Восхождение к трону

Примечания: курсивом выделены отрывки из произведения Джоан Кэтлин Роулинг «Гарри Поттер и философский камень» Утро для Гарри наступило раньше обычного. Он знал, что уже рассвело, но не торопился открывать глаза. Это был тот редкий случай, когда можно было понежиться в постели. Тук. Тук. Тук. На подоконнике сидела сова с газетой, зажатой в клюве. Потирая глаза, Гарри подошёл к окну и распахнул его, после чего сова влетела в комнату и, сделав круг, спикировала на Хагрида. Она бросила газету на голову лесничего, а затем стала топтаться по нему — но даже тогда великан не проснулся. — Прекрати! — буркнул Хагрид, когда пернатое животное стало его клевать. — Гарри, дай ей денег! — продолжал бурчать он. — Но у меня нет! — воскликнул мальчик, а сова продолжала расхаживать по великану. — У меня в кармане, пять кнатов. — Чего — чего? — переспросил Гарри. — Маленькие бронзовые монетки. Мальчик пошарил в карманах большой куртки великана, и достал оттуда монеты. Как только он отсчитал нужное количество, сова протянула лапку с привязанным к ней кожаным мешочком, в который Гарри и положил монеты. Клюнув напоследок Хагрида, птица вылетела в окно. День начался удивительно весело! *** Позавтракав, Гарри и Хагрид сели в хлипкую лодку и поплыли к берегу. У мальчика мелькнула мстительная мысль, что теперь Дурсли не скоро окажутся дома! Ох, как не скоро! Ведь судёнышко было единственным транспортом на проклятом острове, и сейчас именно его использовали Гарри и Хагрид. Великан читал газету, именуемую «Ежедневный пророк», пока вёсла сами гребли в нужном направлении. Поттер же размышлял о бренном мире. Он перечитывал письмо, которое ему вручил великан (самое первое было надежно спрятано в кармане) и размышлял над одной вещью — адрес. Там был указан адрес острова. Гарри точно помнил, что на самом первом письме было написано «чулан под лестницей», затем «самая маленькая комната», а позже — номер комнаты гостиницы. Значит, волшебники знали о его перемещениях и о том, В КАКИХ условиях он живёт! Но почему никто ничего не сделал?! Ведь судя по словам Хагрида, он — Герой Магического мира! «Хорошо же этот самый Магический мир заботится о своём Герое! — с раздражением думал мальчик. — А ведь мои родители погибли, защищая ИХ! Если бы они хотели меня спасти, они бы уехали, как можно дальше. Но они остались! Они остались, чтобы сражаться! И погибли за этот мир! — к горлу мальчика подступили слезы. — Погибли не за меня, а за Магический мир! И вот их благодарность! Даже пальцем не пошевелили, что бы защитить меня!» — Гарри смахнул непрошённые слезы. — Эй, Гарри, ты чего? — спросил Хагрид, выглядывая из-за газеты. — Все в порядке, — отмахнулся тот. — Просто вспомнил родителей! — Ты не переживай, они это… Действительно любили тебя! — Тогда почему они не уехали из страны? Почему остались? Ведь знали же, какая опасность нам угрожает! Великан тяжело вздохнул. — Я не знаю, Гарри. Они просто… Просто были очень хорошими людьми… *** С такими невеселыми мыслями Гарри добирался всю дорогу до неприметного бара «Дырявый котёл». Если бы мальчик гулял один, то в жизни бы не нашёл этот бар, не зная точного его расположения. Он был настолько маленьким и невзрачным, что взгляд прохожих скользил с книжного магазина на витрины, заполненные CD-дисками. Как объяснил потом великан, на бар были наложены специальные маглоотталкивающие чары, именно поэтому прохожие его не замечали. Для известного местечка бар был слишком тёмным и обшарпанным. В углу сидели несколько пожилых женщин и пили вино из маленьких стаканчиков, одна из них курила длинную трубку. Маленький человечек в цилиндре разговаривал со старым лысым барменом, похожим на нахмурившийся грецкий орех. Когда они вошли, все разговоры сразу смолкли. Как только до посетителей бара дошло, КОГО сопровождает Хагрид, начался форменный дурдом. К Гарри шёл нескончаемый поток людей: все они здоровались, представлялись, жали руку, некоторые даже подходили несколько раз. В этом водовороте лиц и имён, Гарри запомнил лишь одного: заикающегося пр-пр-профессора Квиррела — преподавателя защиты от Т-т-тёмных искусств. После этого знакомства Гарри заранее был уверен, что этот учитель станет у него самым нелюбимым, несмотря на предмет, вызвавший у него искренний интерес. Поттер мысленно поставил галочку — посмотреть в книжном магазине дополнительную литературу по этому предмету. Ему явно придётся изучить его самостоятельно! Гарри был благодарен Хагриду за то, что тот наконец-то увёл его из бара. Пройдя на задний двор, они остановились у каменной стены, и великан стал отсчитывать кирпичики. Затем, достав свой небезызвестный зонт, трижды стукнул им по стене. Один за другим кирпичи стали отъезжать в сторону, открывая проход. Через секунду перед ними образовалась арка, достаточно большая, чтобы сквозь неё мог пройти Хагрид. За аркой начиналась мощённая булыжником извилистая улица. — Добро пожаловать в Косой переулок, — произнёс Хагрид. Он усмехнулся, заметив изумление на лице Гарри. Они прошли сквозь арку, и Гарри, оглянувшись, увидел, как она тут же снова превратилась в глухую стену. Лавина света ослепила мальчика, а гул толпы — оглушил. Буйство красок… Маги в разноцветных одеждах деловито сновали из магазинчика в магазинчик, из лавки в лавку; яркие вывески предлагали приобрести то новый котёл, то мантию. Гарри схватился за край куртки великана, чтобы не потеряться, и как телёнок на привязи, пошёл за ним. — «Гринготтс», — объявил Хагрид. Они