Heart shape box

      Мужчина бежал по длинному коридору, то и дело хватаясь за стены в темноте, стараясь нащупать хоть небольшую неровность или отверстие, дабы найти выход из этого странного заточения, в которое он совершенно неожиданно попал. Чьи-то тяжёлые шаги становились всё ближе и ближе, покрывая кожу мужчины мурашками. Кровь с неистовой силой стучала в висках, заглушая всякую мысль, которая стремилась ворваться в голову импровизатора, подсказать выход из сложившейся ситуации. Обернувшись назад в очередной раз, словно бы надеясь рассмотреть преследователя, Арсений врезался в стену, сильно ударившись плечом. Прошипев, он схватился рукой за больное место и медленно сполз по холодной стене вниз, садясь на корточки. А шаги становились всё громче, оповещая, что кто-то уже находился совсем рядом. Бежать было некуда. Не успел мужчина даже опомниться, как зловещий смех прозвучал где-то рядом, отчего все внутренние органы Арсения в одночасье замерли, заставив его жадно схватить ртом спёртый воздух. Преследователь негромко усмехнулся, а после послышалось ужасающее лязганье железа и…       Грохот.       Внезапно Арсений подскочил на кровати, широко распахнув глаза. Сердце отбивало рваный ритм где-то в горле, кончики пальцев похолодели и теперь казались самыми настоящими льдинками, а волосы на загривке встали дыбом. В комнате, из-за плотно зашторенных окон, было по-настоящему темно и страшно: силуэты совершенно обычных и безобидных вещей превращались в ужасно проголодавшихся монстров, а мягкая поступь кота в соседней комнате казалась нереально громкой. Барабанный стук повторился вновь, дав мужчине понять, что это был вовсе не сон, где в него самого так беспощадно кто-то выпускал целую обойму патронов, а лишь чьи-то руки, что сильно стучали в дверь. Шумно выдохнув, он протёр лицо тыльной стороной ладони, убирая маленькие солёные капельки. Казалось, что Попов по-прежнему находился в своём ночном кошмаре, и сейчас из-за угла кто-то должен был выпрыгнуть с автоматом.       Чёртов кошмар.       Когда барабанный стук вновь нарушил мёртвую тишину в квартире мужчины, тот, вздрогнув в очередной раз, медленно спустил с кровати ноги, дотрагиваясь ступнями непривычно ледяного паркета. Протерев кулаками заспанные глаза, Арсений аккуратно поднялся и, стараясь не разбудить очередную волну похмельной болезни, направился в сторону двери. Кот, явно соскучившийся по хозяину, которого в последнее время практически не было дома, довольно неожиданно вылетел из кухни, чуть не сбив Арсения с ног. Зацепившись рукой за торшер, мужчина подался вперёд и, вовремя схватившись за тумбочку, смог избежать поцелуя с полом, чего нельзя сказать про светильник… громко ухнув на паркет, тот зацепил неуязвимого кота, который с утробным рыком и громыханьем скрылся где-то в темноте. Громко матерясь на домашнее животное, Арсений кое-как добрался до входной двери, но не успел даже дотронуться до ручки, как та, к его удивлению, распахнулась перед его носом, показывая такого нежеланного гостя.       — Доброе утро, Кристина Игоревна, — вовремя опомнившись, мужчина исказил губы, стараясь вызвать подобие улыбки.       — Какое, к чёрту, утро, Попов? — раздраженно прошипела женщина преклонного возраста, явно недовольная такой медлительностью квартиранта. — Вечер на дворе! Ночь скоро! — она, довольно грубо оттолкнув мужчину в сторону, зашла в квартиру и, только благодаря Арсению, который вовремя схватил её, не составила компанию торшеру.       Предвидя гневную тираду хозяйки квартиры, Попов, до боли прикусив нижнюю губу, решил действовать:       — Кристина Игоревна, извините, пожалуйста, — затараторил мужчина, невольно увеличивая громкость, — это всё Йогурт виноват, он поиграть захотел…       Женщина громко хмыкнула, а после высвободилась из хватки мужчины, даже не дав тому договорить. Довольно грубо хлопнув ладонью по выключателю, отчего в коридорчике раздался тихий щелчок, она охнула и покачала головой, а следом, внимательно осмотрев коридор, несколько раз втянула носом спёртый воздух. Окончательно убедившись в своих суждениях, Кристина Игоревна довольно резко для её возраста обернулась к Арсению и, медленно подняв руку в сторону двери, произнесла одно-единственное слово: «Вон!».       — Кристина Игоревна, я же не…       — Ёшки-Матрёшки, а я ведь не верила Ирине Викторовне, (той самой соседке, у которой уши и глаза были расставлены по всему дому), думала, что всё-таки у меня порядочный жилец! Платил всегда вовремя, никого не водил! А это, вон, оказывается, как! Бухает и принимает дрянь какую-то вдобавок, что у него йогурты ожили! — Арсений хотел было возразить, но соседка не позволила, повысив тон: — Всё, Попов, чтобы завтра с утра и твоего духу здесь не было! А если проигнорируешь, полицию вызову! — схватив с тумбочки какой-то цветок, что, мужчина был уверен, он видел первый раз в жизни, женщина сделала несколько уверенных шагов к двери. — Наркоман несчастный!       — Подождите, Кристина Игоревна, Йогурт — это… — дверь захлопнулась перед самым носом Арсения, —…кот.       Попов громко чертыхнулся, сжал-разжал кулаки, а после прислонился лбом к металлической двери:       — Грымза.       Когда маленькая чёрная мордочка показалась из-за угла, Арсений лишь шумно выдохнул, даже не думая о том, чтобы обвинять любимое животное во всех своих бедах. Йогурт был ни при чём. А вот Матвиенко очень даже. Ведь именно из-за этого хвостатого маленький чёрный комочек, однажды найденный на улице, стал носить гордое имя еды.       Решив, что стоит наконец-то порадовать лучшего друга собственным голосом, мужчина вернулся в комнату и, включив телефон, нажал на кнопку вызова. Монотонные гудки недолго раздражали барабанные перепонки Арсения: Матвиенко взял трубку после третьего. Но не успел Попов сказать и слова, как с другого конца провода послышался смех и чей-то веселый голос, в котором мужчина узнал Позова. Казалось, что Сергей даже не заметил, что ответил на звонок и как ни в чём не бывало продолжал веселиться. Подождав ещё около минуты, надеясь, что Матвиенко всё-таки выдавит из себя хоть что-то разборчивое, Арсений отключился, убедившись, что другу сейчас совсем не до него.       Покачав головой, мужчина откинулся на кровать, устремляя взгляд в серый потолок, который в темноте выглядел более интересным и загадочным, чем он был ещё утром. Несколько недолгих секунд покрутив телефон в руках, Арсений пролистал список контактов, а после выключил мобильник и повернулся на бок. Несмотря на довольно хорошую коммуникабельность, друзей у Попова было мало, можно даже сказать, что до недавнего времени был всего один — Матвиенко. И сейчас, в эту самую секунду, у Арсения оставался один-единственный человек, который мог бы ему помочь. Человек, с которым три недели назад он даже не был знаком. Человек, который неосознанно начал и по сей день продолжал менять его жизнь, открывать глаза.       Арсений не хотел спешить, но обстоятельства настоятельно были против его раздумий.       Решительно. В наступление.       Вновь схватив телефон, Арсений уставился на яркий дисплей, что слепил глаза, на короткое имя контакта, но, так и не позвонив, выключил его вновь, решив послушать тихий голосок в собственной голове, который утверждал, что это будет лишним. Парень и так примет мужчину, не оставит подыхать на улицах Москвы. Не сделает так, как однажды сделал его некогда лучший друг, когда Арсений несколько долгих недель бомжевал на улицах Питера, спал в подворотнях и искал мелочь по всему городу. На несколько мгновений мысленно вернувшись в один из таких ужасных для него дней, мужчина потряс головой, стараясь избавиться от нахлынувших воспоминаний, а после шумно выдохнул.       Прошлое в прошлом.       Прикрыв глаза, Арсений внезапно представил удивленное выражение лица Антона, когда он заявится к нему на порог с котом, и невольно словил себя на том, что он улыбается. Искренне и широко.       В коридоре вновь послышался грохот. Видимо, Йогурт решил насолить хозяйке квартиры напоследок. Присев на кровати, Арсений оглянулся по сторонам и впервые за довольно долгое время понял, что у него не так уж и много вещей. Если сложить всё вместе, то получится небольшой рюкзачок. За три года, что он жил в этой квартире, импровизатор даже ни разу не подумал о том, чтобы сделать ремонт или прикупить новых вещей. Только сейчас он заметил, что, оказывается, обои в некоторых местах уже давно отошли от стены, а паркет в спальне пестрил неровностями и небольшими дырками. Арсений неожиданно словил себя на мысли, что он видел эту квартиру впервые, словно бы до этой секунды был слеп. Казалось, что до встречи с Антоном три недели назад Попов не жил и даже не существовал, просто находился среди людей, не видя никого и ничего, кроме чёрной пелены, которая безустанно нависала на его глаза.       