Heart shape box

      Арсений медленно разлепил сонные веки, неожиданно почувствовав, как что-то влажное медленно скользит по его щеке. Встретившись взглядом с голубыми глазами белого животного, мужчина дёрнулся, отчего кошка соскочила на диван и обиженно повернулась к нему хвостом, показывая всё своё недовольство. Нахмурившись, Арсений протёр глаза кулаками и вновь взглянул на домашнее животное, не понимая, откуда взялось это существо. Внезапно услышав негромкий смешок, Арсений повернул голову в сторону дверного проёма и заметил растрёпанного парня с его котом. Мирно лежа у Антона на руках, чёрный кот с интересом наблюдал за кошкой, что так неожиданно отобрала у него еду сегодняшним утром.       — Вижу, ты ей понравился, — улыбнулся Шастун, перебирая пальцами шерсть кота. — Её Черника зовут.       Ещё раз взглянув на абсолютно белую кошку, Арсений прыснул, осознавая, что не только он является хозяином «живой еды». Сведя брови к переносице, Антон с непониманием взглянул на своего гостя.       — Сам придумал? — всё ещё улыбаясь, поинтересовался мужчина, наблюдая за тем, как кошка легла на диване и медленно переводила взгляд с одного импровизатора на другого.       — Позов, — сообщил парень, по-прежнему хмурясь. — По пьяни, после какой-то свадьбы, — он внезапно хмыкнул, явно припомнив что-то про тот весёлый день.       Подбирать идиотские имена для животных было у их друзей в крови.       — Кстати, Сень, — Арсений дёрнулся, уловив, как именно произнёс его имя Шастун, — собирайся, нам нужно быть в студии через час. Звонил Позов и сообщил, что у них там для нас какой-то сюрпрайз.       Попов молча кивнул, подумав о том, что он уже знает, в чём заключается их сюрприз. Постояв ещё несколько секунд, Антон развернулся и скрылся в коридоре; вскоре в ванной зашумела вода. Прикрыв глаза, Арсений снова откинулся на подушку, желая полежать ещё несколько минуток, окончательно распрощаться с остатками сна, что продолжали мелькать в его голове старой порванной кинолентой. Повернувшись на бок, Попов уткнулся носом в подушку и уже начинал засыпать, как холодные, мокрые ладони забрались к нему под одеяло и медленно провели по коже, немного царапая её короткими ногтями. Вздрогнув, мужчина схватил парня за запястье и уже было потянул на себя, как белая кошка, будто бы решив защитить хозяина, выпустила свои когти и оставила несколько длинных красных полосок на руке Арсения, откуда тотчас начали появляться маленькие капельки крови.       Чертыхнувшись, мужчина резко повернулся в сторону кошки и, не рассчитав, слетел с разложенного дивана, сильно ударившись своей многострадальной пятой точкой. Тихо посмеиваясь над мужчиной, парень облокотился на косяк и, сложив руки на груди, с интересом наблюдал за Арсением, невольно отмечая его довольно накаченное тело, которое мужчина всё время прятал под одеждой. Заметив довольное лицо своего друга, Попов, осторожно стащив с дивана подушку, запустил ею в Антона, планируя прекратить его веселье. Но Шастун, вопреки всем ожиданиям, лишь шире улыбнулся и, покачав головой, кинул подушку обратно на постель:       — Собирайся, соня, нужно быть на месте через сорок минут, иначе с нас эти извращенцы скальп снимут, — усмехнувшись, парень развернулся и вновь скрылся в своих хоромах, оставляя мужчину наедине с кошкой.       Облизнув лапу, Черника неожиданно уставилась на Арсения и, просидев так несколько недолгих мгновений, поспешила удалиться с его глаз, будто бы почувствовав что-то неладное. Фыркнув, мужчина поднялся на ноги и, надев белую рубашку, на которой тотчас остались красные следы, взглянул на себя в зеркало. Как ни странно, но после бессонной ночи и сна длиной в два часа, не было и намёка на мешки под глазами. Проведя рукой по небольшой щетине, Арсений шумно вздохнул и начал искать свои штаны, которые, как ему помнилось, он оставлял на кресле. Но вместо них там лежал лишь его собственный кот.       — Не это ли ты ищешь? — голос Шастуна прозвучал где-то за спиной, заставив мужчину вздрогнуть.       Он до сих пор не мог привыкнуть, что находится не в своей квартире.       