находились перед белоснежным зданием, возвышавшимся над маленькими магазинчиками. А у отполированных до блеска бронзовых дверей в алой с золотом униформе стоял… — Да, это гоблин, — спокойно сказал Хагрид, когда они поднимались по белым каменным ступеням. — Они хранители всего золота в магическом мире, а их сейфы самые надёжные и безопасные, кроме Хогвартса, разумеется. Невероятно алчные существа. Никогда выгоды не упустят. Гоблин был на голову ниже Гарри. У него было смуглое умное лицо, острая бородка и, как заметил Гарри, очень длинные пальцы и ступни. Он поклонился, когда они входили внутрь. Теперь они стояли перед вторыми дверями, на этот раз серебряными. На них были выгравированы строчки: Входи, незнакомец, но не забудь, Что у жадности грешная суть, Кто не любит работать, но любит брать, Дорого платит — и это надо знать. Если пришёл за чужим ты сюда, Отсюда тебе не уйти никогда. Два гоблина с поклонами встретили их, когда они прошли сквозь серебряные двери и оказались в огромном мраморном холле. На высоких стульях за длинной стойкой сидела ещё сотня гоблинов — они делали записи в больших гроссбухах, взвешивали монеты на медных весах, с помощью луп изучали драгоценные камни. Из холла вело больше дверей, чем Гарри мог сосчитать, — другие гоблины впускали и выпускали через них людей.В банке было многолюдно. В поисках свободной стойки Хагрид и Гарри направились вперёд. Пока лесничий искал свободного кассира (из-за своего роста у него был лучший обзор), Гарри прислушивался и присматривался к происходящему: обращал внимание на лица и жесты волшебников, на их фразы и тон в общении с гоблинами. Поттер впервые видел этот народец и мог лишь сделать предположение об их нраве, быте, обычаях и традициях, но он точно понимал, что всё это, скорее всего, отличается от быта магов и тем более неволшебников. Мальчик крутил головой на все 360 градусов, стараясь всё уловить и всё заметить. Облажаться при первом знакомстве ему не хотелось. Как он прочитал в одной библиотечной книге: «У вас не будет второго шанса, чтобы произвести первое впечатление». И Гарри собирался оставить о себе благоприятное первое впечатление. Хагрид увидел свободного кассира и направился к стойке, мальчик поспешил за ним. — Доброе утро, — обратился Хагрид к гоблину. — Пусть ваши сейфы будут забиты золотом, — перебил его Гарри. Гоблин опешил от такого обращения. На миг его лицо приняло удивлённый вид (а у Гарри перехватило дыхание — вдруг он неправильно уловил слова взрослого мага и не расположил к себе работника банка, а, наоборот, оскорбил его), но он тут же надел на себя маску. Вежливость располагает к себе. — Мое имя Гарри Поттер. Мы пришли, чтобы взять немного денег. К кому я могу обратиться? — продолжил мальчик, пока Хагрид глядел на него во все глаза, ставшие похожими на блюдца. Стойка была довольно высокой и Гарри едва доставал до неё. Он поднялся на цыпочках, что бы видеть гоблина, и обхватил пальчиками мраморный край столешницы, чтобы не упасть. — А у вас есть ключ, сэр? Ключа у Гарри не было. Он с надеждой посмотрел на лесничего, а тот, кажется, пребывал где-то в нирване, потому что отреагировал на Поттера лишь тогда, когда тот дернул его за край толстой чёрной куртки. — Э-э… Где-то был, — встрепенулся Хагрид и начал выкладывать на стойку содержимое своих карманов. Пригоршня заплесневелых собачьих бисквитов посыпалась на бухгалтерскую книгу гоблина. Гоблин сморщил нос. Гарри наблюдал за гоблином, сидевшим справа и взвешивавшим груду рубинов, огромных, как пылающие угли. — Нашёл, — наконец сказал Хагрид, протягивая крошечный золотой ключик. Гоблин изучающе посмотрел на него. — Кажется, всё в порядке, — сказал гоблин и положил ключ обратно на мраморную поверхность стойки. — И у меня тут ещё письмо имеется… э-э… от профессора Дамблдора, — с важным видом произнёс Хагрид, выпячивая грудь.  Пока Хагрид отдавал письмо, Гарри незаметно схватил маленький золотой ключик и сунул его к себе в карман, там где уже лежало его первое письмо. — Это насчёт Вы-Знаете-Чего в сейфе семьсот тринадцать. Гоблин внимательно прочитал письмо. — Прекрасно, — сказал он, возвращая письмо Хагриду. — Сейчас вас отведут вниз к вашим сейфам. Крюкохват! Крюкохват тоже был гоблином. Когда Хагрид распихал все собачьи бисквиты по карманам, они с Гарри последовали за Крюкохватом к одной из дверей. Они шли молча. Гарри раздирало любопытство о сейфе номер 713, но мальчик боялся поинтересоваться. Когда он уже решился и открыл рот, чтобы спросить, гоблин распахнул перед ними дверь. Гарри, ожидавший увидеть вокруг мрамор, был удивлён. Они стояли в узком каменном коридоре, освещённом горящими факелами. Дорога круто уходила вниз, на полу были тоненькие рельсы. Крюкохват свистнул, и к ним с лязгом подкатила маленькая тележка. Они забрались внутрь — Хагриду это удалось с трудом — и поехали. Сначала они неслись сквозь лабиринт петляющих коридоров. Гарри пытался запомнить дорогу — налево, направо, направо, налево, на развилке прямо, опять направо, опять налево, — но вскоре оставил это бесполезное занятие. Казалось, дребезжащая тележка сама знает дорогу, потому что Крюкохват ею не управлял. Гарри обдало ледяным воздухом, глаза защипало, но он держал их широко открытыми. В какой-то момент ему почудилось, что он заметил вспышку огня в конце коридора, и он быстро обернулся, чтобы увидеть, не дракон ли это, но опоздал — тележка резко ушла вниз. Сейчас она проезжала мимо подземного озера, на потолке и стенах росли