ОСА-12

Дорогие читатели, мы на пути к финалу! ) А посему я буду выкладывать большими отрывками каждую неделю. Это - первый. Второй и третий либо на следующей неделе, либо в ближайшие две недели. Очень уж хочется поставить точку. По-прежнему жду ваших отзывов, желательно побольше и поподробнее, а, если не получается, то хотя бы в двух словах. Тяжелая работа требует отдачи с вашей стороны - этого никто не отменял)

Ночь в холодной воде не прошла даром. На следующее утро, уже будучи в своем шаттле и взяв курс на станцию «Минитмен», Хейс почувствовала, что ей плохо. Голова раскалывалась, горло саднило нещадно, температура была под сорок. Надежда на действие первых двух доз панацелина быстро была развеяна: чудо-средство лишь облегчало боль, но не устраняло её причины. Всерьез Хестром забеспокоилась, когда потеряла сознание. Ненадолго, на каких-то минут десять, но этого было вполне достаточно, чтобы пересмотреть дальнейшие действия. Ей нужна была помощь. От самостоятельного полета до станции придется отказаться. Она могла бы запрограммировать ВИ, но проход через ретранслятор с больным и слабым пассажиром, не способным вовремя ввести корректировочные данные или адекватно отреагировать на ситуацию - это слишком рискованно. Из последних сил, боясь потерять сознание снова, Хейс отправила сообщение своему координатору, коей по-прежнему являлась Проайс, с указанием координат и просьбой о помощи. Потом, немного подумав, она отправила повторное сообщение, уже совершенно иного содержания: «Если нужна информация о «Терра-Фирме», приведи меня в порядок, Проайс!» Криз никому не доверяла. И сейчас у неё не было такого человека или пришельца, на кого можно было положиться со стопроцентной уверенностью, не ожидая подвоха. С горечью она сознавала, что сама себя привела к такому печальному результату. Она спрятала перстень Сарацино, содержащий необходимые «Церберу» данные, в шаттле - в распределительную трубу системы охлаждения - и надеялась, что даже со сканерами его не найдут из-за высокой концентрации металла в данном месте. Потом активировала аварийный маячок на всякий случай, приняла еще одну дозу панацелина и легла на пассажирскую койку. Отключилась она почти моментально. Даже во сне какая-то часть мозга понимала, что её начало лихорадить. Ей казалось, что тело горит огнем и распадается на мелкие части - так плохо ей не было уже давно, еще с самого Марса. Но тогда рядом был Хэнк Мастерс, который о ней заботился. Сейчас она была одна, и её отделяло от пустующего зева вакуума лишь тонкая переборка транспорта. Вскоре начались галлюцинации. Воспаленный инфекцией мозг рисовал самые страшные и размытые картины. Вот она снова мчится сквозь бурю за Хоком, но никак не может его догнать. Её поднимает ветер и швыряет о скалы, снова и снова, она что-то беззвучно шепчет, среди неясных слов узнавая только одно - «грифон» - а чей-то странный, безжизненный голос в механической обработке ей отвечает: «И я исполню обещание...» Внезапно она вдруг увидела в своих воспаленных снах какого-то знакомого мужчину. Знакомого, но Криз точно знала, что никогда с ним лично не встречалась, даже не пересекалась парой слов. Или ей просто так кажется? Это был Новый Герой Альянса Джон Шепард. Он стоял на пьедестале, возведенном из окровавленных голов, смотрел на неё и чему-то нагло ухмылялся. «Чего ты лыбишься, герой?» - выкрикнула она ему, почти выплюнув последнее слово, сжала в руке нож и стала взбираться вверх, чтобы прирезать этого засранца, к которому испытывала даже не ненависть, а просто раздражающую неприязнь. Однако по мере того, как она поднималась, разгребая на пути головы, кишки и прочие останки, её неприязнь исчезала, уступая место какому-то необъятному, липкому страху... Вот пальцы, уже измазанные в крови и останках, уткнулись во что-то, а указательный погрузился