Опасность сближает

      — Альфред, здесь сильные помехи — уже на третьей миле; я тебя плохо слышу.       — Да, сэр, я заметил. Сигнал от вашего костюма становится всё более слабым. Может, вам стоит вернуться обратно?       — Нет. Я должен выяснить, что происходит в этой лечебнице.       — В таком случае вам может понадобиться информация о ней; я попытаюсь загрузить её вам на компьютер.       — Хорошо, попробуй.       — Сэр, у меня не получается. Сигнал слишком слабый... слабеет...       — Ты пропадаешь, Альфред.       — Сэр, советую... вы може... лько не... сэр?       — Альфред?.. Хм, чёрт.       Это было внушительное сооружение: комната, будто целиком выплавленная из металла, производила впечатление бункера, а массивную дверь, ограждающую всех, кто находится внутри, от улицы, казалось, никакая бомба не способна сокрушить.       Бэтмен помог Джокеру дойти до нескольких железных стульев, стоявших у стены, и посадил его на один из них. Здесь находились одновременно и пост охраны, и регистрационное окно — они были соединены между собой, так как выполняли озвученные задачи одни и те же люди. Служебное помещение было отделено от основного входа, а следили из него за происходящим сквозь одностороннее зеркало, через которое с этой стороны ничего нельзя было разглядеть. Оттуда и велось управление главной дверью, ведущей наружу.       Джокер окинул дверь и коридор внимательным взглядом. На полу виднелись следы крови, идущие прямо в комнату охраны. Бэтмен направился к ней. Со стороны он казался решительным — но внутри был взволнован и приготовился к самому неприятному, когда потянул ручку двери на себя. Но она не поддалась — Бэтмен разочарованно выдохнул.       — Ключ должен быть где-то здесь, — произнёс Джокер, сразу поняв, в чём дело.       — Необязательно, — возразил Бэтмен. — Он должен быть у кого-то из охранников, а они все мертвы и растасканы по углам.       — Тогда выбей её.       Бэтмен прижал руку к больным рёбрам и покачал головой. Он стоял спиной к Джокеру — и тот не увидел этого движения, которое легко объяснило бы ему причину отказа. Брюс не мог просто так бегать, выбивать двери, даже драться в полную силу: сломанные кости попросту могут повредить ему лёгкие — и тогда он рискует погибнуть от внутреннего кровотечения или задохнуться.       — Нужно искать ключ, — заключил Джокер, слегка закатив глаза.       — Сиди здесь, — приказал ему Бэтмен и отправился назад, к камерам заключённых.       — Бэтси?..       — Я скоро вернусь.       Всех охранников, которые успели попасть на глаза Брюсу, он собирался осмотреть на наличие в их карманах электронных ключей, один из которых мог подойти к нужной ему двери. Такая тактика действий была самой достойной из всех возможных, которые можно было сосчитать по пальцам одной руки, и единственной — легко выполнимой. Однако Брюса почти тошнило от сильного запаха гниющей плоти и отвратительных, разодранных тел. Но, преодолевая отвращение, он старательно выполнял поставленную задачу — тем не менее никаких успехов его старания пока не принесли.       Бэтмен услышал недалеко от себя чьи-то вздохи, похожие на стоны. Сначала ему показалось, что кому-то нужна помощь, — и он подошёл ближе; но это оказался всего-навсего один из заключённых, пытающийся довести себя до оргазма. Брюса передёрнуло от увиденного: мало того что его взору открылись слишком личные действия, так ещё этот человек стоял в смеси из внутренностей и крови, принадлежащей сваленным в углу его же сокамерникам. Брюс поспешил уйти, пока его не заметили.       У него не было никакой уверенности, что ключи спокойно лежат в кармане одного из охранников; они могут находиться где угодно: хотя бы, например, закатился куда-нибудь — или же их просто нет в этом месте. Брюсу начинало казаться, что так оно и есть, — его это сильно напрягало; он начал всерьёз задумываться вернуться обратно, действительно выбить дверь — и, нажав нужные кнопки, открыть выход. Они с Джокером сразу смогут получить медицинскую помощь и остаться в живых. Эти мысли приободрили Брюса; он решил вернуться к Джокеру.       