сталагмиты и сталактиты. Хагрид был весь зелёный. Когда тележка наконец остановилась перед маленькой дверью в стене, он выбрался из неё, прислонился к стене и подождал, пока у него перестанут дрожать колени. Крюкохват отпер дверь. Изнутри вырвалось облако зелёного дыма, а когда оно рассеялось, Гарри ахнул. Внутри были кучи золотых монет. Колонны серебряных. Горы маленьких бронзовых кнатов. — Это всё твоё, — улыбнулся Хагрид. «Всё твоё» — это было невероятно. Дурсли наверняка не знали об этих деньгах, иначе они отняли бы их у него, не успел бы он и глазом моргнуть. Сколько раз они жаловались, что Гарри им дорого обходится? А всё это время глубоко под Лондоном хранилось принадлежащее ему сокровище. Но сейчас ему было необходимо взять деньги для покупок, и Гарри, отложив размышления на потом, принялся соображать: сколько же ему нужно денег. — Золотые — это галлеоны, — пояснил Хагрид. — Один галлеон — это семнадцать серебряных сиклей, а один сикль — двадцать девять кнатов, это просто, да? — Простите, Крюкохват, — обратился Гарри гоблину. — Я собираюсь за покупками к школе, но не знаю, какую сумму взять, не могли бы вы мне помочь определиться? На лицо гоблина отобразилось недоумение. Ещё никогда волшебники не спрашивали его совета, если только это не касалось их капиталовложений, все же гоблины были признанными мастерами в финансовой сфере. — Ста галлеонов хватит. — Хммм… — задумался Гарри. — А что если не хватит? Вдруг появятся непредвиденные расходы, или мне срочно потребуются ещё деньги? Уже третий раз за день этот мальчишка удивлял гоблинов: сначала своим вежливым обращением, несвойственным для большинства волшебников; потом — вопросом; и теперь — когда решил усомниться в компетенции гоблина. Да, за ним определено стоило понаблюдать. — Мы могли бы оформить вам бездонный кошелёк. Он будет привязан к вашему сейфу и вы всегда сможете иметь к нему доступ, вам лишь надо будет подумать о нужной сумме. А защитные и маглооталкивающие чары не позволят, кому бы то ни было украсть у вас этот кошелёк. Гарри призадумался: предложение было крайне заманчивым: иметь кошелёк, в котором будут все деньги из его сейфа, а денег тут было явно о-очень — о-о-очень много; плюс этот кошелёк не смогут украсть, значит, родственники не смогут его у него забрать — такая перспектива радовала Гарри. С другой стороны Гарри был совершенно не уверен, может ли он доверять этим существам. Прикинув все плюсы и минусы, а первых было явно больше, Гарри решил согласиться. — Что ж, думаю, такой вариант будет наиболее приемлемым для меня. Гоблин закрыл сейф и направился к тележке. Гарри взял Хагрида за руку исполинских размеров и потянул вслед за коротышкой. — Э-э… Гарри, а ты разве не будешь… Ну… Э-э, брать деньги? — Нет, мы решили оформить мне бездонный кошелёк, чтобы я каждый раз не мотался в банк, — ответил Гарри будничным тоном, залезая в тележку. Затем они отправились ко второму сейфу. После ещё одной гонки Гарри начало немного мутить и он решил остаться в тележке, а то ещё вырвет чего доброго. Пока Хагрид и гоблин разбирались с сейфом, Гарри прикидывал, что он сможет купить на эти деньги в мире маглов. «Маггл» — такое непривычное слово. Раньше Гарри не делал особой разницы между людьми, разве что — делил их на добрых и злых, глупых и умных, полезных и не очень. Теперь же появилось две категории людей: маги и маглы, и между ними была огромная разница. Но, что ещё больше заботило Гарри, так это отношения между этими двумя «категориями». Они представлялись мальчику, как отношения между кошками и собаками, люто ненавидящими друг друга (на такие мысли Поттера натолкнули слова тети Петуньи), но при этом вынужденными жить в одном мире. Размышления мальчика прервал Хагрид, который залез в тележку, которая покачнулась от веса гиганта. Гоблин дернул за рычаг, и они отправились обратно в путь. Вновь оказавшись в светлом холле, гоблин потянул Гарри за собой, но Хагрид попытался увести мальчика. — Эй, Гарри, нам… Это, пора? — пробасил полувеликан. — Прости, Хагрид, у нас есть ещё одно неоконченное дело. Так что не мог бы ты подождать меня здесь? Лесничий не ожидал такого поворота и впал в лёгкий ступор. Пока он размышлял над словами Поттера, они уже исчезли из виду, и ему ничего не осталось, как ждать его здесь. Пока они направлялись в кабинет, Гарри раздумывал о прекрасном начале, конкретно о том, что хорошо бы ничего не испортить и поддерживать хорошие отношения с гоблинами. Все же они занимаются финансами всего магического мира. Зайдя в кабинет, гоблин уселся за стол, а Гарри занял место напротив. — Итак, юноша, вы желаете оформить бездонный кошелёк? — Да, сэр. Я был бы вам очень благодарен. — Что ж, похвальное желание иметь постоянный доступ к деньгам. Одну минуту, подождите, пожалуйста. Гоблин вышел через маленькую дверку, которая располагалась за столом, и явно было предназначена только для гоблинов, человек бы через неё не прошёл физически. Гарри задумался, как бы ему задать интересующий его вопрос. Не прошло и пяти минут, как вернулся Крюкохват с небольшим кожаным мешочком в когтистых лапах. — Простите, Крюкохват, а какой курс галлеонов к магловскому фунту? — 1 галлеон равен порядка 5 фунтам стерлингов, Наследник Поттер. Простите мне моё любопытство, но я обязан спросить, вы собираетесь делать покупки в магловских магазинах? — Я прощаю ваше любопытство, уважаемый Крювохват, и да я собираюсь делать покупки в магловском мире и хотел бы обменять немного денег на фунты. И вы