Иллюзия любви, или птица в клетке

Когда Густав с Биллом подъехали к клинике, их уже ждали врачи. Шеффер заранее позвонил в приёмное отделение и предупредил о пациенте. Сегодня ночью дежурил Георг, и в этом брюнету повезло. Узнав в бессознательном юноше Билла он очень удивился, ведь Алекс сказал ему по телефону, что они с супругом уезжают, и их не будет несколько дней в городе. Листинг сразу же занялся Биллом, а Шеффера попросил подождать в коридоре, чтобы позже обо всём его расспросить. Хотя бета и сам никуда не собирался уходить, сильно переживая за состояние омеги. Юноша находился в тяжёлом состоянии. После быстрого обследования Листинг обнаружил у него отслоение плаценты; повышенную температуру; пониженный гемоглобин, и пониженное давление; синяки и ссадины на теле и подозрение на воспаление почек. Врачи остановили кровотечение, поставили капельницу, сбили температуру, взяли анализ крови, обработали синяки и ссадины. Но омега так и не пришёл в себя. Брюнета положили в отдельную палату, и за ним всю ночь присматривала молоденькая медсестра, Анна. Георг же пообщался с Густавом, задал ему несколько вопросов. Поняв, что парень толком ничего не знает, он отправил его домой, хоть это было и нелегко, сердобольный бета всё порывался остаться. Дозвонившись до Льюиса, долго не отвечавшего на звонок, Листинг рассказал ему про Билла. Врач догадался, что в тяжёлом состоянии омеги непосредственно замешан супруг, но по закону он был обязан поставить его в известность. Алекс сначала не мог понять, о чём говорит Георг, но потом, обойдя дом и так и не найдя Билла, до его сознания начала доходить суть всего происходящего. Он хотел немедленно приехать в клинику и устроить взбучку супругу, но врач уговорил его дождаться утра. Льюис не просто злился. Он был взбешён.

***

Билл пришёл в себя только утром. У него болело всё тело, и он не понимал, где находится. С трудом открыв глаза, брюнет увидел перед собой белый потолок. Он попытался привстать, но не смог, снова падая на подушку. — Герр Льюис, наконец-то вы пришли в себя, — радостно защебетала молоденькая медсестра, всю ночь присматривавшая за пациентом. Ей было жалко бедняжку. Она подошла к кровати юноши и ласково посмотрела на него. Билл болезненно поморщился. Он не любил, когда его называли по фамилии мужа. — Вы в больнице, но не беспокойтесь, сейчас с вами всё хорошо. — Ребёнок… — брюнет положил руки на живот, испугано взглянув на девушку. — Что с моим ребёнком? — Не волнуйтесь, герр Льюис, с вашим ребёнком всё хорошо. Теперь хорошо, — медсестра взяла омегу за руку и сняла с него катетер, оставшийся от капельницы. — Билл. Прошу, называйте меня Билл, — ему стало немного спокойней, когда он узнал, что с ребёнком всё в порядке. — Хорошо, Билл, — Анна согласна кивнула. — Я принесу завтрак. — Не нужно. Я не голоден, — брюнет отвернул голову, не желая больше что-либо говорить, и закрыл глаза. — Вам нужно поесть. Я сейчас, — медсестра вышла из палаты, прикрыв за собой дверь. Омега остался один. Одинокий, потерянный, он лежал в больничной сорочке на кровати и не мог не думать о том, что же с ним произошло этой ночью. Брюнет помнил всё, но ровно до того момента, как машина, с включенными фарами, ехала прямо на него. Кто же это был? Для Билла оставалось загадкой. Тогда ночью юноша думал, что это был его муж, но сейчас ему уже так не казалось. Омега судорожно вздохнул и снова попытался сесть, приподнимаясь на локтях, но ничего не получилось. Тело пронзила сильная боль и он лёг обратно, простонав что-то невнятное. Дверь в палату распахнулась, Билл подумал, что это вернулась медсестра, и принесла ему завтрак, но ошибся. Это был Алекс. Когда брюнет увидел альфу, его затрясло. Он сжался и тяжело задышал. Ему было страшно. Очень страшно. Мужчина подошёл ближе и присел на край кровати. Он улыбался, и от этой улыбки Биллу стало совсем не по себе. — Любимый, — Льюис помог юноше сесть и даже подложил ему под спину подушку, — как же ты меня напугал, — он посмотрел в глаза супругу, в которых читался страх, и ещё шире улыбнулся. — Я думал, ты сладко спишь в нашей постели, — придвинулся ближе к омеге и провёл языком по его пересохшим губам, — но телефонный звонок Георга меня разочаровал, — и впился в них поцелуем. Альфа чувствовал, как с каждой секундой брюнет начинает дрожать всё сильнее и это заводило его ещё больше. — Решил