Бэтмена пригвоздили к месту чьи-то крики и мольбы о помощи; ему почудилось, что это, возможно, Джокер его зовёт, — но он быстро разубедился в этом, когда лучше разобрал голос. Это был какой-то другой несчастный, попавший в беду. Бэтмен, не раздумывая, — больше по старой привычке героя — отправился на подмогу, по дороге прислушиваясь к крикам, стараясь определить источник звука. Он понял, что кричат из изолятора, — и быстро добрался туда. Теперь Брюс мог расслышать не только жалобные — иногда срывающиеся на вопли — стоны, но и, помимо них, ругательства и рычание.       Перед Бэтменом развернулась нелицеприятная картина: трое заключённых скрутили четвёртого, прижав его к полу, и, сдерживая сопротивление, срывали с него одежду, порой вместе с кожей — его тело в нескольких местах покрывали широкие неглубокие царапины.       Бэтмен вошёл резко, не заботясь об осторожности, — психи сразу его услышали и посмотрели на вошедшего Тёмного Рыцаря. Они пару секунд молчали, обмениваясь взглядами, а потом один из них зашипел неприятным голосом:       — Пошёл на хер отсюда! — Он вцепился ногтями в руку жертвы, которую всё это время держал, — и так сильно сжал её, что молодой человек жалобно заскулил.       — Отпусти его, — строго приказал Бэтмен.       Мужчины переглянулись, а один из них, не думая, сразу кинулся на врага, оскалившись, как бешеная собака. Техника боя этого ненормального оказалась хуже, чем у ребёнка. Бэтмен мощным свингом снёс мужчину с ног — и тот, жёстко опустившись наземь, мгновенно потерял сознание. Другие не обратили на его неудачу внимания — и таким же образом бросились в драку. Силы в их тощих телах было не много — ни один из них не был в состоянии выдержать удар Бэтмена. Это и понятно, ведь он способен вывести из строя даже здорового мужчину, полного сил, — обитателя Блэкгейда. Но недостаток физической силы соперники компенсировали отчаянной и незыблемой яростью — они не сдавались до последнего, хотя было ясно, что исход битвы предрешён.       Вскоре Бэтмен стоял в окружении лежащих без сознания, поверженных им психов. Брюсу не составило большого труда одолеть оппонентов — но его повреждённые рёбра острой болью напомнили о себе. Он стоял, сдерживая страдальческий выдох, а потом, придя в себя, перевёл взгляд на несчастного; тот с ужасом в глазах заполз под кровать, умоляя оставить его в покое. Брюс и не ждал слов благодарности: этот человек, возможно, просто не в состоянии даже понять, что здесь только что произошло. Брюс наблюдал за ним некоторое время, вспоминая про Джокера и ключи, необходимые для освобождения. Он злился на то, что здесь происходило; он хотел что-то изменить, желал предотвратить творившийся в лечебнице беспредел. Брюс долго мучился подобными мыслями, всё больше сомневаясь, что хоть как-то сможет повлиять на ситуацию.       Опомнившись, Бэтмен собрался вернуться к выходу, как ему на глаза попалось что-то белое, напоминающее электронный ключ. Приглядевшись лучше, он только убедился в этом; искомая вещь лежала под телами заключённых, с которыми Бэтмен недавно дрался; он предположил, что кто-то из них закрыл ту дверь, но для чего — пока оставалось подозрительной тайной. Электронный ключ выпал из нагрудного кармана одного из заключённых — запачканный кровью, придавленный рукой психа. Бэтмен подобрал его, стараясь не потревожить лежащего без сознания, агрессивного заключённого, и, бросив последний взгляд на хныкающего под кроватью человека, ушёл.       Бэтмен нашёл Джокера на том же месте — сидящего на стуле. Когда он зашёл, тот следил за дверью, не сводя опасливого взгляда; возможно, он слышал шаги Бэтмена, ошибочно решив, что это идёт кто-то другой. На его лице Брюс заметил облегчение.       — Нашёл? — полуутвердительно спросил Джокер, так как по виду Бэтмена догадался, что поиски закончились удачно. Тот кивнул в ответ и подошёл к двери. Брюс надеялся, что найденный им ключ от этой двери, — и волнение с каждым мгновением усиливалось. Характерный сигнал дал знать, что дверь отперлась, — и Бэтмен потянул за ручку.       