ошиблись, я не Наследник. — Что же вы сразу не сказали, Наследник Поттер?! Тогда этот кошелёк вам совсем не подходит! — гоблин вскочил со своего стула, схватил кожаный мешочек и вновь вышел в тут самую дверь, из-за которой теперь разносился топот маленьких ног. Он вернулся через две минуты и в руках у него был такой же по виду коричневый кошелёк. Гоблин уселся напротив Гарри. — Вот, Наследник Поттер, этот настроен на несколько валют. Теперь, по желанию, вы можете доставать из него и магловские деньги. — Это очень хорошо, мистер Крюкохват, но вы ошиблись, я никакой не Наследник Поттер. Я Гарри, просто Гарри, — пролепетал мальчик под конец. — О, мистер Поттер, это волшебник может не знать о своём статусе, но мы, гоблины, всегда владеем полной информацией о своём клиенте! Если вы не знаете, что вы Наследник древнего и благородного дома Поттеров, это не значит, что Вы им не являетесь. — Возможно, вы правы, Крюкохват. Ведь до одиннадцати лет, я даже не знал, что волшебник! — Как не знали?! — изумился гоблин. — То есть и отчетов вы не получали?! — Никаких отчетов я в глаза не видел. Да и о деньгах ничего не знал. Поверьте, если бы мои тетя с дядей знали, что я богат, они бы попытались у меня отнять все деньги. — Что ж, мы обязательно во всем разберёмся, Наследник Поттер, уверяю вас, виновный будет найден и наказан. — Я верю Вам, мистер Крювохват. И может, Вы наконец объясните, почему я Наследник? — Конечно — конечно. Думаю, проверка крови все прояснит. — Проверка Крови? — переспросил Гарри. — Это ритуал, который проводят с помощью крови. Он может рассказать многое о волшебнике. Например, кто его родители и ближайшие родственники, или какие у него способности. — Хорошо, я согласен. — Тогда прошу за мной, — гоблин поднялся из-за своего стола и указал когтистой лапой на дверь. Они шли уже добрые пять минут по длинным коридорам банка, постоянно сворачивая то направо, то налево, и Гарри уже перестал запоминать дорогу. Мальчику казалось, что банк не может быть таким большим, возможно они или спускаются вниз, или поднимаются наверх. Но ведь они не воспользовались ни одной лестницей, а только шли по бесконечным коридорам «Гринготтса»! Быть может, сами коридоры идут не прямо, а в гору? Впрочем, откуда он может знать об устройстве волшебного банка, он и в обычных-то ни разу не бывал? Мальчик грустно улыбнулся своим мыслям. Очередной поворот, и они прошли сквозь древнего вида арку, а коридоры изменились, став из обычных — дорого украшенных — каменными. На стенах были вырезаны разные символы, их было так много, что у Гарри закружилась голова от их причудливых форм и сплетений: сотни маленьких значков соединялись между собой, образуя более крупные знаки, а те, в свою очередь, также объединялись друг с другом, превращаясь уже совсем в другие символы, образуя причудливые линии и изображения. У мальчика начало рябить в глазах от мелких деталей. Коридор постепенно сужался, и вот они оказались перед массивной дверью из какой-то породы дерева, которую Поттер так и не смог идентифицировать. Гоблин остановился, провёл длинным когтем по линии около двери, которую мальчик даже не заметил, щелчок — и дверь открылась. Большой зал за ней, словно выдолбленный прямо в камне, походил на пещеру. В центре на возвышении находился каменный постамент, длинный и узкий, как труба, округлой формы с множеством неровностей. Было видно, что его прямо высекли из цельного камня. Подойдя ближе, мальчик заметил круглое углубление внутри этого постамента, а в четыре стороны от него расходились четыре маленькие выдолбленные линии, немного углублённые в камень. — Кхм… — гоблин прокашлялся, привлекая внимание засмотревшегося по сторонам брюнета к себе. — Наследник Поттер, у нас не так много времени, так что нам следует начать. — Да… Да, конечно, — закивал Гарри, находясь под лёгким впечатлением от обстановки. Почему-то, он и сам не понимал почему, на него вдруг накатили эмоции — волнение и какой-то непонятный, иррациональный, доселе неиспытанный им страх. Это не было похоже на тот страх, что поглощал его во время побегов от Дадли и его компании — в те моменты он боялся, что его побьют; или страх наказания, когда дядя Вернон хватался за ремень. Нет. Это было что-то совсем иное. Непонятное и неизведанное. — Прошу, мистер Поттер, — Крюкохват протянул ему серебристый кинжал волнистой формы. Гарри взял его, непонимающе глядя на сопровождающего. В голове у него словно образовался вакуум, а все мысли испарились, не желая складываться во что-то осознанное. Ему стало тяжело дышать, будто воздух стал плотнее, в лёгких потяжелело, а уши заложило и слова гоблина доносились до него словно через вату. — Порежьте вашу ладонь, чтобы кровь попала в эту чашу, — он указал когтистой лапой на круглое углубление в постаменте. Гарри кивнул по инерции, не осознавая до конца происходящего. Мальчик лёгким движением руки рассёк ладонь, и кровь рубиновыми каплями стала стекать по пальцам прямо в «чашу». На краю сознания мелькнула мысль, что он даже не почувствовал боли при порезе, но она почти мгновенно отошла на второй план. Поттер, словно заворожённый, смотрел, как его кровь, которая по всем правилам уже должна была остановиться, всё бежит и бежит по худым бледным пальцам, как она постепенно наполняет «чашу», поднимаясь выше и выше, приближаясь к краю углубления. Когда, наконец, край был достигнут, кровь побежала дальше по выдолбленным наподобие траншей каналам — по камню вниз. Стоило только рубиновой жидкости