Уроки жизни

      За окном темно. Я забыла зашторить окна перед тем, как лечь спать и теперь могу любоваться на бесконечно далёкое небо с искорками звёзд. Было бы здорово, если бы лунный свет проникал в помещение, но новую луну не было видно вообще. А ещё холодно. Из источников тепла только свернувшийся клубочком на моем животе Демон.       Какая-то давящая атмосфера. Уже меньше чем через двенадцать часов я должна быть на экзамене. И это, как черта, пересекая которую, обратно не вернуться. С этим, решится мое будущее. Я очень хочу, чтобы мной могли гордиться. Хочу стать достойным человеком. Хочу помогать и поддерживать Лайта, а не быть ему обузой. Тем, кто будет рядом, а не тянуть ко дну. А для этого нужно хорошо сдать экзамены.       С Кирой, с Эл, с богами смерти можно подзабыть, что только на них вся жизнь и мир не кончается. Конечно, сейчас для меня, это самое важное, но остальное ведь никуда не денется. Как и будущее в котором как-то придётся жить.       –Лиа, — в приоткрытой двери появилась лохматая голова брата. Оглядевшись, он и Рюк, совершенно не стесняясь, вошли в мою комнату. Пока шинигами устраивался на подоконнике, Лайт скинул с меня, тихонько пискнувшего, котенка.       –Братец, ты жесток, — я уже собиралась потянуться за пушистым комочком, чтобы вернуть его на законное место, как Лайт схватил края одеяла на катором я лежала и укутал по самые уши.       –Пора спать. Завтра нам рано вставать.       –Именно заснуть я и пыталась, — не делая попыток вырваться даже наоборот, устраиваясь удобнее, чуть обиженно ответила я. Лайт хмыкнул, но потом внимательно посмотрел на меня. По-доброму, нежно и заботливо.       –Ну да. Остаться с тобой?       –Угу, — зарыв лицо в одеяло, призналась я. Лайт опустился на край кровати и улёгся рядом. Я повернулась на бок, положив голову на плечо брата, и почувствовала, как чужая ладонь закрывает в мои волосы и гладит висок.       –Лайт, ты волнуешься? — спросила я тихо, так, что и сама себя еле слышала.       –Нет. И ты не волнуйся. Ты со всем справишься. Я точно знаю, — Лайт обнял меня уже обоими руками, сильнее прижимая к себе. А я в свою очередь накрыла и его краем одеяла.       –Очень самоуверенное заявление, — проворчала я и почувствовала, как брат засмеялся.       –После экзамена можно помолиться в храме Китано.*       –Да. Это было бы здорово.       Пару минут я просто нежилась и грелась в надёжных объятиях брата. Его дыхание и биение сердца, его присутствие вселяло в меня спокойствие. Глаза медленно слипались. Я и не поняла, как заснула.       Какой же замечательный у меня старший братик… Самый… Самый лучший…