в чей-то глаз. Женщина посмотрела на отрезанную голову. Это была изуродованная и полусгнившая голова Хока. Криз в ужасе откинула её прочь, но не удержалась и стала с этой кошмарной горы падать, падать, падать... - Оса-12?... - откуда то пробивался незнакомый голос. - Криз?.. Медленно Хейс подняла веки, а спустя несколько минут поняла, что над ней склонилось лицо доктора Рамзи. Не самое приятное лицо, но Хейс была почему-то даже рада его видеть. Это означало, что кошмар исчез и что она жива. На нее милосердно снизошло пробуждение. Что удивительно, телом владела такая легкость, почти невесомость, что Хейс на мгновение решила, будто может летать. - Очнулась? - Рамзи осматривал её, прикасаясь чуть дольше, чем положено для врача, к её телу. Но Криз сейчас было на это плевать. Она огляделась и обнаружила себя утопающей в белоснежном постельном белье на мягкой больничной койке. Она попробовала поднять руку - та поддалась все с тем же ощущением легкости, причем, к этому ощущению добавилось и чувство новизны, словно Криз родилась заново. Очевидно, взгляд её стал удивленным, и доктор правильно это истолковал, поскольку пояснил: - Три дня в медкапсуле. И ты снова пышешь здоровьем. Чиста, как младенец, и почти девственно невинна... Хотя тут я бы поспорил, - хохотнул он, сверяясь с показателями на датападе. - Мы побороли температуру, избавились от инфекции и простудных симптомов, очистили твои легкие, вбухали в тебя столько витаминов, что хватило бы на взвод пехотинцев... Кроме того, я проверил все твои имплантаты. Они в идеальном состоянии, кроме одного, который давал некоторые сбои и мне пришлось... - Мой... шрам, - прошептала Хейс, инстинктивно касаясь правой рукой предплечья левой. Ощутив привычную неровность кожи, она успокоилась. - Да-да, я помню, - усмехнулся Рамзи. - Честно говоря, хотел и его убрать, раз в прошлый раз ты не дала. Ну сама подумай, Криз - это же может здорово помешать работе! Решил пока не трогать, так как, во-первых, агент Проайс об этом не упоминала, а, во-вторых, зная твою ненормальную любовь к этому шраму, пришел к выводу, что должен же у тебя быть какой-то фетиш... Слушай, по поводу имплантата RN-312-84... - Криз! - громко оборвал чей-то голос, и в дверях появилась координатор Проайс в своей обычной манере вести себя, как редкостная сука. Как всегда одетая с иголочки, строго и в серо-черное, она всем видом резко контрастировала с пастельными тонами больничной палаты на станции. А то, что это была «Минитмен», Хейс уже поняла. Привычный гул работающей на всю катушку системы охлаждения и особый, знакомый запах коридоров уже подсказали. - Где чертов перстень?! - сразу же потребовала ответа Проайс, подлетая к кровати. - Задание должно было быть завершено еще три дня назад, и лидер хочет ознакомиться с необходимыми данными! Куда ты его запрятала, маленькая тварь?! - Тоже рада вас видеть, - невозмутимо отозвалась Криз, вставая на ноги и как будто не веря, что может на них стоять и ощущать себя настолько здоровой. - Как же я рада своей предусмотрительности. Иначе без этих данных у вас, не дай бог, возникло бы искушение оставить меня помирать в шаттле. - Я бы лучше пустила тебя на органы! Но да, ты права, - Проайс сложила руки на груди. - Мои техники обыскали весь транспорт, но ничего не нашли. - Ваши техники зря получают зарплату, - увидев на стуле больничный халат, Хейс быстро его накинула, чтобы не чувствовать себя без одежды такой беззащитной. Да и паршивый Рамзи все еще пялился, хотя на его физиономии возникло какое-то озабоченное выражение. - Где данные? Призраку они нужные сегодня! - Перстень спрятан в третьей распределительной трубе системы охлаждения, - спокойно призналась Хейс. Теперь, когда она снова была на ногах, хранить это в секрете не имело смысла. - Я бы доставила эти данные чуть раньше, но кое-что