достигнуть пола, как она тут же засияла синим цветом, разливаясь дальше и сияя. Затем свет поднялся выше на стены, словно вода затекая в выцарапанные на стенах символы, как в коридоре. Постепенно сияние дошло и до потолка, и свет стал ослеплять. Не в силах больше смотреть, Гарри сощурил глаза, а затем вспышка ослепила его, и он в инстинктивном жесте закрыл глаза, но даже через плотно сжатые веки он ощутил яркий свет. Когда Поттер, наконец, открыл глаза, сияние исчезло, комната стала такой, как прежде, только на стенах светились четыре герба и слова рядом с ними. Первый герб был подсвечен с трёх сторон: с одной — красными, с другой — зелёным, с третьей — синим. Это был треугольный остроконечный щит, и насколько Гарри помнил из случайно прочитанной сто лет назад книги по геральдике, назывался нормандским. На красном фоне был изображён золотой лев, стоящий на дыбах. В одной лапе он держал меч, поднятый вверх, в другой — щит. По контуру были ещё слова, но Гарри не смог их понять, лишь определил, что это латынь. Вокруг герба расползались значки-символы, также подсвеченные разными цветами. Меч внутри щита; медальон, шнурки которого изгибались, словно змеи; похожая на палку, линия, расположенная по диагонали, в верхнем правом углу которой мерцали три шестиконечные звёздочки; кубок с мышиным (или крысиным, Гарри не очень в этом разбирался) хвостом; котёл, над которым развивался пар. Второй герб был подсвечен лишь двумя цветами: красным и синим. Это был щит в форме растянутой шкуры, во главе которого находил череп. Верхняя часть герба была отделена красным треугольником, внутри которого рука в рыцарских латах держала шпагу, а на красном фоне располагались чёрные звёздочки. Затем фиолетовая полоска по контуру треугольника. В нижней части находились три вороны на бежевом фоне. По нижнему контуру щита также располагались слова, как посчитал Гарри, опять латинские. И опять непонятные значки-символы. Меч внутри щита и человек с двумя лицами. Третий герб светился также, как первый — тремя цветами с трёх сторон — и представлял собой череп в короне, обвитый виноградной лозой на чёрном фоне. Вокруг него также расползались значки-символы: череп, коса, медальон, шнурки которого изгибались, словно змеи, меч внутри щита — только они не светились изнутри, как предыдущие, а скорее были подсвечены, словно хотели, чтобы их заметили, но боялись громко заявить о себе. Четвёртый герб — серебристая змея в короне на зелёном фоне — сиял с одной стороны только синим цветом. Рядом с ним было лишь два значка: змея, которая светилась изнутри, но свет этот был в половину слабее, чем у первых двух гербов, и котёл с паром, который светился чуть ярче змейки. Гарри увлечённо разглядывал изображения, появившиеся на стене. Казалось, будто они были выдолблены в камне. Мальчик не удержался и прикоснулся к непонятным значкам-символам кончиками пальцев. От них шло тепло. А когда он провёл по очертаниям льва на гербе, то ощутил лёгкое покалывание. Он заворожённый смотрел на герб и не мог отвести глаз. Его будто что-то манило, непреодолимо тянуло к этому изображению — что-то такое родное и до боли знакомое, аж сердце сжималось в груди. — Возможно, наследник Поттер желает узнать больше? — спросил гоблин, искоса глядя на него. — Да… Д-да, — выдохнул мальчик. — Я хочу знать всё. — Каждый из этих гербов обозначает Род, которые вы, юноша, можете наследовать. Символы под ними — это дары Магии, которые вы унаследовали от этого Рода. В зависимости от цвета и силы свечения определяются уровни наследования и сила проявления дара. Гоблин внимательно следил за реакцией мага на свои слова, но тот даже бровью не повёл, будучи не в силах оторвать глаз от герба. — Герб, который вы так увлечённо рассматриваете, обозначает род Поттеров. Род вашего отца. Три цвета — красный, зелёный и синий — обозначают три уровня наследования по крови, плоти и магии, соответственно. Это означает, что вы первый претендент на кольцо Лорда Поттера и по достижению магического совершеннолетия сможете пройти проверку кольцом главы Рода. Однако, учитывая, что вы последний в роду, пройти её вы сможете раньше, да и ближе вас наследников (а значит и конкурентов у вас лично за главенство в роду) у Рода Поттер нет. — Прошу, продолжайте, — посмотрел Гарри на гоблина, а затем вновь повернул голову к гербу. — Притягивает, не правда ли? — Да… — выдохнул мальчик. — Это магия Рода тянется к своему единственному представителю. Так же вам, как последнему в роду и главному претенденту на титул Лорда Поттера, принадлежит всё движимое и недвижимое имущество этого Рода. Подробнее о нём вы сможете узнать в свитке с результатами данной проверки. — А эти значки-символы? Что они означают? — Ах, да! Родовые дары. Боевая магия, артефакторика, чары, трансфигурация и зельеварение. Ваши дары от Рода Поттер. — Следующий род, — гоблин сделала несколько шагов назад, становясь около второго герба, и Гарри с сожалением пришлось оторваться от такой манящей его энергии, чтобы проследовать за коротышкой, — род Блэк. Красный и синий цвет, наследование по крови и магии. Подойдя к этому изображению, Гарри почувствовал, как из его груди тянется толстая, как канат, нить куда-то далеко-далеко, раскачиваясь и натягиваясь, словно на ветру. — С этим родом, а точнее с его представителем, вас связывают узы крестничества. Из даров также боевая магия, и… Хм-м… Интересно-интересно… Метаморфия. Давненько у потомков Блэков не проявлялся этот Дар. Свечение правда слабое — неярко выраженное, но предрасположенность явно больше пятидесяти процентов. При должном развитии из вас выйдет вполне сносный маг-без-лица[1]. — Маг-без-лица? — Да. Так в древности называли тех, кто владел этим даром. Потому что метаморфия — это способность изменять свою внешность, не прибегая к дополнительным средствам вроде заклинаний и зелий. Метаморф может одной силой своего желания изменить себе рост, вес, цвет глаз и волос, отрастить себе птичий клюв и кошачий хвост — одним словом, сделать со своей внешностью всё, что ему заблагорассудится. — Круто! — Ещё бы! — хмыкнул гоблин. — Двигаемся дальше. Крюкохват подошёл к следующему гербу — черепу в короне, обвитому виноградной лозой. — Род Певерелл. Род Вечной Леди. — Вечная Леди? — Она же Вечная Невеста, Хель, Мортум или как зовут её маглы — Смерть. Сразу скажу, я не знаю, да наверное и никто не знает, действительно ли Певереллы являются потомками Смерти, но не зря она называет Певереллов своими младшими братьями и является их покровительницей, — гоблин задумчиво поиграл бровями. — С этим родом, наследник Поттер, у вас возникнут самые большие трудности, так как он считается прерванным. Последняя представительница Рода вышла замуж за Поттера, но ни у их потомков, ни у потомков других боковых ветвей кровь не давала о себе знать вот уже несколько сотен лет. Так что род считается прерванным. — Да, но что это даёт лично мне? — Лично вы, наследник Поттер, или ваши дети по достижению магического совершеннолетия сможете претендовать на кольцо главы Рода или наследника. Однако лишь при условии пробуждения в вас, или в ваших детях, соответственно, наследия Певереллов. До тех же пор, вам будут не доступны ни титулы, ни дары Рода, ни недвижимость, -Крюкохват подошёл к следующему гербу — змее в короне. — Герб Рода Слизерин. Честно говоря, я не ожидал его здесь увидеть. Насколько мне известно, со стороны вашего отца вы с родом Слизерин связаны, но очень отдалённо, возможно это влияние крови матери… Но по официальной информации она была маглорождённой и проверки крови в нашем банке не проходила, так что мне сложно сказать, почему этот герб появился у вас. Могу лишь заметить, что наследование идёт только по магии, судя по цвету. Из даров серпентарго и зельеварение. — Почему вы так уверены, что моя мать не проходила проверку? Может быть её проводил другой гоблин. — Знать, чем дышат крупные клиенты — моя профессиональная обязанность[2]. Так что уверяю вас, если бы Лили Эванс обратилась к нам в банк за такой услугой, я бы был в курсе. А уж после замужества и подавно. Гарри вспомнил слова тёти Петуньи: «Они гордились, что в их семье есть своя ведьма!». Значит ли это, что Эвансы знали о магии. Ведь маглы ни за что бы не обрадовались ведьме в семье! Тут мозг подкинул Гарри воспоминания, как на уроке истории им рассказывали об инквизиции, и ещё раз убедился, что настоящий магл был бы против волшебников! Вон дядя Вернон точно магл, и как он злился на магические выбросы Гарри! Да они скорее бы потащили свою дочь в церковь, а не радовались проявление её магии. «Определённо, Эвансы знали о магическом мире!» — решил мальчик. — А можно ли как-то узнать, была ли моя мать маглорождённой на самом деле или нет? — Если ваша мать была потомком какого-либо рода, то связь с этим родом должна отобразиться в вашей родословной. В этих гербах, — гоблин обвёл лапой гербы, — содержатся родословные этих родов, где перечислены все представители и все связи рода с другими родами. — Значит, я могу сейчас посмотреть всю свою родословную и узнать, к какому роду принадлежала моя мать? — Именно. Магия ритуала покажет вам всех ваших предков, в том числе и по материнской линии, если конечно у неё были маги или магики в предках. — Отлично. Как мне это сделать? — Вам нужно поднести вашу палочку к гербу и сказать Ostendo sum meus Progenies [3] — Но у меня нет палочки. — Боюсь, тогда мы не сможем посмотреть вашу родословную сейчас, если вы, конечно, не владеете беспалочковой магией. — Я даже ещё палочковой не владею, — буркнул Гарри. — Тогда сожалею, наследник Поттер, — гоблин пожал плечами и повернулся к выходу. — Если это все вопросы, то мы можем вернуться в мой кабинет и продолжить разбираться с вашими финансами. Мальчик кивнул и направился вслед за гоблином. Шли они теми же коридорами, но теперь Гарри не особо глазел по сторонам, всё время глядя себе под ноги. Настроение, успевшее подняться, резко бухнуло вниз. Он только успел обрадоваться, что вот она долгожданная свобода от Дурслей, ведь он им не родственник (если конечно его мать не маглорождённая), и возможно в магическом мире у него найдутся другие родственники, которые захотят забрать его. И тут: «Здравствуй, птица обломинго!». Тебя не ждали, а ты приехала. Всё тот же кабинет, всё тот же массивный стол и всё тот же стул напротив него. Когда Гарри занял своё место, гоблин протянул ему свиток, перевязанный красной шёлковой лентой. — Это результаты вашей проверки крови, только в письменном виде. Мальчик развернул пергамент и стал внимательно читать. Имя: Гарри Джеймс Поттер, (маг, чистокровный, жив) Отец: Джеймс Карлус Поттер (маг, чистокровный, мертв) Мать: Лили Роза Поттер, урожденная Эванс (маг, чистокровная, мертва) Статус: Наследник рода Поттер, последний в Роду; третичный Наследник рода Блэк; Наследник Певерелл (недоступно); Крестный отец: Сириус Орион Блэк (маг, чистокровный, жив; связь крестный — крестник нарушена) Крестная мать: Алиса Мария Лонгботтом, урождённая Трэверес (маг, чистокровная, недееспособная; связь крестная — крестник нарушена из-за недееспособности первой) Брачные обязанности: отсутствуют Наследование: Род Поттер — кровь, плоть, магия; Род Блэк — кровь, магия; Род Певерелл — кровь, плоть, магия; Род Слизерин — магия; Родовые Дары От Поттеров: боевая магия (активен на 100%), артефакторика (активен на 90%), чары (активен на 100%), трансфигурация (активен на 100%), зельеварение (активен на 80%); От Блэков: боевая магия (активен на 100%), метаморфия (предрасположенность на 60%) От Перевеллов: некромант (недоступно), предрасположенность Лорд Смерти (недоступно), артефакторика (недоступно), боевая магия (недоступно) От Слизеринов: серпентарго [4] (дар выражен на 50%), зельеварение (дар выражен на 60%); Личные способности: парселтанг (вира Роду Поттеров от Рода Слизерин) (активен на 100%), анимагия (активен на 100%), тёмная магия (предрасположенность на 90%). Наследство: 10 000 000 галлеонов наличными; 100 000 000 в обороте; 100 000 000 суммарная стоимость недвижимости; Недвижимость: Поттер — мэнор; замок Поттеров в Ирландии; охотничьй домик в Годриковой Лощине (разрушен); коттедж в Пьемонте (Италия); вилла в Провансе с виноградниками (Франция); дом в Париже (Франция); Блэк — мэнор, Гриммо, 12; Лондонская резиденция Блэков в Паддингтоне; Певерелл — гард (заблокировано); Гарри уставился в свиток, пытаясь осмыслить написанное. Он — Наследник. И он богат. Несметно богат! И у него есть крёстный! — Итак, наследник Поттер, я готов ответить на ваши вопросы. — Это все моё?! — восторженно произнёс мальчик. — Да, наследник Поттер. Помимо этого вам принадлежит несколько сейфов. На данный момент, вы имеете доступ лишь к вашему детскому хранилищу, в который с момента вашего рождения поступало по 1000 галеонов в год. Так как вы не пользовались этим сейфом на протяжении одиннадцати лет, то сейчас там хранится 11 000. К родовому сейфу, сейфам с артефактами и другим хранилищам вы получите доступ после вашего совершеннолетия. — Ээээ… Объясните про статус, — растерянно пробормотал Гарри. Слишком много событий произошло в жизни мальчика за столь короткий промежуток времени. — Ваша неосведомлённость удивительная, Наследник Поттер. Хотя учитывая, что вы и о волшебстве ничего не знали… Итак, магический мир крайне консервативен, а магический мир Британии… Ооо, он консервативен до невозможности! Во всем магическом мире существует четкая иерархия: на вершине этой лестницы стоят титулованные волшебники т.е. маги, в основном чистокровные, но иногда титул может принадлежать и полукровным, носящие почетное звание, в основном Лорда, и передающие его по наследству. Это высшее сословие в магическом мире и оно имеет привилегии. В политическом смысле это место в Визенгамоте. Визенгамот — это законодательный орган, а также высший суд Британии. В плане магии, то это поддержка Рода или родовой магии. Плюс финансы, артефакты, библиотеки и т.д. На следующей ступени стоят чистокровные нетитулованные волшебники, те волшебники, чьи мать и отец, и бабушки и дедушки с обеих сторон были волшебниками. У них нет тех привилегий, которые имеют титулованные, но они стоят выше т.к. выросли в Магическом мире и с молоком матери впитали все его законы и традиции. Дальше идут полукровки, маги, один родитель которых был либо маглорожденный волшебник, либо маглом. И на нижней ступени стоят маглорожденные волшебники. Но я отошёл от темы, так что вернёмся к Вашему статусу. Вы являетесь Наследником т.е. потомком древнего магического Рода и в будущем вы станете Лордом. Это понятно? — Э-э… Ну, вроде да? — Итак, в первую очередь вы Наследник Поттер, для вас это главный Род т.к. Ваш отец, а титул передаётся именно по мужской линии, был из Рода Поттеров. Также вы являетесь третичным Наследником Блэком — это значит, что вы третий на очереди и перед вами есть еще два претендента на титул, т.к. Ваша бабушка была из Блэков то если, магия сочтёт двух других претендентов недостойными, то вы станете Лордом Блэк. Но самое сложное с наследием Певереллов потому что этот Род считается прерванным. Последняя его представительница вышла замуж за Поттера и вошла в его Род, следовательно, во всех их потомках течёт кровь Певереллов. Но на протяжении нескольких сотен лет, а именно столько Род считается прерванным, кровь Певереллов никак себя не проявляла ни у Поттеров, ни у других боковых ветвей. И вот теперь она проявлялась у Вас, однако оно не доступно. Это значит, что вы можете стать Лордом Певереллом, либо кто-нибудь из ваших детей может им стать, но при условии, что в вас проснётся их наследие, сейчас оно находится, как бы в спящем режиме, и поэтому для вас закрыты и титул Наследника и родовые Дары. — А что с родовыми Дарами? — Родовые Дары — это способности мага, которые передались ему по наследству. Например, Поттеры славились как боевые маги и артефакторы, все через одного, а то и оба сразу. Поэтому вы имеете определённые задатки к этим разделам магии. Ещё есть личные способности т.