Восхождение к трону

Экзамены пролетели незаметно, и вот группа первокурсников на лодках подплыла к поезду. Хогвартс-экспресс был таким же большим, красным, и выпускал клубы дыма. Гомонящие ученики рассаживались по вагонам, предвкушение витало в воздухе. Кажется, все были рады возвращению домой. За окном дикая природа сменялась аккуратными и ухоженными домиками. Группа слизеринцев поедала конфеты и смеялась, обсуждая планы на летние каникулы. И, наконец, поезд подошёл к платформе девять и три четверти вокзала «Кинг-кросс». Толпа вывалилась из поезда на платформу к встречающим родственникам. Гарри с друзьями направились забирать свои чемоданы в сопровождении встречающих родителей. Ему удалось познакомиться почти со всеми: мистер Джозеф Паркинсон оказался высоким широкоплечим брюнетом, на год или два старше мистера Малфоя; Мариус и Элен Гринграсс показались Гарри довольно милыми и приветливыми людьми; мистер Тадеуш Нотт был коренастым мужчиной лет 50-60, и, как знал Поттер, воспитывал внука в одиночку; миссис Забини была красивой женщиной лет тридцати с оливковой кожей, черными волосами, забранными в пучок. Половину её лица прикрывала тень от широкополой чёрной шляпы, она вообще была вся в чёрном, что не умаляло её красоты, а лишь подчеркивало стройную талию и внушительный бюст. Её сопровождал новый муж — отчим Блейза. Платформа была заполнена людьми, потому что у прохода стоял старый мудрый смотритель, выпуская по двое-трое, чтобы не привлекать внимание маглов. Впрочем, друзья Гарри пользовались порталами для перемещения, и он прощался с ними на площадке для аппарации. Когда, наконец, все его друзья, знакомые, однокурсники и однофакультетники уже отбыли, Гарри достал из своего рюкзака письмо из Гринготсса, в котором лежал порт-ключ в его новый дом — Поттер-мэнор. Несколько недель назад он написал своему поверенному гоблину и попросил выслать портал до дома. Ответ пришёл быстро вместе с инструкцией по использованию, и мальчик с нетерпением ждал возвращения домой. В роли портала выступал массивный перстень с гербом рода Поттер. Слизеринец выпустил сову из клетки, приказав ей разыскать его самостоятельно, убрал клетку в рюкзак, где уже лежал его школьный сундук и, наконец, был готов отправиться домой. Гарри зажал кольцо и произнёс пароль: «Aurum potestas est» — девиз рода Поттер. Его словно рвануло крюком за пупок; ноги оторвались от земли; перед глазами все поплыло; калейдоскоп красок заполнил всё вокруг, картинки сменяли друг друга, а уши закладывало от оглушительного воя ветра… Вдруг ноги резко уперлись в землю. Голова кружилась, и мальчик, не устояв, упал на землю. Секунду спустя мир вернул прежние очертания, и Гарри поднялся на ноги. Перед ним были большие кованые ворота с гербом рода Поттер — лев, стоящий на дыбах, в одной лапе он держал меч, поднятый вверх, в другой — щит. Дальше мальчик действовал в строгом соответствии с инструкциями Крюкохвата: достал специальный кинжал, присланный гоблином в том же письме, надрезал ладонь правой руки и приложил её к центру герба. Кольцо наследника рода нагрелось, от его руки пошёл импульс во все стороны, и Гарри увидел лёгкое свечение в воздухе — защитное поле вокруг поместья. А затем ворота сами собой отворились. Он шёл вперёд по дорожке, усыпанной мелким гравием. По пути он насчитал не менее пятнадцати развилок, но следовал инструкции ни в коем случае не сходить с главной дорожки. Примерно через четверть часа ходьбы показалось крыльцо. Трехэтажное здание в стиле ампир и барокко из белого мрамора поражало своей величиной, и Гарри не преминул провести аналогию с Гринготссом. Ступеньки примыкали к большой двери из массивного дуба, над входом нависал балкон. Окна первого этажа были от пола до потолка, остальные — поменьше. Всё это великолепие напомнило ему Малфой-мэнор, хотя было менее мрачно, всё же у Малфоев преобладала готика. Дверь сама открылась перед наследником Рода. Холл был также сделан из мрамора, а на полу был выложен герб Рода, на верхние этажи вела широкая мраморная лестница. Через мгновение перед Поттером появился домовик в белой тоге с гербом Рода на груди. — От лица всех эльфов приветствую хозяина в Поттер-мэноре! Я — Полукс, главный эльф поместья и глава местной колонии. Какие будут указания? — Проводи меня