пошло не по плану. - Как всегда, - язвительно прокомментировала Железная Сука. - Я не помню случая, чтобы у тебя все прошло гладко, Криз. - На самом деле, гладко не бывает никогда. - У Расы бывает. - Стало быть, она вам просто лапшу на уши вешает, - со скепсисом усмехнулась Хейс. - Пожалуй, мой главный недостаток - это то, что я не Раса, не правда ли? - Совершенно верно, - не поддалась на провокацию координатор. Потом обернулась к Рамзи. - Доктор, когда агент сможет продолжить работу? - Я отправил вам отчет несколько минут назад, в котором подробно изложил необходимые «Осе-12» процедуры... - начал тот, но Проайс отмахнулась от него, как от назойливого комара, который постоянно пил её кровь, но прихлопнуть которого было просто некогда. - Короче, Рамзи! - Хоть с данной минуты, - подытожил он. - Но я бы рекомендовал агенту отлежаться до завтра, чтобы еще раз снять кое-какие показатели и решить вопрос с... - Обойдется, - скривилась Проайс. - Криз, живо в комнату! Составь отчет по операции с Грейсоном и Сарацино и вышли мне. И ни шагу оттуда, пока я не разрешу! Чтоб на все хватило два часа. Поняла? - Слушаюсь и повинуюсь, - неохотно вздохнула Хейс, не желая спорить. Проайс всегда обходилась с ней, как с незадачливым и мешающим работе ребенком. - Когда я получу новое задание? - Вот у Призрака и спросишь. - Не поняла, - нахмурилась Хейс. Проайс окинула её оценивающим взглядом, как будто проверяя, точно ли её агент не утратил способность к анализу простейшей информации. - Он хочет поговорить с тобой лично. Так что пиши отчет и через два часа будь готова к вылету. Проговорив это, Проайс резкими шагами вышла. Рамзи зачем-то засеменил за ней, пытаясь вставить свое слово, на что получил решительное: «Занимайся своими склянками, Рамзи! Никаких огрехов в отчетах!». Похоже, у координатора проекта «Оса» сегодня был не самый лучший день. Оставшись одна в палате, Хейс ненадолго задумалась. Услышанное её слегка взволновало. С той последней встречи почти четыре года назад, когда она в пух и прах проиграла свою первую серьезную партию в шахматы, за что и была отправлена на эксперименты «доброму доктору Рамзи», она с Призраком больше не встречалась. Реабилитация после операций имплантирования заняла два месяца. Потом, полностью восстановившись, она сразу же получила задание по внедрению к какой-то неадекватной беглянке, на подготовку и выполнению которого ушло месяца три. Завершив задание, получила новое. И все через Проайс. Пару раз Хейс пыталась через своего координатора запросить личную встречу с Призраком, все еще помня о награде за победу в шахматы - встречу с Вербовщиком 112-08 - однако в запросах ей было отказано. Сухо и еле скрывая злорадство, в первый раз Проайс сообщила, что лидеру Организации некогда. И вряд ли будет «когда», учитывая масштабное строительство новой станции неподалеку, кучу новых проектов и прочее-прочее. На второй запрос Хейс получила просто отказ, без каких-либо объяснений. И новое задание. А потом Хейс на это просто плюнула. Если Царь не хочет снизойти до встречи со своим вассалом, то плевать она хотела на этого царька. Хейс была слишком занята планированием собственных операций, чтобы забивать голову вопросами. Так было спокойнее. Проайс снабжала её всеми необходимыми информацией и ресурсами. И Криз даже вошла во вкус своей новой церберовской жизни. Такая жизнь имела приятный смак, хотя опасности подстерегали на каждом шагу. Все-таки Криз тоже была наркоманкой. Только её «красным песком» оказался азарт от внедрения. Не было ничего слаще осознания тайного превосходства над Объектом, чувства полного контроля над ним и скрытой власти. Это манило и одновременно щекотало нервы, и Хестром не раз ловила себя на мысли, что подсела на такие игры. Она просто получала приказы и, будучи ветром, раздувавшим паруса, заставляла Объект