Иллюзия любви, или птица в клетке

У Алекса начались проблемы на работе из-за того, что он редко появлялся в офисе. Со счетов фирмы стали пропадать крупные суммы денег, и было не понятно, кто и куда их перечисляет. Это сильно злило мужчину, и он каждый вечер отыгрывался на своём супруге, удивляясь тому, что омега ещё жив, а главное, до сих пор беременный. Перспектива стать отцом уже давно не радовала альфу, и он был бы счастлив, если бы юноша потерял ребёнка. Такой исход избавил бы Льюиса от нескончаемых проблем. Теперь Кристиан всё чаще находился рядом со своим хозяином, а юноша оставался в доме один. Льюис знал, что брюнет ничего не сделает с собой. Уж слишком сильно тот хочет стать отцом. А если снова попытается сбежать, то ему же будет хуже. Редкими днями омега выходил в сад прогуляться. Иногда ему встречался Густав. Бета пытался всевозможными способами разговорить брюнета, но постоянно терпел поражение. С каждым днём Билл закрывался всё сильнее, становился всё более пугливым. По ночам ему снились кошмары, к тому же, озлобившийся Льюис каждый вечер издевался над ним. То, что было раньше, было не такой уж и плохой жизнью, по сравнению с тем, что происходило сейчас. Недаром говорят: «Всё познаётся в сравнении». А ещё, омеге казалось, что он начинает сходить с ума. В печатных изданиях пресса уже давно опубликовала интервью Льюисов с фальшиво-счастливыми улыбками, и, брюнет, иногда листая журнал, вспоминал тот день. Сейчас из их жизни исчезли даже эти фальшивые улыбки.

***

Билл чувствовал себя плохо с самого утра. Его снова тошнило, сердце неприятно сжималось в груди, и раскалывалась голова. Но омега радовался тому, что Алекса сегодня не было дома, поэтому, не смотря на болезненное самочувствие, он слабо улыбался, когда принимал душ; за завтраком, когда ел овсяные хлопья с молоком, зная, что никто не будет настаивать на том, чтобы он приготовил завтрак; и когда проходя мимо входной двери, он обнаружил, что та снова не заперта. Брюнет быстро нацепил первые попавшиеся кеды, которые хранились в шкафу, и вышел из дома. Он знал, что ему нельзя выходить за ворота, но позволил себе немного прогуляться по солнечному саду. Его любимые белые розы начали вянуть, и он, пройдя вглубь сада, отыскал лейку, наполнил её водой и полил растения, которые так нуждались во влаге. Снова слабо улыбнулся и подставил лицо солнечным лучам, наслаждаясь теплом. До замужества он всегда ходил летом на пляж со своими одногруппниками, купался и загорал. Его белоснежная кожа быстро обгорала, и брюнет обещал себе, что больше не пойдёт на пляж, но потом, когда становилось чуточку легче, снова шёл туда. Это воспоминание вызвало в нём слабую улыбку. Казалось, это было так давно, словно в другой жизни, да и вообще не с ним. — Билл, — брюнет услышал своё имя и, передёрнув плечами, открыл глаза. Затем повернулся и увидел соседа. Густав стоял за воротами и тепло улыбался. — Доброе утро, Билл. — Доброе, — прошептал юноша, боясь даже и шаг ступить в сторону ворот. Он напрягся и уже пожалел о том, что вышел в сад. Лучше бы омега остался дома. Тогда бы точно не встретился с бетой. — Сегодня прекрасная погода, — Густав не знал, что сделать, чтобы юноша подошёл к воротам. Ему нужно было серьёзно поговорить с брюнетом. Все эти дни он думал, как помочь Биллу и наконец-то придумал. Теперь оставалось только уговорить омегу, что казалось очень сложным делом. Юноша коротко кивнул и, опустив голову, стремительно направился в сторону дома. Омега боялся, что Алекс снова его накажет, если узнает о том, что он разговаривал с Густавом. — Билл, постойте! — бета пытался остановить соседа. — Мне нужно с вами поговорить, — юноша так и не остановился. — Я знаю, как вам помочь избавиться от супруга! — вздрогнув, Билл резко остановился и его сердце пронзила сильная боль. Он сделал глубокий вдох и