в ритуальный зал, пожалуйста. — Как пожелаете, хозяин. Эльф повёл Гарри вглубь замка. Петляя между коридорами, Гарри замечал, что они спускаются вниз. — Ты не мог бы рассказать об этом замке, — попросил мальчик. — Конечно, Хозяин, — ответил эльф. — Строительство замка началось около шестисот лет назад, примерно спустя два десятилетия после основания рода, и длилось на протяжении ста пятидесяти лет пятью поколениями рода Поттер. Замок имеет три этажа вверх и пять вниз, а также четыре башни по периметру замка в каждом из четырёх крыльев. В мэноре имеется 610 комнат: 400 жилых и 210 нежилых, в которые входят: библиотека, три лаборатории, главная и две малых, несколько теплиц, где выращиваются разные ингредиенты для зелий, комплекс темниц и пыточных камер, дуэльные залы, столовая, гостиные для приёма гостей, а также бальный зал и технические помещения. Гордостью Поттер-мэнора являются сады, также имеется большое озеро. Под неспешные рассказы эльфа они дошли до места назначения. Высокие дубовые двери имели золотые ручки, украшенные головами львов с раскрытыми пастями. — Мы пришли, хозяин. Это — ритуальный зал Поттер-мэнора. Гарри взялся за ручку, хотел открыть дверь, но пасть льва сомкнулась, и его острые клыки проткнули большой палец мальчика, из него побежала кровь. — Ай, — зашипел слизеринец. Лев словно всасывал кровь, а когда его глаза стали красными, боль прекратилась, ранки исчезли, и пасть открылась. Гарри легонько толкнул дверь, и она поддалась. Ритуальный зал представлял собой комнату без окон, стены её были испещрены тысячами рун. В центре стоял алтарь — камень Рода. Приблизившись к нему, мальчик почувствовал пульсацию магии. В соответствии с инструкциями поверенного, он взял нож и надрезал ладонь. Ярко-красная струйка крови потекла по руке и рубиновыми каплями упала на камень. — Evigilati![1] Потоки чистой энергии хлынули во все стороны с такой силой, что Гарри пришлось вцепиться обеими руками в алтарь, чтобы не упасть, отчего он выронил кинжал, и тот упал на землю. Магия вихрями кружила вокруг мальчика, разносясь по всей территории поместья, пробуждая от многолетнего сна всех его обитателей. Мэнор начал оживать. Гарри отпустил камень и вышел. Оказавшись за дверью ритуального зала, он обессиленно сполз по стеночке. Домовик поспешил к нему, но мальчик отказался от помощи. — Сколько домовиков проживает на территории поместья? — Наша колония насчитывает 30 эльфов, мой господин, — пролепетал Полукс. — Отлично, — сказал он, стягивая с плеч рюкзак. — Здесь мои вещи — прикажи разобрать их. Также приготовьте мне ванну и чистую одежду, а затем пусть приготовят ужин — я чертовски голоден. В доме есть Зал Предков? — Да, Хозяин. — Так, сначала проводи меня в мои покои, я отдохну, а затем я хочу поговорить с портретами предков. И ещё, скоро должна прилететь моя полярная сова, Хедвиг, разместите её. Домовик помог мальчику подняться и проводил его в покои. Их размер поражал воображение. Это была не просто спальня, а настоящие апартаменты. Квартира в доме. Первая комната, где оказался Гарри, была небольшая гостиная с камином, диванами и парой кресел, низким столиком посередине, и окном от пола до потолка. И две двери с двух сторон: одна вела в спальню, другая, как выяснилось позже, в рабочий кабинет. Спальня была оснащена огромной кроватью и выходом на балкон, который, в свою очередь, выходил в сад. Там также было две двери: одна — в ванную, другая — в гардеробную. Сама спальня была отделана в светло-бежевых тонах, и мальчик решил, что обязательно её переделает, цветовая гамма казалась ему слишком невзрачной. Гарри устало плюхнулся на кровать, но тут же почувствовал шевеление под одеждой — он совершено забыл о своей «боевой» подруге. — Лиссандра, вылезай, — прошипел он. — Мы дома. Можешь располагаться. Теперь мы будем здесь жить. — Ты выглядишь уставшим, я чувствую, что ты магически истощён, — ответила она, нависая над слизеринцем. — Конечно, я же «будил» этот дом. Смотри, какой огромный! — он сел и обвёл руками комнату. Перед ним появился уже другой эльф. — Хозяин, ваша ванна готова. — Отлично, — ответил Гарри, но, когда заметил испуганный взгляд домовика, направленный на змею, сказал: — Не пугайся. Это Лиссандра — мой фамильяр, она не кусается. Здесь есть места, где