Он был действительно слеп.       Отчего-то усмехнувшись, мужчина встал с кровати и, обойдя квартиру в последний раз, попутно собирая свои вещи, то и дело останавливал взгляд на минусах квартиры, невольно чувствуя себя глупцом, который не знал ничего, кроме собственного имени. Быстро собравшись, Арсений запихнул кота в переноску, которая неожиданно нашлась в квартире, и вышел на лестничную площадку, в последний раз повернул ключ в замочной скважине и спрятал его под ковриком.       Кот жалобно мяукнул, отчего Попов улыбнулся, понимая, что всё-таки он благодарен этой бабке-сплетнице, которая так безнаказанно обвиняла его во всех смертных грехах не один год подряд, ведь именно из-за неё, возможно, жизнь Арсения наконец-то приобретёт более светлые краски. Он наконец-то увидит всю красоту окружающего мира, что довольно долгое время даже не замечал, живя в «картонной коробке» в своей голове.        Его глаза наконец-то были действительно широко раскрыты.       Выйдя из подъезда, Арсений поднял взгляд на небо, наблюдая, как маленькие яркие звёздочки стремительно усыпают тёмное пространство, а после, нащупав в кармане помятую пачку ненавистных ему сигарет, выкинул её в урну. Жизнь начиналась с нуля, и он ни за что не позволит едкому дыму затмить всю её красоту.

***

      Так и не сумев завести собственный автомобиль, который в последнее время начал очень сильно тереть мозги хозяину, словно бы не собираясь покидать родной двор, Арсений, не решившись в очередной раз спуститься в подземку, отправился на автобусную остановку, на которую спустя несколько минут прибыл нужный автобус. Старая машина подавала слабые признаки жизни, но это почему-то только нравилось мужчине, словно бы воспоминания о прошлом ворвались в его голову слишком шумно и громко, заставив в подробностях вспомнить те дни на холодных улицах Питера. Медленно покачиваясь и сопровождая пассажиров весёлой мелодией — скрипом, машина сдвинулась с места. Лампы на потолке автобуса даже не мигали — их жизнь уже закончилась, поэтому во всём салоне царила темнота, которую прерывал лишь свет от дисплеев телефонов и ярких вывесок магазинов и фонарей, что проникали внутрь через большие окна. Уставившись в окно, Арсений и не заметил, как кондуктор прошёл мимо него, видимо, не заметив, и уселся на своё место, начав пересчитывать билетики.       Мужчина и забыл, как мечтал об этом около одиннадцати лет назад, когда он даже и думать не мог, что когда-то сможет засветиться на телевидении. Когда-то это всё было лишь заветными мечтами, превратиться в реальность которым, казалось, было не суждено. В то время он внимательно изучал людей, что сновали по улицам, и сам город, что был ему так мил. А когда мечты превратились в реальность, Арсению больше не о чем было грезить, и мужчина закрылся, решил жить в маленьком мирке своих сбывшихся желаний, не обращая внимания на мир вокруг. В этой личной «картонной коробке» был лишь он сам и тени, что создавали общий фон.       Он. Был. Глупцом.       В самом начале Арсений даже и не заметил, как треснула скорлупа его «картонной коробки», впуская в его маленький мирок яркий свет, показывая мужчине новые ощущения и открывая недоступные ранее чувства. А всё это началось с головокружительного запаха сладкой ваты и зелёно-серых глаз, что в первую встречу смотрели как бы сквозь, не заинтересованно, не замечая его. Скорлупа окончательно треснула, когда произошло первое неловкое прикосновение губ, что вызвало непонятную дрожь во всём теле и завораживающее забвение на несколько долгих секунд. Антон был глотком свежего воздуха, что не дал Арсению умереть в своём выдуманном мирке, в котором уже заканчивался кислород.       Яркие вывески слепили глаза, а негромкий разговор внутри автобуса лился приятной мелодией, что ласкала слух. Казалось, что Арсений впервые за долгое время действительно чувствовал себя в своей тарелке. Попов испытывал смешанные чувства, которые говорили только об одном — несмотря на все свалившиеся на его голову неприятности, он был счастлив.       Время на часах импровизатора неумолимо неслось вперёд, приближая начало нового дня, начало новой жизни.

