Восхождение к трону

А вот и новая глава! Сильно не бейте меня за задержку, надеюсь, теперь главы будут выходить регулярно, но ничего обещать не могу. Приятного чтения! *** Примечание: курсивом выделены видоизмененные отрывки из произведения Джоан Кэтлин Роулинг «Гарри Поттер и Тайная комната» Субботним утром Большой зал гудел, словно улей, что было редкостью — в этот день недели в столь ранний час за столами факультетов можно было увидеть лишь настоящих жаворонков. Однако сегодня состоится первый квиддичный матч сезона — Гриффиндор против Слизерина, поэтому помещение было заполнено студентами всех возрастов. За завтраком никто не мог скрыть обуявшего всех волнения, сотни студентов, одетых в цвета факультетов, которым они отдавали предпочтение, с трудом сдерживали эмоции. Красный цвет, увы, преобладал, но нашлись и те, кто болел за Слизерин, кроме самих змей, разумеется. Сьюзан Боунс сегодня оделась в зеленый и села рядом с Блейзом, чтобы подержать своего «друга», отчего сам мальчик мило краснел. — Как настроение? — спросила пуффендуйка. Драко был бледным, как привидение, и смотрел на свой завтрак с диким отвращением. — Меня сейчас вырвет, — буркнул он. Малфой действительно постепенно становился таким же зелёным, как и его форма. — Только не на меня, — тут же сказала Дафна и подняла руки вверх в защитном жесте. — Расслабься, Драко, сегодня мы точно не проиграем, — попытался утешить друга Гарри. — Как я могу расслабиться?! На трибунах будет мой отец! Если я облажаюсь… — Ты не облажаешься, — заунывным голосом протянул Поттер. — Драко, может попросить у декана успокоительного зелья для тебя? — Не надо. Иначе на поле я буду как сонная муха. Оно же со снотворным эффектом. Спустя около получаса ученики потянулись на стадион, а команды — в раздевалки. Второкурсники пришли поддержать Драко и Гарри, ведь сегодня Малфой впервые выходил на поле, и Поттер по себе знал, что первая игра всегда самая волнительная. День стоял пасмурный и воздух был «тяжёлым», вот-вот должна была разразиться гроза. Перед выходом на поле Флинт произнёс традиционную речь: — У нас лучшие метлы и лучшие игроки! Так что покажем этим несносным грифам, кто настоящие чемпионы школы! Кто победители? — Мы победители, — нестройно ответила команда. — Кто победители? — громче спросит капитан. — Мы победители! -прогудели ребята. — Кто победители? — Мы победители! — практически прокричали они. — Покажем этой школе, кто самый крутой! Семь парней направились в сторону стадиона, приветствуемые своим факультетом, который звонко скандировал кричалки, кажется, они использовали Сонорус, чтобы казаться громче. — Я жду от вас честной игры, — сказала мадам Трюк, — и буду штрафовать за каждое нарушение. Капитаны, пожмите друг другу руки! Флинт и Вуд обменялись рукопожатиями, метнув друг в друга грозные взгляды и, кажется, попытавшись сломать друг другу руки. — По свистку! — крикнула мадам Трюк. — Три… два… один… Подгоняемые рёвом толпы, четырнадцать игроков взмыли в свинцовое небо. Гарри мчался впереди всех, прищурившись и пытаясь разглядеть в небе снитч. Однако спустя семь минут Гриффиндор открыл счёт 10:0. Спустя ещё десять счёт был 30:0 в пользу алознамённых. Казалось, игроки противоположной команды единодушно решили, что Драко лучший охотник, и всячески блокировали его игру. Гарри надеялся, что Флинт догадается, и им удастся отвлечь внимание от Малфоя, но когда начался дождь, счёт был 60:0 — Слизерин все ещё не забил ни одного гола — Гарри взял тайм-аут. — Зачем ты взял тайм-аут, Поттер? — закричал злой, как мантикора, Флинт, когда они все приземлились. — Мы в заднице, Флинт, глубокой заднице! И у нас есть только один шанс не слить игру: я сыграю за Пьюси! — Оу, ты думаешь, что можешь так просто встать вместо меня? — самодовольно фыркнул Пьюси. — Да! Ты самое слабое звено в команде! Я встану вместо тебя и отвлеку их от Драко, чтобы они не смогли блокировать его игру! — Окей, Поттер, ты уверен, что справишься? — спросил Флинт. — Уверен, им за мной не угнаться. А пока я буду их отвлекать, ты и Драко постараетесь забить как можно больше голов. Маркус секунду колебался, а затем сказал: — Окей, мы сделаем так, как ты сказал. Пьюси, даже не пытайся ловить снитч, просто сделай так, чтобы Кут его не поймал! — крикнул он и направился к мадам Трюк. — В слизеринской команде рокировка, — объявил комментатор Ли Джордан, — охотника Эдриана Пьюси заменит Гарри Поттер. Затем Вуд взял тайм-аут и через пару минут игра возобновилась — гриффиндорская команда играла в прежнем составе. Команды вновь взмыли в небо. Гарри сразу же захватил квоффл и направился в сторону ворот Гриффиндорской команды. Теперь всё внимание было устремлено на него, а трое львиных охотников следовали за ним. Допотопные Чистомёты не шли ни в какое сравнение с его Нимбусом последней модели, но, несмотря на это, Алисия Спиннет сидела у него на хвосте. Через пару ярдов[1] он отдал пас Флинту, который стремительно приближался к центральному кольцу. Вуд приготовился словить мяч, но не долетев пару футов[2] до соперника, Маркус отправил квоффл вниз, прямо в руки Драко, который без промедления забросил его в другое кольцо, и сам поспешил за мячом. — Драко Малфой забросил первый слизеринский квоффл! 10:60 в пользу Гриффиндора! — объявил комментатор. Белобрысый слизеринец пролетел сквозь ворота, но мяч начал падать вниз, и Драко резко толкнул древко метлы, направляя её за мячом, и скрылся в непроглядной темноте, которая образовалась из-за усилившегося дождя. Остальные охотники было растерялись, кто-то направился прямо за Малфоем, но фигуру мальчика было уже не разглядеть — видимость стремилась к нулевой. Игроки зависли в воздухе, ожидая следующего шага и не спуская друг с друга глаз. Как вдруг из темноты появилась фигура, и мяч прошёл сквозь центральное кольцо, врезавшись прямо в спину гриффиндорскому вратарю. Тот было обернулся, но увидел лишь ухмыляющегося Драко, а сам квоффл вновь падал вниз, аккурат в руки Маркусу, находившемуся в паре ярдов под Вудом. Львы направились к Флинту, чтобы заблокировать его игру, но слизеринец сделал привычное движение руками, которое только и смогли разглядеть в таком дожде охотники, отдавая пас Гарри, и Поттер, отвлекая внимание на себя, направился к одному из боковых колец. Тем временем капитан команды и Малфой вместо того, чтобы заняться страховкой национального героя, полетели в сторону другого бокового кольца. Маркус отправил квоффл в ворота, а Драко поймал его на другой стороне, затем белобрысый наследник отправил мяч сквозь кольцо своему капитану, который вернул его игроку. И лишь в эту секунду, когда магический счётчик показал увеличение очков у Слизеринской команды до пятидесяти очков, о чём благополучно объявил комментатор («чтоб его мантикора задрала!» — подумал Малфой), грифы заметили, что что-то не так. Поттер, за которым гнались охотники алознамённой команды, а близнецы Уизли раз за разом посылали в него бладжер, от которого национальный герой с успехом настоящего ловца уворачивался, остановился и вскинул руки вверх, в которых…не было мяча. Игроки обернулись и увидели, как Флинт и Малфой перебрасывают мяч через одно из их колец. Зашипев не хуже змей, львы направились к обхитрившим их слизеринцам. — 60 очков у Слизерина! Команда Гриффиндора наконец заметила обман! — продолжал комментировать Ли Джордан. — 70 очков! Алознамённые направляются к противникам! 80 очков! Мяч у Драко Малфоя, Оливер Вуд приближается к беззащитному кольцу! 90 очков! Вуд близко! Успеют ли хитрые змеи забить ещё один гол? Флинт посылает квоффл в ворота. Вуд близко. Он вытягивает руку в надежде затормозить мяч. Но тот пролетает чуть выше его руки, а гриффиндорский вратарь едва задевает его пальцами! Квоффл прошёл сквозь кольцо! 