она сможет поохотиться? — В саду водится мелкая живность. Он перевёл всё сказанное змее и та отправилась перекусить, а слизеринец направился в ванную, по дороге стягивая с себя одежду. Ванная комната была средних размеров, большую часть которой занимал небольшой бассейн, заполненный водой. Другую половину занимало что-то вроде магловской душевой кабины — пространство, отгороженное стеклянными дверями с деревянными лавками, как в сауне. У стены стоял комод, видимо, с полотенцами, а также была раковина для умывания. Слизеринец сбросил оставшуюся одежду и погрузился в воду, немного расплескав её на пол. Горячая вода расслабляла мышцы и обволакивала тело. Мысли не хотели связываться во что-то цельное, усталость накатила девятым валом. — Эй, кто-нибудь! Около Гарри появился эльф. — Линки, рад служить молодому Хозяину. — В доме есть бодрящее зелье? — Линки не знает, Хозяин. — Узнай, и если есть, принеси! Домовик исчез так же быстро, как и появился, а слизеринец начал проваливаться в сон. *** Гарри снились облака. Мягкие, пушистые облака. Словно он окутан ими с ног до головы. Воздушная масса ласкала его кожу, убаюкивала и просыпаться совсем не хотелось, когда на глаза попал свет, а над ухом раздалось привычное шипение: — Подъём! Подъём! Подъём! Проснись и пой! — шипела вредная змеюка. — Отстань! — простонал мальчик и перевернулся на другой бок, закутываясь в одеяло с головой. — Хозяин, кто рано встаёт, тот самую жирную крысу поймает! — Лови сама своих крыс! — Хозяин… Ну хозяин… — шипела она прямо над ухом. — Дай поспать, а! — недовольно бурчал Гарри. — Не дам! У тебя ещё куча дел, между прочим! Ты должен познакомиться с предками. Помнишь? Ты вчера этого не сделал! — Вредная змея, — пробурчал Гарри и отправился в ванну. День обещал быть трудным. Закончив с ванными процедурами, слизеринец поплелся в гардеробную — выбирать наряд. Никогда в жизни он не подходил к этому занятию с большей тщательностью, но сегодня, после завтрака, он собирался познакомиться с предками и потому должен был выглядеть безупречно. После долгих размышлений он остановился на классических черных брюках и зеленой шелковой рубашке («вот и пригодилась,» — подумал Гарри). Мантию он решил не надевать. Вызвав эльфа, Гарри направился в столовую, где уже был накрыт завтрак. Стол как минимум на сорок человек просто ломился от разнообразных яств: тут были и блинчики со всевозможными начинками, и оладьи, и тосты с золотистой корочкой, и омлет, и гренки, и много чего ещё, и мальчик сомневался, что осилит всё! Слизеринец прошёл во главу стола, где были разложены для него приборы, а услужливый домовик терпеливо ждал, когда сможет пододвинуть для Хозяина стул. — Доброе утро, Хозяин, — сказал Полукс, когда Гарри садился не в состоянии отвести взгляд от такого количества пищи. — Ваша почта, мессир, — в руках у него был серебряный поднос, на котором лежала газета и стопка писем. — Спасибо, — выдавил из себя мальчик. — Оставь, я посмотрю. Решив попробовать всего по чуть-чуть, он не торопясь приступил к завтраку. Начал он с омлета с зеленью и помидорами, вприкуску с тостами, а закончил сладкими блинчиками с вареньем и оладьями со сгущенкой. Наевшись, что называется, «до отвала», слизеринец откинулся на спинку стула и, медленно потягивая яблочный сок, приступил к разбору почты. Газету он отложил на потом, его больше интересовали письма. Все они были из Гринготсса, в одном Крюкохват интересовался его впечатлениями — Гарри всё больше и больше нравился этот гоблин, а в другом были ежемесячные отчёты о его финансах. Решив вернуться к ним позже, мальчик съел кусочек шоколадного торта, а затем направился в Зал Предков. Зал Предков представлял собой довольно большое помещение, увешанное портретами всех Поттеров. Почетные места занимали главы рода, а всё остальное пространство другие члены семьи: жены, дочери, сестры, сыновья из боковых ветвей или вошедших в другие рода. В центре комнаты располагались несколько удобных кресел и столик. Гарри вдохнул, сосчитал до десяти и медленно выдохнул. Твёрдыми шагами он направился в центр комнаты. — Кхм, — прокашлялся он, привлекая внимание к своей персоне. — Господа и дамы, позвольте представиться, Гарри Джеймс Поттер, Наследник рода Поттер, последний в Роду! — Какой-то ты маленький, для