Уроки жизни

День первый. 8 января, среда. Братик.

После уроков меня с Лайтом провожали домой знакомые брата. Они были не такими противными, какими мне казались. Или они это для брата старались? Не важно. Важно вот что. После первых дней трясучки от страха мне стало так спокойно, будто приняла всю пачку успокоительного разом. Мне было плевать абсолютно на все. Даже учиться начала. А это странно. Сейчас я отошла от этого и была готова принять все трудности грудью. Решимость иссякла, как только мы подошли к дому. Вроде все, как обычно, но… Сегодня все начнется. Все начнется сейчас… Пять секунд, полет нормальный. Мы зашли домой. Тихо. Пусто. — Мы домааа, — крикнула я на весь дом. Ответа не было. На лицо моментально наплыла улыбка маньяка. — Лайт, — заискивающе обратилась я к нему. Бросила сумку с учебниками, подошла к брату, положив руки ему на плечи. И не встретила сопротивления, только лёгкое недоумение, — дома никого, все чем-то заняты, мы одни… - я приподнялась на носочки, чтобы совсем тихо, почти касаясь его уха, прошептать, - и мы можем… — томно вздыхала я, прижимаясь грудью к груди старшего брата, — сыграть в приставку, - тут же изменила я настрой разговора, - Давай, а?! Давай! Давай! — я чуть ли не прыгала вокруг Лайта опираясь на него, — Давай сыграем. — Я занят, —сухо и холодно отозвался брат и ушел. — Занят, — обижено передразнила я его. — Поиграем? — предложил Рюк. Его высокая фигура склонилась на до мной, отрезая от всего остального мира. Красные радужки глаз как-то лихорадочно блестели, разглядывая пристально и медленно, а треугольный язык прошёлся по неровным синим губам. Все это... как во вчерашнем фильме. Мы с Рюком вчера смотрели романтическую комедию и это... как-то странно на него повлияло. Может сегодня посмотреть ужастик? Интересно, шинигами испугается маньяков или призраков? Увидев мой отстранённым взгляд, Рюк поднял руки в знак капитуляции. Но было видно, что тоже обижен, как и я на Лайта. Бог смерти жестом показал, что, не будет со мной говорить, пока тяжелая рана обиды, что я ему нанесла, не зарастет. Глубоко вздохнув (вселенская несправедливость), я пошла к себе. Там я стала тискать Демона. Так я назвала найденного на улице котенка. Милый пушистый комочек был таким худым, что, глядя на него, хотелось плакать, ведь даже небольшая голова казалась огромной на фоне тщедушного тела. Сейчас он выглядел гораздо лучше, чем раньше, но все равно… — Прости Лиа, — прервав мои мысли, зашел ко мне Лайт и сразу поразил меня своими честными глазками, — я был груб с тобой. Я хочу искупить свою вину, сходим в парк аттракционов? Это все, конечно, странно, но…но только брат водил меня на аттракционы. Брат, а не Кира! — Ладно, — чуть удивленно кивнула я в ответ. Неужели…неужели Лайт стал собой…неужели брат вернулся? А брат, это хорошо. Он со всем разберется и мне не придется даже пальцем шевелить. Все будет, как было раньше и всем будет хорошо. На сверхзвуковой скорости я одевалась и мечтала, мало веря в это, но искренне надеясь. Погода была прекрасной. Солнце, ветерок, тепло. Люди казались такими хорошими, такими заведомо милыми, красивыми, добрыми… И весь мир такой…такой… Слов нет, чтобы описать это чувство восторга. Брат, правда, чудит, в собственной одежде копается, но это ведь мелочи жизни. — Лиа, ты говорила дома с Рюком? — серьезно спросил меня Лайт. — А? — не сразу въехала я в ситуацию. — Ты говорила дома с Рюком? — с нажимом повторил Лайт. — Н-нет, вроде... сегодня нет, — почти прошептала я. Брат такой злой. — А почему.? — В доме камеры. — не дослушав меня, ответил Лайт. — Думаю это Эл. Он уже так далеко зашел… — Лайт погрузился в свои мысли. А я в свои. Он всего-лишь узнал про камеры. Печально. — Значит в парк мы не пойдем, — констатировала я факт. Брат стал договариваться с Рюком про поиск записывающих устройств, а я, как предмет декора, просто была рядом. Думала о бытие, о жизни, о смерти… В общем, страдала фигней. — Пойдем мы в парк, — словно из неоткуда донеслись до меня слова Лайта. Я неверящие посмотрела на него. Братик, мой милый братик… Домой мы вернулись через часа четыре. Лайт с покерфейсом, а я с мигренью. (Много думать вредно.) — Вы долго, — протянула Саю из комнаты, где смотрела телевизор. — Ага, — я устало плюхнулась рядом с ней и улыбнулась во весь рот, — Мы в парке аттракционов были. — А меня с собой не взяли, — отвернулась от меня Саю. — Не ты ли недавно заявляла, что ты взрослая самостоятельная личность и не можешь позволить себе гулять со стариками. — засмеялась я и прижалась к Саю, будто я маленькая девочка, что нуждается в ее поддержке, а не наоборот. Хотя разница у нас не такая уж и большая. — Что с тобой поделать, — закатила глаза Саю и, не удержавшись, засмеялась.

