Заказное самоубийство

Утром я проснулся, уже по привычке в восемь утра, вместе со мной проснулся и Барсик, все это время, пушистым комочком дремавший в моих ногах. Я хотел было вскочить, чтобы наскоро позавтракав, убежать на работу, как вспомнил вчерашнее происшествие. Медицинская справка имелась, поэтому в магазин я вернусь не раньше чем через неделю. И чем себя теперь занять, не имею представления. Вадим все еще спит. Кажется, он, как вчера уснул в этой позе куколки, готовящейся, превратится в бабочку, так и не поворачивался ни разу. Я, осторожно привстав с дивана, стараясь издавать меньше громких звуков, при каждом своем движении, буквально на цыпочках дохожу до кухни. Сварив кофе, покормив кота, раздумываю, чем же кормить моего нового знакомого и вообще, как и на какие темы с ним разговаривать? Умывшись и почистив зубы, еще раз заглянув в комнату, убедившись, что Вадим спит, возвращаюсь на кухню. Недолго думая, решаю пожарить яичницу. А что, быстро и питательно. Разбив в сковородку, с шипящим маслом четыре куриных яйца, еще раз варю кофе. Думаю, нужно, разбудить Вадима, хотя и не хотелось тревожить его крепкий сон. Но наверняка, кто-нибудь обязательно будет искать его. Не может быть такого, что бы он был совершенно одинок. Точно, а если он не вернулся домой и его теперь разыскивает семья? Решено, первым делом ,как он проснется, заставлю позвонить своим родным. - Подгорает. – От хрипловатого голоса, над самым ухом, едва не отпрыгиваю от плиты, на которой в раскаленной сковороде, действительно пригорала яичница. - Зачем так пугать? – Выключаю газ и достаю тарелки. Вадим по-прежнему стоит около меня. -Извини. – Шепчет он, опустив глаза в пол. - Иди, умывайся и будем завтракать. – Подталкиваю его в сторону ванной, легким касанием своей ладони, его спины. Кажется, он вообще не ел много дней. Кожа да кости под футболкой. Вадим, скрылся в ванной ,а я разложив едва не испорченный завтрак по тарелкам, уселся на стул в ожидании все еще незнакомого мне парня. Вадим появился на кухне через несколько минут, молча усевшись на стул напротив меня. На его глаза спадала серебристая влажная челка, и он снова избегал моего взгляда. -Приятного аппетита! – Мой желудок требовал настойчиво питания, поэтому, я орудуя вилкой в один миг закинул все с тарелки в рот. Вадим, молча отламывая небольшими кусочками, ел медленно пережевывая. - Послушай, о тебе ведь наверняка кто-нибудь волнуется? Кто-нибудь ищет? – Нарушаю молчание, допив остывший кофе. - Нет. – Тихо ответил он, доев свою порцию яичницы. - Так не бывает. Есть же родители друзья, которые будут тебя разыскивать. – Я задумался, а вот если бы я вчера пострадал, волновались бы обо мне мои родители, друзья!? Что за бред? Конечно, волновались бы. -Нет. – Не меняя тон и не поднимая глаза на меня, отвечает парень. - А если подумать? – Отставляя кружку в сторону и складывая пальцы перед собой в замок, серьезно смотрю на паренька. -Нет, значит, нет! – Слегка повысив голос, произносит он, окидывая меня холодным и прозрачно-серым взором. – Я мешаю тебе. Понял. Пойду. – Он привстал. - А ну сидеть! – Не меняя позы, произношу, и на удивление Вадим послушно сел обратно. - У каждого человека есть тот, кто будет волноваться. Сперва, это родители, потом появляются друзья. И если по причине ссоры с ними или недопонимания, ты отрекаешься от их переживаний и заботы то это другое дело. Поэтому повторяю еще раз. У тебя есть те, кто будут искать тебя и переживать о твоем исчезновении? – Пристально посмотрел