повернулся к парню. — Вам нужно бежать, — твёрдо произнёс бета. — Тише, — юноша подался вперёд и оказался возле ворот. — Прошу вас, тише. Нас могут услышать, — прошептал брюнет, сильно нервничая. — Билл… — Густав даже не успел ничего сказать, как его перебил омега: — Уходите. Пожалуйста, уходите! — он умоляюще смотрел в глаза парню, но тот не отступал и стоял на своём. — Не бойся, — бета и сам не заметил, как перешёл на «ты». — Я помогу тебе. — Нет! — воскликнул юноша, а потом тише добавил. — Нет. Я уже пытался. Два раза, и ничего не вышло. От Алекса невозможно уйти, — закончив фразу, Билл вообще поник. — Тогда у тебя не получилось, потому что ты был один. Сейчас же нас двое. Давай, Билл, решайся! — голос Густава звучал уверено. Ему хотелось верить. Хотелось доверять, но Билл продолжал бояться. За себя, за ребёнка, за соседа. — Уходите, — омега уже хотел уйти, но парень взял его за предплечье, пытаясь остановить, и брюнета словно электрическим током ударило. Он резко дёрнулся и заплакал. Омеге было страшно. Очень-очень страшно. А Густав сильно испугался и начал извиняться. Он не думал, что его действия вызовут такую реакцию. Видимо, всё намного серьёзнее, чем ему казалось. — Билл, прости, — он тут же убрал руку, растерявшись. — Я не хотел причинить тебе боль, и не думал, что ты так отреагируешь. — Просто уходите, — всхлипывая, произнёс брюнет, передёргивая худенькими плечиками. — Прости, — снова попытался извиниться бета, а когда юноша направился в сторону дома, добавил. — Я всё равно буду ждать тебя в своём доме. Возьми только самое необходимое, документы, одежду на первое время и приходи, пока нет Алекса. Я отвезу тебя к своей сестре, а потом мы вместе уедем из города. Билл, ты меня понял? У нас всё получится. Если ты решишься, то больше не будешь страдать, — бета договорил фразу, когда омега уже закрыл за собой дверь, но оказавшись дома, тот всё прекрасно слышал. Омегу всего трясло, и он начал задыхаться. Паника окутала его и не давала успокоиться. На ватных дрожащих ногах брюнет дошёл до кухни и трясущими руками налил из графина воды в высокий прозрачный стакан. С трудом поднеся его к губам, он даже не смог сделать и глотка, стакан выпал у него из рук и разбился на мелкие осколки, оставляя лужу на полу. Не в силах нагнуться и убрать за собой, Билл вышел из кухни, держась за стену, и рухнул на диван в гостиной. У него сильно сдавило сердце, и он даже не мог вздохнуть. Это состояние не просто пугало его, у него внутри всё заледенело, а ноги и руки на время парализовало. Омега не мог ими пошевелить. Брюнет резко перестал плакать и всхлипывать, изо всех сил пытаясь вздохнуть и успокоиться. Не сразу, но у него это получилось. Сердце постепенно перестало сжиматься, дыхание приходило в норму, а руки и ноги понемногу начали слушаться. Сделав полноценный глубокий вдох и немного полежав, он попытался встать, но не смог. У него закружилась голова, а спину и живот скрутило спазмом. Обессилено откинувшись спиной на диван, Билл болезненно простонал. Он пролежал так очень долго, обдумывая слова Густава. Омега боялся снова пытаться сбежать, ведь первые две попытки оказались слишком неудачными, а наказание было жестоким. Но, если это его последний и единственный шанс на свободу? Вдруг в этот раз всё действительно получится? Густав говорил очень убедительно, и ему можно доверять. Не было даже сомнения в том, что он не обманывает. А если у них ничего не выйдет? Тогда Алекс не просто накажет его... возможно мужчина что-то сделает и с бетой? Нет! Нет! Нет! Не нужно думать о плохом! У них обязательно всё получится, и Билл ещё сможет стать счастливым. Но если он останется здесь, то не только сойдёт с ума от такой жизни, он может просто не родить. Это очень пугало, и юноша принял решение попытаться снова сбежать от супруга, но, в этот раз, доверившись