100:60 в пользу Слизерина! После этого трюка, Гарри вновь взял тайм-аут, и они поменялись местами обратно. На земле Флинт несколько раз повторил указания для Пьюси: не мешать Драко! И они вновь поднялись в небо. Видимость была нулевой. Дождь усилился ещё больше. Гарри кружил над полем в поисках снитча, а внизу гриффиндорцы пытались сравнять счёт, но вратарь у Слизеринской команды был что надо, да и Драко с Маркусом сработались и теперь практически не позволяли львам завладеть квоффлом. Боковым зрением Поттер наблюдал за ловцом львов, но тот даже близко не стоял с его лигой, так что поймать снитч тот мог лишь благодаря удаче. Шёл уже третий час игры. Драко и Флинту удалось ещё немного увеличить отрыв, но Пьюси был не так хорош, как Гарри, поэтому у них не было того простора для действий, что давал им Поттер. Юный наследник заметил, как Кут отдаляется от него, улетая куда-то в сторону, тогда как обычно он держался поблизости от Гарри, и теперь это могло означать сильные неприятности для змеиной команды. Дождь барабанил по стёклам очков, в разы ухудшая и без того не лучшую видимость, и Гарри уже в сотый раз успел проклясть и себя, и свою конспирацию, из-за которой он был вынужден носить эти дурацкие очки. Гарри стремительно мчался за Кутом, который не был обременён окулярами, и потому первым увидел золотой мячик, блеснувший в серой мгле. Его метла была быстрее, а сам он мельче и манёвренней, однако временной фактор уже сыграл свою роль, и слизеринец, ругаясь сквозь зубы, догонял ловца другой команды. Сжав челюсти, Гарри пригнулся ближе к древку метлы, старательно сжимая его руками, чтобы оно не выскользнуло из мокрых ладоней. — Опасный момент! — громко закричал школьный комментатор Ли Джордан. — Ловцы увидели снитч и стремительно догоняют его. Ричи Кут совсем близко от мяча, а Гарри Поттер висит на хвосте у гриффиндорского ловца. Кто же из них поймает его первым? Пока весь стадион следил за противостоянием двух ловцов, неподалёку от них разыгрывалась другая драма: Драко Малфой подлетел к ближайшему слизеринскому загонщику и выхватил у того из рук биту. Те немногие, кто заметил манёвр белобрысого спортсмена, не понимали происходящего. Тем временем Малфой промчался мимо другого загонщика своей команды, на лету успев кинуть ему пару фраз. Теперь Драко стремительно догонял ловцов двух команд и обгонял их, находясь немного дальше, но ровно параллельно с ними. Дальше всё происходило слишком быстро и лишь немногие успели увидеть все детали: за считанные секунды бладжер, направленный слизеринским загонщиком, оказался рядом с Драко, и блондин изо всех сил ударил по кожаному мечу, меняя траекторию его полёта перпендикулярно, отправляя его в судьбоносный полёт — прямо наперерез двум ловцам. Ещё через несколько мгновений бешеный мяч на огромной скорости влетел в гриффиндорца, попав тому прямо в плечо, отчего тот потерял равновесие, руки соскользнули с мокрого древка метлы, отправляя юношу в свободный полёт. Пока соперник стремительно приближался к земле, Гарри, ничем не сдерживаемый, поймал снитч. Золотой мячик блеснул в руке слизеринского ловца, судья дала финальный свисток, комментатор объявил победу серебристо-зелёных, а факультетские трибуны взревели в овациях. Поттер и Малфой на полной скорости врезались друг в друга, хватаясь за руки и обнимаясь. Кружась, они стали приближаться к земле. Затем в них влетел Флинт и сжал парочку второкурсников в своих медвежьих объятиях, а после один за другим к ним присоединились все остальные члены команды, и они приземлились одним большим живым комом. Несмотря на ливень, ребята начали качать своих победителей — Гарри и Драко. Так они бы и стояли под проливным дождём, если бы с трибун не спустился слизеринский декан и не загнал потерявших от радости головы спортсменов в раздевалку. Там же, в раздевалке, все игроки получили по порции перечного зелья от профессора Снейпа и только после этого были отпущены в свою гостиную, где продолжилось чествование героев матча, которое затянулось до раннего утра. Некоторые старшекурсники пронесли в школу несколько ящиков огневиски для старших ребят и сливочного пива для младших, и сегодня Гарри и Драко впервые попробовали этот напиток; огневиски, даже в честь победы, им запретил давать староста. На завтраке факультет Слизерина отсутствовал в полном составе. Когда около десяти часов утра зельевар посетил вотчину своих студентов, то обнаружил разгромленную гостиную и несколько тел пьяных в дрова студентов, которые не смогли добраться до своих кроватей. Повсюду валялись бумажки, стаканчики, тарелки из-под закусок, бутылки из-под алкоголя и прочий мусор, который обычно остается после вечеринок. Отлевитировав тушки студентов в их спальни, декан змеиного факультета прошёл по всем общежитиям и поставил на тумбочку каждого студента по порции антипохмельного зелья, которое он предусмотрительно заготавливал в течение всего года, поскольку вечеринки после квиддичних матчей и по случаю магических праздников бывали довольно бурными. Отдав распоряжение главному домовику слизеринского дома — прибраться, заготовить побольше куриного бульона и организовать обеденную зону в факультетской гостиной — Снейп с чистой совестью покинул территорию своих змеек. Утро воскресенья было о-очень тяжёлым. Однако, утро сложным было не только у студентов двух воюющих факультетов (Гриффиндор тоже ушёл в запой, только по другой причине), но и у их деканов. А всё потому, что сегодня ночью был найден Колин Криви, гриффиндорец, поступивший в Хогвартс в этом году. Алознамённые может быть и посочувствовали бы студенту своего факультета и пожалели его, но проигрыш команде Слизерина в первом же матче сезона затмил всё — слишком болезненной была тема квиддича. Слизеринский декан, несмотря на победу своей команды, сегодня был злее мантикоры, потому как директор выдернул его из постели посреди ночи, чтобы он проверил состояние мальчика. И что в итоге? Зельевар сказал всё то же самое, что и мадам Помфри: оцепенение от неизвестного заклинания, нужна настойка мандрагоры. В общем, с утра профессор пребывал в ужасном настроении, так что, как только он проверил своих змеек, которые по неизвестной (а на самом деле вполне понятной) причине не явились на завтрак, и раздал указания домовикам, мужчина отправился в свои покои — досыпать положенные восемь часов сна. Воскресенье тянулось медленно и было каким-то вялым. Гриффиндорцы и слизеринцы отходили от попоек, только одни из-за поражения, а другие из-за победы, а пуффендуйцы и когтевранцы никогда не были замечены в рядах возмутителей спокойствия и участников столкновений. Так что день был на удивление тихим и спокойным. А вот понедельник принёс сюрпризы. Сонные ученики ковыряли в своих тарелках, дожидаясь почтовых сов. Учителя переговаривались… Всё как всегда, кроме… — Внимание, ученики! — магически усиленным голосом произнёс Люциус Малфой, стоя посреди Большого зала. Студенты лениво оставили столовые приборы и перевели сонные взоры на сиятельного лорда. — Внимание, ученики! Совместным решением попечительского совета и педагогического состава было принято решение возобновить деятельность общешкольного дуэльного клуба. Однако, выступить в качестве его главы выразили желание сразу два профессора: профессор Флитвик и профессор Локонс. Посовещавшись, мы решили, что именно вы будете решать, чьему дуэльному клубу быть. В эти выходные будут проводиться собрания двух клубов, а затем вы проголосуете. Кто наберёт больше голосов, тот и станет руководителем школьного дуэльного клуба. Вопросы есть? За гриффиндорским столом чья-то рука взметнулась вверх. — Да…- на ноги поднялась девочка, — мисс… — Грейнджер. — Да, мисс Грейнджер? — Простите, а как будет проводиться голосование? — В воскресенье вечером, после того, как занятия обоих клубов пройдут, в Большом зале будет установлена специальная урна. На листе пергамента вы должны будете написать своё имя, имя преподавателя, за которого вы отдаётесь свой голос, и объяснить почему, написать краткий отзыв о его клубе или клубе его противника. Тут уж на ваш выбор. А затем магия сама подсчитает ваши голоса, и будет оглашён результат. Если вопросов нет, благодарю за внимание и приятного аппетита! Объявление лорда Малфоя вызвало ажиотаж среди учеников, они оживились и принялись обсуждать полученную информацию. Завтрак плавно перетёк в уроки, а затем в обед, но главной темой дня оставалось объявление о дуэльном клубе. Иногда некоторые слизеринцы вспоминали о разгромной победе в квиддиче и начинали поддразнивать своих извечных соперников, из-за чего вспыхивали нешуточные конфликты, но, забегая вперёд скажу, что к середине недели им это надоест, и все школьные сплетни сведутся к обсуждению предстоящих выходных, на которые и были запланированы пробные занятия двух дуэльных клубов. Близнецы