в его прозрачные глаза, и лицо, все такое же каменное. - Нет. – Спокойно отвечает он. - Ты сирота? – Что-то он темнит и мне это не нравится. -Нет. – Повторяет он это слово, словно кроме него ничего и не знает больше. И тем самым, вводит меня в раздражение. - А не хочешь ли ты мне пояснить? – Если он еще раз скажет это слово, то я взорвусь. Мое терпение уже на пределе. - Я умер несколько лет назад. Для матери умер год назад, а для лучшего друга вчера. – Вадим снова опускает глаза, сидит неподвижно. - Ты мне тут голову не морочь. Давай рассказывай ,что значит твое умер. Для меня существует одно понятие этого слова. Умер, похоронили, то есть закапали в земельку. А так как ты сейчас сидишь передо мной и довольно таки не мертвый, то уж будь так добр и поясни мне все. – Вот и зачем я вообще вляпался, во все это, вчера? Зачем поспешил ему навстречу? Зачем притащил к себе домой? - Если я напрягаю, так и скажи. Я просто уйду. – Голос Вадима не дрожал и не повысился, он словно застрял в одном диапазоне ,не меняя интонации. - Если бы напрягал, я бы не предоставил тебе ночлег. Так что не тупи и рассказывай, может, чем помогу. – Черт! Ляпнул о помощи, хотя понимаю, наверняка, у него что-то такое, с чем я буду не в состоянии справиться. Эти стандартные наборы фраз - «Все будет хорошо! Может, я помогу!» - раздражают и меня тоже. - Не поможешь, но если ты так хочешь, то расскажу. – Поднимает на меня свой прозрачный и печальный взор парень и я рад, что наконец-то смог увидеть, хоть такие но эмоции в его глазах. - Рассказывай. – Улыбаюсь в ответ. - Когда мне было пятнадцать, меня изнасиловал отчим. Я умер. Кто-то за всю свою жизнь, умирает десятки раз, позволяя себе, воскресать и двигаться дальше, ступая на одни и те же грабли. Кто-то, умерев однажды, испугавшись повторения смерти, не в силах воскреснуть, так и проживает жизнь, пока не постареет тело и от болезней, перестанет функционировать. А я не боюсь, я просто умер и наслаждался этим. Меня все устраивало, но моя мать узнала, что я гей, и ее обожаемый мужчина насиловал мое тело. Как только вся правда всплыла на поверхность, я умер и для нее. А вчера еще один человек, чьей поддержкой я пользовался, отрекся от меня и для него я исчез, как и для матери. Я умер для него. Так почему же мне стоит бродить по городу, отравляя трупной вонью своей души город и окружающих людей? - Вадим смотрел на меня, его прозрачные глаза потемнели, обретая глубокий серый цвет. Мне нравились эти глаза, переполненные болью, ненавистью и обидой. Он наконец-то хоть что-то выразил ан своем лице, стер свою каменность. - Ты еще встретишь того, для кого захочешь жить. – Я и не знаю что сказать, любое мое слово покажется сейчас банальностью, а еще меня переполняла злость и на его мать, которая и не заслуживает своего статуса, и отчима, позволившего себе надругаться над юным мальчиком. - Даже ты в это не веришь, а хочешь, что бы я поверил. – Усмехнулся Вадим и я едва не успел пропустить этот момент, когда уголки его губ разъехались в стороны, пусть даже в подобии улыбки. -Время покажет. – Вздыхаю я. – И если тебе некуда идти, можешь жить у меня. – Я не смогу не выставить его, и отпустить от себя не могу. Я боюсь, что он попытается повторить вчерашнее, не хочу, что бы и его тело погибло. -Спасибо. – Отвечает он, а глаза, снова погасли, обретая прозрачность. Как же мне хотелось, что бы они всегда оставались такими яркими, и глубокими затягивая в серую бездну. Надеюсь, он еще встретит человека, который заставит его