17 января

      В последнее время Демон приноровился спать в моей кровати. Он забирается под одеяло и ложится рядом с моим боком. Я совсем не против. Очень мило видеть спросонья маленькую мирно сопящую черно-белую мордочку с большими ушами. Он теплый, мягкий, пушистый и совсем легкий, порой я даже не чувствую, когда он перебирается мне на живот или грудь. Но в этой ситуации был и минус. С ним совершенно не хочется подниматься с кровати и тревожить его сон, прерывая это милоняшество.       Вот и сейчас, я гладила маленькую голову котенка и думала о том, что я что-то забыла. Из прострации меня вывел голос Лайта.       — Ты до сих пор не встала? — хмуро поинтересовался он, стоя на пороге моей комнаты — Мы можем опоздать.       — Куда? — не поняла я.       — Экзамены, — как маленькому ребенку объяснял он мне и снисходительно улыбнулся.       — Тоочноо, — наконец дошло до меня, что именно я забыла.       Как можно осторожней, я выползла из-под одеяла. Но сделала это крайне не аккуратно и случайно разбудила Демона. Продрав глаза, он моргнул, увидел улыбающуюся морду Рюка (да, животина добралась до Тетради Смерти и теперь видит Рюка, а тому доставляет удовольствие пугать кота) и, тихо взвизгнув, убежал.       — Забавный зверек, — проследив за котом взглядом, сказал Бог Смерти.       — Ага, — согласилась я, и попыталась придавить Рюка хмурым взглядом, но шинигами только неронятливо склонил голову в бок, — Рюк, выйди. Мне надо переодеться.       –Вы, люди, слишком много значения придаёте наготе. Я не вижу в этом ничего странного и предрассудительного. Можешь не стесняться…       –Да, да. Проваливай, — я вытолкнула бога смерти из комнаты, не открывая двери, сквозь которую тот запросто прошел.       –Удачи! Лиа! Лайт! — пожелала Саю, выбежавшая нас проводить на улицу прямо в пижаме.       –Выложусь на все двести двадцать, — сжимая в объятиях девочку, пообещала я.       –Знаю, — засмеялась она в ответ и протянула мне шоколадный батончик в красной обёртке, — Это на удачу.**       –А Лайту? — я просяще вытянуда вперёд ладонь.       –А он и так справится, — показала она язык. Я улыбнулась и поднялась на ноги, встретившись взглядом с Сатико-сан.       –Вы будете гордиться мной.       –О, милая, — растроганная женщина обняла меня. А когда отстранилась, погладила по щеке, — Я уже горжусь тобой. И будь отец здесь, он сказал бы тоже самое.       Смахнув непрошеные слезы, я с Лайтом, отправились в школу. Брат явно не торопился, хотя мне казалось, что мы опоздаем. Приходилось постоянно одергивать себя, чтобы не ускакать вперед. Глядя на меня Лайт лишь усмехался. Сейчас мне казалось, что все как прежде. Что нет никакого Киры, нет Эла, нет Тетради… Что рядом идет любимый брат, а не хладнокровный убийца, Кира. Что самая сложная проблема, это сдать экзамен. Что у меня нет прошлой жизни… Но рядом летел Рюк и напоминал, что худшее еще впереди. Но об этом совсем не хотелось. Хотелось улыбаться и смеяться в голос.       — Осталось только десять минут, — кричал мужик в костюме у входа в школу. Брат рядом что-то по старчески ворчал, про три минуты. А я просто улыбалась. Поступить в тот же университет, что и Лайт будет здорово. Более того, это один из самых лучших университетов всей Японии. Его диплом будет куда большим шансом устроить свою дальнейшую жизнь, чем двадцать дипломов среднестатистических учреждений. Конечно, я не собираюсь становиться, как брат и Соитиро-сан, стражем порядка. Мне не кажется, что я смогу отличить преступника от невиновного человека. Да и не хватит во мне решимости наказывать людей. Я даже перед цветком, который периодически забываю поливать, чувствую вину. Думать, что же тогда будет, если мне придется иметь дело с людьми, не хочется совсем. Поэтому я давно решила, что наказывать людей, это не мое. Я стану врачом и буду спасать жизни. Благодарность от спасенных пациентов и реальное осознание ошибки или собственной вины за тех, кому я не смогла помочь, куда лучше, чем муки совести и неуверенность в правильности своего поступка.       Лайт всегда был со мной согласен, хотя и не отказывался от своей идеи наказывать зло, а Сатико-сан и Соитиро-сан меня поддержали в этом выборе. Да, я буду спасать жизни. По настоящему. И начну с близких мне людей. Я не позволю мыслям Лайта перескочить с «Я наказываю зло», до «Я — бог нового мира». Да, у меня все получится.       Оказалось, что мы с Лайтом в разных аудиториях. Более того, вообще ни одного знакомого имени. Пришлось идти в другое крыло здания и ждать начала экзамена в обществе смурных лиц.       Прочитав задания первый раз, я поняла, что я ничего не знаю. Прочитав все заново, я поняла, что зря не готовилась. Посмотрев на Рюка, я была уверена, что сдам экзамен. Нет, он не собирался мне помогать, он просто сидел на подоконнике и скучал, как обычно. Для него нет разницы. Экзамен это или урок. Может и мне не нужно ее видеть? Может ее и нет совсем?       Посмотрев на задания в последний раз, я поняла, что многое здесь знаю и у меня все шансы набрать процентов семьдесят. Спасибо, Рюк, ты спас мое хорошее настроение.       — Да, жизнь прекрасна, — улыбалась я во все зубы, выходя из аудитории. Лайт уже ждал меня у выхода из школы и очень удивился моей радости.       — Что с тобой? — спросил он.       — Лайт, я так рада, так рада, что школа позади и не нужно просыпаться спозаранку и делать уроки и учить даты и стихи… Это же рай… — почти визжала я, задыхаясь от восторга.       — Лиа, — как-то подозрительно улыбаясь, брат положил мне на плечо руку, — нам еще месяц учиться…       — Что.? — моя челюсть упала на пол, куда-то к надежде, — Ты шутишь?       — Нет, — покачал он головой, — Зато теперь понятно, что ты целый день улыбалась.       — Кошмар, — меня сразу пригнуло к земле. Еще месяц.