Уизли даже устроят тотализатор — кто из профессоров победит, который, надо заметить, будет иметь большой успех у студентов. Гарри с друзьями сразу решили, что пойдут на занятия, по крайней мере к Флитвику точно — он бывший дуэлянт и обязательно сможет научить их чему-нибудь полезному. В конце концов, на своих занятиях они в основном отрабатывают заклинания, но без наставника не могут увидеть свои ошибки и, соответственно, исправить их или узнать секреты боя, которых нет в книгах, так что вреда от похода точно не будет. Дни шли. Студенты с нетерпением ждали предстоящих выходных. Жизнь Гарри шла в привычном ключе, если бы не один случай. Это было в среду. Так как занятия с Макгонагалл так и не возобновились, слизеринец решил задержаться в библиотеке, он уходил одним из последних, когда у самых дверей к нему подошла Астория и попросила помочь донести книги до слизеринской гостиной. Гарри, как настоящий джентльмен, согласился, однако оказалось, что младшая Гринграсс была с несколькими подружками, и все вместе они набрали литературы больше, чем могли унести, и потому юным леди потребовалась помощь. Поттер привычным движением поднял стопку в воздух с помощью Левиосы и, в сопровождении прекрасных дам, направился в подземелья. Решив сократить путь, компания свернула в мало используемый коридор с несколькими заброшенными классами. — Замолчите! — сказал вдруг Гарри, прервав тем самым смех девочек, когда они уже прошли почти весь коридор, чтобы расслышать звук, который, как ему показалось, он только что уловил краем уха. Звук вновь повторился, и компания повернула головы в сторону потёртой двери, из-за которой раздавались всхлипы, похожие на плач. Опустив книги на пол, Гарри выставил палочку вперёд и резко отворил дверь, заглядывая во внутрь. Кабинет был заброшен и явно очень давно: старые парты покрывал толстый слой пыли, в углах виднелась паутина, а занавески на окнах были изъедены молью. Слизеринец прошёл вперёд, намереваясь найти источник звука, когда слева от него раздался очередной всхлип, и мальчик резко развернулся, вскидывая палочку. Прямо посреди прохода между парт, на холодном полу сидела совершенно голая девочка. Её серебристо-белые волосы были спутаны и спадали до самой поясницы, прикрывая тело, из-за чего Поттер не сразу узнал её. — Привет, — он старался говорить мягко. Девочка подняла на него своё кукольное личико с заплаканными василькового цвета глазами, красными от слёз. Взглянув на неё ещё раз, Гарри несколько раз моргнул, чтобы убедиться, что он не ошибся, а затем удивлённо спросил: — Луна? — Здравствуй, Гарри, — ответила девочка. Слизеринец опешил от её спокойного тона. Когда он увидел её впервые, тогда в поезде, ему показалось, что она странная, но совершенно безобидная и при этом добрая и какая-то…светлая, что ли. Одно то, что Лиссандра позволила ей себя гладить, говорило о многом. Сейчас, глядя на эту напуганную маленькую девочку, Поттер не понимал, кто мог сотворить с ней такое. — Эй, Гарри! Всё в порядке? — окликнула его Астория, которая появилась в дверном проёме, за её спиной виднелись головы её подружек. Маленькая слизеринка прошла вперёд и остановилась возле того места, где стоял мальчик. — О, Мерлин всемогущий! Кто сотворил с тобой такое?! — воскликнула Гринграсс, когда заметила Лавгуд. — Мерлина ради, Гарри, не стой, как истукан! Помоги ей подняться! Юный наследник наконец пришёл в себя от шока и убрал палочку в ножны. Как только он подал девочке руку, та ухватилась за неё, как за спасительную соломинку, мертвой хваткой вцепившись своими тонкими пальчиками в его руку. Когда он поднял её на ноги, Астория тут же накинула на неё свою мантию с гербом змеиного факультета и обхватила за плечи. — Идём, мы отведём тебя в нашу гостиную и поможем тебе. Ты наверное замёрзла? — брюнетка начала что-то говорить ей, успокаивающе поглаживая по плечам. — Я — Астория, а это мои подруги — Мелли и Анна, — представила она двух других первокурсниц — брюнетку и рыжую. — А тебя как зовут? — Луна. — Луна, какое необычное имя, — сказала одна из них. — Гарри! Не забудь наши книги! — обернувшись, кинула ему Гринграсс, когда девочки ушли немного вперёд. Мальчик обернулся и подхватил Левиоссой стопку книг, которые он оставил около двери в кабинет. Слизеринец все ещё пребывал в лёгком шоке от увиденного. Поттер не любил своих магловских родственников, однако после долгого совместного проживания с ними, вынес для себя несколько важных жизненных принципов, один из них: «Женщин бить нельзя!» Дядя Вернон, хоть и походил на борова, но постоянно повторял Дадли — «Женщин бить нельзя! Они могут быть ужасными, и порой тебе может хотеться ударить их, но запомни одно, сынок, если ты поднял руку на девушку — ты перестал быть мужчиной!» Несмотря на то, что эти слова были обращены в основном не к Гарри, мальчик всё равно усвоил их, как непреложную истину. Для него было просто чем-то диким то, что он увидел сегодня. Поднимать руку на девушку было табу для слизеринца, поэтому он не понимал, как кто-то мог напасть на Луну. Да, она была немного странной, но при этом невероятно доброй и солнечной девочкой. «Разве можно обидеть такое дитя?» — спрашивал он себя. За размышлениями они дошли до слизеринской гостиной. В помещении оказалось на удивление многолюдно и шумно, так что змейки не сразу заметили гостей в своём логове. Лишь когда первокурсницы усадили свою новую знакомую на диван, который, к слову, находился в самом центре гостиной и был любимым местом отдыха всех ребят, студенты наконец заметили новое лицо в своих рядах. Пока девочки занимали когтевранку разговорами, Гарри отправился за старостой. Не обнаружив никого из них в гостиной, Поттер устремился прямиком в одну из спален мальчиков (в женское общежитие ход им был закрыт). Постучавшись, он вошёл в спальню старосты, где помимо него сидели ещё двое парней. Они развалились на большой кровати и в креслах и громко смеялись. — Чего тебе? — окликнул его один из старшекурсников. — Там девочка. Её избили, — выпалил он. Лица, до этого бывшие весёлыми, вмиг посерели и побледнели. — Показывай! В гостиной Луну уже окружили девочки всех возрастов, мальчики же старались держаться подальше, но всё равно наблюдали со стороны за разворачивающимся действом. Среди ребят Гарри обнаружил Драко, Дафну и Панси, которые о чём-то пытались расспросить гостью, но та, не привыкшая к такому вниманию, лишь ещё больше смущалась. Недовольно нахмурившись, Гарри решительно направился к Луне. Он успел лишь мельком расслышать, что один из старшекурсников пошёл за ним, а остальные куда-то поспешно исчезли. Почему-то ему казалось, что рядом с ним девочке будет спокойнее, ведь его она, по крайней мере, видит не в первый раз. По толпе учеников пробежался синхронный вздох, когда мальчик отодвинул одну из подружек Астории, которые сидели по обе стороны от Луны, и устроился рядом с ней, накрыв своей ладошкой её маленькую белокожую ручку, как бы защищая ото всех. Он просидел так минут десять, совершенно не зная, что делать дальше. Да, он всеми силами пытался оградить девочку от посторонних, которые уже строили волнующие предположения и придумывали различные развязки событий. Но, наверное, с ней надо было поговорить? Успокоить? А у него даже язык не поворачивался что-нибудь сказать. Хотя, казалось, Луна вообще была где-то не здесь. На лице девочки не было привычной мечтательной улыбки, но глаза её были пустыми, словно мыслями она была в своём, выдуманном, мире. Дверь в подземелья распахнулась и вместе с исчезнувшими старшекурсниками на пороге возник профессор Снейп. Мужчина довольно быстро оценил ситуацию и, грозно махнув головой в сторону, чем «попросил» учеников разойтись, который те мигом исполнили, прижавшись к стенам и образуя живой коридор, размашистым шагом направился к Гарри и Луне. Прямо за ним шёл Люциус Малфой, которого Поттер заметил только сейчас. Девочка, казалось, вообще не заметила появления новых действующих лиц. Приблизившись к ребятам, зельевар понял, что девочка не с его факультета, а также что на ней нет ничего, кроме мантии. Ситуация принимала совсем не шуточный оборот, мало того, что на неё напали, так он теперь должен поставить в известность декана её факультета, а тот, в свою очередь, скорее всего донесёт информацию и до директора, чего