жить. - Вот и замечательно. – Улыбаюсь ему в ответ и не знаю ,как сказать о том, что ко мне каждый рабочий день будет приходить Сергей. Черт! Действительно, как бы ему это сказать. - Только не надейся, на романтИк. – Зачем-то предупреждает он. И я не вольно засмеялся. - Не переживай, у меня есть любимый человек, поэтому просто друзья, вполне устроит. – Надеюсь, он поймет мои слова и не придется открыто признаваться о своих предпочтениях, не люблю я этого. - Хорошо. – Соглашается он и не задает лишних вопросов. - Ну вот и уладили все. – Я поднимаюсь из-за стола и, собрав посуду, составляю ее в раковину, Вадим встает следом. - Разреши, я помою. – Вопросительно смотрит на меня. А он наголову выше. Но мне это от чего-то нравится. Первый друг среди геев, это здорово, что ли. - Пожалуйста. – Уступаю ему место у раковины. - И если надо будет уйти из квартиры на время, ты скажи. Я уйду. – Тщательно намыливая тарелку, под струей воды проговорил Вадим. - Скажу, конечно. – А он догадливый и это хорошо, не придется лишний раз объяснять. - Ты, кстати работаешь где-нибудь? – Ну, должен же я о нем еще что-нибудь знать. -Нет. Но я найду работу. – Голос его звучал уверенно и я поверил. Я верил этому парню. - Вот и славно. – Улыбаюсь я Вадиму, закончившему мыть посуду. Весь день мы провели дома, то смотрели кинофильмы, то разговаривали в основном о том, какие у нас предпочтения в еде, одежде и остальном. Оказалось, что Вадим в принципе не прихотливый. Единственное, что оставалось не решенным на данный момент, это отсутствие какой либо одежды для парня. Поэтому я сообщил ему ,что завтра нам предстоит поход по магазинам, ну купить предметы первой необходимости. Вадим естественно отпирался, мол, не нужно. Будет ходить, в чем есть. Да, кстати его белые одежды мы выстирали, и он уверял, что кроме зубной щетки и пару плавок ему вообще ни чего не нужно, но я был настроен решительно. Поэтому пообещав ему, что все с него потом вычту, когда он устроится на работу, и начнет получать зарплату. Только с этим условием Вадим согласился на мою затею. На этом и порешив, мы уснули. Я снова на диване, Вадим снова на полу, в состоянии кокона, Барсик свернувшись в моих ногах. *** Утром в воскресение, меня разбудил приятный запах сваренного кофе и только что снятых с огня блинов. Напомнило мне мой дом и маму, которая зная мои пристрастия к блинам, частенько меня баловала этой выпечкой. Только я же не дома. Мой сон моментом испарился и я, вскочив с дивана и не обнаружив Вадима спящим на полу, устремился на кухню. Он, словно услышав мои тихие шаги, обернулся и улыбаясь проговорил. - Я тут решил немного по хозяйничать. – Взгляд его тут же приобрел виноватую окраску, а я не смог не улыбнуться в ответ. На нем был старый фартук, который, я при переезде и уборке, повесив у раковины, так и не одевал. Но думаю, на мне бы он так не смотрелся, как на парне. Ему определенно шла готовка, вернее роль повара. Но думаю, мои размышления так и останутся при мне. -Ну хорошо. Что у нас на завтрак? – Заглядываю в тарелку, на которой образовалась невысокая стопка блинов. – Вкуснотища. – Я невольно облизнулся. - Хоть какая-то от меня пока польза. – И я увидел, что равнодушие паренька сменилось смущением. Все-таки я сделал правильное решение, когда пошел следом за ним. - Сейчас еще оценим твои возможности, и только потом утвердим на должность повара. – Подмигиваю и, схватив блин, усаживаюсь за стол. -М-м-м. Вкусно! Ты принят на эту должность вне всякой конкуренции. – Пережевывая