от меня сбежать? — отстранившись от губ омеги он снова начал улыбаться. Билл вжался в спинку кровати и отрицательно покачал головой. — А мне кажется, я прав, — улыбка на лице мужчины резко исчезла. Он нахмурился, злобно сузив глаза. Больше альфа не скрывал своих эмоций. Он был взбешён поведением супруга. — Нет, — голос у юноши предательски дрожал, что выдавало его испуг. — Наверное, тебе просто не спалось, и ты захотел подышать свежим воздухом? — ресторатор усмехнулся, а потом вцепился в горло брюнету. — Послушай меня, детка, — он выделил последнее слово. — Мне казалось, что ты давно уже всё понял, но видимо я ошибся, — пожал плечами, а омега готов был разрыдаться. — Видимо мне ещё многое предстоит тебе объяснить, — другой рукой он прикоснулся к щеке супруга и вытер несколько капель слёз, которые всё же скатились из глаз. — От меня невозможно сбежать, — он сильнее сжал горло юноши. — Как бы ты не пытался, ты всё равно ничего не сможешь, — Биллу стало не хватать воздуха, он начал задыхаться, и мужчина наконец-то разжал пальцы. — Ты — мой, и всегда всё будет так, как я захочу, — не дав отдышаться, он снова впился в губы Билла болезненным поцелуем. — Простите, что помешала, — в палату бесшумно вошла Анна с подносом в руках. — Я принесла завтрак. Алекс недовольно отстранился от губ брюнета, но быстро нацепив на лицо улыбку, повернулся к девушке. Окинув беглым взглядом худенькую невысокую омегу, с серыми большими глазами и светлыми волосами, он поздоровался с ней: — Доброе утро, — немного отодвинувшись от супруга, мужчина прочитал на бейджике имя медсестры, — Анна. — Доброе, — Анна робко посмотрела на него, и, поставив на тумбочку поднос с таблетками, с ароматной горячей овсяной кашей, с нежнейшей булочкой, и парой стаканов с молоком и водой, перевела взгляд на юношу: — Билл, вам нужно всё это съесть, и принять таблетки. — Я же говорил, что не голоден, — затравлено, еле слышно произнёс юноша под грозным взглядом Алекса. — Это рекомендации вашего лечащего врача, — девушка не знала, как заставить юношу поесть, но ей на помощь пришёл альфа. — Мой супруг всё понял и обязательно поест. Я прослежу, — не отрывая грозного взгляда от Билла, произнёс мужчина. — Я зайду позже, — она робко посмотрела на Алекса и быстро покинула палату. — Смешная эта Анна, — усмехнулся Льюис и снова сделал серьёзное лицо. — Ешь, давай. И про таблетки не забудь. Билл всё так же затравлено склонился над едой, боясь даже посмотреть на мужа. Он знал, что Льюис сдерживает себя, ведь они находятся в больнице, а не дома. В этом омеге повезло, но лишний раз злить и без того обозлённого супруга, не стоило. Когда Льюису надоело сидеть, он встал и начал расхаживать по палате, вымеряя шагами пространство. — А ты тут неплохо устроился, — альфа бросил колкий взгляд в сторону мужа. — Тебя кормят, поят, а ты лежишь и отдыхаешь. Нужно это исправлять. А то глядишь, разбалуют, — он посмотрел на дверь, которая приоткрылась. — Доброе утро, Билл, — в палату зашёл Георг и сразу же заметил, что его пациент не один. — Алекс, и тебе доброе утро. Не знал, что ты уже здесь. Мужчина кивнул в знак приветствия и снова начал расхаживать по палате. Листинг задержал взгляд на Алексе, а потом всё своё внимание направил на Билла. Он подошёл к кровати и присел на рядом стоящий стул. — Как ты себя чувствуешь? — спросив, врач приложил пальцы к запястью брюнета, измеряя его пульс. — Голова не болит? Не кружится? Не тошнит? Спать не хочется? Аппетит хороший? — юноша только молча отрицательно качал головой или пожимал плечами. — Живот сейчас не болит? — Георг уже мерил ему давление. — Нет, всё хорошо, — тихо ответил омега. — Угу. Открой рот, высунь язык, — брюнет сделал всё, что ему сказали, а Листинг проверил пациенту миндалины. Протянул ему градусник, а сам начал записывать в карту юноши его историю болезни. — Измерь пока температуру. Сделав все записи и завершив осмотр, врач тепло улыбнулся омеге: — Ну что, готов увидеть своего малыша? — Билл, который до этого сидел с опущенной головой, заинтересованно посмотрел на Георга. — Сейчас пойдём на УЗИ. Алекс, ты ведь с нами? — Льюис только молча кивнул, думая над тем, сколько брюнет ещё пробудет здесь. В кабинете УЗИ Билл заметно нервничал. Ему очень сильно хотелось посмотреть на своего ещё крошечного малыша, но он волновался, что может что-то пойти не так. Омега