Снейпу совершено не хотелось, и он мысленно молился, чтобы она не оказалась подопечной Минервы. Декан жестом подозвал к себе старшекурсников и что-то полушёпотом сказал им, после чего ребята разбрелись по гостиной. Гарри едва успел уловить обрывки разговора, как его внимание отвлёк Люциус Малфой, который осторожно приблизился к ним и опустился на корточки. — Здравствуй! — улыбнулся мужчина ей. — Как тебя зовут? — Луна, — отстранённым голосом ответила она. — Приятно познакомиться, мисс Луна, — мужчина вновь улыбнулся одними лишь уголками губ. В этот момент к ним подошёл профессор Снейп. Он присел на корточки рядом с сиятельным лордом и обратил свой взгляд на девочку. — Мисс Луна, меня зовут Люциус Малфой, а это профессор Снейп. Ты знаешь профессора Снейпа? — светловолосый мужчина старался говорить с ней максимально понятно, из-за чего создавался вид, будто он разговаривает с трёхлетней. — Я знаю профессора Снейпа. Он ведёт у нас зелья. — Отлично! — вновь улыбнулся он. — Профессор Снейп хочет обработать твои ранки, но для этого нам лучше пройти в другое место. Пойдёшь с нами? Лавгуд молчала, не зная, что ответить. Сиятельный лорд перевёл взгляд с девочки на Гарри и обратно, а затем сказал: — Не переживай, мистера Поттера ты можешь взять с собой. Девочка кивнула, и мужчина протянул ей свою ладонь. Она взяла его за руку и поднялась вслед за ним. Гарри и Снейп тоже встали. — Всем спать, — гаркнул он, приглашающе махнув рукой, пропуская Луну, Малфоя и Гарри перед собой. — Профессор! — Астория возникла из толпы расходящихся учеников, прижимая к груди стопку каких-то вещей. — Разрешите и мне пойти с вами! Я принесла Луне одежду. Снейп кивнул, казалось, теперь он думает о чём-то более важном, чем дети, шагающие рядом с ним. Или же, как раз о них он и думает? Гарри с трудом мог анализировать ситуацию, которую мысленно разобрал уже вдоль и поперёк. Ничего на ум ему не приходило, он не мог представить, кто способен на подобное варварство. Страшно было даже предположить, что Луну могли ещё и изнасиловать, а не только избить. А она ведь всего лишь ребёнок. Беззащитный ребенок. И это ещё неизвестно, чем аукнется для Луны этот инцидент. Кто знает, может она вообще получит психологическую травму? Мальчик злился, он совсем не знал когтевранку, всего лишь видел несколько раз, но у него в голове не укладывалось, как можно избить ребёнка. Он сам часто становится «боксёрской грушей» для своего кузена и его дружков, часто получал тумаки от дяди и поэтому не терпел, когда на детей взрослые поднимали руку. А ведь избили её наверняка старшие ребята. За всеми этими переживаниями Гарри и не заметил, как они дошли до покоев профессора Снейпа. Он даже чуть не налетел на идущего сзади мужчину, когда резко остановился, чтобы не врезаться в дверь. Видимо, профессор тоже витал в облаках, так как сам чуть не сбил мальчика с ног и, извинившись, открыл дверь перед нежданными гостями. Гарри уже неплохо ориентировался в покоях декана, так что он поспешил к дивану, к которому Люциус аккуратно подтолкнул Луну, расположившись рядом с юным наследником. Лорд Малфой сел с другой стороны от девочки. Астория немного поглазела по сторонам и проследовала за ними, садясь в кресло, спиной ко входу, на котором не далее, как пару дней назад сидел сам Гарри, и всё ещё крепко прижимая к себе одежду. Профессор Снейп скрылся в одной из комнат, как подозревал мальчик, в спальне, и вернулся, когда едва ли прошла минута, с чёрным саквояжем в руках. Он смотрел в упор на девочку и было открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его, и перевёл взгляд на Малфоя, ища поддержки, не зная, как озвучить свои мысли. — Мисс Луна, — заговорил белобрысый мужчина, — профессор Снейп сейчас вылечит твои царапины, хорошо? Ты можешь доверять ему. Маленькая когтевранка перевела свои васильково-синие глаза, который слегка покрывала дымка, на сиятельного лорда, и в этот момент мужчине показалось, что девочка заглянула ему прямо в душу, в самые отдаленные уголки разума и сердца. — Я доверяю вам, — ответила она и прервала зрительный контакт. Зельевар немного нервно в три широких шага преодолел расстояние, разделявшее их, и протянул руку девочке. Лавгуд опустила ноги на пол, которые едва доставали до него, и, вложив свою девичью ладошку в руку мужчины, поднялась и направилась за ним. — Одежда! — вдруг как-то невпопад сказала Астория. Все повернули головы к маленькой слизеринке, а та резко протянула руки со стопкой одежды вперёд. Лорд Малфой, сидевший к ней ближе всех, принял одежду и передал её Луне. Та улыбнулась и мечтательно проговорила: — Спасибо. — Итак, мистер Поттер, — начал Люциус, когда Снейп и его подопечная скрылись за дверью. — Вы стали свидетелем нападения? — Нет, я первый, кто нашёл её, — покачал головой он. — Как это произошло? Расскажите мне всё в подробностях, — потребовал блондинистый лорд, складывая руки веером. — Я нашёл Луну по пути в гостиную, — начал свой рассказ Гарри, после этих слов лорд Малфой явно заинтересовался и второй девочкой, на которую до этого момента почти не обращал внимания. — Вы заметили что-нибудь подозрительное? — Ничего. — Кто ещё был с вами? — Астория и её подруги. Имён я не знаю. — Что вы увидели в первую очередь? — Луну, конечно, — фыркнул Поттер. — Она сидела в одном из заброшенных классов… — повествование Гарри прервал очередной стук в дверь. Лорд Малфой недовольно хмыкнул, но направился открывать. Незваными гостями оказались парочка старшекурсников и подруги Астории. — Ам-м… — стушевался подросток, — а где профессор Снейп? — Он занят. Что вы хотели? — немного резко ответил мужчина. — Профессор приказал нам осмотреть место происшествия. И мы осмотрели, — добавил он после заминки. — Там мы нашли только палочку и странного вида башмаки. Он протянул старшему мужчине палочку и башмаки, которые держал за шнурки. В них мальчик сразу опознал магловские кеды, правда немного необычные на вид. Они были ярко фиолетового цвета со звёздами из каких-то блескучек, а шнурки были белыми, как снег. Мистер Малфой посмотрел на всё это…удивлённо, даже не смог удержать маску на лице и изогнул бровь. Для чистокровного мага в n-ом поколении магловские кеды были чем-то за гранью понимания. — Это, наверное, Луны, — сказал Гарри. — Возможно, — хмыкнул лорд. — Ладно, оставляйте здесь. Старшекурсники явно расстроились, раз их поиски не увенчались успехами. Люциус забрал башмаки так, как ему их вручили, то есть за шнурки, и положил на небольшой столик. Попрощавшись, ребята удалились. Сиятельный лорд тоже немного стушевался, явно всё ещё пребывая в лёгком шоке от находки, но как ни в чём не бывало уселся напротив Астории и начал свой допрос. Вопросы были похожими, ответы идентичны, так что Гарри особо не прислушивался, а лишь чаще поглядывал на дверь, за которой скрылись декан с Луной. Спустя ещё пару минут, злосчастная дверь, которую юный наследник к этому моменту изучил вдоль и поперёк, открылась и на пороге появились мужчина и девочка. — Ой, это моё! — сказала вдруг Луна и поспешила к столику. Она, как ни в чём не бывало, села на край дивана и стала надевать кеды. Для лорда Малфоя картина была сюрреалистичной, о чём присутствующим рассказал его шокированный взгляд. Закончив обуваться, девочка вскочила на ноги и стала кружиться, загадочно улыбаясь самой себе. Из-под полы школьной мантии, которая была на ней надета, виднелся подол красивого серебристого платья. В этот момент Луна казалась ещё большим ребёнком. — Кто это сделал с тобой? — задал вдруг Гарри вопрос, который крутился у него в голове в самого начала. — Девочки могут быть намного более жестокими, чем мальчики, — хмыкнула она. Голос её был спокойным и кажется даже…будничным. Казалось, будто она говорит на совершенно обычную тему, словно ничего и не произошло. Луна снова начала кружиться, а вокруг неё начал появляться какой-то необычный свет. Вспышка, и под потолком появился шар с радужными переливами внутри, он испускал такие же радужные лучи и иногда наливался дождём, словно туча. — Как красиво! — протянула Астория. — Как ты это делаешь? — Не знаю. Само получается. — Что ж, юные леди, — немного охрипшим голосом сказал слизеринский декан, — думаю, вы можете отправляться пить чай, а мы пока поговорим. Тинки! С хлопком появился домовик. — Чего