Поттера, — недоверчиво проговорил мужчина в возрасте, с седой стриженной бородой и длинными волосами, забранными в косу. — Сколько тебе лет? Восемь? Девять? — В этом году мне исполняется двенадцать, сэр. — Двенадцать? — удивлённо воскликнула женщина в платье века 15-го. — Тебя что совсем родители не кормят? Да что за мать так следит за ребёнком! Вот в моё время… — Миледи! Проявите уважение! — резко оборвал её мальчик. — Мы с вами не знакомы, будьте любезны, представьтесь пожалуйста! Это, кстати, ко всем относится! — добавил он. — Какой нахал! — воскликнула она. — Катарина! — резко оборвал её седовласый мужчина с портрета. — Мальчик прав! Меня зовут Чарльз Карлус[2] Поттер, — обратился он у Гарри. — Я так понимаю, ты сын моего нерадивого отпрыска Джеймса? — Правильно понимаете, Лорд Поттер. Слизеринец хотел назвать этого человека дедушкой, всё же он надеялся, что в родовом гнездышке обретёт семью в лице своих предков, но пока его надежды были хлипки, и он предпочитал соблюдать дистанцию и правила этикета. — А где же он сам? Уж не знаю сколько мы пробыли в спячке… — Одиннадцать лет. Вы пробыли в спячке одиннадцать лет. — Но почему так долго? — воскликнула черноволосая женщина с голубыми глазами и в парадной мантии василькового цвета, портрет которой висел прямо над Чарльзом. — И где всё-таки мой сын? — недоверчиво спросил мужчина. — Мои родители погибли одиннадцать лет назад, когда мне было полтора года, — вздохнув, ответил Гарри. — Что ж, молодой человек, видимо, нам предстоит долгий разговор, — сказал мужчина в одеждах тысячелетней давности, чей портрет висел в центре галереи. — Прошу, располагайтесь! Мы хотим услышать вашу историю. Гарри сел в одно из кресел, откинулся на спинку и начал свой грустный рассказ. — Меня зовут Гарри. Мне одиннадцать лет. Я учусь на факультете Слизерин… Гарри говорил долго. Медленно и вкрадчиво, со всеми подробностями, но осторожно обходя самые неприятные для него моменты: начиная с событий 1980-го года (как знал мальчик, его дедушка и бабушка умерли ещё до его рождения): противостояние с Волан-де-мортом, его развоплощение, смерть родителей, жизнь с Дурслями, Хагрид, Косой переулок, Хогвартс, Слизерин, друзья, Дамблдор… Ох… Реакция предков была фееричной. Благородные Лорды и Леди, не стесняясь в выражениях, высказали своё мнение о всех злоключениях мальчика, а некоторые особо бойкие предлагали способы мести директору, приложившему руку ко всему этому. За этот столь длинный разговор Гарри узнал много новых слов, а некоторые особо понравившиеся обороты даже записал, мальчик и не подозревал, что можно так витиевато выражать свои мысли. Ему явно было чему поучиться у предков. Но больше всего досталось, конечно, Джеймсу. Если Лили женская половина ещё как-то могла оправдать: во-первых, она мать и отдала жизнь за Гарри, что не может не вызывать уважение, во-вторых, женщина вряд ли могла что-то противопоставить мужу, в-третьих, маглорожденная, что с неё взять; то на отце мальчика предки оторвались будь здоров и тому очень повезло, что его портрета не было в мэноре, потому что Чарльз обещал устроить сыну знатную головомойку, компенсацию, так сказать, за годы отсутствия родительского контроля. Новость об отсутствии портретов родителей сильно расстроила Гарри, но апогеем этого разговора стало знакомство с Лиссандрой: пока предки бурно выражали свои эмоции, змея решила навестить своего хозяина. Она заползла к нему на шею и обвилась вокруг неё, и они стали мило беседовать на парселтанге. Увидев эту картину (хе-хе), портреты впали в ступор, а некоторые особо нервные попадали в обморок — это был первый змееуст в истории рода! Красноречивее всего выразилась та самая брюнетка — Катарина Элизабет Поттер, но это было не единственным потрясением. Пока предки бурно спорили, Полукс принес Гарри утреннюю почту, и мальчик принялся изучать финансовые отчёты. С момента окончания рождественских каникул мальчик неплохо поднаторел в управлении капиталами. Естественно, о самостоятельном управлении делами и речи не шло, но постепенно он входил в курс дела. Теперь он точно знал, откуда приходят и куда уходят его галлеоны. Например, он знал, что «Пророк» приносил наименьший доход (большую часть прибыли «съедали» суды с недовольными читателями, налоги, откаты разным