соседу. Нужно было поторапливаться, пока Алекс не вернулся домой, забрать свои документы и вещи, иначе потом он не сможет уехать из города. С трудом встав с дивана, Билл поднялся по лестнице на второй этаж. Голова всё ещё гудела и кружилась, боль теперь ощущалась во всём теле, но медлить было нельзя. Алекс мог вернуться в любую минуту. Добравшись до спальни, омега открыл шкаф с одеждой и, достав рюкзак, кинул в него несколько старых вещей, оставшихся у него из прошлой жизни. Затем он перерыл вещи мужа, и комод, в поисках своих документов, но так ничего и не нашёл. Ему нужно было во чтобы то ни стало отыскать паспорт. Омега простонал и, взяв рюкзак, спустился вниз. Теряя равновесие и сознание от мучительных спазмов, Билл практически дополз до кабинета мужчины, в который ему разрешалось заходить только для того, чтобы там прибрать. Положив рюкзак возле двери, омега добрался до письменного стола супруга, сел в кресло и перевёл учащённое дыхание. Затем стёр холодный пот со лба и зажмурился. Он чувствовал себя очень плохо. Вдохнув побольше воздуха и распахнув глаза, брюнет начал поочерёдно открывать дрожащими руками лежащие на столе папки, в поисках паспорта, но потом понял, что мужчина не будет хранить его там. Взгляд омеги упал на закрытые шкафы в столе. "Алекс наверняка хранит в них всё самое важное, в том числе и документы", — рассудил он, не зная о том, что в доме имеется сейф, где альфа и держал всё самое ценное. Подёргав за ручки, Билл понял, что это бессмысленно. Он не откроет шкафчики, не имея ключа. Оставалось только одно, попробовать открыть замки канцелярскими ножницами, что было маловероятным, а потом бежать уже без документов. Так и не сумев ничего сделать ножницами, брюнет сполз на пол и взвыл от резкой боли в животе. Затем кое-как придвинулся спиной к столу и, обхватив колени, закрыл глаза. Он не мог встать, как бы ни пытался. Омега был в таком тяжёлом состоянии, что не услышал, как к дому подъехала машина, и как Алекс поднялся к дверям кабинета. — Что ты здесь делаешь? — альфа был пьян, и в отвратительном настроении. Когда он увидел Билла в своём кабинете, злость в нём возросла ещё больше. Юноша поднял голову и испуганно посмотрел на мужчину. Он пытался выдавить из себя хоть что-то, но ничего не получалось. — Я повторяю вопрос: что ты здесь делаешь? — Алекс начал свирепеть. Омега задрожал и вжался в стол. Мужчина опустил взгляд вниз и увидел рюкзак. Поднял его и вытряхнул всё содержимое на ковролин, злобно сузил глаза и подошёл к юноше, безжалостно хватая его за руку и отшвыривая в сторону. Он был взбешён и не слышал, как омега болезненно простонал. — Решил сбежать от меня? — ресторатор поднял ножницы с пола и положил их на стол. Потом резко развернулся к супругу, приказывая ему встать, но юноша не мог даже пошевелиться. — Я сказал, вставай! — рявкнул он, и когда омега снова никак не отреагировал, ударил его ногой в живот и отшвырнул к двери. Билл снова простонал, но не сказал ни слова. — Вы когда с соседом общаетесь и строите планы побега, не орите про это на всю улицу, — он нагнулся и, намотав волосы брюнета себе на кулак, протащил его через весь коридор в гостиную. — Вставай! — и, не дожидаясь действий омеги, потянул на себя, заставляя встать на ноги. — Что, спелись голубки? — мужчина со всей силы врезал кулаком в скулу юноши и тот упал, больно ударившись головой. — А может, ты мне ещё и изменять начал? — альфа поднял омегу на ноги и снова ударил кулаком, но уже по другой щеке, попадая ему в нос, и снова отшвырнул. У Билла из носа пошла кровь и, ударившись головой об подлокотник кресла, он потерял сознание. Алекс уже не контролировал себя. Сейчас он больше походил на разъярённое животное, нежели на человека. Ресторатору немедленно нужно было остановиться, вызвать скорую помощь, но какая-то необъяснимая ярость кипела у