теперь она могла понять, что этот едва уловимый запах, весьма слабая копия аромата отца – это запах матери, и он был буквально пропитан недовольством. Скорей всего по поводу разбросанных вещей, потому что лёгкой сизой дымкой оседал именно на них.        Рассеяно крутя в руках коробку с фильтрами, Сакура пыталась успокоиться, переварить полученную за день информацию и заново исследовать свой дом с помощью нюха и обострившийся интуиции. Дома не нужно было сдерживать запах или беспокоиться о том, что он может кого-то потревожить. Когда мать бета, а отец альфа с почти идентичным, но слабым запахом, бывает весьма не плохо, особенно если ты юная, совершенно неподкованная в спорах за первенство и доминирование альфа.        Принявши душ у себя при комнате (душ с туалетом у нее, как и в большинстве домов, где были не только беты, был отдельный), Сакура вновь завалилась в кровать прямо голым животом на прохладный шелк покрывала, не утруждая себя мешающей верхней одеждой. Притянув с тумбочки внушительное переносное зеркальце, она высвободила свои звериные отличия, с детским восторгом наблюдая, как на лице проступает фиолетовый рисунок, а клыки удлиняются.       - Спираль и молния. – Сакура мечтательно закрыла глаза, предвкушая встречу со своими сокровищами. Кто они, Харуно пока что не догадывалась, мысленно перебирая все известные ей кланы, она смогла вспомнить только то, что похожая спираль была клановой чертой Узумаки. И у Акимичи Чоуджи тоже были какие-то спирали на щеках, но его семья славилась грузными альфами и бетами, и как она помнила, омег там не было как минимум лет тридцать. Большой клан и очень много мест и вариаций, где можно встретить своего омегу, это если брать ее деревню, а о скольких кланах она даже не догадывалась, плюс ко всему еще были такие как она: не принадлежащие ни одному клану.       А вот рисунок похожий на молнию.… С этим было сложнее, но Харуно училась в одним классе Хьюгами и у них на лице похоже всбугривались вены, стоило им проявить свои звериные отличия, но вот символом клана – был огонь. «Запутано, но разобраться можно. Так с Хьюгами проще, может кто-то из младшего поколения побочных ветвей, или даже Ханаби, младшая сестрица Хинаты, такая открытая и милая, говорят, будет омегой. Так! С этим разберусь позже, они, по крайней мере, все здесь! А вот начать можно все-таки с Узумаки…. Нужно спросить Наруто ведь он Намиказе-Узумаки! Жаль, что клан его матери в соседней деревне, и миссии туда мне еще не светят, но вот как друг и сопровождающая альфа, я могу пойти с Нару проведать его вторую семью!».       Сакура задумчиво почесала спину одним из щупалец, которые до этого беспокойно лежали на кровати и ощущения, что она испытала при этом, отчего-то ее насторожили. Спина больше не ощущалась гладкой и ровной, похоже, что две пластины, что только недавно начали формироваться, теперь окончательно загрубели, и отделились от кожи. Пытаясь проверить свою, теорию, она встала и обернулась спиной к большому зеркалу-трюмо.       Так и было. Под ее развороченной верхней частью спины, были уже полностью загрубевшие, порывающиеся открыться пластины. Недолго думая и справедливо полагая, что хуже уже точно быть не может, Сакура напрягла мышцы спины, выпуская на волю всего два щупальца. По одному из-под каждой пластины, вот только форма у них была какая-то неправильна, толстая не слишком длинная, со странными тремя уплотнениями чуть выше середины, а в конце эти щупальца вообще больше походили на жало скорпиона, только подозрительно мягкие.       В растерянности, Сакура подошла к книжному шкафу, около своего рабочего стола, и вытащила книгу: «Спруты и раскрытие их в наследиях», похоже, настала пора ее прочесть.       Тяжело вздохнув, Харуно опять завалилась животом на кровать, чувствуя немного непривычную тяжесть своих щупалец на спине. Пролистав страницы с общим описанием осьминогов, спрутов и прочих головоногих, она открыла раздел о геномах и их проявлениях в людях «Геном Осьминога», так гласило название.       «Геном осьминога       В 2015 году было объявлено о расшифровке генома осьминога Octopus bimaculoides. Длина генома осьминогов этого вида, почти так же велика (2,7 миллиарда пар оснований), как длина генома человека (3 миллиарда пар оснований), и примерно в 5—6 раз больше длин геномов других беспозвоночных. Геном осьминога содержит около 33 тысяч кодирующих белки генов (в то время как у человека таких генов менее 25 тысяч). У осьминога 28 хромосом, что меньше, чем у человека, но гораздо больше, чем других беспозвоночных животных».**       Ближе к полуночи, Сакура дошла к главе «Размножение». Узнать в своей обновке так называемые, «гектокотили»* было не так уж и сложно, но они были чуть необычной формы, хотя общие черты присутствовали.       Она так и заснула вместе с книгой лежа на животе, всего немного почитав о видах и функциях, этого, как оказалось весьма интересного органа.. Впрочем, последней мыслю перед тем, как она окунулась в спасительную дрему, было: «Надеюсь, они не отвалятся в самый интересный момент (***)…. *** ** - Взято с Википедии. *У осьминога три сердца: одно (главное) гонит голубую кровь по всему телу, а два других — жаберных — проталкивают кровь через жабры.** У Сакуры нет видимых жабр, они размещены в гортани около голосовых складок, вместо хряща образующего кадык. Открываются после соприкосновения с водой. Жаберные сердца заменяют щитовидную железу. Гектокотиль (*) - совокупительный орган, у самцов осьминогов, в который преобразуется одна или две руки (щупальца). (***) У некоторых осьминогов, например аргонавтов, длинный гектокотиль отрывается от тела самца и, захватив один-два сперматофора, самостоятельно плавает в воде, проникая потом в мантийную полость самки (в прошлом был ошибочно принят за паразита). Не ВЫЧИТАНО! Возможны глупые ошибки)