чиновникам и зарплата, одна только Скитер получал сумму с приличным количеством нулей), и, с точки зрения экономической выгоды, акции давно пора было пустить с молотка, но вот с точки зрения политики… О, «Пророк» был прекрасным инструментом влияния на общественное мнение, а также Гарри мог беспрепятственно «тормознуть» неугодный ему материал. А о такой возможности мечтали многие, но даже Министерству магии газета не подчинялась, так как влияние на нее имели только акционеры, а держателем контрольного пакета был Гарри. Юный Поттер потребовал для себя письменные принадлежности и сову — ему срочно нужно было связаться с поверенным. Букля, довольно ухая, поедала совиные печенья, Лиссандра помогала Гарри формулировать предложения, а мальчик строчил послание Крюкохвату, сверяясь с отчётами, когда, наконец, Поттеры закончили пререкаться и обратили на него свой благосклонный взор. — Гарри… — Шшш… — зашикал мальчик, поднимая руку вверх в протестующем жесте. Перо скользило по пергаменту, выводя ускользавшую мысль. — Но… — Тц! — он снова поднял руку. Портреты терпеливо ждали, удивлённо перешептываясь. Лишь, когда Гарри закончил, услужливый домовик полил сургучом конверт, и юный Поттер запечатал его фамильной печатью с гербом, и полярная сова отправилась в путь, неся послание, мальчик обратил внимание на дожидавшихся его предков. — Это верх наглости, молодой человек! — высказалась старая Леди. — Нет, ну я все понимаю, вы портреты, вам никуда спешить не надо, а у нас, живых, между прочим, каждая минута на счёту, — сказал он, как ни в чем не бывало. — Полукс! — эльф с хлопком появился в Зале Предков. — С утра был такой вкусный шоколадный торт, неси сюда. А то что-то я проголодался, эти цифры меня так утомили. И чай не забудь! — прокричал он, вслед исчезнувшему домовику. — Кхм, молодой человек, — привлек внимание Карлус. — Да, да, — поспешно ответил Гарри, отвлекаясь от ластящейся к нему змеи. — А чем это вы занимаетесь, позвольте поинтересоваться? — Да так, дебет с кредитом свожу, — сказал он, делая глоток из чашки, принесенной слугой. — Гоблины, конечно, ребята хорошие, но, как говорится, доверяй, но проверяй! В конце концов, на то я и будущий Лорд, чтобы контролировать финансы своей семьи, — гордо заметил мальчик. Взгляд предков упал на финансовые отчёты, лежащие на столике, и их челюсти, что называется, отвисли. В прямом смысле слова. Неизвестно, что поразило их больше: наследник, просматривающий финансовую документацию с видом, словно это его обычное занятие; фраза о гоблинах — «хороших ребятах»; или все-таки его наглость, но на лицах видавших всякое портретов был полнейший и неописуемый шок. Карлус смотрел неверящим взглядом на внука, который поедал торт и шипел о чем-то со своим фамильяром. Сюрпризы продолжались, а Лорд Поттер порадовался, что он уже умер и не может получить инфаркт миокарда. Обстановку разрядил Гарри. — Я, конечно, понимаю, что я у вас красавчик, но, может, вы перестанете на меня таращиться! — сказал мальчик и засунул в рот кусок торта. Нервные портреты — слишком много потрясений для одного утра — разразились дружным смехом. — Да, Гарри, с тобой нам точно скучно не будет! — протянул Карлус. — Только имейте в виду, клоун — это не моя профессия! Дружно отойдя от коллективного шока, впечатлительные предки решили, что их нервы не настолько крепкие, и отправились за горячительными напитками. Как оказалось, и после смерти лорды и леди любили веселиться и поэтому ещё при жизни заказали несколько полотен с разными яствами и…спиртосодержащими напитками. С самовосстанавливающими чарами. В общем, беседа продолжилась, но в компании слегка поддатых Поттеров. *** Новый день принёс новые события. На сегодня у Гарри была назначена встреча с поверенным. Крюкохват должен был пройти через камин, который Гарри откроет специально для него. Изначально слизеринец планировал провести встречу утром, но дед (Карлус разрешил называть себя дедушкой) настоял на более позднем часе, чтобы с утра успеть обсудить всё то, о чём Гарри хотел поговорить с гоблином. Во-первых, его образование. Когда предки узнали о поведении Гарри в Хогвартсе, то… В общем, таких лестных эпитетов в своей адрес мальчик не слышал никогда. Помимо занятий по трём предметам и подготовки к получению мастерства, наследник