желает хозяин? Тинки всё сделает. — Тинки, отведи двух этих леди на кухню и напои их чаем с печеньем. — Тинки всё сделает. Прошу за мной, маленькие леди. Тинки отведёт вас на кухню и напоит чаем. Луна взяла домовика за маленькую ручку, чем удивила всех присутствующих, и направилась с ним в сторону кухни. Астория поспешила за странной парочкой. Стоило только девочкам скрыться, декан обессиленно плюхнулся на второе кресло и облегчённо выдохнул — Северус? Она… — Люциус замялся и посмотрел на Гарри, который слегка нахмурился от такого откровенного пренебрежения им и приравнивания к маленькому ребёнку. — Нет, она не изнасилована, — покачал головой декан, и теперь Гарри понял причину его облегчения. — Не могу сказать, что такой вариант лучше, — нахмурился лорд Малфой. — Значит, всё произошедшее было простым актом жестокости, а не гормонов какого-то старшекурсника. — По крайней мере, я не обнаружил внешних признаков, — добавил он. — Более подробный осмотр я проводить не решился, это прерогатива мадам Помфри, да и я мужчина в конце концов, а она даже не с моего факультета. — Да, ты прав. Думаю, будет лучше, если за ней кто-нибудь присмотрит. Мистер Поттер, мы можем поручить это вам? — Да, конечно, — поспешно ответил он. — А нам ведь ещё нужно поставить в известность её декана. С какого, говорите, она факультета? — Когтевран. — Хорошо. Филиус точно со всем разберётся. Оставшееся время до возвращения девочек все трое просидели молча, каждый думая о своём. Первокурсницы появились на пороге комнаты улыбающимися и смеющимися, и кажется, успели подружиться. — Что ж, юные леди, — сказал профессор Снейп, — вам пора по своим спальням. Мы проводим вас до вашей гостиной, мисс… — мужчина остановился, потому что сообразил, что не знает её фамилии. — Лавгуд. Луна Лавгуд. — Мисс Лавгуд. Все вместе они пошли провожать Луну. Гарри неизменно шёл рядом, переваривая последнюю фразу, которая открыла ему не самые приятные факты истории. В голове у мальчика то и дело всплывала фраза лорда Малфоя: «Значит, всё произошедшее было простым актом жестокости». Но кого могла разозлить безобидная светловолосая девочка? В голове не укладывалось. До Когтевранской башни они добрались быстро, с помощью тайных ходов, которые показал им профессор Снейп. С Луной они распрощались у входа, затем остальные тоже разошлись: старшие мужчины направились дальше — к декану девочки, а ребята — к себе в гостиную. На обратном пути Астория рассказала, что пригласила Луну сесть за стол Слизерина, а также в их маленький дуэльный клуб. Гарри был не против. По крайне мере, так он сможет присматривать за ней, да и другие слизеринцы после сегодняшнего инцидента будут это делать, а также наверняка захотят наказать обидчиков — уж так у них принято, маленьких обижать нельзя. Идея с дуэльным клубом тоже пришлась Гарри по вкусу, во-первых, есть шанс, что там она сможет подружиться с кем-нибудь, а во-вторых, навыки самообороны ещё никому не были лишними. Вернувшись в гостиную, Гарри и Астория попали под град вопросов, от которого с трудом отбились, однако, Поттер лишь утвердился в своей гипотезе — у многих старшекурсниках на словах о девочках в глазах заплескались искорки гнева и даже «слабый пол» обидчиков не остановит их от возмездия. Утром следующего дня Луна села за их стол, где её тут же окружили Астория со своими подругами и другие девочки. А юный наследник, сидящий так, что мог видеть когтевранский стол, заметил несколько гневливых взглядов в сторону блондинки и исходили они, как ни странно, от девочек всего на год старше Гарри. Джоу Чанг. Её Поттер видел на тренировках квиддичной команды, она была запасным ловцом и в следующем году, когда нынешней ловец выпустится, должна была занять его место. Её подружку Гарри не знал, однако гневный взгляд всё же уловил. Заметили это и другие слизеринцы, так что вскоре девочкам наверняка устроят сладкую жизнь. Дни тянулись один за другим, и вскоре настала долгожданная суббота — день тренировки первого дуэльного клуба. Этого события с предвкушением ждала вся школа, а слухов о предстоящем событии была масса. Так что вечером в субботу в Большом зале был аншлаг. Судя по всему, собралась чуть ли не вся школа — в руках были зажаты волшебные палочки, на лицах плескались разные эмоции: от волнения до безразличия. Обеденные столы были уже убраны, с одной стороны амфитеатром располагались скамьи — места для зрителей, с другой — несколько меньше скамей, где расположились преподаватели во главе с директором, а также проверяющая комиссия, а в центре были возведены золотые подмостки. Под бархатно-чёрным потолком парила тысяча свечей, освещавших зал. — Интересно, чей сегодня день? — сказал Гарри, занимая места в первом ряду. — Не думаю, что это играет какую-то роль, — меланхолично заметил Тео. — Локонса всё равно прогонят из школы. Через пару минут на подмостки вышел Златопуст Локонс в великолепной лиловой мантии, сопровождаемый Снейпом в чёрном будничном одеянии. Локонс взмахнул рукой, требуя тишины. — Подойдите поближе! Ещё! Меня всем видно? Всем слышно? Прекрасно! Профессор Дамблдор одобрил моё предложение создать в школе Дуэльный клуб. Посещая клуб, вы научитесь защищать себя, если вдруг потребуют обстоятельства. А мой жизненный опыт подсказывает — такие обстоятельства не редкость. Читайте об этом в моих книгах. Ассистировать мне будет профессор Снейп, — белозубо улыбнувшись, вещал Локонс. — Он немного разбирается в дуэлях, как он сам говорит, и любезно согласился помочь мне. Сейчас мы вам продемонстрируем, как дуэлянты дерутся на волшебных палочках. О, не беспокойтесь, мои юные друзья, я верну вам профессора зельеварения в целости и сохранности. — Немного разбирается?! — возмущённо сказал Драко. — Да он размажет этого павлина тонким слоем по стенам Большого зала! Многие слизеринцы согласно закивали. — Спасибо, мистер Малфой. Однако, позвольте мне самому говорить о своих возможностях, — сказал Снейп, поднимаясь на помост. Никто, разве что кроме слизеринцев, не заметил мимолётной улыбки на губах своего декана. Дуэлянты повернулись друг к другу, изобразили приветствие: Локонс сделал реверанс, Снейп раздражённо кивнул. На манер шпаг подняли волшебные палочки. — Обратите внимание, как держат палочки в такой позиции, — объяснял Локонс притихшим ученикам. — На счёт «три» произносятся заклинания. Смертоубийства, разумеется, не будет. — Раз, два, три… Палочки взметнулись, и Снейп воскликнул: — Экспеллиармус! Блеснула ослепительно яркая молния, Локонса отбросило к стене, он съехал по ней и распластался на подмостках. Слизеринцы не смогли сдержать смешки, к ним присоединились немногие ученики других факультетов (те, кто преимущественно недолюбливал Локонса). Локонс, без шляпы, с развившимися кудрями кое-как поднялся на ноги. — Отличный посыл! — сказал он. — Профессор Снейп применил заклинание Разоружения, и, как видите, я лишился моего оружия. Благодарю вас, мисс Браун! Без палочки я как без рук. Браво, профессор Снейп, браво! Вы уж простите меня, проще простого было бы разгадать ваш замысел и отразить удар. Но ученикам очень полезно увидеть… — Снейп позеленел от злости, и Локонс поспешил добавить: — На этом показательная часть окончена. Перейдём непосредственно к учебной тренировке. Я сейчас разобью вас на пары. Профессор Снейп, будьте любезны, помогите мне. Локонс стал разбивать учеников на пары, при этом принципиально не ставя в одну пару гриффиндорцев и слизеринцев. Гарри оказался в паре с Драко, и они довольно быстро справились с поставленной задачей, по три раза каждый отработав обезоруживающее заклинание. После этого они стали наблюдать за другими участниками: Невилл оказался в паре с Уизли, Томас с Финиганом, а Грейнджер досталась блондинка — Браун. Из всех гриффиндорцев прилично с заклинанием справились только Невилл, который занимался с Гарри дополнительно не только чарами, но иногда и ЗОТИ, и Грейнджер (ну кто бы сомневался!), пока не сцепилась как кошка с Лавандой и Парвати Патил, чья сестра-близнец Падма училась на Когтевране. Вороны справились практически все поголовно, а с Пуффендуя примерно поровну. Однако, кажется, сложнее всего пришлось Уизли, который целился раза по три в Невилла и всё равно промазывал, отчего Лонгботтом закатывал глаза. — Что ж, Златопуст, думаю достаточно! — сказал