Медленно повернувшись к источнику звука, Попов улыбнулся, завидев Антона со своими, по всей видимости, постиранными штанами. Как-то застенчиво опустив взгляд вниз, парень протянул Арсению одежду и уже собирался уходить, как мужчина аккуратно взял его за запястье, заставив взглянуть себе в глаза, и немного склонил голову вбок, словно бы любуясь лицом напротив. Попов не в первый раз задумывался над тем, что видел Шастуна где-то очень и очень давно, когда, по идее, они даже не знали о существовании друг друга. Он видел это лицо ещё во снах в отрочестве; оно мелькало в толпе каких-то людей, Арсений резко срывался с места и нёсся к этому худощавому парню, но никогда не мог его найти. В какой-то момент он даже начинал думать, что сходит с ума, а сны лишь подтверждали это. А потом всё это резко прекратилось, и мужчина забыл о своих странных сновидениях.       Антон, нервно сглотнув, медленно поднял руку и пальцами потянулся к небритой щеке мужчины, осторожно провёл по ней и добрался до мочки уха, немного зажимая её между пальцами, отчего Арсений ещё сильнее наклонил голову вбок, прижимаясь к ладони парня.       Внезапно громкая музыка заставила Шастуна вздрогнуть и дёрнуться от мужчины в сторону, словно бы в комнату неожиданно пожаловала его мама, которая ничего не знала про отношения своего сына. Быстро посмотрев в сторону Арсения, Антон достал из кармана телефон и, ответив на звонок, скрылся на кухне. Прикрыв глаза, мужчина шумно выдохнул и покачал головой, — детский сад.       Всё, что происходило между ними, можно было назвать игрой в «Кошки-мышки», в которой Арсений был котом, что пытался любыми способами заманить мышку — Антона — в свою ловушку. И когда ему это почти удавалось, что-то подсказывало глупой мышке бежать, как можно скорее уносить от кота ноги.       Идиотская игра.       Одевшись, Арсений потрепал своего кота за ухом и вышел из комнаты, чуть не столкнувшись с Антоном около кухни. Обменявшись с мужчиной взглядом, Шастун молча кивнул в сторону двери, давая понять, что ему звонил беспокойный Позов и прочитал гневную тираду по поводу их медлительности.       Оставалось двадцать минут.       Уже находясь на улице, Арсений всё-таки решил заговорить с парнем, которому, казалось, было немного неловко, но тот опередил его:       — Поедем на метро, — негромко произнёс молодой человек, направляясь к пешеходному переходу, — иначе…       — Не, Тоха, нет, ни за что, — тут же затараторил Арсений, немного обгоняя Шастуна. — Давай лучше на такси, а?       — У тебя есть деньги на такси? — с усмешкой поинтересовался Антон, невольно засовывая руку в карман штанов, проверяя их на наличие мелочи.       Цокнув языком, принимая свою участь, Арсений покачал головой, а после молча кивнул, на что парень лишь широко улыбнулся. Остановившись перед «зеброй», Попов довольно неожиданно схватил Шастуна за рукав и притянул к себе; машина с огромной скоростью промчалась позади импровизатора. Почувствовав холодок, пробежавший по его коже, Антон вздрогнул и с жаром выдохнул в шею Арсения одно-единственное слово: «Спасибо!». Постояв неподвижно пару секунд, мужчина осторожно взял Антона за руку и, пробираясь через толпу пешеходов, потащил за собой на противоположную сторону дороги, то и дело незаметно косясь на безэмоциональное лицо друга. Казалось, что в эту секунду перед его глазами проносилась вся его жизнь.       А что было бы, если бы Арсения не оказалось рядом?       «Не думать!».       Спустившись в подземку, Попов лишь сильнее сжал похолодевшую ладонь Шастуна и потащил того к кассе. Смерив парочку странным взглядом, полноватая женщина с вызывающе-ярким макияжем нахмурилась, но после недолгих раздумий всё же положила перед Арсением два проездных билета и сдачу, несколько рублей от которой укатились куда-то на пол. Выдавив улыбку, мужчина схватил билеты и, оставив мелочь на месте, взглянул на парня, который, видимо, уже пришёл в себя, и теперь с неким недоверием смотрел на кассиршу.       — Она хотела вызвать охрану, — сообщил Антон, когда они подошли к эскалатору.       — С чего ты взял? — удивился Попов, оглядываясь назад, словно бы мужчины в форме уже шли за ними по пятам.       — У неё ориентировки на каких-то ворюг были, — Шастун беззаботно пожал плечами, словно бы и не был похож на бородатого извращенца, который обворовывал магазины, видимо, забирая только презервативы, — ты разве не заметил?       Нахмурившись, Арсений внимательно посмотрел на Антона и провёл рукой по своей небольшой щетине, которая, несомненно, уступала растительности молодого человека:       — Стоит побриться, — как бы между прочим сообщил Арсений и, заметив усмешку Шастуна, легонько толкнул того в плечо, — тебя это тоже касается, Брэд Питт, — мужчина улыбнулся.       — Не брейся, мне… — парень осёкся и отвёл взгляд в сторону, а после уже тише продолжил: — …ты мне такой больше нравишься.       Улыбнувшись, Арсений неожиданно словил себя на мысли, что хочет взять Антона за руку, но парень, словно бы прочитав мысли мужчины, засунул ладони в карманы штанов.       — А тебе всё равно побриться нужно, — не уступал Арсений, продолжая настаивать на своём.       — Заставь меня, — неожиданно выдал парень и, широко улыбнувшись, сошёл с эскалатора; Арсений споткнулся и чуть не распластался на полу, вовремя успев удержать равновесие.       Хитрый лис.       Оглянувшись на Попова, Антон негромко усмехнулся и юркнул в нужный вагон, словно бы скрываясь от своего спутника. Арсений неожиданно вновь почувствовал себя котом, от которого так ловко ускользала мышка. Улыбнувшись, мужчина покачал головой и зашёл в «консервную банку». Протиснувшись между вспотевшим толстяком с огромной сумкой в руках и миниатюрной дамочкой в розовом, которая явно не привыкла к поездкам в общественном транспорте, Попов встал около стены и оглянулся по сторонам, пытаясь найти лишь одного человека, который, видимо, захотел поиграть в прятки. Несмотря на всю странность их отношений, которые не хотели останавливаться на каком-то определённом статусе, продолжая скакать с одного на другое, мужчине почему-то нравилась эта неопределённость. Это была их маленькая игра, в которой правила придумывались на ходу, а перед игроками не ставились определённые границы.       Чистая импровизация.       Через пару мгновений в вагон завалилось ещё с десяток людей, и Арсения прижали к стене, невольно заставляя вдыхать благоухание естественных запахов и чего-то приторно-сладкого, от чего хотелось очистить желудок. Как бы там ни было, но метро всегда было для Арсения испытанием через огонь, воду и смертельную муку. Повернув голову в сторону, мужчина неожиданно уловил сладкий запах, который вызывал только приятные эмоции и делал мир вокруг немножечко лучше. Прикрыв глаза, Арсений на несколько секунд выпал из реальности, очутившись в светлой комнате в своей голове, где уже давным-давно не было намёков на пыль и паутину. Осторожно коснувшись ладони Попова, Антон, подобно мужчине, прислонился к стенке вагона и, прикрыв глаза, отчего-то улыбнулся, вдыхая умопомрачительный запах, от которого голова шла кругом.       Вокруг них происходила настоящая баталия за освободившиеся места и более-менее свободные уголки вагончика. Казалось, что в этот момент эти двое жили в совершенно другом мире, чем все прочие люди в метро; они дышали иным воздухом и по-другому мыслили. В какой-то момент люди даже перестали сражаться за свою зону комфорта, приняв участь быть там, где они находились в данную секунду, словно бы обратили внимания на эту неприметную на первый взгляд пару.       — Знаешь, Сень… — неожиданно начал Шастун, открыв глаза, и перевёл взгляд на Арсения, который уже с интересом наблюдал за своим коллегой, — это, конечно, может странно звучать… — он усмехнулся и замолчал на пару секунд, словно бы думая, нужно ли это рассказывать или нет, а после улыбнулся, — …но, когда мы только приехали с Димкой в Москву, то добирались до центра города на метро, и после перелёта я заснул, — усмешка вновь мелькнула на устах молодого человека. — Во сне я видел тебя. Тогда я даже не встречал тебя ни разу в жизни, но ты почему-то появился в моём сне. Мы были незнакомцами в метро, и я нечаянно пролил на тебя кофе, а потом…       Арсений вздрогнул и резко отдёрнул руку от ладони Шастуна; сердце забилось чаще, а кровь ударила в виски, вызывая в голове неприятный шум, похожий на помехи старого телевизора. Шумно выдохнув, мужчина вновь обратил взгляд на перепуганного парня, которой в данную минуту напоминал бородатого ребёнка.       — Мне снился этот же сон, когда я ехал на первую встречу с вами, — негромко произнёс Попов и отчего-то усмехнулся, окончательно убеждаясь в том, что перед ним стоял предназначенный судьбой человек, его истинная пара.       Антон улыбнулся и хотел было что-то сказать, как неожиданно вагон метро резко затормозил, и всех пассажиров по инерции потянуло вбок. Прижавшись всем телом к мужчине, Шастун обжёг его лицо своим горячим дыханием и устремил взгляд в глаза, в которых плясали озорные огоньки. Парень вздрогнул, когда ладонь Арсения осторожно легла к нему на ягодицы и медленно начала подниматься, задирая футболку вверх. Мужчина уже почти коснулся губ Антона своими губами, как проходящий мимо человек нечаянно задел парочку плечом; Антон резко отпрянул от Арсения и, покраснев, тотчас вылетел из вагона. К счастью, это была их остановка.       Видимо, Антон до сих пор не мог переломить себя, дабы ступить на новую, неизведанную для себя, ступень в их странных отношениях. Он никогда раньше не целовался, а уж о чём-то большем и речи идти не могло. Всё это одновременно пугало и манило. Это было странное, но такое интересное чувство.       Кое-как найдя парня среди толпы пассажиров, Арсений крепко взял того за руку и потащил в сторону выхода из метро. Антон не сопротивлялся и даже не пытался вырываться, просто шёл следом за мужчиной, которому доверял как самому себе и одновременно с этим боялся сделать что-то не так. Парень на данный момент переживал именно ту стадию влюблённости, когда ты не знаешь, как нужно правильно вести себя с интересным тебе человеком, по несколько раз в час меняя своё поведение, пытаясь найти более правильное, дабы не показаться перед ним полным глупцом; не знаешь, когда нужно начинать действовать более смело, прочь отбрасывая все предрассудки.       Спустя несколько минут они добрались до студии, но не успели даже войти внутрь здания, как были схвачены Сергеем, который ранее с кем-то разговаривал по телефону. Переведя взгляд с одного на другого, он отчего-то покачал головой, но промолчал, продолжая что-то тихонечко нашёптывать себе под нос, словно бы проклиная опоздавшую парочку. Переглянувшись между собой, Арсений с Антоном одновременно пожали плечами, и мужчина уже собирался задать вопрос, как Сергей резко отворил дверь их гримёрки и, что-то буркнув Позову, что сидел на диване, плюхнулся рядом с ним, складывая руки на груди, тем самым показывая всё своё недовольство. Спиной к опоздавшим импровизаторам сидел какой-то худой мужчина и, не двигаясь, смотрел в сторону Матвиенко.       — Могли бы ещё попозже прийти, когда бы мы на ваше место других нашли, более галантных, — вновь пробурчал Сергей.       Поведение лучшего друга не на шутку удивляло Арсения. Казалось, что только с Позовым он общался нормально, а на всех остальных точил зубы, словно бы эти кто-то собирались сделать ему что-то плохое, опасное для жизни.       Цокнув языком, Дмитрий что-то шепнул Сергею, отчего тот шумно выдохнул, а после смягчился и, казалось, даже улыбнулся. Посмотрев на неизвестного мужчину, Позов перевёл взгляд на опоздавших юмористов:       — Знакомьтесь, ребят, — начал он, поудобнее усаживаясь на диване, — это Паша Воля. Думаю, что вы его знаете. Он будет…       — Я буду управлять вашей голубятней, — неожиданно перебил Павел, оборачиваясь лицом к опоздавшим.       Улыбнувшись, Воля медленно осмотрел взглядом Арсения и, видимо, не заинтересовавшись им, перевёл взгляд на Антона, который тотчас вздрогнул от пронзительного взгляда и невольно сделал шаг назад, вставая за спину Арсения. Негромко усмехнувшись и ещё раз внимательно взглянув в зелёно-серые глаза молодого человека, «управляющий голубятней» откинулся на спинку крутящегося кресла.       — Это Арсений, — по-прежнему недовольно изрёк Сергей, показывая рукой на мужчину, который как-то странно посматривал на нового ведущего. — А второй Антон, — ещё недовольнее буркнул Матвиенко и снова был награждён несильным ударом локтя в бок и негромким, явно гневным, шептанием, от которого его лицо совсем помрачнело.       