Поттер уделял много времени самообразованию, что не осталось без внимания портретов, а Карлус не преминул упомянуть Джеймса, который в его возрасте думал лишь о новых шалостях со своей компанией. К тому же, Гарри обгонял программу по выбранным направлениям, что тоже очень порадовало всех, и предки с нетерпением ждали результатов экзаменов мальчика. Но, тем не менее, этого было недостаточно. Несмотря на рвение и жажду знаний Гарри, у него были огромные пробелы в магическом образовании. Увы, далеко не все из них могли восполнить ожившие портреты. Если теорию они могли осилить, то вот боевой магией и физической подготовкой наследника должны были заняться приглашённые учителя. Во-вторых, Дамблдор. Никто не спорил, что было просто необходимо избавиться от опеки директора, вопрос состоял лишь в том, как это сделать. Каково же было удивление портретов, когда на вопрос: «Что делать?» Гарри небрежно заметил: «Я уже работаю над этим». Тем не менее, план мальчика не вызвал восторгов, но, за неимением ничего другого, был принят. Камнем преткновения стал Блэк. Карлус был уверен, что Сириус в своём умственном развитии был на уровне пятнадцатилетнего подростка, он считал, что тот вряд ли станет хорошим опекуном для внука и потому, скрепя сердце, был готов согласится даже на Люциуса Малфоя. В конце концов, у того подрастал собственный сын, и он уж точно знает, как нужно воспитывать наследника рода. Так или иначе, было решено вызволять Блэка из Азкабана, а также избавляться от опеки Дамблдора. В-третьих, пора было заняться делами рода, или даже родов. Карлус невероятно обрадовался, узнав, что внук постепенно забирает род под свою руку, но также Гарри был одним из возможных наследников Блэков, а, учитывая, что первый претендент на титул лорда Блэка — Сириус — сидит в Азкабане и является крёстным Гарри, а значит скорее всего сделает его своим Наследником, то было бы неплохо ознакомиться с делами рода уже сейчас. Естественно, гоблины с ним даже разговаривать не станут, но вот посетить резиденцию на Гриммо, пристанище последнего Лорда Блэка, вполне возможно. К тому же, Блэк был не единственным родом, на главенство которого Гарри мог претендовать. Были ещё Певереллы, чья кровь уже давно не давала о себе знать ни у Поттеров, ни у других боковых ветвей; а также Слизерины… Тот факт, что Лили, возможно, потомок одного из основателей Хогвартса вогнал в ступор Карлуса и его жену Дорею, в девичестве Блэк. Они были не особо рады избраннице сына и единственное, что их утешало, это очищение крови рода и рождение сильного наследника. Но то, что Лили оказалась «Новой кровью», было настоящим шоком для всех Поттеров. Всё же в Гринготтсе её никто не проверял — маглорождённая волшебница была свято уверена, что вся магия крови — это зло, а Джеймсу к этому моменту Дамблдор уже успел основательно промыть мозги, так что парочка заартачилась, и сделать с этим Поттеры-старшие ничего не смогли. Леди Дорея, конечно, планировала после свадьбы заняться воспитанием — а точнее перевоспитанием — невестки, но, увы, не успела. Ко всему прочему, нужно было решить вопрос со зрением Гарри, а также Карлус настоятельно рекомендовал внуку посетить банк ещё раз и забрать один интересный артефакт. К тому времени, как пробил полдень и до прихода поверенного оставались считанные минуты, Гарри уже успел получить все инструкции от дедушки и других родственников и сейчас обосновался в кабинете главы рода, через камин в котором и должен был прийти гоблин. Вообще-то, в его спальне также была отдельная рабочая зона, но это были покои наследника, а так как он последний представитель своего рода и через пару лет, после достижения им магического совершеннолетия, станет и главой, то мальчик решил уже сейчас там обустроиться. К тому же интерьер его спальни ему решительно не нравился, и слизеринец решил, что как только Сириус окажется на свободе и будет легализован в качестве опекуна Гарри, тот обязательно займётся ремонтом. Камин в кабинете засиял зелёным, и из него вышел гоблин. — Приветствую вас, Крюкохват, — сказал Гарри, отложив книгу в сторону, и поднялся со своего места, чтобы поздороваться с гоблином. — И вам доброго здоровья, наследник Поттер, — ответил поверенный и пожал протянутую руку. — Прошу, присаживайтесь, — мальчик