Открывшийся вид в комнату охраны заставил его в шоке отпрянуть.       — О, Господи, — не сдержался Бэтмен, сделав шаг назад.       Джокер обомлел, с удивлением посмотрев на Бэтмена, который, сдерживая раздражённый вздох, покачал головой от гнева. Джокер глянул в комнату охраны: она была крохотной и сейчас больше напоминала свалку мясных отходов. Несколько людей, которые в данный момент только отчасти напоминали собой людей, лежали кучей, как какой-то мусор. Теперь понятно, каким образом появилась кровавая дорожка на полу, — их сюда специально тащили. Зловоние, шедшее из комнаты, стало ощущаться более чётко; слышался звук парящих в воздухе мух. Отвратительное месиво почти заставило Брюса чертыхаться — но он всё ещё себя контролировал. Джокер, глядя на него всё это время, вдруг странно засмеялся:       — А я всё жду, когда ты матом начнёшь ругаться.       Бэтмен нервно усмехнулся в ответ — он остался стоять на месте, смиряя подозрительным взглядом открывшуюся картину.       — Пойдём уже отсюда, Бэтс, — серьёзно произнёс Джокер, поднимаясь на ноги. — Хватит бояться, поджимая плащик.       Бэтмен мрачно посмотрел на него — но быстро перестал и решительно вошёл внутрь. Помимо трупов, в помещении находились: стол, стулья — все сломанные, — разваленный телевизор и — самое главное — панель управления. Бэтмен собирался подобрать правильную комбинацию кнопок, как через долю секунды всё погрузилось во тьму.       Джокер и Бэтмен тут же замерли; в памяти обоих всё ещё вырисовывался силуэт комнаты и коридора — но на деле не было видно ни зги. К тому же здесь отсутствовали окна, отчего увидеть что-то не представлялось возможным в совершенном смысле. Пока Брюс стоял в кромешной тьме на протяжении почти минуты, ему становилось не по себе, учитывая лежащие рядом трупы. Сразу вспомнились фильмы ужасов про зомби. Бэтмен, поняв, что свет не появится, включил ночное виденье. Всё оставалось на своих местах — а Джокер, стоявший до сих пор около двери в комнату охраны, показался Бэтмену слишком напряжённым и взволнованным.       — Бэтс, ты где? — спросил он полуиспуганным голосом.       — Я здесь.       — Что ты сделал? Куда делся свет?       — Это не я. Должно быть, выбило пробки — или ещё что.       — А может, их кто-то выбил, — настойчиво произнёс Джокер, прижимаясь к стене и осматриваясь, хотя это ему ничего не дало: он ничего не видел.       — Прекрати. Это никому не нужно.       — Плохо ты знаешь эти места, Бэтси.       Бэтмен не стал больше спорить — только покачал головой. В этот момент обоих настигло сознание, что они не смогут открыть дверь и выбраться без электроэнергии. Брюс помрачнел, а Джокер тихо зарычал, ниже опуская голову. Брюс посмотрел на него: тот руками опирался о стену, всматриваясь в темноту; у него был такой вид, словно он способен кого-то разглядеть. Бэтмен заметил, как некто появился в входных дверях — это был один из заключённых. Он смотрел в комнату и также не был в состоянии что-то увидеть; мужчина шумно дышал, быстро двигал головой и странно дёргался.       — Кто здесь? — крикнул он — но, не получив ответа, вскоре пошёл дальше по коридору.       Джокер стоял и не двигался, как запуганная мышь, услыхавшая взмах крыльев совы, вышедшей на охоту, — но Брюса его поведение больше не удивляло. Тот в скором времени отошёл от стены и руками принялся нащупывать стоявшего рядом Бэтмена.       — Бэтс, ты здесь? — Наткнувшись на грудь Тёмного Рыцаря, Джокер быстро нашёл его руку и крепко обхватил её. Брюс подумал, что Джокер хотел прижаться к нему всем телом, — но не стал этого делать из-за некой причины, известной ему одному. Помимо этого, Брюсу данные действия показались очень милыми — но он понимал, что Джокера так заставляла поступать ситуация; возможно, он совсем не хотел делать ничего подобного. Вскоре Бэтмен вспомнил про электрогенераторы, находившиеся в подвале, которые он слышал, когда искал выход.       — Здесь, под зданием, в подвале, есть генераторы электроэнергии; они самостоятельно включаются, когда поток энергии из основного источника прекращается по какой-либо причине. Должно быть, заело что-то — или сломалось.       — Надеюсь, так оно есть, — буркнул Джокер.       — Я схожу туда — посмотреть, в чём дело.       — Я пойду с тобой.       — Ты ранен. Тебе лучше остаться здесь.       — Нет, — отрезал Джокер, глядя себе под ноги.       Бэтмен не стал больше возражать, хотя эта идея ему совсем не понравилась. Джокер будет ему мешать: он не может нормально ходить и не в состоянии ориентироваться в темноте. Джокер это тоже хорошо понимал — но отпустить руку Бэтмена и остаться здесь, в одиночестве, у него не хватало никаких нервов. Бэтмен упрямился — но всё же они вместе двинулись к подвалам.       Окружающая тьма сильно напрягала даже Бэтмена, хотя он — благодаря своей аппаратуре — неплохо видел. По коридорам, как во сне, бродили психи; им словно легче жить без света. Бэтмен попросил Джокера быть рядом и, если что-то вдруг произойдёт, не бежать — а оставаться на месте. Брюс не был уверен, что его враг послушается, — но так ему было легче перед самим собой. Преобладающая часть обитателей лечебницы была в основном пуглива и безобидна — но тех, кто проявлял очевидную агрессию, приходилось обходить более длинными путями.       — Хочу жрать, — скулил и рычал кто-то из них в поисках добычи. С некоторыми ненормальными пришлось сражаться — но сила и превосходство всё ещё были на стороне Бэтмена.       Помимо опасностей, обоих настигла биологическая нужда: пришлось задержаться — но при этом в туалет сходить было некуда, так как двери в уборные были или закрыты, или завалены; кроме того, в доступных местах лежали убитые, истерзанные больными сотрудники лечебницы, по телам которых ступать было очень неприятно. Брюс испытывал неудобство — но Джокер не предавал этому большого значения.       — Боишься, что из унитаза выскочит чья-то рука и схватит тебя за...       — Помолчи.       Брюс тогда понял, чем ещё здесь пахло: иногда запах гнили и пота перебивал мощный и резкий запах мочи. Он тряхнул головой, стараясь не представлять себе, как именно обитатели лечебницы справляются с этой проблемой.       По дороге Джокер разговаривал мало — но когда он говорил, то рассказывал в основном странные байки, от которых Брюса порой передёргивало.       — Некоторые хотят тебя убить, кто-то — сожрать, третьи — изнасиловать. Знаешь, я очень сочувствую здешним дамам; их, кстати, в этом месте ни одной не осталось. А знаешь, почему? Потому, что их разорвали пополам, пока делили между собой. Думаешь, я шучу?       — Я ничего не думаю, — отозвался наконец Бэтмен. — Мы уже скоро дойдём.       — Не может быть. — В голосе Джокера слышалось не только раздражение, но и усталость; Бэтмен чувствовал, как тот слабеет. Брюс лишний раз убедился, что брать его с собой не стоило, хотя и знал, что проще скалы с места сдвинусь, чем убедить Джокера в том, что он заблуждался.       Перед ними возникла очередная лестница, на этот раз ведущая прямо вниз — в подвал. Здесь темнота была особой черноты. Если на этажах вечерний свет из окон прекрасно освещал помещения, кроме самых тёмных углов и тех мест, где окон нет, то здесь — под землёй — не было видно различий между открытыми и закрытыми глазами. Джокер ничего не видел, не представлял себе, куда его ведут, — ему полностью приходилось доверять Бэтмену; последнему это доверие льстило. Однако Брюс старался не принимать происходящее на свой счёт.       В подвале царствовала тишина — тут было холодно и очень сыро; в воздухе чувствовался запах плесени. После медленного спуска по лестнице оба мужчины ступили на пол — и их ноги опустились под воду сантиметров на десять.       — Ледяная, — фыркнул Джокер.       — Странно. Здесь не было воды.       — Может, трубу прорвало. — Джокер помолчал, приподнимая ногу над уровнем воды. — Или её кто-то пробил специально.       — Хватит, — разозлился Бэтмен. — Здесь нет никого, кому было бы нужно наше присутствие.       — Ты идиот, если так думаешь, — выплюнул Джокер.       — Замолчи, пока я тебя не ударил.       — А ты не ори на меня!       — Я не ору!       Джокер оттолкнул Бэтмена — но вместо него упал сам, когда нога его зацепилась за что-то спрятанное под водой, и плюхнулся в воду. Джокер случайно глотнул воды и начал кашлять. Бэтмен обеспокоенно на него смотрел, желая помочь, — но не решаясь ни на какие действия. Вдруг Джокер начал смеяться в ледяной воде. Он хихикал, чуть дрожа всем телом.       — Джокер?       — Хи-хи... чёрт, я весь промок.       Джокер сплёвывал безвкусную воду, постепенно приходя в себя. Бэтмен собирался наклониться и помочь тому подняться, как Джокер сам резко дёрнулся назад, приподнявшись на колени. Брюс увидел, как Джокер всматривался в чёрную толщу воды, прижимая одну руку к телу, потирая пальцы. Через секунду он перевёл быстрый взгляд на Бэтмена и, ничего не увидев, начал подниматься. Джокер делал это, как слепой котёнок — беспомощный, не ориентирующийся в пространстве, пытающийся нащупать около себя стену или ещё что-то, за что можно ухватиться.       — Ты что-то заметил? — спросил Бэтмен, взяв Джокера под локоть, помогая подняться.       — Ничего, — ответил тот и, выдернув руку, добавил достаточно злым голосом: — Ты меня нервируешь.       Брюс закатил глаза и покачал головой. Джокер всё равно не мог этого увидеть — и потому он позволил себе эту маленькую слабость.       — Пошли. — Бэтмен двинулся вперёд, а Джокер, вцепившись в его руку, потянул на себя:       — Меня подожди.       Бэтмену снова пришлось поддерживать Джокера, чтобы тот мог идти рядом и не заблудиться в кромешной тьме и коридорах подвала. Холод воды действовал на больную ногу Джокера положительно — как обезболивающее. Он и раньше едва мог ей двигать — но теперь, когда она полностью онемела, Джокер почти перестал её чувствовать.       Они медленно продвигались вперёд. Брюс не заметил здесь ничего, что могло бы показаться подозрительным. По мере продвижения он смог заметить пробитую трубу — но характер её повреждений говорил, что он — внешний, а не внутренний. По трубе кто-то нанёс удар. Бэтмен насторожился: если это сделал кто-то нарочно, то, возможно, он может быть всё ещё здесь. Джокер, вероятно, оказался прав. Они дошли до генераторов, Бэтмен собирался подойти к ним ближе и осмотреть их.       — Стой здесь, — сказал он, отпустив Джокера. Тот молча послушался; его без того зелёные, горящие глаза ещё больше округлились; он замер и прислушивался к шагам Бэтмена, к звукам кнопок и лязгу металла.       — Хм... — задумчиво протянул Бэтмен.       — Не говори, что он сломан.       — Он не сломан — но повреждён.       — И что теперь?       — Думаю, я смогу его запустить.       — Хех, ты механик? Кажется, теперь я знаю, кто прячется под маской Бэтмена.       Брюс недолго разбирался в устройстве механизма — и вскоре, после его манипуляций, генератор заработал. Подвальное помещение заполнило гудение мотора — и под потолком вспыхнули редкие и слабые лампочки. Теперь во всей лечебнице работает свет — но здесь — в подвале — было почти так же темно: большинство ламп было выкручено когда-то давно, а остальные — не могли полностью осветить всё помещение. Здесь царствовали сумерки, однако нужды в ночном виденье больше не было. С появлением света сразу стало заметно, что воду в некоторых местах окрашивала кровь, а у стен лежали разрезанные трупы. Бэтмен и Джокер настороженно оглядывались, изучая место недавней бойни.       — Похоже, мне не показалось, — произнёс Джокер.       — Когда?       — Когда упал и нащупал чью-то руку.       Бэтмену совсем не понравилось это откровение.       — Почему ты не сказал раньше?       Джокер сдвинул брови и, посмотрев на Бэтмена, уже хотел что-то произнести, как вдруг подвал заполнил резкий и высокий визг пилы.       — Кажется, пришла очередь десерта. — На лице Джокер скользнула нервная улыбка — он похромал куда-то в сторону, проигнорировав удивлённый, требующий ответа взгляд Бэтмена.       — Кто это? — донёсся хриплый, гулкий голос. — Это ты, малыш? Иди ко мне, не бойся.       