вздрогнул, когда Георг выдавил на его, пока ещё плоский, животик небольшое количество холодного геля, и боялся посмотреть в монитор. Всё это время Алекс сидел на стуле рядом с кушеткой и хмуро смотрел на омегу. Довольно долго водя специальным датчиком, Листинг молчал, внимательно следя за изображением на мониторе компьютера, и записывал данные в карту юноши. Потом повернулся к брюнету и тепло улыбнулся. — Билл, можешь не переживать. Ребёнок развивается согласно сроку. Конец четвертой недели. Посмотри сам. Видишь это маленькое пятно? — Листинг указал кончиком карандаша на небольшое затемнение на мониторе, — брюнет кивнул. — Это ваш малыш, — Георг повернулся к ресторатору. — Алекс, тебе не интересно? — А на что там смотреть? Ещё ж ничего не видно, — недовольно произнёс Льюис. Листинг промолчал и снова обратился к омеге. — Хочешь, я сделаю тебе снимок? — юноша кивнул и через считанные секунды врач протянул ему снимок. — Это первое фото вашего малыша, — Билл посмотрел на фотокарточку и нежно улыбнулся. Такой маленький, но уже такой любимый. Самый родной. — Можешь одеваться, — Листинг подал юноше несколько салфеток, чтобы тот избавился от геля, и встал со стула. Когда брюнет снова оказался в своей палате, Георг попросил Алекса зайти к нему. Ему нужно было о многом спросить Льюиса, да и ресторатору тоже нужен был этот разговор. — Я вас оставлю, но, Алекс, недолго, — Георг уже стоял в дверях и собирался уходить. — Биллу нужно больше отдыхать, да и с тобой мне нужно поговорить. — Я понял, — сухо ответил альфа, и врач вышел из палаты. — Ну что, счастлив, что оказался здесь? — мужчина подошёл к кровати брюнета и посмотрел на него сверху вниз. Омега держал в руке драгоценный снимок и уже очень им дорожил. — Нет, — тихо ответил юноша. — Да неужели? — Алекс усмехнулся. — Наказать бы тебя за такое, — склонившись, он взял брюнета за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. — И накажу, можешь даже не сомневаться. Билл снова мелко задрожал, а когда супруг наконец-то вышел из палаты, лёг, и, укутавшись в одеяло, прикрыл глаза. Георг сидел за столом и просматривал карточки пациентов, когда к нему в кабинет вошёл Льюис. — Когда ты его выпишешь? — ресторатор сел на стул. — Не раньше чем через неделю, — ответил Листинг, не отрывая взгляда от записей. — Ты с ума сошёл? — воскликнул альфа. — Я не собираюсь ждать так долго. Три дня, максимум! — Алекс, кажется, ты не понимаешь серьёзности всей ситуации. Мы чудом спасли вашего ребёнка, — врач всё же оторвался от бумажек. — Ещё хоть раз что-то подобное произойдёт, и малыша мы уже не спасём. Кстати, почему Билла в больницу привёз не ты? И почему твой супруг оказался один на улице? — Мы немного поссорились. Неважно, — отмахнулся мужчина. — И вообще, ты же сейчас сам успокаивал его. Значит, уже всё нормально и беспокоиться не о чем. — Твой супруг может в любой момент потерять ребёнка. Поэтому я и оставил его здесь. Полежит недельку, прокапаем ему лекарства, успокоится, а потом выпишем. — Три дня! Иначе, я сейчас же его забираю! — Алекс был импульсивным, и спорить с ним не имело смысла. Он мог сегодня же увезти омегу домой, под расписку, и врач ничего бы не поделал. После ужина брюнета начало сильно тошнить, а позже и вовсе вырвало. Пришедшая вовремя медсестра помогла ему умыться и дойти обратно до кровати. Поставила капельницу и села рядом на стул. Ей снова стало жалко Билла. — Немного получше? — сочувственно спросила она, когда прошло полчаса и раствор уже должен был подействовать. — Да, — брюнет отвечал с закрытыми глазами. — Спасибо, Анна. Вы очень добры, — она тепло улыбнулась. — У нас хороший персонал. Герр Листинг, ваш врач, очень любит свою работу и профессионал своего дела, — она начала перечислять сотрудников клиники. — Герр Хант, очень внимателен к пациентам. А герр Томас Трюмпер… — девушка заметно покраснела. — К сожалению, его нет сейчас в больнице. Он на конференции в Вене, и приедет только через несколько дней. Но я обязательно познакомлю вас. Герр Трюмпер, гений медицины. Он с герром Листингом быстро вас вылечит. — Я немного посплю, Анна, — устало произнёс омега, всё так же не открывая глаз. — Добрых снов, Билл. Я посижу с вами, — Анне пришлось прервать свой рассказ, но она была рада тому, что юноша решил немного поспать. — Спасибо, — поблагодарил её брюнет и через несколько минут заснул.