День второй. 9 января, четверг. На поиски сверхъестественного.

— Лиа, ты точно в порядке? — в сотый раз переспрашивала меня Сатико-сан. — Усе у новме, — ответила я ей. Хотя мне было не то, чтобы плохо, было…тяжело. Голова была тяжелой, ноги не хотели переставляться… Все чудесно, я просто заболела. Вчера после парка я сразу рванула на тренировку к Рейкоку-сенсею. Он до сих пор злился на меня и загоняет до полусмерти. А после тренировки, усталая, злая и сырая (мало было пота, так еще и дождь пошел. Редкость, но случается.) я шла и думала, что я тупая, как пробка. В доме ведь камеры, а я, вроде, приличная девушка, по ночам шляться не должна. Не долго думая, я завернула в библиотеку, мол учусь… Рюк ворчал за спиной, что ему видите ли холодно и мокро. Хотя я отлично видела, что дождь проходит прямо сквозь него. Вскоре зашла я в круглосуточную библиотеку, где меня обругали и даже отказывались давать книги, но после получаса моих просьб, милая женщина, что теперь напоминала мне Ао Нёбо * все же согласилась дать мне на руки книгу. Библиотекарь была повернута на книгах и постоянно пыталась меня, как-то поправить. Это отнимало кучу времени и неимоверно раздражало. Но сделать я ничего не могла, она ведь это не со зла, а просто пытается помочь. Рюк смотрел на это и смеялся во весь голос. Но я держалась. Стойко перенося все трудности и препятствия. Домой я вернулась поздно и сразу упала в постель. Утром я долго приходила в себя. В начале я не понимала, даже, что вообще проснулась. Потом, кряхтя и чихая, как-то умылась, переоделась и собралась в школу. Все это я делала в абсолютной тишине. Почему-то Рюк не трещал над ухом, как обычно. Только я открыла рот, чтобы высказать этому богу смерти все свои переживания, но тот закрыл мне рот своей когтистой ладонью. — Камеры, — напомнил он мне. Просидев пару секунд в непонимании, я едва не взвыла. От осознания своей безалаберности («Когда я научусь думать? Даже Рюк помнит, а я нет.), злости («Эл, ты кретин. Доставляешь такие неудобства милой девочке.») и смущения («Я же переодевалась на глазах у Эла и Соитиро-сана!»). С совершенно убитым настроением меня и встретили у порога дома. Сатико-сан, сердобольная душа, предлагала остаться дома. Раньше я бы с радостью осталась, но теперь, когда из каждого угла мне мерещится камера. Нужно было прогуляться, хотя бы в школу. Хорошо хоть Рюк перестал дуться и снова заговорил со мной. После уроков я не стала ждать Лайта. На уроках ко мне пришла странная мысль. А что, если кроме шинигами существуют и другие существа, духи, может даже демоны. На мой вопрос об этом Рюк пожал плечами. Он не знал об этом ничего. Даже меньше. Но я не унывала. Перво-наперво я пошла на кладбище. Правда я не знала, где они находятся, поэтому пришлось покопаться в картах. Но уже спустя час я стояла перед железными воротами. — Что такое кладбище? — спросил меня Рюк, когда я решилась прикоснуться к кованому железу. — Ну, — протянула я, думая как бы ответить, — Это место, куда складывают трупы людей после их смерти. — Интересно, — задумался бог смерти, а я вдруг поняла, что не хочу, чтобы меня закапывали, пусть лучше кремируют. Очнусь еще в гробу… Это вроде очень даже распространенный страх. Передернув плечами, я потянула на себя дико скрипящие ворота. Кладбище