е. Ваши личные наклонности к чему-либо, которые не передаются по наследству, это скорее те разделы магии, в которых вы наиболее одарены. Конечно, без должного развития, они останутся на уровне задатков, но если вы приложите усилия, то можете стать мастером. — Давай те вернемся к вопросу о маме: тут написано, что она была чистокровной…. — Что ж, значит это действительно так. Как только вы приобретёте себе палочку, мы сможем просмотреть вашу родословную и узнать, действительно ли она принадлежала к Роду Слизерин или же была "новой кровью" другого рода. — Что значит «Новая кровь»? — Наследник Поттер, понимаете, иногда в волшебных семьях начинают рождаться сквибы — то есть маглорождённые наоборот, маглы рождённые у волшебников. Это происходит по разным причинам, но сейчас для нас это не имеет значения. Так вот в современном магическом мире рождение сквиба — это позор для семьи и их обычно изгоняют. А «Новой кровью» называют волшебников, рождённых в семье сквибов. Часто после того, как в роду начинают рождаться дети без магических способностей, род вымирает. Потомки сквибов, в десятом поколении приравниваются к чистокровным во втором поколение и могут претендовать на фамилию того рода, от которого идёт линия сквиба. Но прошу не путать с «Новообретёнными». Это маглорождённые волшебники первые в своём роду, которые НЕ ИМЕЮТ магических предков. В последние пару столетий таких всё меньше и меньше, — с сожалением закончил гоблин. — Давайте перейдём к недвижимости. Что с ней? Эти дома из списка, они все мои? — Вся недвижимость, указанная в свитке, является Вашей, кроме Певерелл-гарда, разумеется. Вы сможете получить к нему доступ, когда станете Лордом Певереллом. — То есть я могу жить в любом из этих домов?! — восторженно спросил Гарри. Мальчик не верил своему счастью, теперь, когда у него есть свой дом, он сможет съехать от Дурслей! — Ну, разумеется! — гоблин даже удивился вопросу Гарри. Ему впервые попадался такой клиент: все же синим по желтому написано, а он переспрашивает практически каждую строчку! То ли дурак, то ли любознательный — не мог понять Крюкохват. — Круто! — протянул Гарри, но заметив выражение лица гоблина, быстро приятно серьёзный вид и стал вновь его расспрашивать. — Скажите, а что такое парл — сел — танг и анимагия? — Парлселтанг — это возможность разговаривать со змеями, а анимагия — это один из разделов трансфигурации, позволяющий по желанию превращаться человеку в животное. — То есть, когда я натравил в зоопарке Боа Констриктор на Дадли, я говорил на парселтанге? — Видимо да, мистер Поттер. — Круто! Значит, если я заведу себе змею, я смогу с ней разговаривать?! — Да, мистер Поттер. — Офигеть! — Мистер Поттер, я бы хотел вас предостеречь, — на этих словах Гарри прислушался, — маги очень консервативны и боятся всего, чего не могут понять. Поэтому владение парлселтангом считается тёмным даром, а, по-мнению волшебников, все что относится к Тёмной магии автоматически становится плохим. Так что я не советовал бы вам рассказывать всем, что вы змееуст. — Змееуст? — Человек, который умеет разговаривать со змеями. — Ладно, — приуныл Гарри. Мальчик уже представил, как заведёт себе змею, и она станет его другом, будет защищать, он сможет с ней болтать, а как испугаются Дурсли! — Мистер Поттер, у вас есть ещё вопросы? Гарри вновь взглянул на пергамент и пробежался глазами по строчкам, выискивая непонятные пункты. — Да, а что такое некромантия? И почему к метаморфии у меня предрасположенность, а все остальные дары активны? — Некромантия — это возможность воскрешать мертвых, предупреждая Ваш вопрос сразу скажу, что я не знаю, возможно ли воскресить ваших родителей. В мире очень мало некромантов и их предводителями всегда считались Певереллы, только наследникам Вечной Леди под силу воскрешать мертвых, остальные же в основном занимаются снятием проклятий, хотя и то не факт. Некроманты живут закрытыми общинами и другим волшебникам до конца не известен предел их возможностей. Что касается второго вопроса, то тут все сложнее. Метафория редкий дар, очень редкий. Им владеют только три семьи, в том числе и Блэки. Мать вашего отца была из Рода Блэк, не могу утверждать была ли она метаформом, но она наверняка несла этот Дар в себе, и поэтому он есть у вас. Сложно сказать из-за чего он у вас проявился. Возможно, если ваша мать действительно принадлежала к Роду Слизерин, она могла быть носительницей этого дара. Возможно, если она была "новой кровью", то она обновила и очистила кровь Поттеров, усилив их Дары. Точно вы сможем узнать это лишь, когда посмотрим вашу родословную. Однако такой обширный набор даров у вас объясняется именно влиянием крови вашей матери. Низкие проценты этого Дара потому, что он передался Вам от Вашей бабушки, и Вы лишь на четверть Блэк. По этой же причине, Вы являетесь лишь третьим в очереди на титул Лорда Блэка, на первом месте чистокровный Блэк, на втором Блэк на половину. — Хорошо. Ладно, а что с моей собственностью? Есть ли ещё что-нибудь, чем я владею? — Да, Вам принадлежит: винодельня во Франции, шоколадная фабрика в Бельгии, завод по производству фарфоровой продукции в Германии, 30% акции кафе — мороженого Флориана Фортескью, 60% т.е. контрольный пакет акций издания «Ежедневный пророк» и 15% акций банка «Гринготтс». Также Вы наследуете место в Визенгамоте и место в Попечительском совете Хогвартса. — Ах, да! Чуть не забыл! Объяснить про предрасположенность к Тёмной магии. — Это значит, что Ваше магической ядро более подходит для создания проклятий и для тёмной магии в целом, только и всего. — Что ж… — протянул Гарри, не зная, что ещё можно спросит. — Думаю, на этом все. — Тогда, не смею Вас больше задерживать, Наследник Поттер. — Крюкохват, а если мне понадобится связаться с Вами… — То Вы всегда можете написать мне письмо, — заверил мальчика гоблин. Гарри взял со стола свой бездонный кошелёк и, повесив его на шею, направился к двери. — Я провожу Вас, Наследник Поттер, — учтиво сказал коротышка.