него внутри. Он резко схватил омегу за плечи, встряхнул, и поставил на ноги, заставляя прийти в себя. — Изменял мне? — рычал альфа, и омега, не в силах больше этого выносить, сделал над собой усилие, чтобы сказать единственную фразу: — Нет, Алекс. Нет… — юноша уже больше ничего не мог. Ресторатор ударил брюнета по лицу и снова отшвырнул от себя. — Врёшь! — мужчина пихнул кулаком омеге в живот, и Билл опять потерял сознание. — Потаскуха! Он бил брюнета по щекам, пытаясь привести его в чувства, а потом, когда юноша начал медленно открывать глаза и хрипеть, встал, и начал отшвыривать цветы, стоявшие и на стеклянном столике, и специальных подставках. Вазы и сувениры разлетались по гостиной, разбиваясь на осколки, а затем пострадал и сам столик. Со стороны выглядело, что Алекс сошёл с ума. — Какая же ты потаскуха, — альфа подошёл к юноше, схватил его за волосы и протащил по полу через все помещения в бассейн, а когда отпустил, увидел, что супруг отключился. Он начал бить омегу по щекам и поставил на ноги, но Билл так и не пришёл в себя. Его тело обмякло и повисло у мужчины на руках, и это ещё больше разозлило ресторатора. Он встряхнул бессознательного супруга ещё раз и отшвырнул в бассейн. — Может хоть это приведёт тебя в чувства, — омега ударился головой о плитку, из раны потекла кровь, а потом его тело и вовсе начало опускаться на дно, окрашивая воду в алый цвет. — Ну как тебе водичка? — мужчина подошёл к краю бассейна и посмотрел вниз, усмехнувшись. Он думал, что его супруг сейчас выплывет наверх, но этого не происходило. Алекс занервничал. — Эй, ты там что, ласты решил склеить? — недовольно буркнул он, опуская руку в воду и нащупывая тело юноши. — Даже не думай! Понял? — вытащив Билла наружу и уложив его на спину, он пытался привести омегу в чувства, делая искусственное дыхание, но ничего не выходило. Страх потерять супруга заставил мужчину вмиг протрезветь. Алекс начал лихорадочно соображать, что нужно делать в таких случаях. Пощупав пульс, ресторатор осознал, что он практически не прощупывается, и, быстро достав из кармана брюк мобильный телефон, набрал номер Георга. Долгие гудки, которые сильно раздражали, наконец-то сменились усталым голосом врача: — Алекс, я сейчас не в городе. Что-то случилось? Что-то серьёзное с Биллом? С вашим ребёнком? — Да, Гео, — голос альфы дрожал, как и пальцы, которыми он сжимал трубку. Он боялся потерять Билла. — Билл, он умирает. Я… — он сделал вдох. — Ты нужен ему… Листинг долго озадаченно молчал, а потом задал вопрос: — Что с ним? Опиши мне всё, что с ним происходит. — Он… Он упал в бассейн, и практически не дышит, — растерянно и нервно произнёс альфа. — Кажется, он ударился головой и наглотался воды. — Алекс! — почти взвизгнул врач, но потом сделал глубокий вдох и начал говорить спокойно. — Немедленно вызывай скорую. Слышишь? Немедленно! Иначе, можешь потерять мужа! Пусть врачи везут его в нашу клинику. Понял? В нашу клинику! Я позвоню и предупрежу своих коллег. Им займётся доктор Трюмпер. Ты понял? Доктор Трюмпер, — в трубке слышалась тишина. — Да не молчи ты! — Я понял, Гео. Спасибо, — Алекс испуганно смотрел на Билла, забыв о том, что говорит по телефону. — Сейчас же звони в скорую, и пока они не приехали, делай Биллу искусственное дыхание. Ты меня понял?! — Я делал, ничего не вышло. — Значит, пробуй ещё! — приказным тоном сказал Георг. — Уложи его животом на своё колено, и дай воде стечь из дыхательных путей. Измерь пульс на сонных артериях, посмотри реакцию зрачков на свет, послушай глубину дыхания. Если они отсутствуют, немедленно приступай к сердечно-лёгочной реанимации. И делай это до прибытия врачей, или до восстановления самостоятельного дыхания и сердцебиения. — И скорую, Алекс! Он отключился, а мужчина сделал всё, что ему велел доктор. Вызвал скорую помощь и начал приводить омегу в чувства.