указал на стул и сам занял привычное место за столом. — Как прошло знакомство с портретами предков? — спросил Крюкохват, сев на предложенное место. — Очень продуктивно, — ухмыльнулся Гарри. — Знаете, у некоторых моих предков оказалась удивительно богатая фантазия на разные пытки. Я даже на миг пожалел директора. А сколько новых словесных оборотов я узнал… Мой словарный запас невероятно обогатился после этой беседы, — все это мальчик говорил с таким серьёзным видом, словно обсуждал финансовые вложения. Гоблин лишь усмехнулся его словам. — Что ж, думаю, имеет смысл перейти к цели вашего визита, — сказал Поттер. — Да, да, конечно… — ответил Крюкохват. — В своём последнем письме вы спрашивали, почему упали доходы от вашего фарфорового завода в Германии. Так вот, я связался с дирекцией, и оказалось, что у них там проблемы с поставками. На таможне что-то напутали, и в итоге материал не пришёл вовремя, из-за этого производство встало, и завод понёс убытки. Гарри кивнул. — Следует принять меры, чтобы этого больше не повторилось. Возможно, имеет смысл создать на территории завода склады с запасами сырья, брать его оттуда и регулярно пополнять запасы, так чтобы, если подобное повторится, производство продолжалось. — Хорошо, наследник Поттер. Я свяжусь с дирекцией завода, и мы рассмотрим такую возможность. — Так, дальше. Во-первых, мне нужен адвокат. Толковый, и который не боится идти против Дамблдора. Он будет вести дело Сириуса, и, если все сложится хорошо, то возможно мы наймём его для юридического сопровождения всех сделок. — У вас есть какие-нибудь пожелания относительно оплаты? — Я не стеснён в средствах. Главное, чтобы он был профессионалом, а о цене мы договоримся. В конце концов, всегда можно расплатиться артефактами, не зря же Поттеры ими славятся. И ещё, нужно начать копать под директора, соберите на него и на его окружение досье. Я имею ввиду не только финансы, где учился, на ком женился, когда крестился. В общем всё, от его первого крика и до настоящего момента. Я хочу знать всё: куда ходит, с кем ходит, что ест, что пьёт. Думаю, вы меня поняли! — гоблин усиленно закивал. — Можете собирать информацию сами, можете найти специальных людей, опять же, деньги есть. — Будет сделано, наследник Поттер. — И ещё. Мне нужно найти человека, преданного человека, который будет моими руками. Я, хоть и национальный герой, но пока ещё ребёнок. Мне нужен тот, кто будет говорить от моего имени. Мы не знаем, в каком состоянии будет Блэк, все же Азкабан — это не курорт, так что, если он совсем слетел с катушек, то надо будет поместить его в хорошую клинику и пусть себе лечится. Официально он будет моим опекуном, а неофициально — это уже частная жизнь! — Думаю, мы сможем найти вам помощника среди вассальных родов. У Поттеров их немного, но все боевые маги со стажем, так что защитить вас всегда сумеют. — Отлично! Кстати, о боевой магии. Мне нужны учителя по этому предмету и ещё по физической подготовке, там фехтование, различные единоборства, владение разными видами холодного оружия, танцы, дед говорит, что это улучшает координацию движений и что каждый уважающий себя человек должен уметь танцевать. Да, и ещё, конный спорт здесь, кажется, есть неплохая конюшня. — Найдём, наследник Поттер. А что до конюшни, она ведь пуста, наверное, может вы захотите приобрести себе скакуна. По крайней мере, когда будете объезжать свои владения, будете делать это не пешком. — Я только за! Говорят, иппотерапия плодотворно влияет на психику. Только вот в лошадях я ничего не понимаю, так что, думаю, стоит обратиться к профессионалам. — Не волнуйтесь, мы найдём лучшего педагога по верховой езде, и он нам подскажет. — И ещё, нужно связаться с мистером Дербушем, мы договорились летом заняться моим зрением. Помимо этого, мне нужно будет посетить свой сейф в Гринготссе, дедушка хочет, чтобы я забрал оттуда один семейный артефакт. — Наследник Поттер, я должен уточнить, речь идёт о вашем детском сейфе или об одном из родовых? Поймите меня правильно, до вашего совершеннолетия вы не имеете права доступа к никаким другим сейфам, кроме личного. Гарри нахмурился. Об этом он не подумал. — Однако, возможно вы сможете как-то помочь мне. Ведь гоблины имеют доступ к сейфам своих клиентов. — Наследник Поттер! Вы