произношу я. Вадим, краснея, переставляет тарелку с блинами ко мне поближе и разлив кофе по двум кружками, усаживается напротив меня. - Я умею готовить. – Снова каменное лицо. И снова он ест не спеша и совсем немного. Но я уже рад и тому, что он возвращается к жизни, да и другом надеюсь, станет хорошим. Позавтракав, мы отправились в близлежащий торговый центр. Как же я давно ни с кем не ходил по магазинам. Даже за продуктами, когда я был в браке, с Еленой, всегда ходил один, не говоря уж о более крупных покупках. Поэтому для меня это было впервые за несколько лет, вот так с кем-то прогуляться до магазина, а уж тем более купить кому-то одежду. Кстати об одежде, все необходимое, нашлось в первом же отделе мужских тряпок. Прикупив не только Вадиму, но и себе пару новых футболок и брюк, я позвал его в кафе. Парень, смутившись и наверняка отяготившись мыслью о том, что пируем за мой счет, согласился с неохотой, но так как я уже заказал нам кофе, «фетучине с индейкой» и овощную нарезку, пришлось ему уступить моим капризам. - Слушай, а чего ты не ешь почти? – Я не мог не поинтересоваться, потому, как Вадим, словно птичка полевал из своей порции. -Я просто мало ем. – Ответил он не поднимая на меня своих глаз. - Ты же мужик, есть надо нормально, или ты на диете? – Рискую пошутить, и сквозь пепельную челку, меня встретил холодный и непонимающий взгляд. Да, шутка не удалась. - Ладно, ешь, сколько хочешь. – И доедаю свою порцию. И наблюдаю за тем, как Видим, ковыряясь вилкой в тарелке, отправляет в рот совсем небольшие кусочки. Может он действительно мало ест или эта привычка, сложившаяся в не ведомых для меня, его жизненных условиях. Внезапно зазвонил мой сотовый. - Привет. – Отвечаю, улыбаясь и не потому, что рад слышать звонившего, а потому что не могу не улыбаться, глядя на Вадима. - Что-то голос у тебя слишком довольный! – Настороженно произносит Лена. - Да, нет, все как обычно. – Не отрывая взгляда от паренька, отвечаю бывшей жене. - Не ври. Что случилось? – Черт, она как всегда, все знает. - Да, правда, все как обычно. Сижу с другом в кафе. Нечего больше рассказывать. – Черт, зря сказал про друга, сейчас прицепится. - Как интересно! Я-то думала Сергей, вдруг совершил переворот. – Смеется она, а я понимаю, что за весь день, так и не вспомнил ни разу о Сергее. - Ты слишком много думаешь. – Отвечаю и только сейчас заметил, что Вадим пристально смотрит на меня, своими прозрачными внимательными глазами. - Не буду вести допрос, чувствую, нет смысла. Но я рада, что ты счастлив. – Внезапно говорит Елена, чем, несомненно, удивила меня. По обыкновению, пока не докопавшись до правды, она так просто не завершит нашу беседу, а тут, просто рада. - Ага. – Я и не знаю, что еще сказать. Попрощавшись со мной, она отсоединилась. - Бывшая жена звонила. – Сообщаю Вадиму, чьи глаза, так неотрывно следили за каждым моим движением. -Все еще общаетесь. – Проговорил он. -Да. – Ну а что, не могут разве бывшие супруги, сохранить дружбу?! - Понятно. – И снова каменное лицо. И почему он так не любит проявлять эмоции? Доев и расплатившись, мы с немногочисленными покупками отправились домой. Остаток дня, как и вчера, провели в разговорах, в основном о фильмах, тех, что считались любимыми. Разложив купленные вещи на полки в шкафу, Вадиму я выделил пару пустых полок, отправились спать. И вот только теперь я и вспомнил, что завтра придет Сергей, и придется Вадима куда-нибудь на время отправить. Широко раскрыв рот, зевнул и провалился в сон. Утро вечера мудренее.