наконец Снейп. — Мы и так потратили немало времени. Как насчёт парочки дуэлей среди учеников? — Отличная идея, Северус! Уизли, Томас, на ринг! — Как насчёт кого-нибудь с моего факультета? — предложил слизеринский декан. — Например, мистер Малфой, — в свойственной ему манере изогнул бровь мужчина. — Уверен, он станет достойным оппонентом мистеру Уизли. После этих слов Гарри показалось, что он услышал, как Уизли застонал. Драко рядом с ним злорадно ухмыльнулся. — Почему бы и нет! На ринг, господа! — скомандовал Локонс. Драко с присущей ему грацией поднялся со своего места и направился к одному из концов помоста. Уизли напоминал корову на льду — он запинался на ровном месте и споткнулся о ступеньки, когда поднимался. Малфой уже занял боевую позицию, когда рыжеволосый встал напротив него. Мгновение спустя Локонс выпустил сноп зелёных искр, означающий начало боя. — Экспеллиармус! — взревел Уизли, выпуская синий луч…который пролетел справа от головы Драко. — Уизли, ты в курсе, что прежде, чем посылать заклинание, нужно прицелиться? — саркастично спросил Драко. — Заткнись, пожирательский ублюдок! — крикнул рыжий, в затем выпустил ещё три заклинания, которые все пролетели мимо цели. Драко лишь изогнул бровь, и на его губах расцвела ухмылка. — А это тебе за пожирательского ублюдка. Серпенсортиа энектес муринес[3]! Раздался звук, похожий на выстрел. Из палочки Малфоя вылетела гигантская, около 23-х футов[4] в длину, серовато-зелёная с двумя рядами бурых пятен продолговатой формы змея и шлёпнулась на пол. Зрители, стоявшие впереди, отпрянули в ужасе. Кто-то истошно закричал. Гриффиндорец остолбенел, не зная, что делать, а змея, шипя и грозно раскрывая пасть, продолжала приближаться к нему. Уизли побледнел, а рептилия уже начала обвиваться вокруг его ноги, постепенно оплетая кольцами всё его тело. — Мистер Малфой, вы выиграли дуэль! — сказала наконец Макгонагалл. — Отзовите змею! — Технически нет, мэм. Его палочка всё ещё у него в руке, — спокойно хмыкнул Драко, продолжая наблюдать за Уизли. Тот упал в оцепенении от происходящего и не мог вымолвить ни слова. Змея уже плотно держала в своих кольцах жертву, её голова возвышалась над Роном, а пасть была широко раскрыта и приближалась к его голове, намереваясь, видимо, заглотить его, сделав своим обедом. — Диффиндо! — голова рептилии, которая уже успела захватить часть макушки рыжего, отлетела в сторону. — Диффиндо! — удар по телу, отчего кольца, зажимающие жертву, рассыпались к ногам мальчика. — Ну, и зачем ты это сделал? — спросил Драко как ни в чём не бывало, повернувшись к Гарри, который всё ещё держал свою палочку в направлении Рона. Через секунду раздался грохот упавшего тела — Уизли свалился в обморок. — А что, было бы лучше, если бы она его съела? — хмыкнул Поттер. — Ты лишил её обеда! — возмутился блондин, спускаясь с помоста. — Не знал, что ты так не любишь свои творения — да она бы им отравилась! — хмыкнул брюнет. — Он же Предатель крови! Кстати, классная змея получилась. — Следующая пара! — усиленным голос сказал Локонс после того, как другие учителя унесли Уизли в Больничное крыло. — Профессор Локонс! — громко сказала Гермиона и вскинула руку вверх. — О, мисс Грейнджер, вы хотите сразиться? Какая храбрость! Настоящая гриффиндорка! — Да, хочу, — девочка поднялась и направилась к помосту. — А могу я сама выбрать противника? — Если вы очень хотите… — Хочу! Я хочу сразиться с Поттером! — Мисс Грейнджер, — встрял слизеринский декан, — мистер Поттер обладает большими знаниями и магической силой. Сомневаюсь, что маглорожденная волшебница вашего возраста сможет хоть что-то ему противопоставить. — Но я лучшая студентка на потоке, — не унималась обиженная гриффиндорка. — Однако, ваш магический потенциал намного ниже, чем у мистера Поттера. — Полно, Северус, пусть сразятся, если девочка так хочет, — примирительно сказал Златопуст. Снейп лишь пожал плечами на это — он прекрасно знал возможности своего подопечного и был уверен в его победе. В это время студенты взошли на помост и заняли боевые стойки. — Филлипиндо! — девочка попыталась отбросить противника к стене, но мальчик успешно уклонился от заклинания. Гермиона натужилась от злости, а Гарри лишь ухмыльнулся и выгнул бровь, как бы говоря: «И это всё, на что ты способна?» — Инкарцио! — вновь заклинание пролетело мимо. Слизеринец не считал нужным тратить силы и выставлять щиты — всё, что в него посылали, было простыми чарами. — Агуаменти! — струя воды попала прямо под ноги мальчику — Фризус! — однако Поттер быстро раскусил замысел оппонентки и отскочил в сторону — теперь помост рядом с ним был покрыт слоем льда. — Танталлегра! — Рефле́кто![5] — заклинание срикошетило и угодило в саму девочку, отчего ноги той пустились в пляс и начали вытворять невообразимые фигуры. Слизеринец развернулся и, направив палочку на лёд, сказал: — Драконифорс! — заставшая вода превратилась в маленького синего мини-дракончика. — Атакуй Грейнджер! — произнёс Гарри и дракончик побежал в сторону потерявшей над собой контроль гриффиндорки, на ходу выпуская в неё несколько огненных шаров. Первые два подпалили её мантию, а третий угодил в копну каштановых волос, о которой в школе уже ходили легенды. Когда их разделяли считанные футы, дракончик раскрыл свою пасть с маленькими белыми зубами и в один прыжок преодолел оставшееся расстояние, вцепляясь острыми зубами в ногу гриффиндорки. Зубы клацнули, девочка закричала и свалилась с помоста. Судья, в лице слизеринского декана, засчитал Гарри победу. После разгромной победы Поттера, Локонс решил не рисковать и на этом закончил занятие. Пока другие учителя устраняли последствия действий слизеринца и отправляли девочку в лазарет, Златопуст разразился пространной речью, воспевая свои таланты. Когда эта пытка закончилась, студенты поспешили разойтись по своим гостиным и обсудить прошедшее занятие. Главными звёздами стали, конечно же, Драко и Гарри. Ужин в этот вечер был довольно оживлённым. Голоса не смолкали за всеми четырьмя столами — гриффиндорцы проклинали, а слизеринцы хвалили Малфоя и Поттера, когтевранцы обсуждали заклинания, которые они использовали, и некоторые даже решили их выучить, а пуффендуйцы осуждали жёсткость, с которой два змея расправились со своими соперниками. Однако, все были едины в одном: слизеринцы — опасные противники и с ними лучше не связываться. Сам же клуб Локонса и его манера поведения вызывали всё больше и больше осуждения, многие уже заочно решили, что не отдадут свой голос профессору ЗОТИ. Тем не менее, занятия с когтевранским деканом все ждали с нетерпением. *** Воскресным вечером Большой зал немного изменился: в центре зала так же стоял большой помост, но трибун было не так много, и рассчитаны они были на меньшее количество зрителей, а также ряды помостов меньших размеров располагались со стороны учительского стола и со стороны входа. — Подходите все ближе, — скомандовал профессор Флитвик. Он стоял на помосте напротив профессора Снейпа, только для того, чтобы его было лучше видно, взгромоздился на специальную тумбочку, как часто делал на своих уроках. — Я рад приветствовать всех вас в дуэльном клубе. Наши занятия будут проходить в Большом зале и посещать их могут все желающие, однако, должен предупредить, что если вы решили всерьёз записаться в дуэльный клуб, то ни о каких прогулах или опозданиях не может быть и речи. Лентяев я не потерплю! Дуэлинг — это спорт. И, как в каждой спортивной дисциплине, у него есть свои правила, свой кодекс. За нарушение этих правил я буду жёстко наказывать вплоть до исключения из дуэльного клуба. Также хочу сообщить вам, что я отберу пять самых способных учеников и буду тренировать их отдельно, чтобы они, в будущем, могли представлять Хогвартс на международных соревнованиях. Это огромная честь, которую я окажу только самым достойным. А теперь, пока мы не начали, у кого-нибудь есть вопросы? Рука взметнулась вверх. — Да, мисс Грейнджер? — Профессор, а как именно будут отбираться эти студенты? — Будут проводиться соревнования между всеми учениками со всех факультетов и курсов. Сразу скажу, что до старшекурсников соревнования дойдут в последнюю очередь. Сначала спарринги пройдут внутри первых, вторых и третьих курсов: между первыми и вторыми, вторыми и третьими курсами. Победители