***

      Кое-как пройдя через огонь и воду — первые этажи дома Шастуна, мужчина остановился перед дверью приятеля, будто бы не зная, что ему делать дальше. Казалось, что вся решительность и уверенность испарились, оставив Арсения наедине с нарастающим страхом, что заставлял волосы подниматься дыбом, а внутренние органы содрогаться в неимоверных конвульсиях. В какой-то момент мужчина уже начинал подумывать о том, чтобы развернуться и бегом покинуть дом парня, добраться до квартиры Матвиенко, возможно, помешать его веселью с Позовым и…       Внезапно щелчок, оповестивший о повернувшемся в замочной скважине ключе, в одночасье заставил мужчину замереть, затаить дыхание и с неподдельным ужасом ждать следующей секунды. Попову показалось, что время остановилось, всё живое замерло, а в мире остался только он и чёртов страх, что буквально парализовал каждую клеточку его тела.       Секунда. Две.       Дверь распахнулась, отчего мужчина невольно сделал шаг назад, а на пороге предстал взъерошенный Шастун с зубной щёткой меж зубов и мусорным пакетом в руке. Удивлённо уставившись на Арсения, Антон приоткрыл рот и, чуть не потеряв щётку, приподнял одну бровь вверх, всем своим видом будто бы спрашивая: «Какого хрена?».       — Привет, — смущённо улыбнувшись, произнёс Попов, отводя взгляд от парня. — У меня тут, в общем, проблемы и…       Неожиданно Антон отчего-то усмехнулся, тем самым перебив гостя, и вышел на лестничную клетку, кивком приглашая его войти.       — Чувствуй себя как дома, — добродушно сказал Антон и вновь засунул зубную щетку себе в рот. — А я сейсас прилу, [не исправляйте, так задумано] — проглотив половину букв, парень развернулся и продолжил путь до мусоропровода.       Проводив рослого друга до поворота, Арсений улыбнулся и, бросив ласковый взгляд на кота, который, несомненно, стал главной причиной смены жилья, зашёл в квартиру и прикрыл за собой дверь. Концентрированный запах сладкой ваты довольно сильно ударил в нос, отчего Арсений сделал шаг назад, прислонившись спиной к стене. Несколько раз вдохнув запах полной грудью, Попов медленно приоткрыл очи и, прогоняя прочь странную пелену, из-за которой он видел предметы в расфокусе, стянул с плеча рюкзак и поставил его рядом с переноской. Кот, почуяв запах съестного, начал царапать когтями железную решётку, призывая хозяина обратить на себя внимание, но Арсений даже не заметил этого. Разувшись, мужчина последовал куда-то вглубь квартиры, будто бы одурманенный чем-то.       Чересчур сильный и манящий запах, от которого Арсений, несомненно, сходил с ума, теряя связь с реальностью. Он шёл по квартире медленно, заостряя внимание на каждой безделушке или горшках цветов, что висели на стенах. Как ни странно, но мужчина почувствовал какое-то странное тепло, что разрасталось внутри в геометрической прогрессии. Как бы он ни противился самому себе, Арсений понимал, что именно этой семейной и уютной атмосферы ему не хватало всё это долгое время, что он обитал в Москве. Мимолётно посмотрев в небольшое зеркало, мужчина улыбнулся и свернул на кухню, где пахло чем-то вкусным, что перебивало приторный аромат лакомства из детства. В животе заурчало, давая Попову понять, что его желудок совсем пуст. Прикусив нижнюю губу, Арсений полной грудью вдохнул сладостный запах и подошёл к окну, устремляя взгляд на многочисленные яркие огоньки, коими пестрил ночной город. Казалось, что они смешивались, переливались, создавая прекрасную картину, от которой нельзя было оторвать взор.       — Что с вами приключилось, нежданный гость? — голос Антона прозвучал неожиданно, напугав Арсения, мысли которого были далеко-далеко за пределами этой квартиры.       Развернувшись, Попов встретился взглядом с зелёно-серыми глазами и, улыбнувшись, облокотился на подоконник. Антон, отчего-то залившись краской, опустил глаза и уселся на стул, продолжая перебирать пальцами густую шерсть Йогурта. Мужчина только сейчас осознал, что совершенно забыл про своего любимца, поддавшись странной мании. Кот тихо мурлыкал на руках Антона, хотя никогда раньше не позволял незнакомцам даже дотрагиваться до себя.       Антон не был незнакомцем.       — Меня хозяйка из квартиры выгнала, а Матвиенко…       — Матвиенко с Позовым… — закончил за Арсения Антон, негромко усмехаясь.       Видимо, не один Арсений давно заподозрил о том, что между их коллегами что-то есть. И это вовсе не было обычной дружбой, а было чем-то другим, более сокровенным и тайным. Тем, о чём не должны знать миллионы. Чувством на двоих.       — Знаешь, я не против, — продолжил Шастун после небольшой паузы. — Оставайся на сколько хочешь, только вот прятаться тебе придётся иногда, — Антон совершенно серьёзно взглянул на своего гостя, словно бы хотел доверить ему секрет государственной важности.       — Что? — мужчина свёл брови к переносице.       — Хозяйка квартиры раз в месяц заглядывает, проверяет каждый уголок, думает, что я таскаю кого-то, — усмехнувшись, парень вновь отвёл взгляд. — Тебе что больше нравится, пол под кроватью или шкаф?       — Спрячешь там, где захочешь и насколько хватит твоей фантазии, — Арсений улыбнулся и тотчас сжал рукой живот, пытаясь предотвратить «песнь китов».       Заметив это, Антон отпустил животное, которое направилось к миске с кошачьей едой.       — Садись, — Антон кивком показал Арсению на свободный стул.       — Зачем? — удивился мужчина.       — Кормить тебя буду, ты ведь голодный, — с этими словами парень встал со своего места и, достав из холодильника небольшую кастрюльку, поставил её на плиту.       Расположившись за столом, Попов заинтересованно смотрел на парня который так ловко справлялся с кухонными принадлежностями, словно бы дар повара был у него в крови. Вскоре кухню наполнил более насыщенный запах, в котором Арсений угадал своё любимое блюдо — овощное рагу с курицей. На несколько мгновений мужчине даже показалось, что он вернулся в прошлое, когда, будучи семилетним мальчиком, он нетерпеливо сидел на кухне и наблюдал за тем, как мама готовила его любимое блюдо, надеясь когда-нибудь точно так же самостоятельно приготовить его себе. Но, честно признаться, сколько бы Арсений не смотрел и не перечитывал рецепт, никогда не мог приготовить его, да и любое другое блюдо, поэтому в большинстве своём питался полуфабрикатами.       — Чай будешь? — не оборачиваясь, поинтересовался Шастун, но ответа так и не дождался — Арсений вновь с головой погрузился в воспоминания, потеряв связь с реальностью.       Отчего-то усмехнувшись и покачав головой, Антон поставил чайник греться. Ему впервые в жизни было действительно приятно находиться в этом маленьком помещении, где постоянно пел свою тихую песню холодильник и вода шумела по трубам.       Ужин, приготовленный Антоном, был съеден за несколько минут, после чего свет во всей квартире был выключен, но двое даже не собирались спать, продолжая вести тихую беседу в уютной кухоньке и наблюдать за тем, как звёзд на небосклоне становилось всё меньше и меньше, а где-то вдалеке медленно загорался невиданный ранее рассвет.