Видимо, Сергей был вовсе не рад замене «управляющего голубятней».       Всё это время, пока Матвиенко представлял Павлу ребят, тот не отводил взгляда от рослого парня, пытаясь разгадать, что на самом деле пряталось за этой испуганной мордашкой. Мужчина, в отличии от остальных людей его вида, даже не задумывался о важности истинной пары, считая это полной глупостью, которую придумали чокнутые люди, чтобы заставить альф и омег страдать, искать в толпе того самого, который будет полностью дополнять второго.       «Ха, чепуха».       Несмотря на свой довольно высокий рост и чересчур маленький вес, из-за которого часто ходили смешки, что юморист страдает анорексией, Воля был никем иным, как альфой. Плевавшим на все законы их мира альфой, который лишь пользовался доверчивыми омегами, а после сбегал, даже не объяснившись. Единственный страх мужчины заключался в том, чтобы случайно обзавестись потомством.       В очередной раз оценивающе посмотрев на Шастуна, Воля удовлетворённо улыбнулся и прикусил нижнюю губу — цель найдена.       — Что ж, давайте работать, — неожиданно громко объявил Павел и, поднявшись с места, обвёл взглядом всех импровизаторов. — Димас и… — Воля обернулся к по-прежнему стоявшим в проёме и, покрутив пальцем, вспоминая имя не-Антона, махнул рукой, — …ты.       Арсений, удивлённо приподняв брови вверх, с некой усмешкой взглянул в сторону Позова, который был ещё более удивлён перетасовкой их уже сработавшихся пар.       — Мы не играли вместе, — выдохнул Арсений, мысленно пытаясь представить, как они с Димой хотя бы будут выглядеть вместе. — Я обычно с Тохой, а Серёга с Димкой.       — Слушай, Арсений… — Павел неожиданно осёкся, — да, нужно запомнить, что тебя зовут Арсений, — больше обращаясь к себе, чем к мужчине, произнёс Воля, а после взглянул на Попова. — Так вот, играть вы будете теми парами, которые я назову, — он улыбнулся. — Не до конца же жизни вы собираетесь своими парочками жить, — усмехнувшись, он махнул Арсению на середину комнаты.       По правде говоря, Попов на это и надеялся.       Медленно отстранившись от Антона, который уже успел почувствовать себя защищённым, Арсений направился на середину комнаты, где уже находился Позов. Переглянувшись, мужчины одновременно перевели взгляд на ведущего, который снова внимательно наблюдал за Шастуном, что продолжал стоять в дверном проёме, словно бы боясь сделать и шагу в направлении Воли.       Ему почему-то становилось не по себе.       — Эй, главный голубь, — неожиданно выпалил Арсений, заметив, куда направлен взгляд их нового ведущего. — Мы же вроде начинаем, нет?       Зло взглянув в сторону Попова, отчего тот почувствовал горький запах полыни, Воля заиграл желваками. Поморщившись, Арсений чихнул — с самого раннего детства у него было отвращение к этой траве. Ухмыльнувшись, Воля приземлился обратно на своё кресло и закинул одну ногу на колено другой. Казалось, что Павел мысленно проклял Арсения и всю его семью до пятого колена.       — Импровизация «Меняй», — холодно произнёс Павел и взглянул на Попова, который уже успел попасть в список его врагов. — Дима — муж, не вовремя вернувшийся из командировки, а ты, — с пренебрежением произнёс мужчина, обращаясь к Арсению, — любовник, который не успел спрятаться и муж его увидел.       — А где жена? — внезапно поинтересовался Матвиенко, явно заметив недостающую часть.       — А жена успела спрятаться, — как-то зло бросил ведущий. — Начали!       Встав друг напротив друга, ребята помолчали несколько недолгих секунд, а после Дмитрий вбросил рандомное слово, которое случайно сгенерировал его мозг, на что Арсений ответил каким-то бредом, который совершенно не подходил под ситуацию, заданную их любимым новым ведущим. Воля, словно бы и не замечая этого, отстранённо, задумавшись о чём-то своём, продолжал наблюдать за нелепыми попытками импровизаторов, которые медленно, но верно уводили всё совершенно в другое русло, из-за чего в конце разыгранной сценки муж и любовник жены вовсе оказались школьными друзьями.       Неожиданно Павел махнул рукой и что-то громко буркнул себе под нос, прерывая нелепые попытки импровизаторов вернуть всё в прежний вид. Казалось, что в этот момент мужчина думал вовсе не о работе, а о чём-то совершенно другом, например, о том парне в дверном проёме.       — А мне говорили, что вы лучшие из лучших, — с горькой ухмылкой заявил «управляющий голубятней», а после резко поднялся на ноги и вышел к двум совершенно растерявшимся друзьям. — Смотрите и учитесь, показываю один раз, — улыбнувшись, он перевёл взгляд на Шастуна. — Антон, давай покажем им, как нужно импровизировать.       Парень вздрогнул от неожиданного упоминания своего имени, а после, быстро взглянув на Арсения, сделал шаг вперёд. Сдвинув брови к переносице и до боли сжав челюсти, мужчина заиграл желваками. Почувствовав крепкую руку на своём плече, Арсений обернулся и, заметив недовольное лицо Дмитрия, сделал несколько шагов назад, а после сел рядом с Сергеем на пружинистый диван, куда вскоре присел и Позов. Переглянувшись, друзья сделали заключение — Воля не нравился абсолютно никому. Особенно Сергею, у которого он так безнаказанно отобрал место ведущего; особенно Арсению, у которого, по всей вероятности, он хотел увести Шастуна.       — Я уверен, что ты импровизируешь куда лучше, чем вся это компания, — выплюнув не без доли злобы, Воля тотчас мило улыбнулся, отчего Антона передёрнуло. — Я буду официантом в кафешке, а ты талантливым поэтом, который пришёл сюда найти вдохновение, — мужчина незаметно сделал шаг навстречу к рослому парню.       Арсений сложил руки на груди и вновь почувствовал горький вкус полыни у себя во рту. Казалось, что эта ненавистная трава въелась в слюну и распространялась по всему телу с каждым глотком.       Антон, стараясь не замечать все попытки Павла обратить на себя — официанта, внимание, продолжал упорно просить мужчину о том, чтобы тот принёс ему кофе и перестал мешать. Но Воля, будто бы не слыша молодого человека, всё равно стоял на своём, убеждая поэта, что он всегда хотел, чтобы про него написали стихотворение, ведь «посмотри, какие у меня выразительные скулы. Это разве не сексуально?»       «Нет», — мысленно усмехнулся Шастун и продолжил играть роль неприступного поэта, который, вскоре, не выдержав напора официанта, схватил со стола свой небольшой блокнотик и быстрыми шагами направился прочь из заведения, что-то недовольно бурча себе под нос.       Воля, явно не ожидая такой реакции со стороны Антона, горько усмехнулся, а после уже с широкой улыбкой повернулся к остальным импровизаторам:       — Вот вам и доказательство, что можно нормально отыграть роли, даже видясь с человеком впервые в жизни! — помолчав пару секунд, Воля вновь растянул губы в широкой улыбке. — И всё-таки он играет лучше вас троих.       Павел, даже не подозревая об этом, в одночасье нажил себе трёх врагов.

***

      — И как тебе наш главный голубь? — неожиданно вопросил Арсений, когда они с Антоном вышли из гримёрки и уже собирались домой.       — Чувствую, что мне сегодня и вправду будут сниться голуби, — усмехнулся Шастун и легонько толкнул мужчину локтём.       Арсений улыбнулся и хотел было задать ещё один вопрос, как позади них неожиданно раздался весёлый голос Воли:       — Эй, ребят, — как бы невзначай положив руку на плечо Антона, Павел взглянул на Арсения, словно бы специально заставляя его внутренних демонов разжигать костёр, на котором непременно в скором времени будет жариться главный голубь их небольшой труппы, — я тут услышал, что вы королями метро заделались, — он усмехнулся, переместив зубочистку, что он сжимал между зубов, в другую сторону рта. — Надеюсь, что вы будете не против, если я лишу вас вашего статуса, предложив довезти до дома на машине?       Попов хотел было уже прикинуться голубем и, тряся головой, молча удалиться, как Антон неожиданно подал голос:       — Нет, нам вполне нравится наш статус королей подземки, — улыбнувшись, тот внезапно, заставив Арсения вздрогнуть, схватил его за руку и потащил дальше по длинному коридору, надеясь как можно скорее покинуть душное помещение.       Поиграв ключами машины, словно чётками, Воля, исказив лицо в недовольной гримасе, внимательным взглядом проводил пару до поворота, а после, сильнее прикусив зубочистку, развернулся и быстрыми шагами направился прочь от гримёрки.

«Чёртовы романтики!»