выйдут во второй тур и сразятся с представителями четвертых, пятых и шестых курсов. Ну и самые способные выйдут в третий тур и сразятся с седьмыми курсами, хотя на них я бы не очень рассчитывал, ведь они выпустятся в этом году, а международные соревнования будут не раньше следующего года. — Профессор, а разве младшекурсники могут попасть в эту группу? Ведь старшекурсники намного сильнее и знают больше. — Мисс Грейнджер, среди младших курсов немало одарённых студентов, которые вполне могут составить конкуренцию старшим ученикам, так что всё может быть, — закончил он. — Профессор! — Да, мистер Нотт? — А у этих пяти студентов будут какие-нибудь привилегии? — Разумеется, мистер Нотт. Во-первых, им будут выделены личные апартаменты. Во-вторых, экзамены по ЗОТИ и чарам им будут засчитаны автоматически, кроме СОВ и ЖАБА, на пятом и седьмом курсе соответственно. В-третьих, студентам — победителям международных соревнований будет выделена стипендия в любом выбранном магическом университете или академии мира. Но это будет потом, сначала нужно определить этих студентов. — Профессор, а они не будут переизбираться? — спросил Рон. — Конечно, будут. Каждый год в первом семестре будут проводиться спарринги и любой желающий сможет сразиться с участником группы. Но это не раньше следующего года, а сейчас пора приступать к отбору. Сейчас я и профессор Снейп проведём для вас показательную дуэль, где я объясню основные правила дуэльного кодекса. Затем я и профессор Снейп разделим учеников на две группы и начнём проводить соревнования. Старшим ребятам сразу скажу, что сегодня они только наблюдатели. По результатам этих спаррингов, определится ваш уровень и в какую группу, от самых слабых до самых сильных, вы попадёте. Также каждые два месяца мы будем проводить дуэли с представителями более сильной группы и определять, кто готов перейти к более сильным соперникам. Ученики загомонили, обсуждая услышанное. Каждый счёл нужным высказать своё мнение об услышанном соседу. Однако профессор Флитвик выпустил сноп красных искр, привлекая к себе внимание. — Итак, каждая дуэль начинается с приветствия. Дуэлинг — это спорт, и, как в любом спорте, вы должны уважать своего соперника, для этого вы должны его поприветствовать. Приветствие начинается с проявления уважения — запомните, в дуэлинге непозволительно неуважительное отношение к сопернику, например, оскорбление. За подобные выходки я буду исключать из дуэльного клуба, как это делают на соревнованиях. Чтобы показать своё уважение, вы должны поклониться. Профессор Флитвик развернулся к профессору Снейпу, и они поклонились друг друг, согнувшись практически пополам. Декан Когтеврана вновь развернулся к зрителям. — Затем вы должны поприветствовать своего оппонента. Приветствие в дуэлинге осуществляется следующим образом: рука, в которой вы держите палочку, сгибается в локте параллельно туловищу вверх, — профессор показал положение руки, так что его палочка доставала до кончика носа, — а затем резко опускается вниз по диагонали в правый, либо левый — в зависимости от рабочей руки, нижний угол. Декан Когтеврана продемонстрировал это движение, а затем, развернувшись к профессору Снейпу, уже вместе с ним повторил полностью всё приветствие. — После дуэлянты принимают боевую стойку. Правая или левая нога, опять же в зависимости от руки, в которой вы держите палочку, выставляется вперёд, а другая занимает положение перпендикулярно первой на расстоянии в полтора шага. Рабочая рука выставляется вперёд параллельно полу и должна быть направлена на вашего противника. Запомните! Никогда ваша палочка не должна быть направлена вниз или в бок, всегда только на противника. В реальном бою такая ошибка может стоить вам жизни. Свободная рука либо отводится за спину, либо вы помогаете себе держать равновесие. Всё понятно? Вопросы есть? Вопросов не было. — Замечательно. Лорд Малфой, вы не окажете нам честь дать старт дуэли? — С превеликим удовольствием. Люциус, словно грациозная пантера, поднялся со своего места и направился к помосту. Дуэлянты вновь вспомнили традиционное приветствие от начала и до конца, и белобрысый Аполлон выпустил сноп зелёных искр, означающий начало боя. Противники закружили в танце: они обменивались заклинаниями, насылали проклятия, уклонялись от них и выставляли защиту. Некоторые из них отскакивали в сторону зрителей, но специальный барьер, используемый при дуэлях, не позволял кого-либо ранить. Сражение длилось уже около сорока минут, когда слизеринец вместе с целой цепочкой заклинаний направил ещё и трансфигурированные в мелкие шарики кинжалы, которые до этого чуть не убили его и были отброшены щитом в сторону. Цветные горошины ударились о защитный щит и рассыпались по полу, раскатываясь в разные стороны. Постепенно Снейп уходил в глухую оборону, а профессор Флитвик всё наступал, и вот расчёт слизеринца сработал — когтевранский декан наступил на один из шариков и, поскользнувшись, упал. В него тут же полетело мощнейшее Инкарцио и дуэль была завершена. — Итак, это была показательная дуэль. Такого уровня я жду от вас, если вы хотите участвовать в турнирах. А сейчас профессор Снейп поможет мне разбить вас на группы, и мы начнём спарринги. Ученики с первого по третий курс подходите сюда, остальные могут занять места наблюдателей. Дальше профессор Флитвик разделил всех на две большие группы: когтевранцев и слизеринцев должен был курировать он, а гриффиндорцы и пуффендуйцы достались зельевару, отчего одни ученики (читай: львы) взвыли не хуже волков, а другие — вздрогнули. Сначала проводились спарринги внутри факультетов по курсам, победители-слизеринцы вставали против победителей-когтевранцев, а проигравшие против проигравших (та же система действовала и у группы профессора Снейпа), затем чемпионы в дуэлях победитель-победитель сражались против проигравших ребят своего факультета на год старше, а затем с проигравшими другого факультета, а после вновь были спарринги победитель-победитель. Результаты всех боев заносились в специальную турнирную таблицу, на основе которой и формировались группы. После начинался второй тур, когда бои шли между учениками всех четырёх факультетов. Проигравшие на своём курсе студенты из числа подопечных профессора Флитвика спарринговались с проигравшими на своём курсе из блока слизеринского декана, и так далее. К концу занятия сформировалось несколько групп учеников, которым предстояло заниматься дуэлингом. В первую группу вошли самые слабые ученики: первокурсники Пуффендуя и Гриффиндора в полном составе, а также часть первого курса Слизерина (это были либо полукровки, либо те, кому и на занятиях слизеринского дуэльного клуба приходилось нелегко) и Когтеврана. Вторая группа: оставшаяся часть первокурсников, причём с Когтеврана большинство чистокровных, с которыми наверняка занимались нанятые учителя ещё до поступления в Хогвартс, а со Слизерина — все те, кто занимались в «своём» дуэльном клубе, а также практически поголовно все со второго курса Гриффиндора и Пуффендуя, за редкими исключениями. Третья группа: туда вошли Дафна, Милли, Трейси, Грег и Винс со второго курса Слизерина, большая половина второго курса Когтеврана, Грейнджер, Парвати Патил и, к удивлению других ребят, Невилл со второго курса Гриффиндора, а также большая часть третьих курсов Пуффендуя и Гриффиндора. Четвёртая группа: оставшаяся часть третьих курсов барсуков и львов, из второкурсников Слизерина — Панси, Тео, Гарри, Драко и Блейз, а также несколько второкурсников Когтеврана, и третьи курсы змей и воронов. Из Большого зала студенты выходили возбужденными. Перед тем, как отпустить ребят, Флитвик задержал четвёртую группу и сказал, что им предстоит сразиться со старшими курсами, что вызвало одобрение: ребята хотели попробовать себя в бою с более сильным противником, узнать предел своих возможностей, особенно обрадовались третьекурсники, которым сегодня довелось спарринговаться либо с однокурсниками, либо вообще с младшими ребятами. Бурное обсуждение продолжилось и в факультетской гостиной. Ученики сравнивали занятия у Локонса и Флитвика, и последний был явным фаворитом, даже несмотря на то, что сегодня он оставил без внимания старших ребят. Позже к ним зашёл профессор Снейп и проинструктировал своих студентов на предмет предстоящего голосования — старосты должны были проследить за дисциплиной, а декан назначил несколько ребят, ответственных за пергаменты с голосами, чтобы студенты не толпились около специальной урны, установкой которой сейчас занимались. Придя на ужин, ребята действительно обнаружили, что перед преподавательским столом на специальном постаменте стоит большой кубок, вокруг которого разливался голубоватый свет. Слизеринцы приступили к ужину, периодически поглядывая на новый предмет и морщась от галдежа, который устроили за алознаменным столом «неотёсанные дикари», — как выразилась Милли, сморщив носик. Расправившись с пищей, студенты достали пергаменты и перья и начали усиленно строчить на них свои отзывы. Профессора не сводили пристальных взоров с постепенно затихших учеников. За слизеринским столом была идеальная тишина, лишь скрип перьев нарушал её. Профессор Снейп скользил взглядом по склонённым головам своих подопечных, отмечая, что те не поскупились на комментарии и обоснование. Другие факультеты также уткнулись в свои листы. «Чтобы вы на моих уроках так тщательно отвечали», — подумал профессор Снейп, глядя на это зрелище. Спустят около пятнадцати минут первые неуверенные студенты потянулись к урне и забросили туда свои листы. Над кубком тут же вспыхнули проекции двух профессоров: Флитвика и Локонса, а под ними засветились цифры. Счёт открыл Локонс. Один за другим к урне подходили стайки учеников и бросали туда пергаменты, счёт сначала сравнялся, а затем начал изменяться, выводя в лидеры то одного, то другого профессора. Наконец, большая часть слизеринцев справилась со своими отзывами, и старосты начали собирать пергаменты и относить толстые стопки с голосами к урне. Чем больше отзывов слизеринцев попадало в кубок, тем больше увеличивался счёт профессора Флитвика (как, впрочем, и когда голосовали когтевранцы), конечно, были изменения и в рейтинге профессора Локонса, но они были незначительными. Проголосовавшие студенты не спешили покидать Большой зал, а, наоборот, занимали свои прежние места и пристально наблюдали за разворачивающимся действом. Рейтинг когтевранского декана всё увеличивался, в то время как цифра под портретом Локонса, достигнув своего максимума, замерла, лишь изредка изменяясь. И вот последний ученик отдал свой голос, цифры наконец остановили свой бег, подводя черту. — Кхм… — Люциус Малфой поднялся со своего места и заговорил магически усиленным голосом. — Дорогие студенты и профессора! Голосование завершилось. И я с радостью могу объявить, что с 734 голосами победил профессор Флитвик! Поздравим его аплодисментами! Большой зал наполнили хлопки тысячи рук, а некоторые, особо рьяные, даже засвистели в поддержку полугоблину. — Как победитель, профессор Флитвик будет вести у вас занятия дуэльного клуба! Вновь раздались аплодисменты. — Я также выражаю мои искренние поздравления, — взял слово Дамблдор, — и надежды на процветание дуэльного клуба. Однако, это не отменяет завтрашних занятий, поэтому я прошу всех студентов отправиться в свои постели. На этих словах многие приуныли, однако спорить никто не стал, и ученики покорно отправились по факультетским гостиным. Первыми, конечно же, ломанулись гриффиндорцы, отчего на выходе из Большого зала образовалась пробка. За ними подтянулись и пуффендуйцы, в то время как слизеринцы и когтевранцы предпочли остаться на местах и дождаться, пока основная масса выйдет, освобождая проход. — Профессор Дамблдор, мы можем с вами поговорить? — обратился к нему Глава Попечительского совета, когда директор направился к учительскому выходу из зала, преградив дорогу. — Да, конечно. Я вас внимательно слушаю. — Думаю, будет лучше пройти в ваш кабинет. Уверяю, это не отнимет много времени. — Что ж, прошу, — ответил директор. Через пять минут в кабинете директора — Присаживайтесь, господа и дамы, — поспешно добавил он, взглянув на леди Лонгботтом. — Чаю? — Благодарю, мы только что поужинали, — ответил лорд Пруэтт. — Лимонных долек? — Нет, спасибо. — Итак, чем я могу вам помочь? -… И результаты нашей проверки, увы, неутешительны. Профессор Бинс и профессор Локонс не соответствуют профессиональным требованиям. Поэтому, посовещавшись, мы решили, что их необходимо заменить. — Но как же, профессор Бинс всю свою жизнь посвятил Хогвартсу. Он уже стал частью замка, его нельзя уволить. — А кто говорит об увольнении? Пусть живёт в замке, как и другие призраки, но уроки будет вести другой преподаватель. — А вот профессора Локонса необходимо уволить, — вклинилась леди Лонгботтом. — Впервые встречаю такого ужасного мага! — Но вы не представляете, каких трудов мне стоило уговорить его занять эту должность. Из-за проклятия никто не хочет соглашаться. — Простите, директор, а вы не пробовали обратиться к разрушителям проклятий? — спросил лорд Фоули. От такого вопроса Дамблдор растерялся. Ему и правда никогда не приходило в голову вызвать специалистов. — Что ж, судя по вашему молчанию — нет! — вклинится лорд Пруэтт. — Тогда, я думаю, имеет смысл обратиться в Гринготтс, они, кажется, предоставляют такие услуги? — спросил герр Олдберих. — Я не думаю, что это будет проблемой. За деньги они предоставляют любую услугу, — ответил Люциус. Ситуация была патовой. — Кхм… — подал голос директор. — Господа, не забывайте, далеко не каждый захочет работать с детьми, всё же это довольно…специфическая работа. — Простите, а сколько получают ваши профессора? — вдруг спросил сиятельный лорд. — Прибыльность дела играет немалую роль в выборе профессии. — 120[6] галлеонов в месяц. — Сколько? — от удивлёние лицо герра Олдберих вытянулось. — Это не зарплата! Это сдача! — ехидно заметил лорд Малфой. — По крайней мере, теперь понятно, почему вы который год не можете найти квалифицированного преподавателя ЗОТИ — никто не хочет работать за такие деньги. — Директор Дамблдор, Попечительский совет выделяет немалые средства на оплату работы учителей. Тогда позвольте поинтересоваться, куда уходят эти деньги? Альбус — светоч — Дамблдор второй раз за вечер не знал, что ответить. Он прекрасно знал, КУДА уходят средства Попечителей, но вот ответить не мог, иначе вмиг бы лишился и собственной головы и своего поста. А потерять Хогвартс он не мог, не сейчас, когда всё пошло по плану. Он и так уже лишился опекунства над мальчишкой Поттером, потерять власть в Хогвартсе он просто не мог. Это был шах. — Мистер Дамблдор, проверяющая комиссия приняла решение и обсуждению оно не подлежит. Министр Фадж согласился с нами. — Однако, найти за короткий срок квалифицированных преподавателей будет задачей не из лёгких, — мягко заметил Дамблдор. — Вынуждена с вами согласится, — ответила леди Лонгботтом, — однако, и вы забываете, директор, все мы здесь не последние в стране и Европе, — женщина посмотрела на немца, — люди. Для нас не составит труда подключить свои связи и найти толковых специалистов. -Я согласен с леди Лонгботтом, — поддержал её Стефан. — В конце концов, в Хогвартсе учатся наши дети, и нам самим выгодно, чтобы качество получаемого ими образования было на высоком уровне. — Но я, как директор, не могу позволить выгнать учителей до тех пор, пока мне не предоставят замену, и я точно не буду уверен, что студенты не останутся без профессоров. — Мы понимаем вас, мистер Дамблдор. Так или иначе, после йольских праздников у вас появятся новые сотрудники, — закончил лорд Пруэтт. Это было полное поражение. Если противостоять Совету Попечителей он ещё мог, то вот Совету Попечителей при поддержке министерства, а также общественности — увы, его власть уже не настолько крепка. — И да, господин директор, — сказал лорд Малфой, стоя в дверях, — в понедельник я хочу видеть финансовые отчёты за последние 5 лет. Теперь и мат был поставлен. «Что ж, битва проиграна, но война ещё не окончена» — подумал директор, глядя на удаляющуюся спину с каскадом платиновых волос. [1] 1 ярд = 0,9 метра ~ 1 метр → пару ярдов = пару метров [2] 1 фут = 0,3 метра → пару футов = 1 метр [3] Eunectes murinus — латинское название анаконды. [4] 23 фута, а точнее 22.9 фута (я округлила) = 7 метрам [5] заклинание взято из фанфика Знание — власть (часть 1); (англ. reflect — отражать). Это зеркальный щит [6] по информации поттервики 1 галлеон ~ 5 фунтов → 120 галлеонов = 600 фунтов, а средняя з/п учителя в Великобритании около 2000 фунтов