Где-то в темноте послышались хлюпающие шаги и иногда раздавались звуки включённой, работающей пилы. Джокер торопливой и хромающей походкой добрался до ближайшей колонны и спрятался за ней. Бэтмен, следуя примеру Джокера, затаился в тёмном углу.       Нападать из засады гораздо удобнее, даже если роль добычи выполняешь ты сам.       Тусклый свет одной лампочки задел шедшую в их сторону фигуру. Внешне этот человек напоминал собой мясника: его нагрудный фартук, худые жилистые руки и лицо с глубокими морщинами запачкала засохшая кровь жертв. Его бешеный кровавый взгляд изучал подвал с особым вниманием и животным голодом.       — Покорми меня, покорми меня, — то ли шипел, то ли скулил мужчина, поигрывая небольшой пилой в руке. Брюс отметил, что это инструмент скорее медицинский, чем строительный. Мощность у него не велика, чтобы рубить деревья и металл, — но её достаточно, чтобы разрезать плоть и даже кости. Псих не замечал своих жертв, продолжая искать — не слишком тщательно, пропуская множество мест, где, очень вероятно, могла спрятаться добыча. Брюсу показалось, что у этого человека плохое зрение. А после того, как он заметил его помутневшие глаза, Брюс окончательно убедился в этом.       Джокер, в отличие от Бэтмена, находился не в лучшем положении: он порой стоял на пути каннибала — и ему приходилось перемещаться. Двигался он не хуже кошки — Брюс это отметил, — но вода предательски выдавала его. Джокер делал всё, чтобы избежать обнаружения, — двигался он медленно, вовремя останавливаясь, если это было необходимо, и шёл одновременно с психом. Брюсу быстро стала надоедать опасность ситуации, напряжение сильно раздражало его нервы. Он решил подобраться к маньяку ближе и отключить его.       Джокер, используя все свои навыки выживания, успешно оставался незамеченным, но он оступился — его нога сорвалась со скользкого камня, и он почти упал, громко шумя взволнованной водой. Псих сразу его услышал и — бросился на звук. Джокер ощетинился, сгруппировавшись, готовясь принимать удар, хотя точно не представлял себе, как будет отбиваться от пилы, лезвие которой легко может убить его. Каннибал кинулся почти мгновенно, визг пилы казался оглушающим на таком близком расстоянии. Джокер инстинктивно отпрянул назад, уворачиваясь от смертоносного оружия, теряя равновесие. Маньяк промахнулся, но тем не менее повалил добычу наземь — и, вцепившись в горло рукой, глядя сумасшедшими глазами, вновь собирался нанести удар.       — Не бойся, будет не больно, — в лихорадке произнёс псих и уже замахнулся, как его руку выкрутили так сильно, что послышался хруст суставов. Он вскрикнул, выронив оружие, в эту же секунду его сильно оттолкнули к стене. Хоть действия были быстрыми и неожиданными, каннибал быстро пришёл в себя и бросился в ответную атаку. Боролся он с Бэтменом недолго: тот наносил несколько мощных и удачных ударов, после которых оппонент быстро потерял силы, а от завершающего удара — головой об стену — он сразу потерял сознание.       Бэтмен посмотрел на Джокера, который лежал в луже, опираясь руками, и смеялся. Бэтмен строго глядел на него какое-то время и хотел было произнести успокаивающую речь — но вместо этого у него вышло раздражённое рычание:       — Хватит.       Джокер, продолжая посмеиваться, неспешно перевёл взгляд с лежащего маньяка на Бэтмена; он смотрел ему в глаза и, казалось, хотел что-то ответить — но не смог вымолвить ни слова. Брюсу это действовало на нервы, но он быстро опомнился и взял себя в руки. Он помог Джокеру встать, на что тот поначалу отреагировал отрицательно, но позже всё-таки позволил себе помочь. От Джокера Бэтмен так и не услышал слова признательности, но ему это не было нужно: он знал, что тот ему благодарен.       Им предстояло пройти длинный путь — обратно, к выходу из тюремного блока; и они оба понимали, что за это время с ними может случиться всё что угодно, учитывая недавние события. В безопасности никто не был уверен. Брюс хотел поторопиться: его ни на секунду не отпускало чувство опасности — и он всё больше начинал волноваться за Джокера.