двигаться в том направлении, которое было предусмотрено «Цербером». Не всегда дело доходило до постели, как в случае с Сарацино, чему она сама была несказанно рада. Все-таки эта часть проекта «Оса» по-прежнему была ей неприятна, хотя она не могла не оценить высокую эффективность такого способа достижения цели. И все же, к её удаче, крупных заданий по внедрению у неё было только два, включая и Грейсона, а все остальное время ей поручали миссии попроще: внедриться в охрану объекта для его последующего устранения, разведать данные о местонахождении батарианских баз, заделавшись наемницей, затесаться в окружение неких политических фигур, дабы попросту за ними шпионить... Возможно, Проайс и Призрак не слишком доверяли своему агенту или, что было выбрано Хейс, как наиболее оптимальный вариант - не слишком верили в успех своего агента по охмурению нужных персон? Возможно, она глазки не так строила, как надо? Впрочем, Хейс это полностью устраивало. Она получала удовлетворение от планирования каждой операции, причем, чем сложнее та была, тем больше кайфа она получала. В конце концов, такое положение вещей стало её настораживать. Она не хотела становиться зависимой от такой жизни. А три месяца назад все изменилось. Она тогда работала под прикрытием у Грейсона, когда ей выпал шанс использовать незаменимую «Бету» и вскрыть кое-какие данные... И это стало спусковым механизмом для старта к новой цели. И вот сейчас Призрак вдруг решил вспомнить о том, что под крылом его организации работает «Оса-12». С чего бы это? Может ли это быть связано с её планами? Эта новость Хейс встревожила. Но когда спустя два часа, после четкого изложения сухих фактов в отчете, она по приказу Проайс спустилась в стыковочный док к челноку, Криз была абсолютно спокойна и хладнокровна. Что бы ни замыслил Призрак, она встретит его новые сюрпризы без толики удивления и тревоги. - Садись, - распорядилась Проайс, указывая на челнок. Криз послушалась, заметив мимоходом, что Железная Сука, судя по всему, решила не составлять ей компанию. То ли у неё скопилось много дел, то ли её просто не позвали на фуршет. Ходили слухи, что и Проайс была лишена привилегии встречаться с лидером Организации лично. Кто знает, быть может, координатора нереально раздражал тот факт, что ей отказывали в том, в чем дали согласие рядовому, по её мнению, сотруднику? Еще четыре года назад Хейс бы усмехнулась такому раскладу. Но сейчас она бы лучше терпела рядом с собой несносную и вечно недовольную Проайс, с которой, тем не менее, уже привыкла ладить, нежели четверых штурмовиков, молчаливо запрыгнувших в челнок. Полностью экипированных, со свежеиспеченными церберовскими пушками «Коготь» и с самими угрожающими физиономиями, которые, впрочем, тут же скрыли под непроницаемыми шлемами. Они тут же обыскали Криз, проверили её идентификатор и ДНК, а потом так же молча заняли свои места. Хейс угрюмо уселась напротив. Уж не везут ли её на заклание? С чертовым «Цербером» нельзя быть ни в чем уверенным. По привычке она навскидку оценила свои шансы: с одним-двумя она бы еще справилась - спасибо экспериментатору Рамзи - но с четырьмя, не считая пилота? С другой стороны, такое сопровождение не было чем-то необычным. Все-таки её везут на новейшую, не так давно запущенную в работу станцию «Лазарь», где, опять же судя по слухам, проводили какие-то экспериментальные испытания с человеческим организмом. Иногда в таких слухах мелькали даже слова о клонировании и - что нелепее - о попытках воскрешения, но Хейс мало в это верила. У «Цербера» и так хватало своих идиотов, над вербовкой которых Хэнк Мастерс смеялся бы и плакал горькими слезами одновременно, на кой черт Организации потребовалось заниматься почкованием новых или, не дай бог, воскрешать их? Полет тянулся в тягучем молчании. Непроницаемые стекла на шлемах