понимаете, что просите меня о должностном преступлении?! Меня за это могут казнить! — В том случае, если об этом станет известно. А я вам обещаю, что с моей стороны это не выйдет за пределы этого кабинета. Да и что случится, если вы решите один раз самостоятельно перевести деньги из главного сейфа в мой детский и совершено случайно прихватите для меня один медальон? — заговорщицки спросил Гарри. — Не за бесплатно разумеется, — поспешно добавил он. — Что ж… — протянул гоблин, — думаю, я смогу это устроить. Вопрос в том, договоримся ли мы о цене? Как и говорил Хагрид, гоблины оказались невероятно алчным народцем. Крюкохват ни за что не хотел упускать своей выгоды, и споры могли бы затянуться надолго, если бы не вмешался портрет Карлуса Поттера. Лорд Поттер остудил пыл поверенного, и они пришли к консенсусу. — И ещё одно: в ближайшее время, я бы хотел посетить Блэк-мэнор. — Я думаю, мы сможем это организовать. Через пару дней, когда мы найдём вам учителей, адвоката и помощника, вы с сопровождающим, а я настаиваю, чтобы вы не ходили туда один, я дам вам порт-ключ на Гриммо. — Есть возможность соединить мэноры Поттеров и Блэков, чтобы я мог перемещаться туда по каминной сети? — Вряд ли. Всё же вы только третичный наследник Блэк. — А портреты? Можно дать им доступ? Всё же некоторые мои предки были из рода Блэк. — Хммм… Трудно сказать… Возможно, они могут перемещаться между домами, где есть их портреты. В противном случае, это должен сделать Лорд Блэк. — Жаль. Но и на том спасибо. — Что ж, думаю, мы встретимся через пару дней. За это время найду вам людей, и мы устроим встречу. — Хорошо. И последний вопрос: я знаю, что гоблины создают артефакты, а можете ли вы снять с одного моего артефакта заклинание слежения? — Чтобы ответить на этот вопрос, я должен знать, о чем конкретно идёт речь. — Давайте, я вам её покажу. Полукс! — эльф с характерным хлопком появился рядом с Гарри и с почтением склонил голову, Крюкохват презрительно скривился. — У меня в сундуке в самом нижнем отсеке лежит серебряно-серая мантия, принеси её! Эльф исчез также незаметно, как и появился, но вернулся он, увы, не так скоро, и наследник с поверенным провели это время в томительном ожидании. Разговор не клеился. Спустя долгие минуты, домовик появился со свёртком. — Вот, взгляните, — сказа Гарри, передавая мантию гоблину. — Это же… — воскликнул Крюкохват, развернув ткань, — мантия-невидимка! Глазам своим не верю! Третий дар Смерти у меня в руках! — восхищался он. — Именно на ней стоит заклинание слежения, от которого мне бы очень хотелось избавиться. — Кто посмел? Это святотатство! Поймите меня правильно, наследник Поттер, — голос его был переполнен непонятным трепетом, — гоблинский народ относится с большим почтением к Смерти и её сёстрам. Для нас подобное посягательство на её Дары — преступление! Мы с большим уважением относимся к Певереллам, как к роду ЕЁ потомков. — Я понимаю вас. Но скажите, вы сможете незаметно избавиться от этого заклинания? — Конечно, конечно, наследник Поттер. Для меня большая честь держать в руках такую ценность, а уж помочь вам избавиться от этих мерзких чар, — его лицо скривилось, всем своим видом выражая презрение. — Если позволите, я хотел бы узнать, кто тот осквернитель, что посмел совершить такую дерзость! — Я получил её на Рождество. В записке было сказано, что когда-то она принадлежала моему отцу и сейчас пришло время вернуть её его сыну, подписи не было, но узнав, что на ней стоят следилки, я предположил, что это Дамблдор. Только ему может быть выгодно шпионить за мной. При имени директора лицо гоблина скривилось ещё больше. — Что ж, я обещаю вам, наследник Поттер, что всё будет сделано в лучшем виде. — Я рад это слышать! Надеюсь, мы ещё увидимся, — сказал мальчик, поднимаясь со своего места и протягивая руку для рукопожатия. — Обязательно, наследник Поттер, — уверенно сказал поверенный. — Рад был повидаться! До скорой встречи! — попрощался Крюкохват и исчез в пламени камина. [1] от лат. evigilatio — пробуждение. [2] я в курсе что Чарльз и Карлус это два разных варианта русского почтения одного и того же имени, но пусть здесь оно будет разным. P.S. Я так же в курсе, что ампир и барокко это разные стили, но судя по картинкам из Гугл поиска, они вполне поддаются смешению