было, как…кладбище. Обычные ряды плит с именами. Кое-где стояли еще живые цветы, лежали подношения. Мне не стало неуютно, холодка по спине тоже не было. Все было так обычно и обыкновенно, что хотелось выть от отчаяния. Ну, хоть кто-нибудь. Где вы демоны-призраки-чудища? Через какое-то время я наткнулась на похоронную процессию. Хоронили какого-то старика. — Тебе не кажется это грустным? — спросила я Рюка. — Его время просто вышло, что в этом грустного? — не понял он меня. — Ну, его близкие больше не увидят его и будут очень скучать. Когда кто-то уходит навсегда, это очень грустно, — я правда чувствовала не грусть, а какую-то обреченность. Этого ведь не избежать. Я решила, что бродить по кладбищу не лучшая идея и на этот раз решила забрести в какой-нибудь лес. Но поблизости леса не было, а целый день на поездку я потратить не могла. Пришлось ограничиться парком. Но и там никого и ничего необычного не было. Я хотела бы еще по бродить в поисках нечисти, но время поджимало. Нужно было идти на тренировку. Тренировка опять кончилась поздно. Опять пошел дождь. Серое небо давило на психику, усиливая горечь поражения. Я не нашла ни одного духа-призрака-демона. Это поражение сильно по мне ударило. Глядя под ноги, я шла и шла и шла и заблудилась. — Что за день то такой, — я от досады топнула ногой. И попала по луже. Но совсем не расстроилась. Больше мокнуть просто некуда. Незнакомые дома, улица, деревья. Никаких признаков по которым можно было бы как-то сориентироваться. — Еще, еще, — услышала я рядом детский голосок и «плюх-плюх» луж. — А? — опустив голову, я увидела маленького мальчика. Большие, голубые, веселые глаза. Темные волосы. Совсем щупленький и маленький. И странный. Одежда, как из прошлого века, хоть и вполне еще крепкие, на голове вместо шляпы зонт, тоже старый. А в руках…бумажный фонарь.** — Еще, еще, сыграй со мной еще, — просил мальчик, дергая меня за штанину. — Сыграть? — не поняла я. Странно это все. Рюк тоже подзавис, глядя на это. А мальчик просто прыгал по лужам и смеялся. — Ты потерялся? — почему-то сразу именно эта версия пришла мне на ум. Ребенок один на улице в дождь. — Сыграй со мной, — снова попросил мальчик. Знаете с кем не спорят? С детьми и психами. Это, кажется, два в одном. Ему нужна помощь, но я и сама не в лучшем положении. — Хорошо, давай сыграем. — мило улыбнулась я ему. Я всегда любила животных и детей, они всегда отвечали мне взаимностью. Вот и сейчас мы просто стали играть. Прыгая по лужам, мне стало так легко на душе. Свободно. Я и думать забыла обо всем на свете. Мы прыгали и прыгали, но спустя какое-то время, мальчик остановился и посмотрел на меня своими красивыми глазками. — Ты хорошая, — улыбнулся он мне. Фонарь освещал его лицо, делая образ мальчика старше. И эти глаза…- Ты очень хорошая, даже, если рядом с тобой шинигами.- сказал он. Потом повернулся и…ушел. Я стояла и смотрела, как он уходит. Когда я отмерла, то бросилась за ним, но никого не нашла. Он исчез? Он видел Рюка? Разве люди это могут? — Ты понял, что это было? — неслышно спросила я бога смерти. — Ты искала чего-то необычного, и ты это нашла, — хихикнул он. — Точно, — кивнула я, глядя на то место, где пропал ребенок. С удивлением я поняла, что дождь закончился, а я стою совсем рядом с домом. Неужели.?