штурмовиков буравили пространство перед собой, как будто задумчиво, но Хейс знала, что каждый из них неотрывно следит за её действиями. Первые минут пять она сидела неподвижно, но потом, решив, что она все же не арестована, поднялась: - Я могу пройти в рубку к пилоту? Один из четверых качнул головой. - Валяй. Только без фокусов. «Если я захочу показать фокус, кретин, ты узнаешь об этом первым», - подумалось Хейс мимолетом, пока она добиралась до пилота. - Не против? - без обиняков спросила она и без приглашения уселась в соседнее кресло. Пилот, оказавшийся обычным парнем, хмыкнул. - Нервируют те ребята? - Немного, - не стала скрывать она. - Долго еще? - Минут двадцать. Взгляд Хейс упал на лежащий на приборной панели датапад. - Могу воспользоваться? - Без проблем, - пожал плечами пилот. - Но учти: доложу об этом по приезду. А то мало ли... - Не волнуйся, - усмехнулась она. - Всего лишь новости посмотрю. Быстрыми движениями пальцев она вышла в Экстранет и нашла новостной раздел, касающийся последних событий на Терра Нове. В нем сообщалось о недавних забастовках рабочих «Корд Хислоп Аэроспейс», которые, впрочем, быстро улеглись, так как законопроект 3743-80, продвигаемый Чарльзом Сарацино, по его же инициативе был отозван. Ну что ж, молодец Чарльз. Понял все с первого раза. Потом зашла на официальный ресурс компании и обнаружила объявление от руководящего совета о том, что в связи с отменой вступления в силу законопроекта, компания продолжит работу в прежнем ключе и не станет прибегать к мерам по урезке расходов, в числе которых и было сокращение штата. Похоже, «Цербер» решил проблему и сохранил легальную прибыль от деятельности своего отмывающего доходы предприятия. В ленте новостей попались также уже привычные упоминания о непогрешимом капитане Шепарде, трудящимся в поте лица на благо расы и вездесущего Альянса, и Хейс внезапно вспомнила свой сон, на мгновение ощутив холод. Помнила она его смутно, но ощущение жути по-прежнему осталось, как и застывшая перед глазами картинка полусгнившей и изуродованной головы её друга из прошлого. Как странно. Почему ей пришло на ум это нелепое видение? Каким боком к её жизни прибился этот святоша Шепард? Может, она что-то слышала о нем накануне? Иногда мозг в сновидениях собирал все подряд, смешивал в кучу, готовя из обрывков информации такой фарш, разобраться в котором было под силу только особо пытливым и скучающим, не то что его съесть! Но иногда... - Приближаемся, - оповестил пассажиров пилот, начав снижение скорости. - Пристегнитесь, мэм. Хейс машинально пристегнула ремень, все еще безучастно глядя в датапад. Но потом подняла глаза и невольно затаила дыхание, всматриваясь в появившийся в обзорном иллюминаторе объект. Станция «Лазарь». Выглядела она, надо сказать, впечатляюще, как, впрочем, и любой новейший и светящийся объект, помести его в черную непроглядную мглу космоса. По размерам «Лазарь» значительно уступал старшему собрату - станции «Минитмен» - но технологическое превосходство было заметно на глаз. Станция напоминала большую светящуюся букашку с двумя крыльями, случайно прилипшую к черному полотну, и, казалось, даже вибрирующую. Создавалось впечатление, что она сейчас сорвется с места и, замахав крыльями, весело улетит. Но два как будто еще пахнущие краской символа «Цербера» на ней, словно шляпки невидимых гвоздей, приковывали несчастную намертво. - Неплохое капиталовложение, - задумчиво проговорила Хейс. - Еще бы, - хмыкнул пилот. - А если учесть, какими слухами обросла тамошняя деятельность ученых... - он снизил голос. - Поговаривают, что босс там развернул несколько полномасштабных проектов по изменению нас, бессильных человечишек, в лучшую сторону. Слышал от Пита, работает там в одном из секторов, уборщиком. Мол, клонов там пытаются выращивать, делают каких-то киборгов, вживляют имплантаты похлеще, чем у самого Робокопа!.. - Да-да, - усмехнулась Хейс, не веря в эти сказки от уборщика Пита. - И еще пытаются воскресить несчастную Долли. - А кто это? - не понял пилот, нахмурившись, но в эту минуту ВИ оповестил о принятии запроса со станции и пришлось срочно вводить идентификационный код. Потом началась стыковка. Все эти минуты Хейс напряженно всматривалась в иллюминатор, словно пытаясь разглядеть в одном из сотен светящихся окошек рожу Призрака. Чем там занимается лидер Организации - воскрешением котят или клонированием овец - знать она не хотела, предпочитая закрыть на это глаза. Дела «Цербера» по этой части её не слишком интересовали, а за попытку узнать о них чуть больше положенного могли, как говорится, и по шапке дать. Куда больше её занимал вопрос, зачем её притащили сюда, на «Лазарь», если «родиной» проекта «Оса» всегда была уже почти любимая и такая знакомая станция «Минитмен». Если только Призрак не захотел тащить задницу на последнюю, чтобы о чем-то поболтать со своим агентом. Хейс слышала и то, что лидер Организации теперь в основном находился либо на станции «Лазарь», либо в других секретных местах, говорили о коих только шепотом. Возможно, на этой «букашке» имелись кресла помягче, но Хейс видела вполне прозаическую причину такому отшельничеству босса: станция «Лазарь» была прикрыта своим старшим собратом, и в случае проникновения в этот сектор космоса неприятеля у Призрака было время смотать удочки прежде, чем враг, занятый захватом более крупного объекта, нацелится на захват «Лазаря». Поговаривали, что у босса на станции был даже собственный стыковочный док, чтобы вовремя сделать ноги. А про другие «секретные места» ничего не было известно, даже если этими местами являлись разноцветные юбки всевозможных прелестниц. Хейс нахмурилась от последней мысли. Как-то это выбивалось из общего настроя сохранять хладнокровие и отдавало непрофессионализмом. Прогнав её, Криз дождалась окончания стыковки и выравнивания давления. Потом, побуждаемая жестом одного из штурмовиков, прошла к выходу. В доке её встречала - кто бы мог подумать - Миранда Лоусон. Как всегда собранная и крайне привлекательная, как будто возглавляла не научные проекты, а публичный дом для любителей ролевых игр. Впрочем, это не вводило Хейс в какое-либо заблуждение: Лоусон была профессионалом высшего класса и руководила множеством важных проектов, но при этом, сколько бы они ни пересекались, никогда не вела себя свысока. Хотя справедливости ради стоит заметить, что пересекались они лишь от силы раза три. - Хестром, - спокойно поприветствовала Лоусон, слегка кивнув. - Агент Лоусон, - отозвалась та, оглядывая огромный док. - Неплохо тут у вас. - Можете быть свободны, - сделав неопределенный, но явно хозяйский жест, Миранда отпустила штурмовиков. Ей явно было у кого учиться таким вот жестам. - Пройдем за мной, Криз. Хейс молча зашагала за женщиной следом, пытаясь мысленно запомнить расположение коридоров и переходов. Благо с этим проблем не возникало: глаза сами «фотографировали» помещения, не слишком вдаваясь в суть этих «снимков». Чуть позже, если возникнет необходимость, мозг сам их проанализирует. - Сюда, - указала Миранда и провела её по длинному коридору, похожему на офисный. Возможно, здесь располагался бюрократический аппарат станции, хотя все в идеологии «Цербера» кричало об отсутствии бюрократии. Без нее никуда, вопрос лишь в качестве. - Заходи. Призрак ждет, - Лоусон остановилась перед небольшой дверью, ничем не примечательной. А как же дубовая резьба и замысловатая инкрустация? Либо у Призрака закончились деньги, либо в целях безопасности он решил не размещать на двери в свой кабинет табличку «босс тут». Хейс нажала на панель активации и, прежде чем дверь разъехалась, успела собраться с мыслями. Итак. Пора сыграть новую партию.